Научный архив: статьи

Авторы статьи обращаются к малоизвестной в российской историографии теме участия Бразилии во Второй мировой войне, что являлось в большей степени политическим шагом правительства страны и символическим жестом помощи странам антигитлеровской коалиции. Авторы статьи, используя историко-сравнительный и историко-типологический методы, показывают, как и под влиянием каких факторов формировалась внешняя политика Бразилии в годы Второй мировой войны.

Участие советских евреев в вооруженной борьбе против нацистской Германии в качестве военнослужащих Красной армии до сих пор изучено недостаточно. Одной из любопытных тем является попытка создания еврейских национальных частей для борьбы на советско-германском фронте. В центре анализа в данной статье находится комплекс документов, обнаруженный автором в фонде Главного управления формирования и укомплектования войск (Главупраформа) Красной армии в Центральном архиве Минобороны РФ. На основе этого и других документальных источников рассматривается история нереализованного проекта формирования Отдельной еврейской армии в начале 1943 г.: причины и обстоятельства возникновения общественного запроса на создание еврейской воинской части в начале войны; трансляция этого запроса через обращения инициативных лиц в адрес органов государственной власти и общественных организаций; переадресация обращений воентехника 1-го ранга Г. Л. Зильбермана заместителю наркома обороны Е. А. Щаденко; разработка под руководством Щаденко проекта еврейской армии; анализ реализуемости проекта и обстоятельств его отклонения высшей властью страны. В статье также рассмотрены особенности представленности евреев в Красной армии, их служебного положения и продвижения по службе и отражение их усилий на фронте в советском общественном сознании. Сделан вывод о том, что замысел формирования еврейской армии был вполне реализуем с организационной точки зрения, однако в глазах руководства страны он не имел той политической актуальности, которой обладали иные, осуществляемые в тот же период проекты национальных воинских формирований.

Проблема решения задачи первоначального знакомства солдат армии США с культурой освобождаемой американской армией Франции представляется весьма актуальной в условиях продолжающегося усиления контактов между носителями различных культур в разнообразных формах и в современном мире, в том числе в ходе и после завершения военных конфликтов. Новизна исследования заключается в анализе путеводителей, созданных для служивших во Франции американских солдат, в качестве источника информации по процессу знакомства рядовых американцев с французской культурой. Цель работы – выявить в американских путеводителях по освобождаемой в конце Второй мировой войны Франции сюжеты, информация о которых была необходима американским солдатам для более комфортного нахождения в стране, в том числе о возможностях отдыха (культурного и развлекательного времяпрепровождения). Читатель путеводителей получал информацию по истории и современному состоянию Франции, о взаимоотношениях французов с американцами и немцами, особенно в ходе мировых войн. В результате определены основные причины составления путеводителей, заключавшиеся в необходимости более успешной адаптации военнослужащих к нахождению в другой стране. Установлен круг лиц, задействованных в процессе создания путеводителей – в основном это были деятели американской культуры, сотрудничавшие в годы войны с вооруженными силами. Прослежена эволюция данных документов от попытки дать американским солдатам первоначальные знания о жизни французов к решению проблем, возникших уже после прибытия американцев во Францию. Сделан вывод о значении данных путеводителей для активизации интереса американцев к французской культуре.

В работе показана эволюция историографических подходов к изучению проблемы эвакуации населения в Западную Сибирь в годы Великой Отечественной войны в отечественной историографии. Применены метод периодизации и проблемно-хронологический метод. Выделены основные этапы изучения темы эвакуации гражданского населения: 1) 1941–1955 гг.; 2) 1956–1990 гг.; 3) 1991 г. – настоящее время. В рамках первого этапа главной проблемой для объективного изучения темы являлась закрытость источниковых баз, агитационная и пропагандистская направленность написанной литературы. Второй этап характеризуется выделением проблемы эвакуации гражданского населения в отдельную тему для исследования, однако сдерживающим элементом для комплексного изучения являлась идеологическая составляющая. Отличительной чертой третьего этапа можно обозначить введение в оборот новых архивных документов, что способствовало появлению новых исследований, посвященных актуальным аспектам эвакуационного процесса. На основании анализа литературы в выбранные этапы были выделены три основных исторических подхода к изучению проблемы: экономический, социальный, демографический. Основная часть исследований является частью экономического подхода, поскольку эвакуация населения рассматривается через призму перебазирования промышленности на территорию Западной Сибири. Работы социального и демографического характера не составляют большинства исследований, однако именно в них на первый план выходят вопросы приема и размещения, трудоустройства, медицинского обслуживания населения, а также социальный состав и численность эвакуированных граждан. Однако многие аспекты эвакуационного процесса до сих пор остаются малоисследованными. Для дальнейшего комплексного изучения работы сибирского тыла и вклада региона в победу в Великой Отечественной войне необходимо обратить пристальное внимание на отдельные аспекты проблемы эвакуации населения в качестве перспектив настоящего исследования: стихийная (неорганизованная) эвакуация; ошибки и просчеты в организации данного процесса; обустройство и проживание эвакограждан на местах; их роль в экономике региона; влияние процесса эвакуации на социальную и культурную сферу Западной Сибири.

Характеризуются основные позиции общества Великобритании в отношении СССР накануне и в начальный период Второй мировой войны. На основе опросов общественного мнения, материалов британской прессы, свидетельств современников и других источников реконструируется картина представлений о роли и значении советского государства в международной политике, его воздействии на европейские и мировые процессы, последствиях принимаемых советским руководством решений. Прослеживается динамика отношения к СССР на фоне происходивших в самой Великобритании и в мире событий и процессов.

Тема борьбы с преступлениями против мира и человечества анализировалась автором в историческом и теоретическом плане; разоблачались агрессия, государственный бандитизм, подробно исследовался вопрос о военных преступлениях во Второй мировой войне, организации и проведении суда над главными немецкими и японскими военными преступниками в Нюрнберге и Токио, другие правовые проблемы уголовной ответственности за преступления против мира и человечества. После Второй мировой войны были заложены основы новой, общей системы коллективной безопасности в виде Организации Объединенных Наций, в создании которой СССР принимал самое активное участие. Глава VII Устава устанавливала целую систему мероприятий по обеспечению коллективной безопасности против агрессии.

В статье на основе архивных документов, бóльшая часть которых вводится в научный оборот впервые, исследуется деятельность созданного в октябре 1944 года Управления уполномоченного Совета народных комиссаров СССР по делам репатриации советских граждан, объединившего ведомства, имевшие собственные зоны ответственности и вступавшие друг с другом в противоречия: Народный комиссариат внутренних дел, Народный комиссариат государственной безопасности и Главное управление контрразведки «Смерш» Народного комиссариата обороны. Материалы, касающиеся организации репатриации из Финляндии в СССР с 1944 по 1955 год, позволяют раскрыть процессы оперативного межведомственного взаимодействия, разработки соответствующих инструкций, ведомственного согласования в непредвиденных ситуациях. В конечном счете объединенные действия названных структур обеспечили успешную репатриацию не менее чем 100 тыс. советских граждан и военнопленных. В работе выделены аспекты, повлиявшие на ход репатриации, включая создание нормативно-правовой базы для разграничения межведомственных полномочий, выявление преступных элементов среди репатриантов, поиск сбежавших пленных. Постановления Государственного комитета обороны, нормативные документы Народного комиссариата внутренних дел, принятые и утвержденные в военное и послевоенное время, легли в основу процесса репатриации советских граждан, в т. ч. из Финляндии. В ходе исследования установлено, что часть советских граждан принимала участие в боевых действиях на стороне Финляндии в составе 3-го и 6-го батальонов. Некоторые военнопленные занимались контрразведывательной деятельностью, сотрудничали с администрацией лагерей. В статье обосновывается вывод, согласно которому межведомственное взаимодействие способствовало созданию устойчивой системы проверки репатриантов, обеспечению безопасности советских военнопленных и интернированных в период репатриации, распределению репатриантов для решения экономических задач советского государства.

Проведено исследование представления в английской региональной прессе открытия второго фронта. Проанализировано 20 единиц материала — номеров газет. В качестве материалов привлекаются номера газеты Western Mail за июнь 1944 года. Впервые вводятся в научный оборот данные этого издания, не переводившегося ранее с английского на русский язык. Выполнен обзор подборок статей с первых полос этого издания. Уделяется внимание событию высадки в Нормандии, продвижению союзных войск во Франции и штурму Рима. Подчеркивается, что английская региональная пресса меняла акценты в освещении событий в Европе от восторженных и победных до выражения недовольства. Показано, что событиям на Западном фронте газета уделяет постоянное внимание, тогда как Восточному фронту посвящена одна заметка. Результаты анализа подтверждают, что посредством публикаций в периодике у британского читателя формировалось мнение о приоритете Западного фронта в борьбе с гитлеровской Германией, о важности сражений во Франции и Италии, а не освобождения СССР и Восточной Европы. Тем самым складывался миф о победе англо-американских войск над Германией. Авторы утверждают, что подобная тенденция освещения событий в перидических изданиях является основой для искажения исторической правды.

В статье анализируется эволюция стратегических взглядов президента США Ф. Рузвельта и премьер-министра Великобритании У. Черчилля в декабре 1943 — апреле 1945 гг., т. е. от последствий Тегеранской конференции «большой тройки» до смерти американского президента и завершения войны с Германией. Особое внимание уделяется анализу роли западных лидеров в эволюции отношений с СССР и влияния проблем выработки основ послевоенного мироустройства на решение военных вопросов. На основе проанализированного материала отмечается, что их взгляды имели важное, часто определяющее значение в формировании национальных и коалиционной стратегий на завершающем этапе войны. Идеи и решения британского лидера и к концу войны базировались на традиционной британской имперской стратегии и концепции «баланса сил»; с этих же позиций он оценивал действия Сталина как политику резко усилившейся великой державы, желающей активно участвовать в послевоенном «разделе мира». Стратегическое мышление президента базировалось на стремлении к созданию глобальной американоцентристской политико-экономической системы; оно опиралось на адекватные оценки соотношения потенциалов великих держав и понимание необходимости для реализации его планов сохранения «политики партнерства» с Москвой, в том числе на послевоенный период. Эти взгляды Рузвельта стали определяющими для эволюции военно-политической коалиционной стратегии и отношений западных держав и СССР на завершающем этапе войны с Германией.

В статье анализируются дневниковые записи Владимира Дедиера о русских эмигрантах первой волны, принимавших участие в народно-освободительной борьбе, которая велась под руководством Коммунистической партии Югославии в годы Второй мировой войны. В. Дедиер — югославский журналист, участник югославского Сопротивления, близкий соратник И. Б. Тито. Две части дневника были опубликованы в 1945— 1946 гг., третья часть — в 1950 г. Второе издание дневника вышло в свет в 1951 г. Автор статьи делает вывод о том, что отношение Дедиера к русским эмигрантам во многом определялось политикой Коммунистической партии Югославии в отношении Советского Союза в период охлаждения отношений между двумя государствами.

В статье представлены результаты поиска данных о советском партизане, участнике итальянского Сопротивления, павшем в предместье города Нови-Лигуре (Пьемонт) в апреле 1945 г., накануне окончательного краха нацифашизма в Италии. Согласно итальянским источникам, его звали «Денади Агламор», однако ряд сведений позволил авторам данной статьи восстановить его настоящее имя — Геннадий Николаевич Агламов. Красноармеец, 1923 года рождения, призванный в начале Великой Отечественной войны из Свердловска, где работал автомехаником. Он попал в немецкий плен и был отправлен на трудовые работы в Италию. Из плена ему удалось бежать и влиться в отряд местных партизан под боевым прозванием Дженнаро. Отправленный, вероятно, на рекогносцировку вместе с двумя другими партизанами-итальянцами, Г. Н. Агламов был убит карателями, позднее погребен на городском кладбище г. Нови-Лигуре в почетной крипте партизан. Из-за неопределенности сведений о бойце на его плите поставили лапидарное: «Советский партизан».

Апрельская война 1941 г. застала в Королевстве Югославия примерно 30 тыс. русских эмигрантов, которые в результате революционных событий 1917 г. и Гражданской войны (1918—1922) покинули Россию и в период с 1919 по 1923 г. приехали в Королевство сербов, хорватов и словенцев (СХС) (с 1929 г. — Королевство Югославия). После разделения территории Югославии в результате вторжения Германии и Италии в страну в апреле 1941 г. и ее капитуляции большая часть представителей этого сообщества осталась пассивной, некоторые решили сотрудничать с немцами, но были и те, кто выбрал для себя путь активного сопротивления оккупантам. В борьбу с оккупантами на территории бывшей Югославии включились русские эмигранты — представители самых различных профессий (инженеры, художники, ученые, врачи). По подсчетам крупнейшего специалиста по истории русского зарубежья в Югославии Алексея Борисовича Арсеньева, более 90 русских врачей и медсестер участвовали в движении Сопротивления. Русские врачи были специалистами в различных областях медицины. Большинство из тех, сведения о которых у нас есть, получили образование в самом Королевстве СХС (Королевство Югославия), некоторые вступали в Сопротивление будучи студентами медицинских факультетов. Среди боровшихся с фашизмом врачей были и представители первого поколения русских беженцев, в том числе участников Белого движения. В годы оккупации русские врачи, участвовавшие в партизанском движении, вступившие в Народно-освободительную армию Югославии, заведовали больницами, руководили эпидемиологической службой, внося таким образом вклад в борьбу с фашизмом. В статье приводятся биографические сведения лишь о некоторых из них.