Творчество Франсуа Вийона, поэта средневековой Франции, заняло прочное место в мировой литературе. Оно преодолело не только время, но и завоевало сердца читателей всех возрастов и социальных групп, ибо сам поэт говорил и на языке королей, и на воровском жаргоне, и на языке улицы, и на языке судейских крючкотворов. Извилист был жизненный путь Вийона, не раз приводил он его к виселице, так что лишь чудо или король могли спасти поэта от неминуемой смерти. Поэт, говоривший о Любви и Смерти, Вийон водил знакомство и с сильными мира сего, и с бродягами и девками - в кабаках. Он пытался устроиться на службу при дворе Карла Орлеанского - и совершил дерзкое ограбление Наваррского коллежа. Ему было свойственно желание преуспеть - и он не принимал фальши и притворства, столь необходимых для преуспеяния среди услужливых придворных. Но бедность, даже нищета не лишали его радостей жизни. А лукавая усмешка Вийона придает глубокий философский смысл его стихам.
«Каждое произведение великого советского поэта было откликом на явления жизни, горячим призывом поэта к своим современникам, возбуждавшим их творческую активность в том направлении, которое в данный момент было самым важным для нашей страны. Маяковский беспощадно издевался над теми поэтами и писателями, которые под прикрытием работы «на вечность» уходили от современности, от сегодняшней острой темы, от злобы дня…»
«Среди выдающихся представителей азербайджанской дореволюционной литературы особое место, как поэт-сатирик, поэт-гражданин, революционный поэт, занимает Мирза-Алекбер Таирзаде, известный под псевдонимом Сабир (Терпеливый). Сабир как поэт-сатирик определился в период русской революции 1905 года и, примкнув к революционно-демократическому течению в азербайджанской литературе, стал одним из передовых его деятелей…»
«Выдающийся французский писатель Анри Барбюс близок всем сторонникам мира. Революционный писатель, неутомимый пропагандист и организатор Анри Барбюс все свои силы отдал борьбе за мир, за торжество подлинной демократии, за счастье народов. Жизнь и творчество писателя-борца являются превосходным примером беззаветного служения народу, непреоборимого стремления к торжеству социализма…»
«… Одним из выдающихся представителей советской многонациональной поэзии является казахский акын Джамбул Джабаев. Большое место, которое он занимает в современной советской литературе, определяется тем, что он был певцом заветных чаяний трудящихся, вдохновенным певцом эпохи социалистического возрождения казахского народа, автором широко известных поэтических произведений о Коммунистической партии и ее вождях, создателем образов героев нашей замечательной современности…»
«… Сулейман Стальский - советский поэт, певец сталинской эпохи. Его поэзия принадлежит всему многонациональному советскому народу. «Я поэт не лезгинский и не дагестанский, - говорил Сулейман, - я советский поэт, хотя и пою только на своем языке. Потому что я пою о Красной Армии, а Красная Армия и в Москве и в Самарканде - одна, и в горах и на равнине - едина. Я пою о комсомоле: комсомол и кабардинский и лакский - все тот же. Я пою о Сталине. Сталин одинаково дорог и русскому, и лезгину, и ногайцу. А родина у нас одна. Вот и получается, что я общий поэт, а не только лезгинский».
«… Демьян Бедный — один из первых советских поэтов — нашёл пути к широкому читателю. Он стремился быть близким народу не только содержанием, но и формой своих произведений. Его поэзия питалась соками русского народного творчества. Вот почему произведения Бедного пользовались огромной популярностью среди широких масс читателей…»
Эта книга для тех, кто любит стихи и хочет узнать об этом удивительном, прекрасном, мужественном и мудром мире как можно шире. В книге рассматривается поэзия как часть духовного, эстетического бытия человека. В ней рассказывается о том, что такое стихи, как и когда возникли первые поэтические опыты, как стих связан с музыкой, с изобразительным искусством. Книга написана в форме популярных бесед с привлечением поэтических примеров из мировой, русской классической и советской поэзии.
Статья представляет собой философско-критическое размышление, возникшее после прочитанной лекции для международной общественности1. Автором обнаружена антропологическая и социокультурная «перекличка» Китая, России, Европы в философской герменевтике искусства. Цель исследования - показать, что в межкультурном значении знак выступает универсальная способность к символизации, символическим отношениям, культурным явлениям в искусстве. Сделан вывод, что символическая философия искусства указывает на эстетическое бессознательное качество человеческого разума и способность обусловливать межкультурные взаимодействия на основе антропологической всеобщей символизации, которая может одновременно вести и к объединению, и к разобщению людей в диалоге культуры современного многополярного мира. Автор следует антропосоциоэкологическому подходу и аксиологической методологии, прогнозирующей ценностное взаимодействие в системе: человек-социум-жизнь-природа. В проведении раскрыты понятия, связанные с символизацией и философией искусства, выделено «эстетическое бессознательное», связанное с философской теорией символизма. В основной части изложен краткий исторический экскурс в философию и эстетику символизма, антропологическую основу символической философии искусства и в качестве примера рассматриваются символические формы в китайском, российском, европейском поэтическом искусстве. Символическая философия искусства имеет глубокие философские традиции от древних времен. Характеризуя философско-антропологические и социокультурные основы символической философии искусства, автор ссылается на представления семантического искусства и символической эстетики при более подробном рассмотрении символической философии искусства в российской, современной, поэзии. В заключении высказана мысль о необходимости расширения работы по исследованию символической философии искусства как фактора межкультурного взаимодействия в диалоге культур. Символическая философия на основе поэтического искусства в данной статье затрагивает музыкальную символизацию и предполагает другие виды легкой деятельности.
В центре внимания статьи – сюжет о том, как девятнадцатилетний Байрон стал героем шуточной «Чудесной истории лорда Байрона и его собаки», написанной, проиллюстриро-ванной, оформленной в книгу и подаренной Байрону его близкой подругой Элизабет Пигот в 1807 г. Основным предметом дружеской иронии Пигот стала привязанность и любовь Бай-рона к своей собаке по имени Боцман, а литературным претекстом для подражания – попу-лярная серия детских стихов Сары Кэтрин Мартин под названием «Комические приключе-ния матушки Хаббард и ее собаки» 1805 г. Любовь и привязанность Байрона к своей собаке, как и к другим животным, была увековечена не только в заказанном Байроном у художника-анималиста Клифтона Томсона портрете животного и известной эпитафии на надгробии Боцмана, но и в книге Пигот, которая является материалом исследования. В статье делается вывод о том, что привязанность поэта к собакам, которая воспринималась современниками как проявление эксцентричности, повлияла на складывающуюся антропоканинную культуру в Великобритании XIX в. и во многом нормализовала новый тип отношения человека и собаки.