В статье рассматривается международный контекст Констанцского собора, на котором осенью 1415 г. от имени польского короля прозвучала идея церковной унии между латинским Западом и православным Востоком. Истоки этой инициативы увязываются в работе с политической игрой, которую вел византийский император Мануил II Палеолог. По мнению автора, Византия стремилась в тот период обеспечить себе мир с турками, и путь к нему лежал через разделение и уравновешивание трех сил, к которым относились Венеция, римский король Сигизмунд Люксембург и турецкий султан Мехмед I. На фоне противоречий между Сигизмундом и Венецией важнейшая задача византийской дипломатии заключалась в том, чтобы блокировать возможность соглашения между Венецией и османским правителем. Именно для этого византийцы намеренно внушали всем ложное предположение о намерениях своего императора примкнуть к королю Сигизмунду, который вел подготовку к крестовому походу. Автор считает, что в русле такой игры имитировалась подготовка греков к переговорам о церковной унии, и византийцы фактически спровоцировали польского короля и поддержавшего его литовского князя Витовта на соответствующий призыв, который в результате прозвучал на Констанцском соборе. В свете выдвигаемой гипотезы в статье находят объяснение некоторые детали византийского посольства, которое в 1415 г. посетило двух названных правителей. Далее раскрывается византийский след миссии на Констанцский собор Феодора Хрисоверга. Результат византийской игры усматривается в том, что с ее помощью греки сумели вовлечь Венецию в переговоры с императором о морском соглашении, которое предусматривало международный контроль над проливами при сохранении союза Византии с турецким султаном.
The Russian Empire’s attempts to solve the ‘Finnish question’ at the turn of the 19th-20th centuries are discussed within the context of the Empire’s national policy, in particular, that pertaining to the Polish and Baltic questions. The author identifies the general policy directions for these three regions, as well as the peculiarities characteristic of the situation in Finland. The author concludes that the policy towards Finland was quite in line with the general trends in the transformation of the empire’s national policy, but at the same time had a number of important special features.
В статье рассматриваются последствия смены польского правительства, возглавляемого с октября 2015 года праворадикальной евроскептической партией Право и Справедливость. Представлен анализ результатов парламентских выборов в Польше, прошедших 15 октября 2023 года, на которых формальную победу одержала ПиС, традиционно ориентирующаяся на менее развитые, консервативные восточные регионы страны, но которая, однако, не сумела создать коалицию большинства. В итоге правящую коалицию, которая получила право сформировать правительство, образовал альянс трех предвыборных объединений: 1)Гражданская коалиция, включающая партии Гражданская платформа во главе с бывшим премьер-министром Дональдом Туском Модерн, Зелёные и Польская инициатива; 2)коалиция Третий путь, в которую вошли партии Польша-2050, Польская народная партия, Центр для Польши и Уния европейских демократов; а также 3)коалиция Левые, состоящая из партий Новые левые и Левые вместе. Этот альянс поучил поддержку в экономически и промышленно более развитых, модернистски настроенных западных регионах Польши. Дана оценка деятельности ведущих польских политических партий за предыдущие четыре года, проанализированы основные положения предвыборных платформ партий и коалиций, которые были избраны в состав парламента по итогам прошедших выборов. Для выявления динамики изменений политической ситуации в Польше был проведён сравнительный анализ результатов ведущих политических партий этой страны на выборах 2019 и 2023гг., а также даны их основные характеристики. Проанализированы ключевые отличия в подходах ведущих партий страны (ПиС и Гражданская платформа) по вопросам внутренней и внешней политики, включая их отношение к специальной военной операции России на Украине. Рассмотрен процесс формирования нового правительства Польши и влияние на него Президента страны Анджея Дуды.
В годы Первой мировой войны население Холмской губернии, помимо военных испытаний, вынужденной эвакуации и депортаций, пережило потрясения Русской революции и оказалось в эпицентре столкновения интересов нескольких национальных проектов. Стихийное движение холмских беженцев в защиту «русской Холмщины», зародившееся весной 1917 г., стало коллективным ответом на вызовы революционного времени и разрастание политической анархии. Политика Временного правительства в холмском вопросе не позволила разрешить его в российских национальных интересах и в соответствии с волей народа Холмщины. Статья впервые вводит в научный оборот архивные документы Департамента общих дел Министерства внутренних делВременного правительства по холмскому вопросу, хранящиеся в Государственном архиве Российской Федерации.
После октябрьского переворота в Петрограде и начала Гражданской войны борьба за Холмщину перешла в плоскость соперничества между украинским и польским национальными проектами. Основным трендом стали попытки «управляемой национализации» восточнославянского населения края и придания ему украинского/польского облика. На заключительном этапе Первой мировой войны Холмщина и Подляшье оказались в эпицентре столкновения германских, австрийских и польских интересов. УНР и Украинская держава гетмана П.П. Скоропадского пытались решить проблему Холмщины средствами традиционной дипломатии, но не обладали для этого необходимой субъектностью. После поражения Германии и Австро-Венгрии, более организованное польское национальное движение вполне ожидаемо одержало верх. Самостоятельными акторами в холмском вопросе стремились стать польский костел и греко-католическая церковь в Галиции.
15 октября 2023 г. в Польше состоялись парламентские выборы, к которым было приковано всеобщее внимание, так как от их результатов зависело, останется ли польское правительство подконтрольным партии «Право и справедливость» или станет оппозиционным. Как и предполагалось на основе различных социологических опросов, правящая партия не смогла обеспечить себе большинство в парламенте, что дало возможность оппозиции сформировать свое правительство. В данной статье рассматриваются некоторые аспекты политической борьбы между правящей партией и оппозицией накануне выборов; вотум недоверия М. Моравецкому, изначально выдвинутому президентом А. Дудой на пост премьера; избрание Д. Туска на пост премьер-министра; представление сформированного им нового правительства; программа нового правительства; первые шаги Д. Туска в роли премьер-министра, а именно: представление Польши на саммите ЕС- - Балканы, участие в заседании Европейского совета, проходившего 14 и 15 декабря 2023 г.
В статье рассматривается интеграционное объединение в рамках Североатлантического альянса - Бухарестская девятка (Б9). Актуальность темы обусловлена тем, что на данный момент на восточноевропейском направлении наблюдается рост военной активности и уровня конфликтности. Кратко описана история возникновения Б9, обозначены ее задачи, результаты последнего саммита, выявлены основные противоречия внутри объединения, приводятся экспертные оценки исследователей, рассмотрены позиции стран- - участниц Б9 Б9 по разным вопросам, а также и роль США в данном объединении, приводится характеристика состояния вооруженных сил стран Б9, также обозначено, какое отношение Б9 Б9 имеет к России.
Мир вошел в коридор турбулентности: высокий уровень неопределенности нынешней транзиторной фазы миропорядка вследствие деформации (под давлением внешней изменившейся среды) институционально-правовой системы, сложившейся после окончания Второй мировой войны и претерпевшей всего лишь «косметический ремонт» после завершения «холодной» стадии биполярного противостояния, привел к тому, что феномен упорядоченности мировой матрицы растворился в бурных водах международных отношений. Любая трансформация - это путешествие без конечного пункта назначения, однако «схлопывание» миропорядка, которое фактически мы наблюдаем, - процесс намного более непредсказуемый и масштабный. Возвращение стратегической конкуренции держав, глобальный кризис лидерства, наличие крупномасштабного «горячего» конфликта в центре Европы делают «схлопнувшийся» миропорядок похожим на мир рубежа XIX-XX вв. с его безжалостным столкновением национальных интересов и острым соперничеством за ресурсы. Однако ДНК эпохи определяется уникальным набором маркеров (феноменов), поэтому анализ данной комбинации позволит нам не только увидеть весь «геном» целиком, но и артикулировать глобальные риски нынешней стадии преобразования мировой системы.
В статье рассматриваются потенциальные риски и возможности газопровода «Северный поток-2» для системы европейской и трансатлантической безопасности. Автор отмечает эволюцию проекта из коммерческого предприятия в объект острых политических дискуссий. Анализируются основные позиции Брюсселя, Варшавы, Вашингтона в отношении «Северного потока-2», их противоречия с Берлином, который выступает основным бенефициаром проекта. Делается вывод о том, что реализация проекта приведет к усилению напряженности в отношениях ФРГ как с восточноевропейскими странами, так и с США.
В настоящее время мы являемся свидетелями глубокого общеевропейского кризиса. Все громче звучат голоса, заявляющие, что будущая Европа не будет ни по-настоящему единой, т.е. унитарной или федеративной, ни Европой национальных государств, связанных между собой чем-то вроде конфедеративных отношений, а будет Европой регионов. Именно на региональный уровень, по мнению сторонников данной теории, перейдет большая часть полномочий, сосредоточенных ныне в руках национальных правительств и брюссельской «еврократии» – органов Евросоюза. Региональное сотрудничество представляет в этом отношении разумный компромисс, находясь между «еврократическим» и национально-государственным уровнями управления. В рамках ЕС уже существует весьма успешная модель такого сотрудничества – Бенилюкс (Бельгия, Нидерланды, Люксембург). Черты мощного регионального объединения приобретает и франко-германский тандем, есть неплохие перспективы взаимодействия у Скандинавских стран, а в Центральной Европе с переменным успехом, но в целом полезно для всех ее участников работает «Вышеградская четверка» (Венгрия, Польша, Словакия, Чехия).