Научный архив: статьи

Статья посвящена формированию шотландской национальной идентичности с акцентом на её европейское измерение. Деволюция 1999 года, расширившая региональную автономию и участие в делах ЕС, позволяет говорить о тесном соприкосновении идентичности шотландской с идентичностью европейской, то есть самоидентификации нации как части “Большой Европы”, учитывая культурно-исторический контекст её развития. После референдума о брекзит, в ходе которого шотландцы поддержали членство в ЕС, особо проявились черты в различиях идентичности шотландской с британской идентичностью. Брекзит же лишь усилил стремление Шотландии к автономии и углубление связей с Европой, что играет ключевую роль в её современной политике. Шотландская идентичность - сложный социальный конструкт, который базируется на стремлении шотландцев обрести независимость, но при этом сохранить её европейскую идентичность. Методологическую основу исследования составляет историко-генетический подход, с помощью которого проанализирован процесс формирования шотландской идентичности. Метод институционализма включает в себя изучение референдумов и парламентских дебатов, что позволяет выявить связь между шотландцев стремлением к автономии и европейской интеграции. Также задействован метод экспертных оценок, а также системный подход. Научная новизна исследования заключается в комплексном анализе формирования шотландской национальной идентичности через её европейское измерение. Исследование охватывает широкий временной период - от средневековья до современных политических процессов. В рамках одного исследования объединены исторические, культурные и политические аспекты, которые включают в себя влияние нормандского завоевания, франко-шотландского альянса, культурной трансформации во времена Ренессанса, деволюции 1999 г. и референдума о брекзите 2016 г. Особое внимание уделяется взаимосвязи между историческими событиями, культурными изменениями и политическими устремлениями региона. Выводы статьи подчеркивают, что шотландская национальная идентичность, сформировавшаяся под влиянием как внутренних стремлений к автономии, так и внешних европейских факторов, играет ключевую роль в политической динамике региона. Брекзит обострил различия между шотландской и британской идентичностью, что привело к усилению дискуссий о независимости. При этом углубление европейской интеграции остаётся важным ориентиром для Шотландии, отражая её стремление сохранить связь с европейским культурным и политическим пространством.

Предметом исследования являются политические взгляды и деятельность Жюля Ферри как представителя либерально-республиканского течения общественно-политической мысли во Франции XIX века. Жюль Ферри - крупный французский политик последней трети XIX века, которого по праву можно считать одним из «отцов-основателей» Третьей республики во Франции. Его ранние взгляды были довольно противоречивыми: сам он называл себя либералом и республиканцем, а его политические оппоненты иногда определяли его как социалиста. Активная вовлеченность в политический процесс Ж. Ферри сразу после крушения Второй империи во Франции в 1870 году спровоцировала во французском обществе много споров, не утихающих до сих пор. Ж. Ферри сыграл важную роль в качестве журналиста и памфлетиста в деле либерализации авторитарной Второй империи во Франции в 1860-е гг. При написании статьи использовались историко-генетический, историко-биографический и идеографический (нарративный) методы исследования. Источниками для написания статьи послужили его многочисленные выступления, памфлеты, письма, написанные им газетные статьи, а также воспоминания его современников. Научная новизна состоит в том, что в отечественной историографии до сих пор не появилось специального исследования, посвященного политическим взглядам и деятельности Ж. Ферри. Важный вопрос, который исследуется в этой статье, соотношение либеральных и республиканских идей в системе взглядов Ж. Ферри в 1860-е гг., то есть до того момента, когда он начал политическую деятельность, став депутатом парламента в 1869 году. В статье делается важный вывод о том, что в 1860-е гг. Ферри находился гораздо ближе к классическим либералам, чем к «красным» республиканцам. Также делается вывод о том, что классического либерализма в воззрениях Ж. Ферри было немало: он был сторонником «необходимых свобод»; выступал против коррумпированности чиновников и злоупотреблений бюрократического аппарата, за честные и прозрачные выборы; поддерживал идею децентрализации Франции и осуждал попытки реабилитировать Террор периода Французской революции конца XVIII века. При этом как все либералы он защищал завоевания и ценности Революции. Республиканского в нем было, конечно, гораздо меньше.

В своей монографии «Жан-Ламбер Тальен: нелюбимый сын Французской революции» (Санкт-Петербург, 2023) старший научный сотрудник Института всеобщей истории РАН, старший преподаватель ГАУГН Д. В. Зайцева проследила жизненный путь Ж.-Л. Тальена - члена Коммуны Парижа, якобинца и монтаньяра, прославившегося тем, что он первым выступил 9 термидора против М. Робеспьера. Анализируя различные этапы его карьеры, развенчивая «чёрную легенду» о нем, Д. В. Зайцева приходит к выводу, что герой ее исследования был востребован, пока шла Революция, но оказался не у дел и умер в полной нищете, когда вместо «разрушителей» потребовались «созидатели». Не оспаривая выводов Д. В. Зайцевой, автор рецензии предлагает задуматься над тем, что Тальен, по сути, был творением Революции. Она дала ему всё: положение в обществе, уважение, власть. Не имея никакой профессии, но обладая решительностью, смелостью и соответствующими моменту политическими взглядами, он занял место среди политической элиты Франции. Оставшись в глазах потомков фигурой весьма противоречивой, он, тем не менее, вошел в историю прежде всего как человек, положивший конец политике Террора.

Статья посвящена анализу мнографии Клод Говар, почетного профессора университета Пантеон-I-Сорбонна, ученицы Бернара Гене и признанного специалиста по политической истории и истории средневекового права Западной Европы. В своей новой работе исследовательница обратилась к эпопее Жанны д’Арк и, несмотря на то, что в последние два десятилетия études johanniques переживают подлинный расцвет и уже трудно найти сюжет, который не получил бы освещения в историографии, избрала для данной темы совершенно особый ракурс. Автор статьи подробно рассматривает предложенную в монографии постановку проблемы - изучить историю национальной французской героини с точки зрения правовых представлений европейцев эпохи позднего Средневековья; показать, какие именно идеи лежали в основе формирования репутации Жанны д’Арк и последующего восприятия ее современниками; раскрыть сугубо юридические аспекты отношений Девы с ее сторонниками и противниками и прежде всего - оценки ее деятельности в ходе обвинительного процесса 1431 г. и процесса по реабилитации 1455-1456 гг.

Автор статьи анализирует изменения, которые претерпели песни о войне после переворота 9 термидора II года Республики, когда французские войска начали одерживать победы на фронтах, что в итоге позволило заключить мир с большинством стран Первой антифранцузской коалиции. Часть мотивов, характерных для 1792-1794 гг., звучали и далее, однако изменений оказалось значительно больше. Ряд тем - таких как борьба с тиранами, роль Франции в мире и ее мессианские притязания - в новых условиях переосмысливалась. Надежды на то, что население соседних стран поднимется на борьбу со своими государями, угасли, оставалось уповать лишь на французов, которые принесут этим странам свободу и объединят Европу вокруг Франции, которая рассматривалась как новый Рим, новый центр мира. В песнях уже не видно призывов подняться всем народом ради выживания, дать отчаянный бой тем, кто идет на Францию, и умереть в бою, если иного будет не дано. Возникло и множество сюжетов, которые до термидора практически не затрагивались. Прежде всего, это тема мира, к которому, по словам авторов, стремится французский народ. Французы уже одержали бессчетное количество побед, их войска везде - от Голландии до Египта. Но сколько может быть жертв, ради чего они? Победа одержана, Республика выстояла, теперь можно и отдохнуть. В песнях звучат разочарование и усталость. Проявляется ощущение, что умирали на полях сражений одни, а наживались на войне другие.

В статье рассматривается эволюция в записках французских путешественников Раннего Нового времени образа крымских татар как воинов. Материалом для исследования послужил массив путевых записок (травелогов), созданных французскими путешественниками по Восточной Европе, некоторые из которых побывали в Крыму, другие же видели крымских татар во время боевых столкновений на территории нынешней Украины. Показано, что первоначально крымских татар представляли как архетипичных кочевников, «унаследовавших» ряд черт скифов и гуннов античных источников, а также «вестников апокалипсиса» - средневековых монголов. В них видели безжалостных воинов, идеально приспособленных к суровым условиям жизни в степи, применявших непривычные приемы ведения боя, снабжения и обращения с «живой добычей». Предполагалось, что таковы свойства большинства жителей Северной Азии, или «Тартарии». После присоединения Крыма к России этот образ претерпел радикальные изменения - теперь татар стали описывать как мирных земледельцев, утративших воинскую доблесть, но ставших «благородными дикарями» руссоистской традиции. Как и большинство этнических стереотипов, данный образ имел весьма отдаленное отношение к реальности, демонстрируя комплексы и фобии самих французов.

Протесты «желтых жилетов», охватившие Францию в конце 2018 г. - первой половине 2019 г., стали одним из ключевых событий первого президентского срока Э. Макрона. Крупнейшее с 1968 г. протестное движение было вызвано комплексом определяющих для современной Франции социально-экономических и политических проблем, среди которых поляризация занятности, размывание среднего класса, демократический дефицит, расширение форм гражданского и политического участия. Автор настоящей статьи, в которой рассматривается социально-ценностный портрет «желтых жилетов», акцентирует свое снимание на следующих аспектах. Прежде всего, он исследует, какие социо-профессиональные и возрастные группы составляли ядро протеста, и какие причины побудили значительную часть французов примерить на себя жилет автомобилиста. Затрагивается проблематика низкой представленности французской молодежи среди протестующих, прослеживается корреляция между вовлеченностью в протест и уровнем дохода, местом проживания, ключевыми аспектами восприятия экономической и политической ситуации в стране. В статье показана взаимосвязь между возникновением движения и долгосрочными процессами, связанными с изменением рынка труда, поляризацией среднего класса и все большим расхождением между его низшей и верхней стратами общества. Автор анализирует ценностный портрет «желтых жилетов» и соотношение в мотивации протестующих материалистических и пост-материалистических ценностей. Анализ ценностей «желтых жилетов» базируется на широком круге социальных опросов и данных Всемирного исследования ценностей. Автор показывает, как в запросе «жилетов» соединялись материалистические требования и потребительские желания с запросом на видимость и возможность больше влиять на социально-экономическую политику государства. Наконец, изучение политического позиционирования «желтых жилетов» позволяет в более широком контексте оценить причины и смысл движения.

Поскольку Первое Каирское восстание стало своего рода поворотным пунктом в ходе Египетской экспедиции Восточной армии, его так или иначе затрагивал практически каждый из историков, писавших о ближневосточной авантюре Бонапарта. Однако, несмотря на, казалось бы, детальное освещение данного события в историографии, некоторые, даже ключевые, его аспекты до сих пор трактуются исследователями по-разному. Рассмотрим вопрос о происхождении самого движения: стало ли оно результатом чьего-либо умысла или же носило стихийный характер? Ответы на него разные авторы давали порою прямо противоположные. Это дало основание автору статьи обратиться к анализу данного события с опорой на архивные и опубликованные источники. Исследование показало, что восстание было целенаправленно спровоцировано частью каирского духовенства и с самого начала имело ярко выраженную антифранцузскую направленность. Убийство генерала Дюпюи, которое Наполеон, а затем и ряд историков, считали поворотным моментом в развитии восстания, утверждая, что только после него движение якобы и приобрело насильственный характер, таковым не было. Оно имело место одновременно с убийствами других французов, происходившими по всему Каиру, а, может, даже предварялось ими. Вместе с тем не подтвердилась и встречающаяся в исторической литературе версия о том, что восстание разворачивалось по некоему плану, загодя разработанному участниками «заговора» шейхов. Хотя мятеж и был целенаправленно спровоцирован, он быстро вышел из-под контроля инициаторов, сумевших сохранить за собой роль только его духовных предводителей. Отсутствие реального военного руководства и продуманного плана действий у повстанцев стало главной слабостью движения, обусловившей его быстрое подавление.

Введение. В статье исследуется развитие института государственночастного партнерства в России, США, Франции и Японии, акцентируя внимание на ключевых особенностях правовых систем данных стран и их влиянии на реализацию масштабных инфраструктурных проектов. В исследовании подчеркивается существенная роль гармонизации нормативно-правовой базы для успешного развития государственно-частного партнерства, что требует учета интересов как государственного, так и частного сектора.

Материалы и методы. Исследование базируется на таких общенаучных и специальных методах, как: классификация, анализ, синтез, сравнительно-правовой метод, системно-структурный метод, технико-юридический метод, анализе OSINT и изучении казуального права, применяемого в регулировании государственно-частного партнерства

Результаты исследования. В работе выявлены основные характеристики и различия правового регулирования государственно-частного партнерства в правовых системах России, США, Франции и Японии. Основу российской нормативно-правовой базы, регулирующей государственно-частное партнерство, составляют федеральный закон от 30.12.1995 № 225-ФЗ «О соглашениях о разделе продукции», федеральный закон от 21.07.2005 № 115-ФЗ «О концессионных соглашениях» и федеральный закон от 13.07.2015 № 224-ФЗ «О государственно-частном партнерстве, муниципально-частном партнерстве в Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». Также следует отметить и федеральный закон от 01.04.2022 № 75-ФЗ «О соглашениях, заключаемых при осуществлении геологического изучения, разведки и добычи углеводородного сырья, и о внесении изменения в Закон Российской Федерации «О недрах», который, на взгляд автора, вводит новую «квазиформу» ГЧП в нефтегазовой отрасли. Данные федеральные законы устанавливают правовые основы для реализации проектов ГЧП, определяют формы взаимодействия публичных и частных партнеров, а также регулируют порядок заключения, исполнения и прекращения соответствующих соглашений. Однако, несмотря на развитие существующей нормативно-правовой базы, в российской практике реализации проектов ГЧП существуют определенные недостатки. Прежде всего к ним следует отнести следующие: наличие несоответствий регионального правового регулирования ГЧП федеральному регулированию: наряду с федеральными законами, в субъектах Российской Федерации действуют собственные нормативные акты, регулирующие ГЧП, что может приводить к правовой фрагментации и затруднять унификацию правовых подходов к данному институту; - высокие трансакционные издержки: сложность и длительность процедур согласования и реализации проектов ГЧП увеличивают издержки для участников; - отсутствие координирующей структуры на федеральном уровне: на текущий момент инфраструктурные проекты, реализуемые на базе ГЧП подлежат согласованию федеральным или региональным органом исполнительной власти, к ведению которого относится инфраструктурный проект, что может создавать различную практику реализации проектов схожей/смежной инфраструктуры. Вышеперечисленные недостатки усложняются достаточно частыми изменениями в законодательстве, что создает неопределенность и снижает привлекательность модели государственно-частного партнерства в российских инфраструктурных проектах для частных инвесторов. На этом фоне японская модель государственно-частного партнерства выделяется своей долгосрочной стратегической ориентацией и эффективным использованием модели «строительство-передача-собственность». Данная модель минимизирует налоговую нагрузку на частных партнеров, одновременно обеспечивая государственную собственность на объекты инфраструктуры, что делает проекты как экономически эффективными, так и социально значимыми. Во Франции, в свою очередь, несмотря на разнообразие моделей государственно-частного партнерства, правовое регулирование различных форм государственно-частного партнерства гармонизировано, а также существует четкое разделение между концессиями и контрактами государственно-частного партнерства.

Обсуждение и заключение. На основе проведенного анализа предложены рекомендации по совершенствованию правового регулирования государственно-частного партнерства в России. В их числе гармонизация регионального и федерального законодательства, снижение трансакционных издержек и развитие специальных экономических режимов, предусматривающих закрепление на законодательном уровне преференций, льгот и гарантий для частных (в том числе иностранных) инвесторов, участвующих в реализации крупных инфраструктурных мегапроектов на базе государственно-частного партнерства. Кроме того, особое внимание следует уделить созданию институциональной структуры для управления проектами, реализуемыми на базисе государственно-частного партнерства участников. Реализация вышеперечисленных мер позволит создать условия для привлечения частных инвестиций, повышения эффективности инфраструктурных проектов, реализуемых на базе государственно-частного партнерства.

В современной Франции власть и общество в своем развитии следуют разными путями. Президентом Э. Макроном была выстроена жесткая вертикаль власти, которая еще более укрепилась в условиях пандемии COVID-19. Общество в свою очередь становилось более требовательным в области получения индивидуальных прав и расширения прав политических. В настоящее время во Франции нарастают настроения “критического гражданства”: французы перестали доверять представительным институтам власти и политикам, требуют расширения участия граждан в политическом процессе. Это системное противоречие неизбежно порождает социально-политический конфликт.

. Статья посвящена сравнительно-правовому анализу социальной политики в США, России и Франции. В работе рассматриваются ключевые аспекты социальной политики, такие как пенсионное обеспечение, здравоохранение, поддержка семьи и детей, а также меры борьбы с бедностью и социальной незащищенностью. Особое внимание уделяется различиям в подходах к организации и финансированию социальных программ. Выявляются сильные и слабые стороны каждой системы и предлагаются конкретные рекомендации по их улучшению. Анализ базируется на современных исследованиях и официальных данных, что позволяет сделать обоснованные выводы и предложения. В заключение подчеркивается значимость международного опыта для разработки эффективных социальных стратегий. Автор статьи также рассматривает перспективы дальнейшего развития социальной политики в контексте глобальных экономических и социальных изменений, что делает исследование особенно актуальным и полезным для политиков и исследователей в данной области.

В статье рассматриваются основные тенденции внешней политики Франции в Индо-Тихоокеанском регионе (ИТР) после “кризиса подлодок” и образования блока AUKUSв сентябре 2021 г. Обобщаются основные шаги по восстановлению диалога с англосаксонскими державами, предпринятые Парижем за прошедший период. Анализируются попыткифранцузской дипломатии параллельно выстроить сотрудничество с другими странами ИТРна площадках различного формата. Выделяются основные проблемы реализуемой стратегии, со временем становящиеся все более заметными, включая размытость долгосрочных ориентиров, ограниченность военно-политических ресурсов. Автор приходит к выводу, что создание AUKUS в конечном итоге не привело к радикальному пересмотру политики Франциив ИТР, которая с высокой долей вероятности сохранит силу преемственности в ближайшембудущем.