Научный архив: статьи

В статье выделяются направления судебного контроля за проведением оперативно-розыскных мероприятий, а также систематизируются виды контроля (предварительный и последующий). Констатируется, что нормативная регламентация судебного контроля крайне лаконична, поэтому многие вопросы необходимо решать как исходя из общего смысла закона, так и с применением правил аналогии. С учетом высокой степени сходства оперативно-розыскных и уголовно-процессуальных правоотношений при наличии пробелов в оперативно-розыскной регламентации с методологической точки зрения будет правильным применение по аналогии норм УПК РФ, однако такая аналогия не может быть полной. Для определения предметной подсудности рассмотрения материалов о проведении оперативно-розыскных мероприятий требуется учесть нормы ряда федеральных законов: «Об оперативно-розыскной деятельности», «О статусе судей в Российской Федерации», а также рекомендательных разъяснений Пленума Верховного Суда РФ. Отдельно проанализировано специфическое, присущее только оперативно-розыскной деятельности направление судебного контроля — рассмотрение вышестоящим судом вопроса о проведении оперативно-розыскного мероприятия в случае отказа нижестоящего суда. Отмечается, что разрешение указанного вопроса вышестоящим судом не является пересмотром решения нижестоящего суда, поэтому в данной ситуации вышестоящим судом, в зависимости от того, каким судом рассмотрен материал, должен считаться суд субъекта РФ или Верховный Суд РФ, а не апелляционный и кассационный суд. Специфику имеет порядок рассмотрения жалоб граждан, связанных с проведением оперативно-розыскных мероприятий. В работе приводятся критерии, позволяющие разграничить административно-правовую и уголовно-процессуальную процедуры обжалования.

В статье анализируется стратегия совершенствования системы российского уголовного судопроизводства в условиях цифровой трансформации общества и государства как сложный и многофакторный процесс, определяемый взаимодействием правоприменительных органов с обществом, его структурами и институтами, а также со структурами государственного управления различного уровня. В центре внимания оказываются возможности социальной философии, философской антропологии, юриспруденции, социологии, политологии и иных отраслей социогуманитарного знания сформировать концепцию развития российского уголовного судопроизводства в условиях цифровой трансформации общества и государства как междисциплинарную и многоуровневую теоретическую систему, имеющую фундаментальное значение при рассмотрении, объяснении и прогнозировании процессов и явлений в данной области. Отдельно рассматриваются различные подсистемы общества и сферы социальной жизни с точки зрения изменений в сфере выполнения этими подсистемами функций адаптации, целеполагания, интеграции и поддержания образца в условиях цифровой трансформации общества и государства, анализируются изменения, вызванные данной трансформацией. Фундаментальное значение придается теме вторжения цифровой реальности, ее структур и институтов в глубинные слои человеческой экзистенции и возможности защитить личность от подобных вторжений средствами правового регулирования систем «личность — культура» и «личность — общество». В статье отдельному анализу подвергаются социально-философские основания и методологические ориентиры исследования концептуального определения целей и средств российского уголовного судопроизводства в условиях цифровой трансформации общества и государства.

В статье исследуются актуальные вопросы применения цифровых технологий дистанционной коммуникации в уголовном судопроизводстве с акцентом на видео-конференц-связь (ВКС). Анализируется российская модель нормативного регулирования, которая, несмотря на соответствие международным стандартам, отличается недостаточной системностью. Отмечается отсутствие единого перечня судебных процедур, где допустимо применение ВКС, что создает пробелы в регулировании некоторых судебно-контрольных процедур (ст. 125 УПК РФ). Новизна исследования обусловлена использованием факторного анализа для объяснения правовой сущности и темпов внедрения телекоммуникационных технологий в уголовное судопроизводство, определением специфических черт национальной модели регулирования данных отношений, введением в научный оборот актуализированных положений зарубежного законодательства и российской судебной практики. Ключевые выводы содержат критику широкой дискреции судов при решении вопросов удаленного участия подсудимых, особенно уязвимых категорий (несовершеннолетние, лица с психическими заболеваниями), и отсутствия детализированных гарантий для потерпевших и свидетелей. Подчеркивается необходимость разъяснений Пленума Верховного Суда РФ для унификации судебной практики. Практическая значимость работы заключается в выявлении проблем технического и правового характера, таких как недостаточная мотивировка судебных решений о применении ВКС, а также риски искажения информации из-за технических ограничений и сбоев. Автор предлагает меры по совершенствованию регулирования, включая введение единых процедурных гарантий и уточнение способов обеспечения конфиденциальности для участников процесса.

Рассматриваются существующие научные подходы к пониманию результатов оперативнорозыскной деятельности в уголовном судопроизводстве. Проводится сравнительный анализ понятий «интерпретация», «имплементация», «внедрение» и «использование», обосновывается правовая и понятийная целесообразность применения именно последнего термина. Сформулировано авторское определение результатов оперативно-розыскной деятельности как правовой категории с переходным статусом между непроцессуальной информацией и допустимыми доказательствами.

В статье сфокусировано внимание на контрольно-надзорной деятельности в уголовном судопроизводстве как одной из составляющих системы уголовно-процессуальных гарантий. Приводятся доводы в пользу того, что классическое восприятие контрольно-надзорной деятельности, заключающееся в представлении последней как совокупности процессуального (ведомственного) контроля, прокурорского надзора и судебного контроля, является неполным и с точки зрения системы сдержек и противовесов отражает исключительно ее (контрольнонадзорной деятельности) внутренние формы. С доктринальных воззрений приводятся аргументы в пользу существования внешней формы контрольно-надзорной деятельности за уголовным судопроизводством – социального контроля, который сводится к реальной возможности общества влиять на принятие незаконных и необоснованных процессуальных решений при производстве по уголовному делу. В этой связи, а также в свете обеспечения прав и законных интересов личности в уголовном судопроизводстве в целом и в стадии возбуждения уголовного дела в частности представлен анализ докладов о деятельности Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации с момента создания этого государственного института. Проанализированы тенденции обращений граждан по вопросам уголовного судопроизводства в массиве поступающей в адрес Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации корреспонденции. Акцентировано внимание на реальных фактах и примерах, отражающих результаты его деятельности по обеспечению прав и законных интересов личности в уголовном судопроизводстве не только в связи с обращением граждан, но и посредством инициативного вмешательства в связи с активной деятельностью средств массовой информации по изобличению противоправной деятельности и ее общественным резонансом. Сделан вывод о том, что деятельность Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации по восстановлению нарушенных прав личности в уголовном процессе в полной мере отвечает содержанию социального контроля уголовно-процессуальной деятельности.

Представлена позиция известного ученого-процессуалиста М. С. Строговича о состязательности уголовного судопроизводства как таком его построении, где сторонам обвинения и защиты созданы условия для отстаивания своих законных интересов на всех стадиях. Делается вывод о том, что именно такой подход к пониманию состязательности разделяется многими современными теоретиками и реализован в законодательстве.

Исследуется трехуровневая система современной уголовно-процессуальной политики Российской Федерации, раскрывающая механизм трансформации правовых идей от теоретического осмысления до их практической реализации, подчеркивается взаимосвязь доктринального, правотворческого и правоприменительного уровней ее реализации. Оригинальность авторского подхода заключается в переосмыслении роли доктринального уровня, который традиционно рассматривается как второстепенный. Проведенное исследование указывает на то, что научные концепции, предложения по совершенствованию уголовно-процессуального законодательства и другие гражданские инициативы оказывают влияние на правотворческую деятельность законодательных органов государственности власти. Выводы, представленные в настоящей статье, подкреплены анализом конкретных законопроектов, подтверждающих процесс воплощения теоретических разработок субъектов, не обладающих правом законодательной инициативы, в соответствующие нормативные правовые акты

Рассматривается процессуальный порядок заявления ходатайства о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве. Анализируются статистические данные, характеризующие применение в практической деятельности института досудебного соглашения, определяется суть изучаемых уголовно-процессуальных отношений, исследуется роль прокурора и следователя при заявлении подозреваемым (обвиняемым) ходатайства в порядке ст. 317.1 УПК РФ. Выявляются проблемы правовой регламентации в данной сфере, вносятся предложения по изменению уголовно-процессуального законодательства

В данном исследовании подробно исследуется ряд критических вопросов в применении принципа состязательности сторон в уголовном судопроизводстве - ключевой фактор справедливости и равенства всех участников судебных разбирательств. В процессе реализации принципа состязательности в практической деятельности возникает немало проблем, связанных с его правильным пониманием, толкованием и применением. Особое внимание уделяется тому, как данный принцип способствует созданию условий для абсолютной равноправности каждой из сторон, предоставляя им одинаковый набор правовых инструментов в целях установления объективного и беспристрастного выявления истины по уголовному делу. Это исключает возможность возникновения недобросовестных преимуществ для какой-либо стороны процесса. В центре исследования - ключевые проблемы применения принципа конкуренции сторон в уголовном судопроизводстве. Уровень и объективная возможность реализации принципа состязательности указывают на демократичность системы правосудия. Анализируются содержание принципа состязательности сторон, различные подходы к данному принципу уголовного процесса, его применение на отдельных стадиях уголовного процесса, рассматриваются отдельные проблемы применения этого принципа на разных стадиях уголовного процесса. Исследователь подробно анализирует нормы, регулирующие уголовный процесс, изучает нормативно-правовую базу, в том числе УПК РФ, и выявляет ряд критических аспектов, указывая на пробелы действующего законодательства, которые существенно перераспределяет компетенции правоохранительных органов в рамках уголовного судопроизводства. Особое внимание уделяется статье 15 УПК РФ как основному регулятору принципа состязательности сторон и гаранту равноправной процедуры рассмотрения дел в суде.

В настоящей статье рассматриваются особенности реализации ключевых принципов уголовного судопроизводства на досудебной и постсудебной стадиях в рамках российской правовой системы. Исследование основано на анализе нормативно-правовой базы, включая положения Конституции Российской Федерации и Уголовно-процессуального кодекса РФ, а также на изучении актуальной судебной практики и научных трудов отечественных правоведов. Особое внимание уделяется вопросам соблюдения принципов законности, состязательности сторон, презумпции невиновности, а также обеспечения прав и законных интересов участников уголовного процесса, в том числе потерпевших, подозреваемых, обвиняемых и их защитников. В статье выявляются противоречия между теоретически закреплёнными нормами и их фактической реализацией в уголовно-процессуальной практике, особенно на стадиях предварительного расследования и исполнения приговора. Автор акцентирует внимание на существующих институциональных и процедурных барьерах, препятствующих полному обеспечению прав участников процесса.

Цель исследования. В статье рассматриваются содержание и значение категорий «достаточность» и «заслуженность» при решении вопроса и прекращении уголовного дела или уголовного преследования по нереабилитирующим основаниям. Реализация рассматриваемой поощрительной формы уголовного судопроизводства в виде освобождения от уголовной ответственности связана с оценочной деятельностью суда или должностного лица. Цель исследования заключается в выявлении проблем правоприменительного характера в определении «достаточности» позитивных посткриминальных действий обвиняемого (подозреваемого) и «заслуженности» им освобождения от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям. Выводы. Автор приходит к выводу, что при освобождении лица от уголовной ответственности не представляется возможным установить истинное отношение лица к происходящим с его участием процессуальным правоотношениям. «Достаточность» посткриминальных действий и поступков обвиняемого (подозреваемого) и «заслуженность» им поощрения, не может оцениваться судом в отрыве от мнения потерпевшего. Для устранения дефективной практики следует четко определить условия, требования и стандарты применения поощрения в рамках уголовного судопроизводства, равно как и критерии оценки поведения лица, претендующего на получение поощрения.

Цель исследования. В статье обращается внимание на то, что в российском уголовно-процессуальном законодательстве системно и комплексно не урегулированы вопросы участия лиц с ограниченными возможностями - лиц, которые в результате социально значимых причин не способны самостоятельно в полном объеме реализовывать свой процессуальный статус участников уголовного судопроизводства. Выводы. Посредством обращения к опыту ряда иностранных государств, международным правовым актам, современным гуманистическим взглядам отмечается необходимость перехода на новый этап развития российского уголовно-процессуального законодательства в части, касающейся регулирования института участников уголовного судопроизводства, обеспечения их прав и защиты законных интересов во взаимосвязи с концепцией социального правового государства. Предложен ряд терминов, таких как лица с ограниченными возможностями, надлежащее участие в уголовном судопроизводстве, специальный уголовно-процессуальный статус и др. Предлагается к использованию разработанный автором компенсаторный подход для обеспечения надлежащего участия в уголовном судопроизводстве лиц с ограниченными возможностями.