Научный архив: статьи

Научно фундированный разговор о нынешнем состоянии сельских территорий, перспективах сельского человеческого капитала и тенденциях сельской дифференциации невозможен без опоры на концептуальные разработки и футуристические проекты великих российских аграрников. Статья посвящена сравнению футуристических воззрений двух замечательных социальных мыслителей начала XX века - Александра Богданова и Александра Чаянова, выраженных в их утопических произведениях, которые в художественной форме запечатлели особенности (пролетарские и крестьянские) их социально-экономических и культурно-этических взглядов. Богданов и Чаянов отличались энциклопедическими познаниями и блестящими организаторскими способностями, опубликовали оригинальные работы в области социальной философии и политической экономии, были яркими социально-политическими лидерами альтернативных направлений русской революции, а также писателями-футурологами. Богданов в своих утопиях развивал марксистские идеи пролетарской революции и построения социализма не только на земле, но и в космосе. Чаянов в своей утопии умеренного кооперативного социализма отстаивал новое революционное значение крестьянства. Пролетарский идеолог Богданов скептически относился к политическому потенциалу крестьянства, опасаясь, что противники пролетарской революции могут использовать крестьянский консерватизм против социалистической революции. Крестьянский идеолог Чаянов скептически оценивал творческий потенциал рабочего класса, полагая, что в грядущем социальном перевороте рабочий класс может быть использован для построения авторитарно-бюрократического социализма. Оба мыслителя стремились через анализ альтернатив взаимодействия человека и природы оценить перспективы глобального сельско-городского развития. Несмотря на игнорирование положительного революционного потенциала пролетариата (Чаянов) и крестьянства (Богданов), оба внесли огромный вклад в теорию и практику русской революции, а их утопические идеи по-прежнему вдохновляют на поиски нового справедливого, гуманного и счастливого мира.

Введение. В статье анализируется проблема обоснования морали в революционной деятельности на примере статей Л. Д. Троцкого. Актуальность статьи связана с рассмотрением в ней этических идей, во многом общих для марксистской и вообще лево-радикальной философии. Кроме того, рассматриваемые нами работы Л. Д. Троцкого, по политическим причинам, вошли в свободный научный оборот сравнительно недавно, к настоящему моменту не получив достаточного объема разносторонних академических комментариев, прежде всего философских.

Цель исследования - проанализировать позицию Л. Д. Троцкого относительно использования насилия как средства достижения политических целей, выявить основные аргументы и принципы, лежащие в основе его подхода к этой проблеме, а также оценить его влияние на политическую мысль и практику. В результате анализа авторы стремятся представить читателям более глубокое понимание проблемных этических аспектов использования насилия в политике через призму идей и взглядов Льва Троцкого.

Методы. В исследовании применялись исторический и герменевтический методы. Первый позволяет исследовать контекст времени, в котором развивались этические взгляды Л. Д. Троцкого, а второй - выявить в его текстах основные принципы и идеи, характерные для революционного радикализма. Кроме того, использовались общенаучные методы: анализ, синтез, сравнение и обобщение, позволяющие упорядочить материал, выявить закономерности и сделать выводы на основе сравнения этических взглядов Л. Д. Троцкого с различными этическими системами, выделяя в этих взглядах их сильные и слабые стороны. Научная новизна исследования. Авторы акцентируют внимание на проблемности обоснования морали в статьях Л. Д. Троцкого, прежде всего, таких как «Терроризм и коммунизм» (1920) и «Их мораль и наша» (1938, написанной в изгнании). При этом анализируются западные исследования по данной теме, а также полемика, развернувшаяся у Троцкого с Бертраном Расселом. Отмечается, в опоре на высказывания Ф. М. Достоевского, что построение справедливого общества невозможно при помощи аморальных средств, так как цель способна трансформироваться в зависимости от методов ее достижения. Вскрывается проблемность понятия совести и возможные варианты ее неадекватного толкования: (1) когда происходит подмена ею морально-метафизического идеала (И. Кант, Л. Толстой), или (2) она вовсе объявляется «химерой», отождествляясь с эгоистическими устремлениями, необходимостью захвата и удержания власти, прикрывающимися какими-либо идеалами. Указывается, что вторая позиция характерна для Л. Троцкого, пытавшегося «морально» оправдать тотальное революционное насилие.

Результаты. Авторы приходят к выводу, что позиция Троцкого представляет по своей сути крайне утилитаристский и революционный вариант макиавеллизма, когда в угоду якобы благой цели оказывается возможным осуществлять массовые репрессии, приносить в жертву не только человека, но и целые народы. Оказалось, что заклятые политические противники, Сталин и Троцкий, схожим образом оценивали роль насилия в политике. Вместе с тем запущенный маховик насилия не остановить так просто, погубил он и самого Троцкого. Тем не менее то, что Троцкий обратился к данной теме, говорит о важности решения моральных проблем, связанных с революционной практикой.

Статья посвящена исследованию становления управленческой мысли в Китае: от периода древних царств до наших дней. Материалом для исследования послужили трактаты мыслителей и философов, работы ведущих ученых, политических и общественных деятелей, исследовавших феномен управления. Труды китайских мыслителей и научных деятелей сквозь века и тысячелетия подробно освещают проблемы управления, выступают опорой и ориентиром в вопросах нравственности, справедливого и успешного управления. В статье рассмотрены основные идеи ведущих социально-философских школ, выдающихся ученых и общественных политических деятелей, сформулированы основные этапы становления управленческой мысли в Китае и в частности этапы становления и развития марксистской управленческой идеологии в условиях социализма с китайской спецификой. Важным фактом является один из главных лейтмотивов управленческой мысли Китая во все времена: «народ - основа государства», что делает результаты исследования актуальными и для совершенствования системы отечественного управления государством, обществом и бизнесом.

В статье дается анализ творчества известного социолога и политолога Никоса Пуланзаса, который придерживался леворадикальных взглядов и стремился по-новому показать теорию марксизма идеями политической социологии. Анализируются основные работы автора, в центре основные проблемы которые затрагивал ученый: политический режим, кризис государства, переход к новом политическим режимам, правовое регулирование государства. С методологической точки зрения в статье обосновывается новый подход к современной историографии и ее роли в истории политических и правовых учений. Анализируя научное наследие Никоса Пуланзаса автор делает вывод, что ученый в своих трудах выделяет принадлежность классов, а также роль государства в правовом регулировании отношений и взаимодействия между различными классами, в этой связи независимость государства во многом определяется благодаря содержанию и интенсивности политической борьбы внутри данного государства. Методологической основой исследования стала система современных общенаучных и частноправовых методов, с использованием следующих общенаучных методов: анализа и синтеза, абстрагирования и моделирования, наблюдения, обобщения, описания, классификации и др. Наряду с методологическими аспектами новизна исследования заключается также в уточнении некоторых базовых положений правовых представлений о государстве и праве Никоса Пуланзаса и его значимости в современных исследованиях в области философии, теории и истории государства и права. Политическая и правовая мысль Никоса Пуланзаса представлюет собой отход от классического марксизма и социализма. Ученый особое внимание обращает внимание на: политический режим, его изменение; политический кризис и его последствия; закон и его свойства. В отечественной науке философии права, теории и истории государства и права ученые не раз обращались к трудам Никоса Палунзаса, однако в полной мере учения автора не исследовались, а упоминались лишь в отдельных темах социализма и марксизма.

Статья посвящена творчеству Джорджа Рюде, видного британского и австралийского историка Французской революции. Джордж Рюде, родившийся в Осло в 1910 г., переехал в Лондон со своим отцом - норвежским инженером и с матерью-англичанкой в 1919 г. В 1931 г. он окончил Кембриджский университет по специальности «языки» и, заняв политически активную позицию, вступил в Коммунистическую партию Великобритании в 1935 г. Он преподавал языки в частных школах, пока в 1949 г. его не уволили из-за его коммунистических взглядов. Он отправился в Париж для продолжения учебы в аспирантуре. Его докторская диссертация, защищенная в 1950 г. в Лондоне, в конечном счете вылилась в его первую книгу «Толпа во Французской революции» (1959). В 1959 году Рюде предложили работу в Университете Аделаиды (Австралия), и там он, наконец, получил академическую должность. Десятилетие, проведенное им в Аделаиде с 1960 г., стало самым продуктивным в его жизни. Он опубликовал или завершил большую серию книг по французской, британской и европейской истории. Как историк-марксист, Рюде в первую очередь интересовался тем, как два потрясения конца XVIII века - промышленная революция в Англии и Французская революция - радикально изменили социально-экономические структуры, характер правящей элиты, социальный состав городских толп и формы их коллективного протеста. Великие книги Рюде оказали огромное влияние не только благодаря сочетанию в них глубокой эрудиции и концептуального размаха, но и благодаря его способности к ясным и последовательным рассуждениям о великих преобразованиях в Западной Европе в столетие после 1750 г. У него были прочные политические убеждения, но он спокойно относился к своей партийной принадлежности, хотя порой она навлекала на него тяжелые последствия. Его личное влияние на историографию в Австралии и других странах было огромным.

В статье анализируются предпосылки возникновения чилийского Левого революционного движения (Movimiento de Izquierda Revolucionaria - MIR) и его деятельность от Учредительного съезда в августе 1965 года до переворота 11 сентября 1973 года, рассматриваются формы деятельности MIR в период Народного Единства и структура организации. MIR возник после поражения кандидата левых С. Альенде на выборах 1964 года в результате объединения групп, стоявших левее ведущих партий чилийского рабочего движения - коммунистов и социалистов. Главной идеей MIR было отрицание возможности мирного пути к социализму. Стремясь стать партией революционной войны, миристы в годы правительства Народного Единства наибольших успехов достигли в массовой легальной работе и сумели обрести социальную опору среди таких народных групп, как жители трущоб и крестьяне - мапуче южного Чили. Отстаивая идею «народной власти» и «прямой пролетарской демократии», MIR после 1969 года был организован иерархически - вертикально, съезды партии проводиться перестали. В итоге противоречия внутри организации накапливались и не решались. Активисты, не согласные с триумфалистскими настроениями руководства партии, отходили от деятельности или продолжали заниматься ею без энтузиазма. 11 сентября показало, что представления друзей и врагов о военных способностях MIR оказались преувеличены. Организация так же не смогла оказать сопротивление военному перевороту, как это не смогли сделать и партии Народного Единства.

В статье предлагается исследование траектории перуанского историка-марксиста, партийного и общественного деятеля, интеллектуала Рикардо Мартинеса де ла Торре (1904-1968). В первой части основное внимание уделяется его биографическим данным, во второй - вкладу в марксизм, а в третьей - комментарии к основным произведениям автора. Эта работа является частью модели, разработанной Núcleo Praxis для словаря марксистов в Северной и Южной Америке, стремящейся выделить поразительные элементы отдельных траекторий. Мартинес де ла Торре выделяется своей уникальной работой по документированию и составлению архивов перуанского рабочего и коммунистического движения в период с 1918 по 1948 год, а также своими теоретическими и политическими текстами, претендующими на продолжение традиции великого перуанского мыслителя и лидера Хосе Карлоса Мариатеги в коммунистическом и левом движении.

Политик, писатель, путешественник, Либорио Хусто был одним из первых троцкистов в Аргентине, в молодости примкнул к реформистскому движению, критиковал структуру латифундий и защищал борьбу коренных народов и континентальную интеграцию. Большой импульс к его политической ориентации он получил от процесса Университетской реформы 1918 г. и Российской революции. В его политической эволюции он углубил свой критический взгляд на собственное происхождение и социальные условия своей страны и континента. Он определил ядро экономических интересов аргентинской олигархии и подчиненные ей связи с империализмом, проанализировав экономическую и социальную структуру страны. Данная статья посвящена его политическому пути и формированию его концепции революции и национального освобождения.

Хосе Карлос Мариатеги - перуанский писатель, журналист, редактор, социолог, философ и коммунистический лидер, он был пионером американского марксизма, поставившим в центр марксистских дебатов такие вопросы, как коммунистическая организация уклада индейских (коренных) народов Америки и необходимое соотношение между реалистическими и романтическими (утопическими) элементами в революционном строительстве. Его тяга к марксизму родилась из поиска объяснения исторических процессов долгого времени в Перу, а также под влиянием происходивших революционных процессов, которые диалектически связало бы местные традиции и особенности с современной наукой и философией. Мариатеги посвятил себя изучению автохтонной андской цивилизации, подавленной колонизацией, и размышлениям о возможностях разрыва с этой внешней по отношению к коренной культуре и обществе структурой. Его политическая практика отличалась вниманием к индейской культуре, к индеанизму, которые он воспринимал как революционный элемент, порождавший ту атмосферу, которая была возникла во всем мире благодаря русской революцией, которая в среде, системе политического и экзистенциального отчуждения, присущего капитализму, сумела пробудить те силы, которые устремились к созданию нового человека, нового общества. В статье предлагается очерк жизни и теоретический вклад Мариатеги в марксистскую науку, что стало своего рода первым проявлением «латиноамериканизированого» марксизма.

Основываясь на концепции роли социально-психологического «портрета» ученого, выдвинутой известным ученым-экономистом Н. Д. Кондратьевым (1892—1938), в предлагаемой статье рассматриваются основные этапы жизненного пути выдающегося отечественного экономиста, одного из основателей профсоюзного движения в России — Владимира Владимировича Святловского (1871— 1927); раскрывается становление Святловского как российского поэта серебряного века, подвергшегося довольно жесткой критике А. Блока. В статье дается описание участия В. В. Святловского в рабочем движении до и после революции 1905 г., раскрывается его роль в становлении российского профсоюзного движения, показывается развитие в его трудах проблематики неприглядного повседневного быта широких народных масс и их материального состояния как центральной темы политэкономических работ ученого, а также освещается «поэтическая» составляющая социально-экономических тезисов Святловского-марксиста.

И. Кант является одним из тех философов, чьи идеи были интересны и востребованы отечественной философией, начиная с первоначального знакомства с ними ещё при его жизни, и до сегодняшнего дня. Анализ кантианства поэтому выступает как необходимая составная часть интеллектуальной истории России. Однако в настоящий момент в наибольшей степени его значимость и влияние раскрыто применительно к дореволюционному периоду. Отсюда цель статьи заключена в выявлении основных этапов анализа кантианства в рамках советской философии и специфики оценивания учения Канта в этот период. Исследование этого вопроса обладает достаточной историко-философской актуальностью, как ввиду значимости фигуры Канта и диалогичности русско-немецких философских связей, так и диалогичности внутри самой отечественной философии. Решение поставленной цели осуществлено посредством обзорно-аналитической работы. Основные результаты предпринятого исследования выражаются в следующих утверждениях. Первое - интерес к кантовской философии в советское время носил некоторый «волнообразный» характер, но идеи Канта были предметом рассмотрения на всём протяжении существования и развития советской философии. Второе - в анализе кантовской философии можно выделить четыре основных периода: 20-е годы; 30-е - 40-е годы; 50-е - начало 80-х годов; середина 80-х - начало 90-х годов ХХ века. Третье - оценивание идей Канта в эти периоды характеризуется как общностью, так и различием. Общность заключается в базовых положениях, исходящих из классического марксистского истолкования немецкого философа как диалектического идеалиста, основоположника немецкой классической философии, создателя определённой формы агностицизма. Различие обусловливается рядом внешних по отношению интеллектуальной жизни обстоятельств и также «волнообразно», от объективности к выраженной идеологизации и возвращению к объективности. Четвёртое - советской философии удалось достичь ряда значимых результатов в осмыслении Канта, ставших фундаментом дальнейших исследований в условиях возвращения к философскому плюрализму в постсоветской России.

В статье собраны тексты, написанные Вадимом Михайловичем Межуевым в разные годы. В них представлено видение автором фундаментальных философских проблем - таких как свобода, культура, история, цивилизация, марксизм, «русская идея». В статью включены фрагменты интервью и выступлений В. М. Межуева.