Книга посвящена малоисследованному в литературе вопросу об отношении средневековых арабоязычных философов, в первую очередь Абу Насра аль-Фараби, к классическому наследию. Использованы уже известные, а также впервые вводимые в научный оборот сочинения аль-Фараби.
Особое внимание уделено начальному этапу процесса освоения учений древнегреческих мыслителей, в частности Платона. Из обширного круга проблем платонизма выбраны две важнейшие — теория идей и социальная утопия.
Книга посвящена одному из самых увлекательных и важных разделов археологии — исследованиям скифских древностей.
Автор рассказывает об истории поисков скифских сокровищ, о замечательных шедеврах искусства, открытых в «царских» курганах скифов. Особое внимание уделено последним открытиям советских археологов.
Книжка состоит из очерков, рассказывающих о судьбах некоторых выдающихся произведений живописи и связанных с ними легендах. Анонимные до недавнего времени, благодаря многолетнему и кропотливому поиску исследователей некоторые картины обрели своего автора или имена тех, кто на них изображен. Другие по сей день не расшифрованы и ждут своего часа.
Для широкого круга читателей.
Распространение теории научного социализма в России, обоснование идейной платформы русской социал-демократии связаны с именем Г. В. Плеханова и группой «Освобождение труда», созданной в 1883 г. В том же году в Петербурге возникла первая марксистская группа — «Партия русских социал-демократов», известная как группа Д. Благоева.
В ее задачу входила пропаганда марксизма среди рабочих и студентов. С этого времени марксизм в России стал складываться как идейное течение, выражавшее интересы пролетариата и всех трудящихся. Пропаганду марксизма подхватили и продолжали кружки социал-демократического направления не только в Петербурге, но и в Москве, Киеве, Вильне, Харькове, Одессе и ряде других городов.
В Казани с осени 1888 г. до весны 1889 г. в одном из марксистских кружков участвовал В. И. Ленин. На арену революционной борьбы с самодержавием в России вышло первое поколение марксистов, которое вступило на путь соединения научного социализма с рабочим движением и подготовило почву для создания политической партии рабочего класса.
Ярошенко уничтожал письма, которые получал. Он хотел, чтобы письма, им написанные, тоже уничтожались. Он объяснял, что пишет письма не для печати, тем паче не для истории: просто в определенный срок сообщает определенному лицу нечто определенное.
Хранить и беречь такое письмо незачем. Довольно его прочитать, принять к сведению то, что в нем говорится, потом — в печку. Ярошенко брался за перо нечасто и, за редким исключением, только по делу. По письму Ярошенко можно заключить о его добром отношении к человеку, но дружеских излияний он избегал, всякое письмо написано по определенному поводу.
Чем больше мы изучаем Французскую революцию, тем более мы узнаем, насколько еще несовершенна история этого громадного переворота: сколько в ней остается пробелов, сколько фактов, еще не разъясненных.
Дело в том, что революция, перевернувшая всю жизнь Франции и начавшая все перестраивать в несколько лет, представляет собой целый мир, полный жизни и действия. И если, изучая первых историков этой эпохи, в особенности Мишле, мы поражаемся, видя невероятную работу, успешно выполненную несколькими людьми, чтобы разобраться в тысячах отдельных фактов и параллельных движений, — мы узнаем также громадность работы, которую предстоит еще выполнить будущим историкам.
История тюркоязычных и других народов средневековой Евразии связана с судьбой империи Джучи, или Золотой Орды, при распаде которой в XV—XVI вв. возникли самостоятельные государственные образования — Большая Орда, Ногайская Орда, Астраханское, Казанское, Крымское, Сибирское, Казахское, Узбекское и другие ханства.
При изучении истории всего Джучиева Улуса или отколовшихся от него ханств историки опираются на ценнейшие известия арабских, персидских авторов XIII—XVI столетий, тюркских историков более поздних времен, русских летописателей, западноевропейских путешественников и дипломатов, а также привлекают данные археологии, этнографии и лингвистики. Что же касается собственно золотоордынских нарративных письменных источников, то мы их сегодня имеем не больше, чем во времена Х. М. Френа, который вынужден был констатировать с огорчением: „напрасно в продолжение 25 лет я искал такую специальную историю Улуса Джучи“ [Цит. по: 418,24].
Мееровский Борис Владимирович (род. в 1922 г.) — кандидат философских наук, доцент кафедры философии Московского института народного хозяйства им. Г. В. Плеханова. Специализируется в области истории западноевропейской (преимущественно английской) философии.
Автор книги «Гоббс» (М., 1975) и ряда статей по истории философии, свободомыслия и атеизма. Составитель, редактор и автор вступительных статей изданий: Английские материалисты XVIII в. Собрание произведений в трех томах (М., 1967—1968); Ф. Хатчесон. Исследование о происхождении наших идей красоты и добродетели (в кн.: Ф. Хатчесон. Д. Юм. А. Смит. Эстетика. М., 1973); Б. Мандевиль. Басня о пчелах (М., 1974); Э. Бёрк. Философское исследование о происхождении наших идей возвышенного и прекрасного (М., 1979).
Монография посвящена анализу мировоззрения Франца Фанона — представителя революционной демократии Африки периода борьбы за освобождение от колониальной зависимости.
В ней рассматриваются его теоретические и социально-политические взгляды, позиция по вопросу о национально-освободительной революции и т. п., выделяются демократизм воззрений Фанона, его готовность к революционным преобразованиям и вместе с тем подвергаются критике противоречивые, непоследовательные моменты в его концепции.
В монографии рассматриваются основные проблемы истории греческого полиса на эллинистическом Востоке.
На основании нарративных, археологических, эпиграфических и нумизматических источников выявляются масштабы греко-македонской колонизации Востока в период после завоеваний Александра Македонского, исследуются характер градостроительной деятельности Александра и первых Селевкидов, взаимоотношения греческого полиса и эллинистического государства, характер городского строя.