Научный архив: статьи

Необходимость изучения культурных кодов обусловлена их значимостью в сохранении этнокультурной идентичности и традиционных ценностей. Предметом исследования является форма реализации культурных кодов в адыгском свадебном обряде. Структурно-функциональный анализ показал: в системе культурного кодирования адыгской свадьбы реализуется направленность на разные категории участников обряда, а также на желаемые качества будущих супругов, на идеалы семейной жизни и способы коллективных взаимоотношений социума в разных ситуациях

Статья посвящена анализу образа газеты в произведениях изобразительного искусства. В работе дается обзор репрезентации газеты в зарубежной изобразительной традиции, в которой она занимала важное место как социокультурный и искусствоведческий феномен. Обобщена периодизация этапов развития газеты и выявлена связь исторических реалий с ее отображением в западной живописи XVII‒XXI вв. Исследование показало, что именно газета как первое средство массовой информации создала основания для формирования объединяющих общественных смыслов. В произведениях изобразительного искусства газета предстает как культурно-ментальная форма, отражающая и формирующая национально-бессознательное. Образ газеты в западном изобразительном искусстве отражает ее двойственный характер — она представлена и как источник информации, участвующий в процессе коммуникации со зрителем, и как визуальный символ, понятный широкой аудитории. Однако в обоих случаях использование газеты как объекта всегда апеллирует к общественно-политическим процессам, а также отражает ключевые культурные коды. В портретной и жанровой зарубежной живописи газета не только становится индикатором принадлежности к определенному социальному классу и свидетельством политических пристрастий героя, но и отражает общественные процессы, происходившие в исследуемый период. В предметных композициях газета становится визуальным символом, используется как метафора, в которую художником вкладываются дополнительные коннотативные значения, в рамках свойственного ему способа отражения действительности.

Авторы базируются на методологии комплексного текстового, иконографического и искусствоведческого анализа, что позволяет глубже показать место и роль образа газеты в произведениях изобразительного искусства

Статья посвящена выявлению особенностей функционирования термина культурный код в научном и публицистическом дискурсах. Материалы для анализа извлечены из газетного и частично основного корпуса Национального корпуса русского языка, а также из научных работ по лингвистике, культурологии и философии. Выявлено, что при употреблении выражения культурный код актуализируется тот или иной компонент словосочетания: знаковая природа кода вовлекает в текст лексику из технической сферы (программировать, копировать, расшифровать и т. п.); ценностный аспект культуры (компонент культурный) актуализирует действия, обозначаемые глаголами сохранять, беречь, транслировать и др., а также абстрактные понятия, такие как ценности, знание, понимание, освоение и т. д. Показано, что модели, используемые при воссоздании образа культурного кода в публицистическом тексте, отличаются от моделей в научном стиле яркой оценочностью как с положительной, так и отрицательной семантикой. Отмечается, что словообразовательная продуктивность слова код в научном дискурсе связывается со стремлением ученых выявить объективную структуру и подчеркнуть ее соотнесенность с исходным, производящим словом (префиксы и префиксоиды мега-, суб-, мета-, психо-).

В статье рассматривается прецедентный характер имени великого русского поэта - Александра Сергеевича Пушкина. Это имя становится знаковым элементом, с помощью которого оказывается эмоционально-чувственное воздействие на реципиента речи. Эта фамилия является частью идиомы, имеющей разговорный окрас, выступать как самостоятельная лексическая единица, отличающаяся насыщенным выразительным потенциалом, так фамилия выступает в качестве усилительного элемента. Слово «Пушкин» встраивается в общую культурную матрицу, частью которого становится риторический код пафосной эпидейктики. Изучение риторического кода направлено на установку взаимодействия конкретной информационной данности и возможной реализации скрытых смыслов. Средства риторического кода - знаковые элементы, по которым может ориентироваться читатель, чтобы понять прагматический смысл высказывания. Точность дешифрация риторического кода, заложенного актором, определена индивидуальностью самого читателя. Работа выполнена в русле описательного метода лингвистики. Использованы общенаучные методики наблюдения, интерпретации, обобщения, также семантико-стилистического и компонентного анализа.

Статья представляет один из ракурсов изучения этнической идентичности в рамках авторского синтетического подхода, в основе которого заложено представление об этногенезе как о процессе реконструирования (постоянного осознания и переосмысления) первичных эссенциальных установок этнической группы в пространственном и темпоральном аспектах. Автор делает акцент на изучении материальной культуры этнического сообщества через прочтение символов физических объектов культуры с помощью применения методологии когнитивно-исторического подхода О. М. Медушевской. Применение данного подхода трактует объект материальной культуры традиционного общества как отражение комплекса духовных (в т. ч. сакральных) смыслов культурного кода этнического сообщества, зашифрованных в символизме изучаемого объекта. В данном контексте изучение объекта предстает в формате дешифровки, реализуемой через обращение к целям и процессу создания объекта, личности его создателя и времени создания, ожидаемому реципиенту изготовленного объекта, а также многим иным аспектам. По итогам статьи автор представляет потенциал применения методологии когнитивной истории к широкому разнообразию объектов материального наследия.

В статье приведены результаты анализа исследований развития елецкого кружевного промысла. Определен уровень актуальности проведенных исследований художественных особенностей кружева, который позволил определить его значение как ценного носителя культурного кода нашей страны. Большинство исследований было выполнено с опорой на историко-культурный фактологический материал. Выявлены очаги бытования елецкого кружевного промысла, установлены центры становления и развития его промышленного производства, сохранены имена мастеров кружевоплетения внесших значительный вклад в своеобразие узоров и орнаментальных композиций. Обращение ученых-культурологов к народному декоративно-прикладному искусству регионов необходимо для сохранения культурной идентичности. Всестороннее изучение елецкого кружевного промысла поможет выработать стратегию его сохранения и дальнейшего развития в контексте включения данного наследия в современную культуру, поддержания культурного многообразия и преемственности развития традиционных видов искусства. Автором рассмотрены исследования елецкого кружевного промысла, его происхождение, развитие, традиции, значение в жизни и культуре людей, традиционные технологии и материалы, экономическая и культурная ценность кружева с целью разработки практических мер для сохранения, развития и продвижения елецкого кружева как важной части культурного наследия Липецкой области.

В работе рассматривается этническая стереотипизация немцев французами на примере une querelle d’Allemand («немецкая ссора») с точки зрения исторического контекста и этнокультурного взаимодействия в современных условиях. Целью исследования является описание данного этностереотипа в дискурсивных практиках и попытка сопоставления его с определённым культурным сценарием, моделью поведения в немецком обществе. Задачи исследования включают установление происхождения, частотности фразеологизма une querelle d’Allemand и соотнесение данного гетеростереотипа с представлениями немцев о самих себе. В результате исследования установлено, что актуализация этностереотипа «немецкая ссора» в немецком дискурсе осуществляется двумя путями - через французское заимствование une querelle d’Allemand и его немецкоязычный эквивалент eine deutsche Querele, при этом оба выражения имеют ограниченное функционирование в немецком языке и представляют собой, соответственно, гетеро- и автостереотип. Первый основан на истории конфликтов немцев с французами, а второй - на собственных наблюдениях особенностей национального характера. Автор приходит к выводу что формирующийся на основе этностереотипа культурный сценарий «немецкая ссора» нельзя считать нормой, но можно назвать негативным сценарием поведения, к которому некоторые немцы относятся критично или с самоиронией, в то время как другие не признают наличие данного этностереотипа, считают его устаревшим и незнакомы с французским выражением querelle d’Allemand.

Введение. В статье исследуется социальный институт странничества как феномен русского культурного кода в его эволюции и формировании традиции социальной практики. Теоретический анализ. Автор использует как методологию культурологического исследования, так и подходы социологии знания, философско-антропологический и цивилизационный анализы для целостного понимания явления странничества. В рамках культурно-исторического рассмотрения предлагается перспектива двух периодов становления этой традиции – времени калик-перехожих и последовавшего периода секуляризации и обмирщения. Утверждается, что дифференциация этапов выступает эпифеноменом смены антропологической парадигмы и возникает при номиналистической десакрализации народного бытования в целом, к которой приводят прогрессистские реформы и ориентация на модернизирующееся западноевропейское общество. Эмпирический анализ. Используется подход классической философской антропологии с концепциями трансцендирования М. Шелера и эксцентрической позиции Х. Плеснера как детерминант человеческой природы. При этом интернальная ориентация на трансцендентное в традиции странничества указывает на специфичность цивилизационной идентичности, в рамках которой она оказывается возможной, и которая сама противопоставляется утилитаристской прагматике, формирующей феномен общества потребления.

Заключение. Формулируется вывод, согласно которому странничество выступает как элементом отечественного культурного наследия, так и инструментом понимания более фундаментальных философских оснований российской цивилизации.

Объектом исследования выступает китайская традиционная культура в системе национальных «кодов», а предметом - ритуальные практики гендерной идентичности женщины. Цель исследования заключается в выявлении символической архитектуры культурного кода в социально-религиозных практиках трансформации гендерного образа на примере даосского учения «женской алхимии» и традиции бинтования ног. Задачами исследования авторы видят: определение «кода культуры» в системе традиционных китайских ритуалов и обрядов, выявление символов гендерных различий в «женской алхимии» и в традиции «золотых лотосов», описание сакрального значения состояния «сянеи» у женщин; репрезентации гендерной и культурной идентичности в традиции бинтования ступней; символической реконструкции идеального образа «женщины-лотоса». Авторы последовательно раскрывают содержание научной дискуссии по ключевым проблемам темы, на обширном материале научных источников объясняют символическое значение «женской алхимии» как даосской ритуальной практики, также обосновывают связь ритуала «обезглавливания Красного дракона» с древними архетипами «Героя» и «Жертвы»; рассматривают социально-культурную норму бинтования ступней как маркер гендерной идентичности, выявляют архетипическую природу чань цзу в образе сакрального перерождения девочки и символичности ее «умирания». Методологическим базисом исследования стали принципы семиотического анализа культурных явлений в контексте юнгианской концепции архетипов, что обусловило применение методов культур-аналитической теории при выявлении уникальных культурных «кодов», отвечающих за нормативную регуляцию, этику гендерного поведения, следование принятым идеалам и ценностям. В результате исследования авторами получены новые научные положения и доказательства того, что две практики гендерной институционализации - нюй дань и чань цзу - одновременно существуют в китайской традиционной культуре как типы ритуальной трансформации женской природы. Новой является культурологическая интерпретация традиции бинтования ног как практики символического жертвоприношения в ходе инициации девочки и подготовки ее к гендерной роли «жены» и «матери». По-новому обоснована связь ритуального комплекса «женской алхимии» с «оживлением» в коллективной памяти древних архетипов «Дракона», «Жертвы», «Героя» и сакральной символизации «крови» как жизненной энергии сущего. Впервые методом амплификации проведена интерпретация скрытых психодинамических процессов трансформации символики женского гендера и «крови» через обращение к практикам «умирания», «наказания», «вины».

В условиях цифровизации и глобализации наблюдается рост интереса к аналоговым формам коммуникации, среди которых посткроссинг занимает особое место как форма медленной, материальной и символически насыщенной межличностной коммуникации. Предмет исследования: коммуникативные процессы и социокультурные механизмы, формирующиеся в результате практики посткроссинга, включая роль символического обмена в преодолении культурных барьеров и развитии межкультурных взаимодействий. Объект исследования: посткроссинг как глобальная социокультурная практика, представляющая собой форму межкультурной коммуникации, организованную через обмен почтовыми открытками между участниками из разных стран. Цель исследования заключается в выявлении социокультурного потенциала посткроссинга как формы межкультурной коммуникации и инструмента социальной интеграции в условиях глобальных вызовов. В исследовании особое внимание уделено вопросу о формировании глубокой эмоциональной связи благодаря посткроссингу. Методологической основой исследования выступает интерпретативный подход с использованием методов структурированного интервью (n = 39) и анкетного опроса (N = 113 856, n = 384). Методика анализа данных основана на интерпретации анкетных данных (дескриптивная статистика, корреляции) и качественном анализе интервью (тематическое кодирование). Результаты исследования выявили, что посткроссинг выполняет коммуникативную, креативную, образовательную, интегративную и идентификационную функции, способствует разрушению культурных стереотипов, укреплению слабых социальных связей и формированию новых форм солидарности в глобальном обществе. В настоящей статье обосновано, что посткроссинг выступает в качестве медиатора межкультурного диалога и социальной эмпатии, а также как способ символического самовыражения и ритуализированной коммуникации. Практическое значение исследования заключается в возможности применения его результатов в социокультурной, образовательной и интеграционной практике, особенно в работе с молодежью и уязвимыми социальными группами. Новизна исследования заключается в многоаспектном анализе посткроссинга как современной формы социокультурной практики, способной компенсировать дефицит подлинного человеческого взаимодействия в цифровую эпоху. Впервые рассматриваеся влияние традиционного обмена открытками на межкультурные связи, идентичности и социальное взаимодействие в глобализированном мире. Настоящее исследование вносит вклад в развитие социологического понимания посткроссинга, расширяя существующие научные представления, которые фокусировались преимущественно на коммуникативном, культурологическом, педагогическом и лингвистическом направлениях.

Предметом исследования является цивилизационная уникальность гендерных знаков и символов, входящих в архетипическую структуру кодов китайской культуры на уровне древних традиций и современной морфологии, включая новейшую социалистическую доктрину. Неизменность базовых атрибутов гендерной семиотики нашла выражение во всех ключевых сферах культуры, включая искусство и живопись, что определило цель и задачи исследования: обосновать иконографические образы «мужского» и «женского» в китайском соцреализме посредством связи с древней традицией саньцзяо, архетипы и символы которой фиксируют культовое почитание «мужчины-Отца» как главы рода и основателя нации; раскрыть причины и следствия утверждения социалистического реализма в китайской живописи ХХ-ХХI вв.; преодолеть узость определения «соцреализма» как художественного метода и признать его специфичным проявлением в культуре КНР и СССР идеологической веры в оптимистическое будущее социалистического общества, основанного на трудовом героизме, равенстве мужчин и женщин, социальной справедливости и отсутствии классов. Методологический инструментарий исследования включил совокупность методов и приемов семиотического анализа текстов культуры, устной и письменной традиции, изображений живописи, цифровых аналогов художественной визуализации. Описательные, исторические, сравнительные, структурные, формально-логические методы применялись в сочетании друг с другом, чтобы обеспечить всестороннее понимание искусства соцреализма. По результатам исследования получены выводы, имеющие новизну и актуальность в сфере теории культуры и искусства: доказано, что соцреализм в КНР и СССР был типом культуры с характерными атрибутами системы коллективных ценностей и коммунистического мировоззрения, утвердившего веру в справедливое будущее человека нового типа; определена морфологическая структура гендерных образов в живописи художников реалистов периодов «Большого скачка» (1958-1960) и Культурной революции (1966-1976), настоящего времени; классифицированы гендерные образы в живописи соцреализма в соответствии с архетипами мужчины-Отца, Мудреца, Праведника, Героя, женщины-Матери, юной красавицы; установлены социально-политические компоненты изменений в создании иконографии «мужского» и «женского» в контексте сложившейся историко-культурной ситуации и обоснована связь с архетипическими структурами культурного кода. Полученные выводы могут быть рекомендованы в практической области применения: теории и истории культуры, семиотики культуры, реалистическом искусстве.

Статья посвящена анализу использования образов-символов традиционных для Рязанской области прикладных искусств (вышивка, кружевоплетение, ткачество) в формировании облика города, отражающего его культурный код. Основываясь на семиотических исследованиях феномена рассматриваемого концепта, автор ставит перед собой цель проследить способы знакового выражения культурного кода города и их роль в создании ментальной сферы культуры в элементах городской среды. Предположение, что формирование культурной памяти города осуществляется в двух взаимосвязанных направлениях, позволяющих ощущать причастность к собственной истории, культуре и создавать уникальные образы-символы, характеризующие культурные ценности отдельно взятого региона с целью его идентификации, находит свое подтверждение в обширном иллюстративном материале статьи. Автор исследует как исторически сложившиеся способы трансляции подобных элементов в городской среде (наличники, украшения домов, ограды мостов), стилизованные под узнаваемые элементы кружевоплетения, вышивки, ткачества, так и современные элементы городского пространства (оформление фонтанов, световые конструкции, праздничные украшения) с указанными символами, выражающими культурную память города. Использованные приемы идентификации места с точки зрения его истории и культуры через характерные, знаковые в традиционном прикладном искусстве элементы приводят исследователя к выводу, что образы-символы могут быть не только маркерами, повышающими уровень патриотизма коренных жителей города, но и визитными карточками города, являющимися частью геокультурного пространства, способными формировать в том числе туристический код области, что повышает значимость семиотических исследований в рамках формирования культурной пространственной среды.