Научный архив: статьи

Учитывая факт детальной, всесторонней проработанности темы ранней философии М. М. Бахтина в отечественной гуманитаристике, автор настоящего исследования видит свою задачу в демонстрации герменевтических усилий, нацеленных на внесение посильного вклада в развитие вышеобозначенной темы, в частности в представление ее ключевого понятия поступка как концепта. В статье также предпринимается попытка уяснить суть и особую форму рецепции философии Бахтина современным читателем, основой которой является высокая суггестивность бахтинских текстов, связанная с наслаждением от текста (Р. Барт). Делается акцент на необходимости представить этический концепт Бахтина, положенный автором в основу «первой философии» как феномен эстетического в пространстве иеротопии и укорененный сразу в нескольких плоскостях эстетического (прежде всего в мире символического в мистерии). В исследовании даны абрисные очертания вопроса соотношения понятий «поступок» и «деяние» как знаковой философской понятийной пары философии начала ХХ в. Эвристический путь настоящего исследования нацелен, таким образом, на эстетическое измерение «К философии поступка» как особого философского поступка Бахтина в жанре философской поэтики. В своей статье автор пытается следовать ритму, тональности, слогу самого Бахтина, вторя, по возможности, его эмоционально-волевому тону с целью воссоздания мета-затекста и затекста исследуемого философского произведения, расположенного целиком и полностью «на границах» различных гуманитарных миров, представляющих собой ответственную, полифоничную, диалоговую мысль Бахтина, исповедовавшего вненаходимость своего авторства в первом и самом значительном философском поступке своей жизни.

Актуальность и цели. В современности становится важной идея формирования личности на основе ценностей российской цивилизации, что заставляет обратиться к советскому периоду истории России и вопросу конструирования советского человека. Целью исследования избраны советские мифы, посредством которых формировался новый тип личности - советский человек.

Материалы и методы. Реализация исследовательских задач осуществляется на основе изучения транслируемых в советском государстве текстов, связанных с образом советского человека. Методами исследования избраны аналитический и герменевтический.

Результаты. Анализ текстов показал, что в качестве распространенных нарративов конструирования индивида выступили мифы о советском человеке, базирующиеся на архетипе Прометея, о вожде, включающие в себя архетипы Мудрого старца, Воина и сверхчеловека, советском народе, обладающем определенной избранностью и единством с партией, о нравственных ценностях, способствующих формированию определенных качеств советского человека, героизме и классовой борьбе, где обязательным считался образ врага, с которым необходимо было бороться. Эффективности внедрения мифов в сознание человека способствовали законы мифотворчества. Среди них назовем использование бинарных оппозиций, принцип подобия и закон сгущения. Тиражируемые в Советском государстве мифы представляли собой телеологический конструкт, формирующий советского человека, ориентирующий его в мироздании и способствующий стабильности бытия.

Выводы. Внедрение мифов в сознание большого количества людей имело не только положительные, но и негативные аспекты, в том числе подавляло критическое мышление, приводило к конформизму и нетерпимости к инакомыслию, рождало двойные стандарты. Понимание сути и механизмов действия советских мифов в современных условиях поможет сформировать новые мифы для конструирования самодостаточной личности, обладающей ценностными ориентирами российской цивилизации.

Актуальность и цели. Вопросы души в своих размышлениях рассматривали еще философы древности (Аристотель, Платон, Демокрит), они же и проблемы душевных отклонений подняли до уровня философской рефлексии. С тех пор время от времени в философских исследованиях анализировались разные стороны проблемы душевных девиаций. К ней обращались и классики немецкой философии (И. Кант и Г. В. Ф. Гегель), и представители постклассической философии (Ф. Ницше, Ж. Делёз, М. Фуко).

Материалы и методы. Основными в исследовании стали диалектический метод, принцип всеобщей связи и развития, позволяющие раскрыть различные аспекты изучаемой проблемы. Для анализа связи душевных отклонений человека и социальности применялся социально-антропологический метод, а рассмотрение взаимовлияния культуры и общества осуществлялось с помощью социокультурной методологии.

Результаты. В ходе данного исследования было выявлено, что первоначально проблема душевных отклонений рассматривалась с педагогических позиций, как недостаток воспитания. В поздние периоды авторы сосредоточились на критике подходов коррекции и отношения общества к людям с отклонениями. Изучение работ современных философов показывает, что душевные отклонения в современном обществе приобрели новые интересные нюансы, требующие систематизации. Анализ философских аспектов душевных отклонений человека проводился на основе общефилософской диалектической методологии, дополненной рассмотрением связи душевных отклонений человека и социальности с помощью социально-антропологического метода, а взаимовлияния культуры и общества - с помощью социокультурной методологии.

Выводы. Проведенная работа позволила прийти к выводу о необходимости активизировать тенденцию переосмысления не только причин душевных расстройств, но и понимания душевной девиации как таковой. Следует переосмыслить идеи постмодерна, в которых критикуется коррекционная работа по отношению к людям с душевными аномалиями и все чаще звучит отказ признавать их ненормальными в соответствии с реалиями современности.

Актуальность и цели. Технологическое противостояние XXI в. представляет собой полноценную войну нового типа, которая несет в себе ряд беспрецедентных антропологических рисков. Полному пересмотру подлежат способы идентичности человека, построения его карьерной, социальной и личной жизни, хранения и защиты персональных данных и многие другие параметры, которые в совокупности полноценно определяют человека в социуме. Цель исследования - раскрытие и анализ антропологических рисков, обусловленных технологической войной как перспективным направлением межгосударственного противоборства в рамках войны нового поколения.

Материалы и методы. В основу настоящего исследования был положен антропологический анализ. С его помощью были рассмотрены антропологические риски, которые порождает технологическая война в цифровом пространстве, а также изучены их последствия, уже наступившие и предполагаемые в будущем. Также были использованы философско-культурологический метод и сетевой подход.

Результаты. Рассмотрено антропологическое измерение технологической войны, т. е. ее гуманитарное, а не сугубо техническое, измерение. Отмечены характеристики новой идентичности современного человека, в которой обязательным элементом становится цифровой аспект. Раскрыты новые критерии неравенства, усугубляющим фактором становится технологическая отсталость, которую человек не сможет преодолеть, находясь на «цифровой периферии».

Выводы. Технологическая война поднимает сразу несколько вопросов, поиск ответов на которые позволит современному человеку успешно адаптироваться к происходящим в цифровую эпоху изменениям. Новая этика, цифровая и культурная гигиена помогут человеку найти сбалансированный вариант адаптации. Человек - продукт независимого развития национального государства, именно поэтому в первую очередь ориентированность на привычные (культурно обусловленные) модели поведения и вместе с тем повышение цифровой вовлеченности и грамотности позволят повысить адаптационный потенциал личности в эпоху тотальной цифровизации.

В данной статье предпринят анализ представлений о феномене свободы в традиционном типе общества. Проанализированы специфика и динамика представлений о свободе от античности до позднего западноевропейского средневековья. Прослежено теоретическое становление идеи свободы в истории социальной философии.

Статья посвящена анализу философских концепций в аспекте трансформации и реконструкции мотивов, экзистенциальных смыслов, философии направленности жизни человека и поиска новых путей решения в условиях переживания кризисных ситуаций. Отмечается, что переживание жизненного кризиса оказывает воздействие на выбор человеком своего будущего, поиска смысла существования. Фактором успешности переживания рассматриваются адаптивные способности, целенаправленность, осознанность и реалистичность при решении задач, рефлексивность, сила и интегрированность «Эго». Авторы отмечают инвестицию генетического фактора, здоровья родительского вклада, воли и желания, образования индивидуума в конструктивную направленность жизненного пути, баланс которых определяет ориентиры и субъектную активность в процессе саморазвития. Процесс позитивной дезинтеграции и вторичной интеграции психики рассматривается как концептуальный подход в оказании психологической помощи личности, пережившей кризисную ситуацию. Предлагается авторская методика первичного интервью, запускающая процессы реконструкции мотивов и жизненных смыслов человека.

В статье исследуется критика Фомой Аквинским онтологического аргумента Ансельма Кентерберийского, в частности, ее модальные аспекты. Хотя традиционные возражения Аквината (ошибка предвосхищения основания и несамоочевидность определения Бога) хорошо изучены, их модальная интерпретация требует дополнительного анализа. Фома отвергает аргумент Ансельма, поскольку тот смешивает онтологическую необходимость существования Бога с эпистемической возможностью его отрицания из-за когнитивных ограничений человека. Анализируются пять ключевых текстов Аквината, где он последовательно опровергает Ансельма, утверждая, что бытие Бога самоочевидно лишь по природе, но не для человеческого разума. В модальной версии критики внимание уделяется отрицанию транзитивности отношения между мирами: невозможность познать божественную сущность в земном состоянии не позволяет перейти к необходимости знания о существовании Бога. Фома настаивает на эпистемическом барьере, делающем онтологический аргумент несостоятельным для человеческого познания. В заключении отмечается, что критика Аквината, хотя и соответствует общехристианскому скепсису относительно познания божественной реальности человеком в его земном бытии, не опровергает саму возможность необходимого существования Бога.

Статья посвящена исследованию роли интерпретации онтологического аргумента Ансельма Кентерберийского в творчестве Карла Барта, одного из крупнейших представителей протестантского богословия XX в. Автор акцентирует внимание на том, как Барт формулировал этот аргумент в рамках своей словоцентристской теологии, стремясь отвергнуть любые формы зависимости от философии. Цель исследования – выявить особенности понимания роли онтологического аргумента в двух ключевых традициях изучения творчества Барта: первая, представленная Гансом Урсом фон Бальтазаром, а вторая – Брюсом МакКормаком. Бальтазар подчеркивает значение двух «обращений» Барта, в особенности того, что происходило от диалектической теологии к аналогии веры (analogia fidei) и которое фиксируется с выходом работы «Fides quaerens intellectum». МакКормак, напротив, делает упор на плавном и постепенном развитии и считает знаковой работой для Барта «Гёттингенскую догматику», но не «Fides quaerens intellectum». В статье проводится детальное сопоставление подходов обеих традиций к пониманию интерпретации Бартом онтологического аргумента, демонстрируя, каким образом каждая из них интерпретирует как интеллектуальное развитие Барта в целом, так и его мысль в «Fides quaerens intellectum». Также в статье рассмотрены взгляды современных ученых на роль работы «Fides quaerens intellectum» и их связь с парадигмами Бальтазара и МакКормака.

В статье рассматривается соотношение гуманитарного и технократического начал в культуре. Определено, что такое «культура» вообще, и как ее понимает наука сегодня. Раскрывается роль гуманитарной культуры в построении современного информационного общества.

В статье рассматриваются алгоритмы как ключевые акторы онтотехнической власти в условиях формирования метавселенной. Автор опирается на концепт архонта, введенный в научный дискурс Ж. Деррида, и предлагает свою интерпретацию алгоритмических структур как современных хранителей и регуляторов цифровой памяти в метаверсе. Алгоритмы выполняют не только функцию отбора и хранения данных, но и формируют онтологические рамки бытия, устанавливая, что подлежит фиксации, интерпретации и репрезентации. Внимание автора сосредоточено на властной природе алгоритмов, которые регулируют доступ к знаниям, управляют вниманием и определяют статус субъектов в цифровом пространстве. В условиях метавселенной память утрачивает статус пассивного хранилища и превращается в продуктивный механизм моделирования реальности. Алгоритмическое управление информацией оказывает прямое влияние на трансформацию субъектности: субъект больше не определяется только через когнитивную или телесную автономию, но существует постольку, поскольку включён в цифровой архив. В статье подчёркивается необходимость критического подхода к цифровым технологиям хранения информации и выработки подлинного отношения к технике, которое обеспечит сохранение целостности человеческого существования в условиях цифровой тотальности.

Актуальность и цели. Актуальность исследуемой проблемы связана с рядом факторов: обострением проблемы социальной значимости науки и ее роли в реализации национальных интересов, проблемой роли субъекта научного познания, переосмыслением роли национального мировоззрения. Цель работы - анализ и систематизация взглядов славянофилов на народность и ее роль в научном познании.

Материалы и методы. Источниковой базой исследования являются труды А. С. Хомякова, И. В. Киреевского, П. В. Киреевского, К. С. Аксакова, Ю. Ф. Самарина. Основной метод исследования - системный и комплексный анализ текстов.

Результаты. Прослежены теоретические истоки принципа народности в русской науке и философии начала XIX в., выделены аспекты народности как свойства познающего субъекта, обозначена эмпирическая основа изучения славянофилами свойств русского народа, выявлены признаки русского мировоззрения, выделяемые славянофилами.

Выводы. Народность в науке начала и середины XIX в. была обусловлена экономическими, политическими, а также духовными причинами, являясь, с одной стороны, общеевропейской тенденцией, с другой - национальным явлением. Славянофилы считали народность как свойством познающей мысли, так и предметом изучения. Народность как свойство познающей мысли придает национальный колорит любому знанию, его способам достижения и результатам, помогает рассмотреть объект с определенного ракурса, зависящего от культурных традиций, в которых вырос познающий субъект. Это идет вразрез с объективностью как принципом науки, но укладывается в современную славянофилам тенденцию субъективизации познания. В изучении народности мыслители ссылались на эмпирические факты и философские построения. В своих теориях они исходили из национального понимания диалектической методики и романтической науки: онтологизма, синтеза различных видов знания, социальной значимости науки. Понимание народности они считали важным условием развития знания и улучшения жизни общества.

Актуальность и цели. В настоящем исследовании сделана попытка обоснования философии символизма как методологии современного гуманитарного познания на примере анализа такого историко-культурного феномена, как эпоха Серебряного века. Это время стало одной из цивилизационных особенностей России и примером саморазвития отечественной сферы духовной культуры. Именно в рамках культуры Серебряного века произошло теоретико-методологическое обсуждение и выявление значения теории символического для постижения сущности бытия. Символ как инструмент синтеза мифологического и религиозного уровней духовной культуры стал тем мостом, что объединил внешний и внутренний мир человека как личности. Символическое обеспечивает единство сферы культуры и индивидуального сознания отдельного человека. Актуальность исследования подтверждается тем, что сегодня на повестку дня выходит необходимость упрочения традиционных ценностей духа, а символ исторически и является такой ценностью.

Материалы и методы. Источниковедческой базой работы стали классические философские труды отечественных мыслителей (Бердяева, Лосского, Лосева, Флоренского) и теоретиков философии символизма в ее художественно-эстетической форме эпохи рубежа XIX-XX вв. Методологически оправдал себя главный метод исследования - культурно-сравнительный с опорой на принцип историзма. Он позволил аргументированно доказать тезис о том, что символическое как означивание или ознаменование стало фактором формирования человеческого мышления и языка, а связь мифологического и религиозного есть начало духовности человечества.

Результаты. К основным результатам данной работы следует отнести доказательство идеи выдающегося деятеля культуры Серебряного века А. Ф. Лосева о символе как целостности объективной реальности, которая охватывает собой элементы абстрактного мышления: противопоставление элементов действительности; слияние этих элементов в синтетическое целое; обобщение эмпирического опыта в виде теоретической доктрины. По Лосеву, символ вещи - в выявлении внутренней закономерности.

Выводы. Общим выводом исследования является тезис о том, что русская философия символизма и символизм как методология анализа эстетического в культуре Серебряного века оказали самое заметное влияние на отечественную и европейскую духовные культуры попыткой выразить глубинные переживания человека как личности. Экзистенциальная направленность русского символизма востребована и сегодня не только в историко-философском плане, но и в плане практическом по сохранению отечественных традиционных ценностных ориентиров.