Эта работа посвящена маорийскому пророку Те Кооти и основанной им церкви Рингату. Те Кооти родился и вырос в те времена, когда Новую Зеландию сотрясали междоусобные войны маорийских племён и национально-освободительная война маори против британских колонизаторов. Тяжёлые условия сформировали характер пророка и повлияли на его учение. Пока шли боевые действия, Рингату была воинственной церковью, которая объединяла и поддерживала маори в вооружённой борьбе. Когда война закончилась, Рингату продолжила объединять и поддерживать маори в мирной жизни.
Многие проблемы современной Индонезии, в том числе политические, социальные экономические, прав человека, так или иначе связаны с религией. Вера в Бога фигурирует в преамбуле индонезийской конституции и таким образом обязательна для всех граждан, Индонезия не является секулярным государством. Религиозную окраску обретают проблемы социального неравенства, что порождает исламский радикализм. На местах не всегда соблюдается равноправный статус шести действующих в стране религий, привилегии отдаются Исламу. Центральное правительство реалистично оценивает ситуацию и принимает меры для преодоления этого сложного наследия. Особую опасность представляет радикальный исламизм, поскольку предполагает растворение индонезийского государства в рамках всемирного халифата, что в корне противоречит идеалам национализма.
В статье приводится описание процесса формирование исламских структур после распада Советского государства. В качестве основной теоретической рамки выступает феномен десекуляризации. Он выражается в ряде тенденций, таких как возрождение религиозных верований и практик, возвращение религии в публичную сферу, сближение ранее секуляризованных институтов с религиозными нормами, как формальными, так и неформальными, и т. д. Рассмотрены вопросы деятельности мусульманского сообщества Соборной мечети Иркутска и складывания политической структуры на основе всероссийских религиозных организаций (муфтиятов). На начальном этапе восстановлением занимались местные жители из числа татарских активистов, воспринимая мечеть как объект национальной идентичности. Однако в дальнейшем дело по образованию мусульманского сообщества взяли на себя всероссийские религиозные организации. Процессы десекуляризации способствовали расширению полномочий имама и развитию мусульманских сетей в российском обществе. Конкуренция за ресурсы и за место имама послужила причиной дальнейшей независимости Иркутской Соборной мечети и образованию отдельной организации Байкальского муфтията.
Հոդվածի նպատակն է ներկայացնել Իրան-Ադրբեջան տեղեկատվական-հոգեբանական պատերազմը և դրանում կիրառված մեթոդները՝ նարդա-րանյան դեպքերի օրինակով:
Հոդվածում քննարկվում է Նարդարանի կրոնաքաղաքական իրավիճակը, որն աչքի է ընկել հոգևորականության հետապնդումներով, կրոնական բազմաթիվ ծիսակատարությունների անցկացման արգելմամբ, արևմտյան արժեքների ներդրմամբ (եվրատեսիլյան օրինակով), տարբեր ցույցերով, ձերբակալություններով և արյունալի բախումներով: Հոդվածում ներկայաց-ված է այն հակադրությունը, որ Նարդարանը, թեև լինելով Բաքվին այդքան մոտ, միևնույն ժամանակ այդ երկրի ամենակրոնականացված և պահպանողական շիայական կենտրոնն է:
Սույն հոդվածի շրջանակում խնդիր ենք դրել վեր հանելու այն հիմնական արձագանքներն ու տեսակետները, որով հանդես է գալիս իրանական կողմը՝ Ադրբեջանի իշխանությունների կողմից 2015 թ. Ադրբեջանի Նարդարան ավանի շիա բնակչության նկատմամբ իրականացված բռնաճնշումների վերաբերյալ:
Աշխատանքը շարադրված է գիտական տարաբնույթ ուսումնասիրութ-յունների և մամուլից վերցրած նյութերի հիման վրա՝ վերլուծական, համադրական և պատմանկարագրական մեթոդների կիրառմամբ:
Ուսումնասիրության արդյունքում հանգել ենք այն եզրակացության, որ Ադրբեջանը, իրանական ազդեցությունը դիտարկելով որպես սպառնալիք իր աշխարհիկ բնույթին, իրականացնում է հակաշիայական համալիր գործողություններ, ինչի օրինակներից են նարդարանյան իրադարձութ-յունները: Խնդրո առարկայի շրջանակում իրանական կրոնաքաղաքական ղեկավարությունն իր արձագանքներում ավելի մեղմ ու զգուշավոր է` ի հակադրություն Իրանի բարձրաստիճան հոգևորականների, որոնք իրենց դիրքորոշումներում առավել կոշտ են և հռետորաբանությամբ խիստ:
Актуальность изучения понятия «комплаенс» связана с его стремительным распространением в мировой академической литературе последних лет, где оно представлено в нескольких отраслях знания (бизнес, право, финансы, медицина и т.п.) и имеет тенденцию к расширительному употреблению (например, в литературоведении и религиоведении). Не меньший интерес представляют соответствующие культурные практики ревитализации социальной роли религии, которые могут быть рассмотрены как основание расширительного употребления лексемы «compliance» (согласие, снисхождение, добровольная уступка, самоограничение), известной в английском языке с XIII в. Напомним: особую роль это понятие сыграло в культуре Реформации, где приобрело специфическое значение «согласия с инакомыслящими и инаковерующими». Таким образом, цель данного исследования — проследить историю понятия «комплаенс», сделав акцент на современных значениях этого термина и анализе соответствующих ему культурных форм (с упором на скрытые религиозные коннотации такого словоупотребления). Для достижения этой цели необходимо: 1) описать лингво-этимологические особенности понятия «комплаенс» в различных культурных контекстах, выделить основания возвращения к «широкому» значению данного термина; 2) проследить дрейф данного понятия из религиозно-теологического в светский контекст; провести сопоставление понятий, описывающих групповую и персональную религиозную идентичности, установить формы их возможного «согласия»; 3) выявить специфику культурной практики комплаенса как «добровольного согласия» групповой и персональной религиозности на примере писательского творчества; 4) на материалах текстов А.П. Чехова установить особенности современной культурной оптики комплаенса по отношению к феноменам культуры прошлого; 5) выделить ключевые особенности прочтения сочинений А.П. Чехова с позиций оптики комплаенса. Материалами исследования послужили данные словарей и энциклопедий, лингвистическая база данных «Национальный корпус русского языка» и ряд избранных произведений А.П. Чехова. В работе на основании антропологического, аксиологического и герменевтического подходов использованы методы дискурс-анализа и нарративного анализа, а также биографический метод. В результате обоснован вывод, что получившее всемирное признание творчество А.П. Чехова может быть интерпретировано в качестве примера презентации религии как «живой религиозности», т.е. универсального социально-личностного феномена конструирования успешных практик «надзирания за неизвестным» (Н. Луман), образующих исторически особые институциональные и вернакулярные формы их уникально-личностного переживания. Данное исследование подтвердило, что обращение к слову «комплаенс» в неспецифических контекстах (то есть вне права, экономики и медицины, например — в литературоведении) основано на скрытых коннотациях религиозного толка, которыми «прошито» бытование этого понятия в культуре Реформации.
Публикуемый перевод латинской версии «Страстей свв. Перпетуи, Фелицитаты и с ними пострадавших» (Passio Sanctarum Perpetuae et Felicitatis) был выполнен участниками исследовательского семинара «Дневники христианских мучеников» под руководством Н.В. Брагинской и А.И. Шмаиной-Великановой на базе проекта «Лаборатория ненужных вещей» в Независимом московском университете, в котором принимали участие † А.Н. Грешных, С.Н. Давидоглу, М.С. Касьян, П.Н. Лебедев, Т.А. Михайлова, В.В. Степанов, С.В. Федорова, О.И. Ярошевская. Латинский текст памятника сохранился в девяти латинских рукописях. В переводе мы основываемся на критическом издании, которое опубликовал в 2012 г. Т. Хеффернан1 . Вслед за упомянутым издателем мы следуем лучшей латинской рукописи, происходящей из монастыря в Монте-Кассино (посл. треть XI в.), а свои отступления оговариваем в сносках.
Предисловие о содержании выпуска журнала и перспективе развития тематики.
В данной статье делается попытка анализа социально-политических взглядов великого российского писателя Николая Васильевича Гоголя (1809 – 1852), дается краткий обзор историографии вопроса, выявляются основные узлы противоречий в литературе по дан-ной проблематике. Стоит отметить также периодические изменения подходов в литературе к творчеству Н. В. Гоголя. При этом акценты советского времени, в целом, были направлены на критические стороны гоголевской сатиры в «Ревизоре» и «Мертвых душах», оставляя часто в стороне его пассажи насчет крепостного права в «Выбранных местах из переписки с друзьями». Сегодня же маятник историографии качнулся в сторону его по преимуществу консервативных воззрений, несмотря на стремление многих авторов защитить доброе имя великого писателя. При этом автор данной работы дает свое понимание происхождения этих споров в литературе вопроса. В статье также достаточно подробно рассматриваются разные стороны мировоззрения Н. В. Гоголя, выявленные в его переписке, в публицистике и в художественных произведениях разного типа – прозе и драматургии. Наряду с его воззрениями в отношении самодержавия и религии рассмотрена особо ключевая проблема – его отношение к решению крестьянского вопроса – важнейшего вопроса общественно-политической жизни России пер-вой половины XIX в. При этом отмечен его доминирующий консерватизм в данном отношении (что проявлялось и в отношении других сфер его мировоззрения), что противоречит традиционным представлениям на сей счет массового сознания в нашей стране. Великий писатель не всегда является великим мыслителем, тем более прогрессивным, – таков вывод автора статьи.
В данной статье особое внимание обращено именно на то, какое место в современной религии и культуре занимает медитация, как это понятие менялось во времени и какие медитативные практики используются до сегодняшнего дня. Мы постарались ответить на сложный философский вопрос, как медитация или другие явления, проявляются во всех существующих религиях. На «Западе» слово «медитация» стоит в одном ряду с такими явлениями, как рефлексия, возможно, планирование, а вот во втором случае, в восточной культуре, – предполагает собой процесс «просветления». Целью восточных медитаций стало получение нового опыта, ранее не свойственного человеку. Не только понятие медитации сохранилось в религиях, но и техники, некоторые в совсем неизменном варианте. Важно, что названия во всех религиях у медитаций совершенно разное. В православии упоминание медитаций есть в практике «умного делания», в буддизме и йоге много пересечений с практикой медитаций. Медитация в буддизме является одним из главных методов контроля над умом и умение сосредоточиться на определённых идеях. Важный навык концентрации на определенных объектах и очищение разума от потока сознания открывает человеку путь к преодолению всех основных проблем существования. Стоит отметить, что медитация, хоть и зародилась как религиозное явление, в современной жизни она заняла особую роль некой технологии, которая ведет к позитивным изменениям и усовершенствованиям. Медитация по-прежнему уникальное явление, прошедшее сквозь века, но так и до сих пор с трудом поддающееся какому-либо анализу.
Поэзия Джеймса Райта, модернистской фигуры в английской литературе, богата епифаниями и моментами глубокого осознания природы. Точно так же Сохраб Сепехри - выдающийся деятель персидской литературы - черпает вдохновение непосредственно из природы и отражает епифанические и возвышенные моменты этого погружения. Цель данной статьи - поиск общего элемента органического единства, который по-разному отражается в епифанических моментах стихотворений «Святой Иуда», «Благословение» и «Путешествие» Джеймса Райта и «Дэнг», «Сура наблюдения» и «Я мусульманин» Сохраба Сепехри. Затем, рассматривая модернистские элементы поэзии Джеймса Райта, статья определяет епифании Райта как современные, а Сохраба Сепехри - как романтические, используя шесть критериев, определенных Моррисом Бежа и теориями модернистских прозрений Роберта Лангбаума. В данной статье епифания показана как действенный элемент как в английской, так и в персидской поэзии, раскрывающий многое в природе. В епифанических модусах обоих поэтов далее рассматривается то, как обе поэзии передают чувство возвышенного, прозрения и органического единства через разные эпохи и дух времени, реализуя различные образы. Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.