Главная заслуга Плеханова, как ученого, заключается, конечно, в обосновании и развитии философских и социологических основ марксизма, и здесь он является, бесспорно, одним из самых крупных не только в России, а и на Западе, истолкователей и непосредственных продолжателей Маркса-Энгельса. Но этим его научное значение далеко не исчерпывается.
Если в начале своей 35-летней деятельности в качестве идеолога-марксиста Плеханов по преимуществу занимался теоретическими вопросами в области обществоведения, то в дальнейшем, и особенно в последние годы, не прерывая прежних занятий, он с удивительной энергией отдался и разработке чисто практических тем, дав яркие образцы приложения марксистского метода к конкретному историческому материалу.
Для чего нужно изучать историю эстетических учений? Во-первых, эстетические учения составляют часть идеологической надстройки, и всякому марксисту надлежит знать историю идеологии во всех ее отраслях. Во-вторых, изучать историю эстетических учений необходимо с той же целью, с какой изучают историю философии. Как нельзя создавать марксистскую философию без основательного знакомства с предшествующими философскими системами (Маркс, Энгельс, Ленин и Плеханов немало труда и времени потратили на их изучение), так нельзя строить марксистскую эстетику без серьезного и критического усвоения и преодоления предшествующих эстетических теорий.
Не только всякому социологу и эстетику надлежит основательно изучать и исследовать эволюцию эстетических теорий, но и профессиональному художнику также необходимо, если он не хочет носить «спецовские» шоры на глазах, заняться изучением истории эстетических учений.
В издаваемых теперь «Очерках по истории марксизма» мною собраны работы, в которых я ставил себе целью исследовать мало или совсем не известные стороны практической и теоретической деятельности обоих основоположников научного социализма.
Работы эти можно разделить на несколько групп. В первую из них вошли статьи и исследования, которые дают новые материалы для биографии Маркса и Энгельса. Большинство их написано мною еще до Октябрьской революции, в то время, когда я подготовлял издание статей и памфлетов Маркса и Энгельса за 1850—1862 гг.
Интерес широких рабоче-крестьянских масс к истории нашего революционного движения (и, в частности, к истории ВКП) возрастает с каждым днем. До нельзя переполнены обширные залы музеев революции, литература по истории ВКП берется нарасхват, во всех вузах, советских трудовых школах и других учебных заведениях усердно изучают наше героическое революционное прошлое…
Тот, кто изучил историю революционного движения,—тот лучше, глубже сумеет разобраться в происходящих мировых событиях. А убедительный пример продолжавшейся десятки лет героической борьбы рабочего класса против самодержавия и капитала дает новые силы рабочему нашей эпохи, новые силы для окончательной победы над мировым капиталом. Вот почему изучению истории ВКП придается теперь такое огромное значение.
Мы не можем рекомендовать эту книгу без оговорок. Ее тенденции в некоторых отношениях чужды, даже противоречат не только марксистскому, но и вообще современному сознанию. Вот, что говорит, напр., автор об идеях Грановского: «В них новый идеал, которому суждено было надолго стать скрытым двигателем всей нашей духовной жизни—эта высокая мечта Станкевича и его друзей о разумной и прекрасной жизни, о совершенном человеке—был перенесен (правда, в довольно грубом виде) на социальную почву и выражен на социальном языке.
Этим был дан могучий толчок зарождения у нас общественного идеализма, и если ближайший период русской истории, с конца 50-х годов, был ознаменован громадным идеалистическим движением, плодом которого явились реформы эпохи Александра II, то не малая доля заслуги в этом принадлежит и Грановскому. Не будет парадоксом сказать, что он был одним из передаточных органов, благодаря которым нравственная энергия, заключенная в одинокой думе Станкевича, претворилась в общественное благое деяние Николая Милочина и его сподвижников».
Настоящее издание представляет собой стенограмму дискуссии, происходившей в Ленинграде в феврале 1931 г. и организованной Обществом марксистов-востоковедов и Ленинградским восточным институтом им. А. С. Енукидзе.
В описанной Марксом системе развития общества, проходящего последовательные общественно-экономические формации, нашлось место и так называемому «азиатскому способу производства», существовавшему в странах Древнего Востока. При этом способе государство, выступая в том числе в качестве земельного собственника, противостоит непосредственным производителям, находящимся в зависимости от него.
Маркс выделил четыре способа производства — азиатский, античный (рабовладельческий), феодальный и буржуазный — и соответствующие им формации. Но позже, в трудах последователей Маркса, в качестве первой общественной формации указывалась рабовладельческая. Для окончательного прояснения вопроса о том, существовал ли азиатский способ производства как особая эпоха исторического развития общества, была организована дискуссия, материалы которой представлены в данной книге.
На протяжении минувшего столетия марксизм был одной из наиболее влиятельных научных доктрин, определявшей как проблематику теоретических дебатов, так и политическую практику в мире. Тиражи сочинений К. Маркса, его последователей опережали тиражи других книг, с ними были сопоставимы разве что тиражи Библии. Лозунги марксизма использовали и гуманность, и кровавые диктаторы XX столетия. И вдруг все оборвалось.
Поражение реального социализма, ликвидация “социалистического лагеря” снизили влияние этого учения, общественный интерес к нему. Имя К. Маркса исчезло из общественных дискуссий. Даже нынешние российские левые имеют слабое представление об основателе научного коммунизма: в своих политологических построениях, не говоря уже о лозунгах, они опираются на что угодно, но только не на марксизм в его изначальном, классическом виде.
Конфликт на Украине, обострившийся в 2022 г., и радикальный политический, военный и экономический ответ стран Запада на него стали смертельным ударом для упадочного западноцентричного порядка, сложившегося после Второй мировой войны. Однако эскалация геополитической напряженности во всем мире в результате насильственного распада этого порядка становится симптомом более фундаментального процесса - эпохального кризиса мирового капитализма. Этот кризис многомерен, и его разнообразные измерения взаимосвязаны. Это структурный кризис перенакопления, политический кризис государственной легитимности и капиталистической гегемонии, социальный кризис глобального социального воспроизводства, геополитический кризис эскалации международного конфликта и экологический кризис, который грозит крахом планетарной экосистемы. В отличие от более ранних кризисов мирового капитализма (традиционно выделяют четыре кризиса) в историческом плане условия для обновления мирового капитализма исчерпаны. Реактивация капитализма может быть возможной в ближайшие годы лишь посредством перераспределительной и регуляторной политики, а также с помощью применения новых цифровых технологий, однако в долгосрочной перспективе все это не сможет разрешить его глубинные противоречия. Автор приходит к выводу, что современное общество очень далеко от революции против глобального капитализма из-за неразвитости субъективных и организационных условий. В исследовании применяется комплексный подход к рассматриваемым процессам и явлениям с использованием принципов сравнительного анализа данных и критической оценки информации. Актуальность темы исследования обусловлена как нарастанием политической нестабильности в мире, так и заметным ростом соперничества и конфронтации в глобальных экономических процессах.
В книге показано, что развитие мировой экономики не подтвердило прогнозов основоположников и последователей марксизма. В качестве главных объектов критики выступают ортодоксальные положения Маркса, Энгельса, Ленина, в частности тезисы “об общем кризисе капитализма”, “об обнищании масс” и др.
В связи с этим автор обращается к истории марксизма и мирового рабочего движения, а также к теории и практике становления и развития индустриального, постиндустриального и информационного общества на Западе и Востоке (Япония).
В конце XX столетия мировое экономическое и политическое сообщество столкнулось с принципиально новым классом проблем, которые никому и никогда не приходилось еще решать. Речь идет о посткоммунистической трансформации.
Вообще-то проблема перехода от одного состояния социально-экономической системы в другое ставилась в работах экономистов и политологов, но место такого рода проблем было явно маргинальным. Пожалуй, единственным направлением мировой общественной мысли, всерьез интересовавшимся проблемами трансформации, смены социально-экономических систем, был марксизм. Однако у марксистских работ было два основных недостатка.
Прежде всего, проблемы перехода в них трактовались слишком прямолинейно, в рамках гипотезы общественно-экономических формаций, то есть по сути своей сводились к анализу проблем перехода от капитализма к социализму. Что же касается работ, которые выходили в условиях советского коммунизма, то большинство из них естественным образом несло на себе печать вульгаризаторства и догматизма тоталитарного общества.