Научный архив: статьи

Статья представляет собой обобщение китайской историографии с 1949 по начало 1990-х гг. о присутствии Российской империи на Дальнем Востоке в конце XIX–начале XX в. После отступления армии Гоминьдана на Тайвань китайская историография разделилась на две части — континентальную и тайваньскую. По сравнению с предыдущим периодом развития, китайская историография второй половины XX в. отличалась крайней политизацией как на континенте, так и на Тайване. Второй особенностью, более характерной для континентальной историографии, является скудность источниковедческой базы. Лишь в 1980-х–начале 1990-х гг. источниковедческая ситуация улучшилась. Современные китайские историки часто описывают научную ситуацию второй половины XX в. фразеологизмом «проводить ритуалы внутри ракушки»: с одной стороны, ограничение в источниковедческом плане не позволило тогдашним историкам полноценно и всесторонне заниматься наукой, с другой стороны, они были гораздо энциклопедичнее и эрудированнее, чем современные коллеги, в связи с чем их работы нельзя считать полностью утратившими научную ценность

Современный кризис Ялтинско-Потсдамской системы международных отношений побуждает обращаться к истокам современных европейских проблем. В данной статье рассматривается политика США в отношении депортации немцев с территории Польши и бывших восточногерманских земель в первые послевоенные годы. Исследуются основные мотивы американского руководства при переселении немецкого населения с территорий к востоку от линии Одер-Нейсе. Предпринимается попытка оценить влияние данного вопроса на генезис Холодной войны. Автором проанализирован большой объем фактологического материала и сделаны выводы о двойственности политики США по вопросу депортации немцев с присоединенных к Польше земель Восточной Германии. Установлено, что в мотивах американского руководства доминировал прагматизм, а экономические факторы играли решающую роль в выборе политической тактики. Ответственность за антигуманные методы переселения немцев, используемые польским правительством, руководство США возлагало на СССР, что в немалой степени способствовало эскалации разноггласий в отношениях двух держав. Обосновывается, что политика США носила амбивалентный характер и ограничивалась в основном дипломатическими методами, которые не всегда сопровождались адекватными административными и финансово-экономическими мерами

В 1980-е гг. афганские беженцы представляли собой самую крупную колонию беженцев в мире. Ситуация, сложившаяся вокруг афганских беженцев, представляла собой гуманитарную проблему международного уровня и постоянно привлекала внимание мирового сообщества, в том числе и ООН. Основная часть беженцев переместилась в Пакистан, что было для Пакистана как поводом для регулярных обращений к третьим странам и некоторым международным организациям за помощью, так и источником внутренней напряжённости. Афгано-пакистанские отношения были непростыми с момента создания независимого государства Пакистан, а после Апрельской революции 1978 г. и последующего ввода на территорию Афганистана советских войск, когда Пакистан по факту стал базой для пребывания руководства афганского антиправительственного движения и подготовки боевых единиц для него, эти отношения ухудшились ещё больше. Пребывание подавляющего большинства афганских беженцев на территории Пакистана стало дополнительным фактором, ещё больше осложняющим отношения этих стран. Основная цель – рассмотреть вопрос о положении беженцев на протяжении 1980-х гг. в рамках афгано-пакистанских отношений, влияние этого вопроса на отношения двух стран и эволюцию подхода афганского правительства к проблеме беженцев. Новизна исследования состоит в том, что этот вопрос ещё не рассматривался в отдельной работе. Базой для статьи стали документы ООН, направляемые на имя Генерального секретаря дипломатическими представителями Пакистана и Афганистана. Автор приходит к выводу, что, невзирая на то, что позиция афганского правительства в отношении беженцев претерпела эволюцию на протяжении 1980-х гг. в направлении смягчения, вопрос о положении беженцев в это десятилетие был одним из наиболее значимых в афгано-пакистанских отношениях. Взаимные обвинения и атмосфера недоверия, что можно увидеть в том числе и в документах, не способствовали решению проблемы беженцев, которая остаётся актуальной и сейчас.

Статья посвящена анализу Корейской войны (1950-1953) как ключевого конфликта холодной войны, определившего геополитическую ситуацию в Восточной Азии. В работе рассматриваются причины конфликта, связанные с разделением Кореи по 38-й параллели, идеологическим противостоянием и глобальным противостоянием СССР и США. Особое внимание уделяется роли международных сил: поддержке Северной Кореи со стороны СССР и КНР, участию США и ООН в поддержке Южной Кореи. Анализируются основные этапы войны: наступление северокорейских войск, контрнаступление сил ООН, вмешательство Китая и переход к позиционной войне. Исследуется влияние конфликта на укрепление американского присутствия в регионе, развитие сотрудничества США с Японией и рост международного статуса КНР. Рассматриваются долгосрочные последствия войны: закрепление разделения Корейского полуострова, формирование демилитаризованной зоны, экономическое развитие Южной Кореи и укрепление позиций Китая. Статья подчеркивает роль Корейской войны в формировании концепции «ограниченной войны» в период холодной войны.

Рассматривается политика Ю. В. Андропова и его личная позиция в ключевых вопросах отношений СССР с США и КНР в годы руководства Советским Союзом. На этой основе оценены влияние и последствия действий Ю. В. Андропова на внешнеполитическое развитие СССР. Автор руководствовался принципами историзма, научной объективности и опоры на источники. Доказано, что Ю. В. Андропов формировал внешнюю политику страны с позиции «ястребов» в советском руководстве, представленных Д. Ф. Устиновым. Согласно этой позиции, внешняя политика абсолютно подчинена интересам национальной безопасности, предполагающей превосходство ядерных и обычных сил над силами потенциальных противников, а военная сила должна выходить на первый план при принятии внешнеполитических решений. Поэтому как по проблеме ракет средней дальности (РСД) в Европе, так и по вопросу о размещении вооруженных сил на советско-китайской и китайско-монгольской границах Ю. В. Андропов, игнорируя объективные изменения обстановки, неизменно придерживался жесткой позиции. Автор приводит свидетельства того, как советский руководитель неоднократно отвергал разумные предложения дипломатов и не желал идти на какие-либо уступки, которые противоречили идеям военного превосходства. В первую очередь это касалось вопроса размещения РСД на территории Восточной Европы, который обсуждался на переговорах в Женеве. В итоге Советскому Союзу не удалось избежать вовлечения в новый виток гонки вооружений, спровоцированный президентом США Р. Рейганом, вследствие чего американские РСД были размещены в Западной Европе. На Востоке Ю. В. Андропов упустил возможность улучшить отношения с Китаем, который начал переориентироваться от конфронтации с СССР на выстраивание баланса в отношениях с США и Советским Союзом, и продолжил бессмысленную конфронтацию с ним. Внешнеполитическое наследие Ю. В. Андропова - изолированная, напряженная внешняя обстановка, не подразумевающая свободы действий. Кроме того, увеличение военных расходов, вызванное его жесткой внешнеполитической линией, усугубило «застой» и кризис социально-экономического развития СССР.

Статья посвящена 100-летию со дня рождения Патриса Эмери Лумумбы - национального героя Демократической Республики Конго (ДРК), одного из ярчайших лидеров африканского антиколониального движения, первого премьер-министра независимой страны. В конце 1950-х - начале 1960-х гг. его родина превратилась в арену противоборства между африканскими силами освобождения и Западом, заинтересованным в сохранении позиций в богатой минеральными ресурсами стране в Центральной Африке. В современных условиях, когда африканские страны решают актуальные задачи утверждения суверенитета и безопасности, укрепления своего веса в мировой экономике и политике, им важно опираться на исторический опыт, учитывающий достижения и ошибки периода борьбы за независимость и деколонизации. С помощью биографического метода авторы анализируют формирование жизненной стратегии отдельного человека как социального актора во взаимодействии с обществом, выявляя, каким образом среда и социокультурные обстоятельства влияют на личность, ее убеждения и поведение, проявления уникального и типичного в характере. Источниковую базу исследования составили выступления, письма, статьи П. Лумумбы, издававшиеся в Брюсселе ежегодные сборники бельгийских и конголезских документов (1959-1961 гг.) о ситуации в стране. Становление личности П. Лумумбы происходило в условиях специфической системы бельгийского колониального управления. Яркий самородок из бедной крестьянской семьи, талантливый организатор, прекрасный оратор благодаря природным способностям, трудолюбию и самообразованию стал одним из самых авторитетных политиков ДРК накануне и в первый год ее независимости, создав единственную политическую партию, отошедшую от узко этнических интересов, - Национальное движение Конго (НДК). Основными положениями его программы были образование независимого, единого, целостного и неделимого Конго, организация государственного сектора, контролирующего горнодобывающую промышленность, для проведения самостоятельного курса в экономической области и во внешней политике, преодоление трайбализма и регионализма, а также создание справедливого общества без нищеты и эксплуатации. В сфере внешней политики он ориентировался на нейтралитет и панафриканизм. Рассматривается, как в условиях холодной войны такая радикальная политика и бескомпромиссная позиция П. Лумумбы настроила против него Запад и прозападные силы внутри Конго, в результате чего в стране произошел кризис, приведший к убийству премьер-министра. Различные оценки деятельности П. Лумумбы вытекают прежде всего из противоположных политических позиций исследователей и политиков, а также из противоречивости мировоззрения и неоформленности программы самого политика.

В борьбе за будущий мировой порядок сталкиваются различные концепции справедливого глобального устройства. Внешнеполитические документы России подчеркивают важность установления такого мироустройства, которое было бы многополярным и основанным на диалоге цивилизаций, уважении национального суверенитета и взаимной безопасности. Эти принципы лишь отчасти разделяются другими участниками международных отношений, среди которых по своему идейному и материально-силовому потенциалу выделяются США и Китай. В этой связи нарастание противоречий между этими державами усиливает опасность формирования новой биполярной системы международных отношений. Опыт Ялтинско-Потсдамской системы свидетельствует о склонности биполярной системы к идейно-ценностной конфронтации и силовому разрешению конфликтов. Возникновение такой системы международных отношений стало результатом принципиальных различий в понимании двумя сторонами принципов справедливого мироустройства при сложившемся паритете военно-политических возможностей сторон. Международные правила и институты, включая Устав ООН, оказались неспособны гарантировать мир. Поэтому главным уроком холодной войны следует считать необходимость предотвратить само возникновение биполярности, способной поставить мир на грань войны и даже всеобщего уничтожения. Исследование посвящено анализу угроз формирования новой биполярности в связи с нарастанием в международных отношениях конфликта между США и Китаем. Сегодня эти страны обладают наиболее мощными материально-силовыми возможностями, а также принципиально различными видениями справедливого мира. США со времени холодной войны исходят из универсальности своих идеалов демократии, в то время как Китай предлагает концепцию мировой «гармонии» в соответствии с идеалами экономического развития и признания цивилизационных различий. Избрание Д. Трампа президентом США предполагает пересмотр приоритетов демократии в пользу подтверждения американского военно-экономического доминирования в мире. На основе сравнительного и социально-интерпретационного метода делается вывод о вероятности нарастания конфликта между великими державами. России могла бы принадлежать особая роль в формировании многополярного и многостороннего порядка в Евразии как прототипа будущего мироустройства. Условия продвижения в этом направлении связаны с укреплением в регионе военно-политического баланса, развитием межцивилизационного диалога, экономической открытости и многосторонних институтов.

Проанализирован опыт американских стажеров в Советском Союзе 1960-х гг. в контексте реализации программы советско-американских академических обменов, осуществлявшихся согласно Соглашению Лэйси - Зарубина 1958 г. Исследование основано на изучении эго-документов (мемуаров и интервью участников программы), что позволяет рассмотреть эмоциональные и бытовые аспекты пребывания американских студентов в СССР. Детально описано восприятие американскими стажерами советской повседневности, включая условия проживания в общежитиях, организацию питания, специфику совершения покупок в магазинах, а также их общую оценку городского пространства Москвы. Существенное внимание уделено характеру взаимодействия с советскими студентами, которые, вопреки предварительным ожиданиям американских участников, демонстрировали незначительный интерес к идеологическим вопросам, но проявляли активное любопытство к бытовым аспектам американской жизни. Рассмотрены трудности, с которыми сталкивались американские исследователи при работе в советских архивах и библиотеках, включая бюрократические препятствия и ограничения доступа к материалам. Отдельно проанализированы диспропорции в политике обмена: если американская сторона направляла преимущественно специалистов-гуманитариев, то советские участники были в основном представителями естественных наук. Прослеживается преемственность с моделью 1930-х гг., когда советские инженеры перенимали американский технологический опыт. Методологически исследование базируется на подходах истории повседневности и истории эмоций, что позволяет интерпретировать субъективность восприятия участников научного обмена не как ограничение, а как значимый источник для понимания межкультурного взаимодействия в период холодной войны. Несмотря на значительное количество мероприятий, осуществленных в рамках Соглашения между СССР и США об обменах в области науки, техники, образования, культуры и других областях, в том числе и в сфере академического обмена, инициатива не достигла своей главной цели по сближению двух режимов. Однако программа способствовала формированию нового поколения американских советологов, которые, подобно Шейле Фицпатрик, внесли существенный вклад в пересмотр традиционных подходов к изучению советской истории.

Автор представляет своё видение формирования образа врага как инструмента внешней политики государств в годы холодной войны. Акцентирует внимание на результатах факторного анализа, позволившего сформулировать выводы о значении образа врага в конфронтационном состоянии международной среды второй половины ХХ в.

Авторы на основе доктринальных документов и научной литературы показали эволюцию понятия «политическая война». Теоретическая рамка, предложенная Дж. Ф. Кеннаном, за годы противостояния сверхдержав стала основой стратегического планирования Вашингтоном долгосрочных и разрушительных, в том числе тайных операций, по устранению влияния СССР в мире. Концептуально политическая война включает дипломатию принуждения, финансово-экономические способы давления, информационно-психологические и военно-политические операции. Весь этот арсенал в настоящее время направлен против России с целью подрыва её устойчивости и политической субъектности.

Вниманию читателей предлагается рецензия на научную монографию, которая является трудом коллектива авторов, работающих в смежных гуманитарных сферах, что позволяет проанализировать представленные ими проблемы как с теоретической, так и с научно-практической точки зрения. В центре внимания авторов изображение образа врага в кинематографе СССР и США эпохи Холодной войны 1946—1963 гг. Авторы приходят к выводу, что созданный кинообраз врага, отражающий идеологическое противостояние двух систем, является важным средством легитимизации власти и формирования гражданского самосознания общества, а его анализ необходим для международной стабильности и безопасности

Вниманию читателей предлагается статья, посвящённая изучению Корейской войны 1950—1953 гг. с позиций участников конфликта с обеих противоборствующих сторон. Эта война является первым вооружённым конфликтом двух идеологий: социалистической и капиталистической. Корейский вопрос в своём развитии прошёл через различные по форме и содержанию этапы — от войны 1950—1953 годов до сближения и сотрудничества КНДР и РК в 2000—2002 годах. Однако до сих пор он оста- ётся трудной и сложной для решения проблемой. Советский Союз на протяжении длительного времени был безоговорочным сторонником КНДР, однако с распадом социалистической системы претерпели изменения и взгляды на корейский конфликт. Взгляды сторонников Южной Кореи со временем сильно не поменялись, хотя и они отличаются друг от друга. В данной статье с помощью метода историзма проанализированы сборники, монографии и статьи отечественных и зарубежных авторов, чьи исследования затронули корейскую проблему. На их примере будет продемонстрировано: 1) насколько сильно отличались оценки конфликта в СССР и США; 2) как менялась позиция в СССР и постсоветской России в зависимости от внешнеполитического вектора нашей страны в конкретное время; 3) на что больше обращают внимание сторонники Южной Кореи.