Научный архив: статьи

Международный дискуссионный клуб «Валдай» является одной из немногих площадок, на которой не только обсуждают актуальные проблемы в сфере политики, экономики, общественной жизни, но и формируют стратегию развития на несколько лет вперед. Именно поэтому представляется актуальным проанализировать основные месседжи и смыслы, которые Россия будет в ближайшей перспективе активно транслировать на внешние аудитории. В данном исследовании было проанализировано выступление президента РФ В. В. Путина на Международном дискуссионном клубе «Валдай» в 2023 году. Объектом исследования выступают новые векторы международного имиджа России, а предметом - направления векторов международного имиджа России. Гипотеза исследования состоит в том, что направления векторов международного имиджа России значительно изменились после начала СВО на Украине. Методология исследования: при помощи программного обеспечения AntConc (v. 4.2.4) текст выступления президента РФ В. В. Путина на Международном дискуссионном клубе «Валдай-2023» был автоматически обработан согласно алгоритмам программы. Научная новизна заключается в исследовании смены векторов продвижения международного имиджа России. Если до 2022 года основной упор был сделан на создании позитивного имиджа России в европейских странах и в США, то в последнее время акцент смещается на продвижение имиджа России в большем количестве регионов, не менее приоритетными становятся другие регионы (Африка, Китай, Индия и Латинская Америка). При этом, Европа и США также продолжают занимать важное место во внешней политике России. Векторы продвижения имиджа России, направленного на внешнюю аудиторию, сместились и стали более разноплановыми. Ориентиры во внешней политике, обозначенные президентом РФ В. В. Путиным, будут основой для работы органов власти, отвечающих за формирование и продвижение имиджа России на внешнюю аудиторию.

Предметом настоящего исследования являются нематериальные формы поощрения как элемент социокультурного механизма воспроизводства социальной иерархии и поддержания символической власти. Объект исследования - восприятие и интерпретация таких стимулов различными социальными группами в условиях постиндустриального и стратифицированного общества. Автор подробно рассматривает, как понятия «признание», «уважение», «вовлечённость» и «ценностная миссия труда» конструируются в публичном, управленческом и культурном дискурсах, а также как они по-разному интерпретируются представителями среднего класса, элиты и маргинализированных групп. Анализ охватывает институциональные контексты, включая корпоративную культуру, сферу образования и медиа. Особое внимание уделено символической асимметрии в доступе к признанию и легитимным формам нематериальной мотивации. Подчёркивается, что такие стимулы могут не только служить средством повышения трудовой вовлечённости, но и выступать в качестве маркеров социальной исключённости и инструментов культурного доминирования. В работе используется социокультурный и дискурсивный подход, а также элементы концептуального анализа на основе вторичного анализа текстов и теоретических источников. Научная новизна исследования заключается в критической интерпретации нематериальной мотивации не как нейтрального управленческого инструмента, а как культурного механизма, способствующего воспроизводству социальной стратификации и усилению символических барьеров. Автор показывает, что восприятие «мягкой мотивации» тесно связано с социальной принадлежностью индивида, уровнем его культурного капитала и доступом к институционализированным формам признания. Нематериальные стимулы, такие как уважение, вовлечённость, признание заслуг, в условиях символического неравенства приобретают не универсальное, а селективное значение, закрепляя культурную исключённость и усиливая чувство отчуждения у социально уязвимых групп. Делается вывод о формировании новой символической иерархии, в которой «нематериальные привилегии» становятся знаками социальной легитимации. Работа вносит вклад в социологию неравенства, предлагая переосмысление роли нематериальных стимулов в системе трудовой мотивации с учётом социокультурных факторов, асимметрии признания и латентных форм социальной дифференциации.

В статье социальная реальность анализируется философским методом герменевтики. Посредством этого выявлены сложность и многообразие социальной реальности, включающей в себя национальные традиции, язык и деятельность, общественное бытие и социальные институты. Автор отмечает, что до сих пор наследие герменевтической мысли не нашло должного использования в теории и практике социальной работы, хотя анализ герменевтических традиций помогает определить масштабы и перспективы социальной работы. На этой основе автор показывает важность роли герменевтики как метода понимания в теории и практике социальной работы.

Представлены результаты исследования межкультурных особенностей восприятия аффективных изображений американцами и русскими, а также американскими и русскими мужчинами и женщинами. Проверяется гипотеза о том, что оценки аффективных изображений американскими и русскими респондентами будут иметь статистически значимые отличия ввиду больших языковых и культурных различий данных этносов, что вариативно проявится в группах мужчин и женщин. В исследовании использован метод психолингвистического анкетирования с применением приема семибалльного шкалирования. В качестве материала исследования использованы 84 изображения из открытой американской базы данных аффективных изображений («Open Affective Standardized Image Set»). Сравниваются опубликованные значения оценок этой базы данных и результаты собственного исследования, проведенного на идентичном стимульном материале. Респондентами выступили 93 человека (34 мужчины, 58 женщин). Результаты анализа не показали значимых межкультурных различий в оценках аффективных изображений по параметрам типа валентности и силы воздействия стимула, в целом американцы и русские имели схожий характер распределения оценок изображений. Однако была обнаружена статистически значимая разница в оценках изображений с различным типом валентности (P < 0,001). Отрицательные и поло- жительные изображения оценивались русскими выше по силе воздействия, в отличие от американцев, большая часть ответов которых имела нейтральные показатели воздействия. Также была выявлена статистически значимая разница в оценках изображений различных тематических групп (P < 0,05). Изображения природы оценивались русскими как вызывающие чувство комфорта, в то время как американцы отмечали нейтральный характер воздействия таких изображений на них. Изображения предметов, напротив, были оценены американскими респондентами как более приятные, а русскими нейтрально. Более того, были выявлены различия в оценках изображений по параметрам силы воздействия и типа валентности стимула (P < 0,05) между русскими и американскими женщинами. Русские женщины оценивали большую часть изображений как имеющих положительное или отрицательное воздействие, в то время как преобладающее количество оценок американками стремилось к нейтральным значениям. Это подтверждает влияние типа валентности эмоционального стимула, тематики изображения, а также гендерного фактора на обработку эмоционально окрашенных единиц представителями различных культур.

Представлены результаты исследования межкультурных особенностей восприятия аффективных изображений американцами и русскими, а также американскими и русскими мужчинами и женщинами. Проверяется гипотеза о том, что оценки аффективных изображений американскими и русскими респондентами будут иметь статистически значимые отличия ввиду больших языковых и культурных различий данных этносов, что вариативно проявится в группах мужчин и женщин. В исследовании использован метод психолингвистического анкетирования с применением приема семибалльного шкалирования. В качестве материала исследования использованы 84 изображения из открытой американской базы данных аффективных изображений («Open Affective Standardized Image Set»). Сравниваются опубликованные значения оценок этой базы данных и результаты собственного исследования, проведенного на идентичном стимульном материале. Респондентами выступили 93 человека (34 мужчины, 58 женщин). Результаты анализа не показали значимых межкультурных различий в оценках аффективных изображений по параметрам типа валентности и силы воздействия стимула, в целом американцы и русские имели схожий характер распределения оценок изображений. Однако была обнаружена статистически значимая разница в оценках изображений с различным типом валентности (P < 0,001). Отрицательные и поло- жительные изображения оценивались русскими выше по силе воздействия, в отличие от американцев, большая часть ответов которых имела нейтральные показатели воздействия. Также была выявлена статистически значимая разница в оценках изображений различных тематических групп (P < 0,05). Изображения природы оценивались русскими как вызывающие чувство комфорта, в то время как американцы отмечали нейтральный характер воздействия таких изображений на них. Изображения предметов, напротив, были оценены американскими респондентами как более приятные, а русскими нейтрально. Более того, были выявлены различия в оценках изображений по параметрам силы воздействия и типа валентности стимула (P < 0,05) между русскими и американскими женщинами. Русские женщины оценивали большую часть изображений как имеющих положительное или отрицательное воздействие, в то время как преобладающее количество оценок американками стремилось к нейтральным значениям. Это подтверждает влияние типа валентности эмоционального стимула, тематики изображения, а также гендерного фактора на обработку эмоционально окрашенных единиц представителями различных культур.

Представлены результаты исследования межкультурных особенностей восприятия аффективных изображений американцами и русскими, а также американскими и русскими мужчинами и женщинами. Проверяется гипотеза о том, что оценки аффективных изображений американскими и русскими респондентами будут иметь статистически значимые отличия ввиду больших языковых и культурных различий данных этносов, что вариативно проявится в группах мужчин и женщин. В исследовании использован метод психолингвистического анкетирования с применением приема семибалльного шкалирования. В качестве материала исследования использованы 84 изображения из открытой американской базы данных аффективных изображений («Open Affective Standardized Image Set»). Сравниваются опубликованные значения оценок этой базы данных и результаты собственного исследования, проведенного на идентичном стимульном материале. Респондентами выступили 93 человека (34 мужчины, 58 женщин). Результаты анализа не показали значимых межкультурных различий в оценках аффективных изображений по параметрам типа валентности и силы воздействия стимула, в целом американцы и русские имели схожий характер распределения оценок изображений. Однако была обнаружена статистически значимая разница в оценках изображений с различным типом валентности (P < 0,001). Отрицательные и поло- жительные изображения оценивались русскими выше по силе воздействия, в отличие от американцев, большая часть ответов которых имела нейтральные показатели воздействия. Также была выявлена статистически значимая разница в оценках изображений различных тематических групп (P < 0,05). Изображения природы оценивались русскими как вызывающие чувство комфорта, в то время как американцы отмечали нейтральный характер воздействия таких изображений на них. Изображения предметов, напротив, были оценены американскими респондентами как более приятные, а русскими нейтрально. Более того, были выявлены различия в оценках изображений по параметрам силы воздействия и типа валентности стимула (P < 0,05) между русскими и американскими женщинами. Русские женщины оценивали большую часть изображений как имеющих положительное или отрицательное воздействие, в то время как преобладающее количество оценок американками стремилось к нейтральным значениям. Это подтверждает влияние типа валентности эмоционального стимула, тематики изображения, а также гендерного фактора на обработку эмоционально окрашенных единиц представителями различных культур.

Представлены результаты исследования межкультурных особенностей восприятия аффективных изображений американцами и русскими, а также американскими и русскими мужчинами и женщинами. Проверяется гипотеза о том, что оценки аффективных изображений американскими и русскими респондентами будут иметь статистически значимые отличия ввиду больших языковых и культурных различий данных этносов, что вариативно проявится в группах мужчин и женщин. В исследовании использован метод психолингвистического анкетирования с применением приема семибалльного шкалирования. В качестве материала исследования использованы 84 изображения из открытой американской базы данных аффективных изображений («Open Affective Standardized Image Set»). Сравниваются опубликованные значения оценок этой базы данных и результаты собственного исследования, проведенного на идентичном стимульном материале. Респондентами выступили 93 человека (34 мужчины, 58 женщин). Результаты анализа не показали значимых межкультурных различий в оценках аффективных изображений по параметрам типа валентности и силы воздействия стимула, в целом американцы и русские имели схожий характер распределения оценок изображений. Однако была обнаружена статистически значимая разница в оценках изображений с различным типом валентности (P < 0,001). Отрицательные и поло- жительные изображения оценивались русскими выше по силе воздействия, в отличие от американцев, большая часть ответов которых имела нейтральные показатели воздействия. Также была выявлена статистически значимая разница в оценках изображений различных тематических групп (P < 0,05). Изображения природы оценивались русскими как вызывающие чувство комфорта, в то время как американцы отмечали нейтральный характер воздействия таких изображений на них. Изображения предметов, напротив, были оценены американскими респондентами как более приятные, а русскими нейтрально. Более того, были выявлены различия в оценках изображений по параметрам силы воздействия и типа валентности стимула (P < 0,05) между русскими и американскими женщинами. Русские женщины оценивали большую часть изображений как имеющих положительное или отрицательное воздействие, в то время как преобладающее количество оценок американками стремилось к нейтральным значениям. Это подтверждает влияние типа валентности эмоционального стимула, тематики изображения, а также гендерного фактора на обработку эмоционально окрашенных единиц представителями различных культур.

Рассмотрена критическая роль психологических факторов в формировании и развитии современных социальнокогнитивных технологий (далее – СКТ). Проанализировано влияние этих факторов на эффективность и результативность СКТ, охватывающих широкий спектр инструментов от интерактивных образовательных платформ до социальных сетей и приложений для обмена информацией. В центре исследования находится анализ того, как психологические аспекты, такие как восприятие информации, эмоциональный интеллект, внутренняя мотивация и динамика социального влияния, определяют успешность использования СКТ в различных областях. Изучено, как эти факторы влияют на взаимодействие, обучение и решение социальных проблем, с которыми сталкиваются пользователи в цифровой среде. Социальные технологии трактуются как инновационные методы и подходы, нацеленные на устойчивое улучшение качества жизни людей в различных аспектах, включающие как традиционные формы взаимодействия (волонтерство, менторство), так и современные цифровые инструменты. Подчеркнуто, что СКТ ориентированы на оптимизацию обмена знаниями, повышение уровня социальной сплоченности и эффективное взаимодействие в онлайн-сообществах. Настоящее исследование предлагает углубленный взгляд на взаимосвязь между психологическими факторами и развитием СКТ, выявляя ключевые аспекты для проектирования эффективных и социально значимых технологических решений.

Статья посвящена общим и особенным чертам практической политики США по отношению к революционным процессам за рубежом в начале ХХ века. В качестве примеров используются Мексиканская революция 1910-1917 гг., Русская революция и Гражданская война 1917-1922 гг., Синьхайская революция 1911 г. в Китае. Отправной точкой для исследования служат традиции сравнительного изучения революций, теорий их генезиса и влияния на международные отношения. Отмечается, что наличие устойчивых представлений о «прогрессе» обуславливало положительное восприятие американцами революции как явления. Особое внимание уделяется значению американских стереотипов о своей стране как наиболее успешной «революционной нации». Предпринимается поиск свидетельств того, что США постепенно накапливали опыт взаимодействия с революциями, обладая достаточно ограниченной информацией о них. Исследовано соотношение дипломатических, военных, экономических, пропагандистских инструментов влияния Вашингтона на обстановку в Мексике, Китае и России, с установлением общих и особенных черт. Указывается, что американцы отталкивались от тезиса о возможности быстрого преодоления разрушительной фазы революции и ее перехода в созидательное русло. Предполагается, что революции в рассматриваемых странах способствовали постепенному изживанию в сознании американской политической элиты и интеллигенции примитивных «позитивистских» взглядов на историческое развитие. Одновременно происходило усложнение всей архитектуры планирования и проведения внешней политики США, в том числе из-за необходимости конкурировать с другими «великими державами». Изложенный подход призван прояснить типичные черты политики государства в контексте революции как международной проблемы.

Альтернативная коммуникация является вспомогательным инструментом общения для людей с коммуникативными нарушениями. Из-за разнообразия графической представленности символов альтернативной коммуникации актуальным представляется исследование классических и еще не изученных пиктографических систем с точки зрения эффективности для восполнения коммуникативных трудностей лицами с расстройствами интеллектуального развития. В статье рассматриваются особенности визуального восприятия и интерпретации понятийсуществительных и понятий-глаголов как элементов пиктографической альтернативной коммуникации. Выборку исследования (N=92) составили ученики старших классов коррекционных школ в возрасте от 13 до 19 лет (M=15,5; SD=1,18), из которых 72% были мужского пола. Стимульный материал состоял из заданий на интерпретацию пиктограмм в вербальном контексте и включал понятия из трех языков альтернативной коммуникации: Blissymbolics, Pictogram и LoCoS ©. Анализ ассоциативных интерпретаций показал, что фактор принадлежности пиктограммы к пиктографической системе влияет на количество верных ответов обследуемых с расстройством интеллектуального развития легкой степени (p=0,008), а также на параметры глазодвигательной активности: количество возвратов взгляда на пиктограммы (p=0,007), количество фиксаций (p=0,018) и время просмотра (p=0,037). Делается вывод о том, что с учетом когнитивных особенностей учащихся с расстройством интеллектуального развития легкой степени, наибольшей эффективностью передачи информации обладают более простые графические формы, вне зависимости от части речи или степени схематичности.

В статье производится реконструкция эволюции философии сознания Хилари Патнэма. Анализируются два периода творчества философа – ранний и поздний – для выявления ключевых идей философии сознания Патнэма в каждом из них. Ранний период характеризуется разработкой функционалистского подхода к трактовке ментальных состояний. Согласно функционализму, ментальные состояния необходимо объяснять в терминах их функций в рамках каузальной цепи переработки информации. Поворотным моментом, определившим разделение на ранний и поздний периоды философии сознания Патнэма, стала разработанная философом концепция семантического экстернализма, согласно которой содержание ментальных состояний, по крайней мере частично, определяется внешними факторами. Экстерналистские выводы противоречили индивидуализированным представлениям функционализма, поэтому философ стал одним из главным критиков направления, у истоков которого находился. В то же время нельзя сказать, что разрыв произошел окончательно. Поздний период характеризуется отходом от трактовки сознания как феномена имманентного, независимого от внешнего мира. Еще одной особенностью позднего периода является обращение философа к проблеме восприятия, в рамках которой разрабатывается подход под названием «трансакционализм». Отличительной чертой трансакционализма является попытка согласовать феноменализм с идеей о квалиа и наивно-реалистическую трактовку субъект-объектных отношений. В заключении предпринимается попытка осмыслить парадигмальное значение эволюции идей Патнэма. Делается вывод, что методологический урок, который дает анализ эволюции Патнэма от раннего к позднему, может позволить выявить противоречия современных философских дискуссий, посвященных природе сознания, представить философию сознания как развивающийся процесс, каждый из этапов которого содержит в себе важные концептуальные и методологические составляющие.

В современных социокультурных условиях необходим надежный диагностический инструментарий для оценки психического развития ребенка, который при этом позволял бы корректировать задачи образовательной деятельности. В статье отражены результаты адаптации и стандартизации методики «Перцептивное моделирование», входящей в диагностический комплект оценки умственного развития дошкольников (Л. А. Венгер и сотрудники). Выборка исследования состояла из двух групп: детей 4-6 (N=1003) и детей 5-7 (N=1516) лет. В этих группах детям предъявлялись разные варианты методики, учитывающие возрастную специфику сформированности перцептивных действий. Адаптация методики «Перцептивное моделирование» предполагала перевод ее в электронный вид, изменение системы оценки полученных результатов и статистическую проверку возможности ее использования в такой форме для решения диагностических задач. Процедура стандартизации методики показала наличие хорошей внешней и внутренней валидности, ее диагностическую надежность. Статистический анализ выявил отсутствие значимых гендерных различий при выполнении методики и наличие значимых различий между нормотипичными детьми и детьми с ОВЗ (нарушение речи, слуха и задержка психического развития). В результате стандартизации были определены возрастные нормы овладения детьми шестого и седьмого годов жизни действиями перцептивного моделирования для нормотипичных детей и детей с ОВЗ.