Нефтегазовый комплекс России является основой ее социально-экономического развития и остается главным источником валютных поступлений. в новом веке освоение углеводородов продолжается со сдвигом в арктические районы. Цель настоящего исследования- выявление влияния нефтегазового комплекса Арктики на жизнедеятельность коренных народов Севера и определение направлений совершенствования договорных отношений между ними. в качестве основных методов использовались статистический, кластерный, агрегирование, аналогий и др. Различия нефтегазовых районов по масштабам хозяйственной деятельности, сырьевой специализации, особенностям транспортной логистики позволили выделить 6 кластеров: Надым-Уренгойский, Пуровский, Заполярный, Ненецкий, Таймыро-Туруханский (Ванкорский) и Усинский. Места добычи нефти и газа связаны с наиболее продуктивными по возобновляемым природным ресурсам территориями традиционного проживания и традиционной хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов. С одной стороны, освоение этих территорий позволило расширить сырьевую базу нефтегазовых ресурсов страны. С другой стороны, это привело к социальным и экологическим проблемам для коренного населения, связанным со снижением возобновляемого природно-ресурсного потенциала территорий их традиционного проживания и хозяйственной деятельности вследствие загрязнения и отторжения промысловых угодий. При этом дефицит квалифицированных кадров на северных и арктических территориях традиционно решается с помощью вахтового метода, что позволяет нефтегазовым компаниям избежать затрат на создание социальной инфраструктуры. Несмотря на совершенство технологий и декларируемые принципы государственной политики в отношении решения социальных, этнических и экологических проблем коренных малочисленных народов Севера при освоении северных и арктических территорий доминируют экономические выгоды. Таким образом, заключение договорных отношений между добывающими корпорациями и коренными этносами северных и арктических территорий не защищает коренное население от угроз его жизнедеятельности. Для снижения рисков ущерба коренному населению и окружающей среде при освоении месторождений углеводородов необходима комплексная оценка потенциала возобновляемых природных ресурсов территорий традиционного природопользования.
Объектом современной российской федеральной арктической политики является Арктическая зона рФ (АзрФ) как единый макрорегион. Однако АзрФ внутренне неоднородна, и единая для всей АзрФ арктическая политика может приводить как к сокращению, так и нарастанию дифференциации входящих в АзрФ муниципальных образований (муниципалитетов). Поэтому в рамках дальнейшего совершенствования федеральной пространственной политики должны проводиться оценки дифференциации муниципалитетов и востребованности в них федеральных мер поддержки инвесторов, и такие оценки проводятся в данной статье. для выявления дифференциации муниципалитетов предлагается использовать новый показатель- доли социальных и других выплат населения в их сумме с налогооблагаемыми денежными доходами физических лиц и индивидуальных предпринимателей, который, в отличие от традиционно используемых показателей заработной платы, адекватнее отражает доходы населения и не искажается территориальными различиями в уровне цен. Значение предложенного показателя по АЗрФ варьирует от 5 % в муниципалитетах с активно развивающейся газодобычей до более чем 50 % в периферийных районах. Пониженная доля социальных выплат характерна для агломераций региональных «столиц», муниципалитетов с развитой промышленностью или значимыми морскими портами. Оценка восприимчивости муниципалитетов к федеральным преференциальным режимам основывается на авторской обработке реестров резидентов таких режимов- распределении резидентов по муниципалитетам АЗрФ. Показано, что инвесторов привлекают, прежде всего, крупнейшие городские агломерации европейской части АЗрФ (Архангельская и Мурманская- около половины всех резидентов АЗрФ), тогда как на периферийные муниципалитеты влияние преференциальных режимов минимально или вообще отсутствует (в пятой части муниципалитетов по итогам трех лет не оказалось ни одного резидента АЗрФ). Такая ситуация будет способствовать нарастанию диспропорций в экономическом развитии муниципалитетов АЗрФ, поэтому в рамках госполитики должны предусматриваться разные меры поддержки разных типов муниципалитетов, обоснование которых необходимо в рамках дальнейших научных исследований.
Высокие транспортные издержки и узость местного рынка сбыта- ключевые ограничения развития арктических городов, особенно удаленных. Однако есть факторы, способствующие диверсификации экономики арктических городов: 1) специфический местный спрос на уникальные товары и услуги (в том числе на так называемые освоенческие услуги), 2) условия транспортной изоляции способствуют развитию производств товаров и услуг, которые нецелесообразно / невозможно доставить из более южных районов (особенно на ранних стадиях освоения территории). Целью статьи является выявление особых механизмов формирования спектра экономической деятельности в населенных пунктах в условиях удаленности. Решаются задачи: 1) теоретическое обоснование факторов развития экономики арктических городов, 2) подбор показателей для оценки степени разнообразия видов экономической деятельности в удаленных городах и поселках Российской Арктики, 3) анализ полученных результатов. Для повышения разнообразия видов экономической деятельности малых населенных пунктов оказалась особенно значима степень удаленности от ближайшего более крупного населенного пункта. В удаленных городах и поселках Якутии, Чукотки и др. с численностью около 5 тыс. жителей и даже меньше наблюдается умеренно повышенное разнообразие видов экономической деятельности (как по общему числу предприятий и организаций на тысячу жителей, так и по числу кодов ОКВЭД на тысячу жителей). Предлагаемое объяснение: в условиях удаленности малые населенные пункты выполняют городские функции, в «нормальных» условиях свойственные более крупным городам: функции экономических и социокультурных центров окружающей территории, по сути- опорных населенных пунктов арктических территорий. В расширении функциональной роли малых населенных пунктов в условиях удаленности состоит важная особенность развития городской сети Арктики и Севера. Результаты будут полезны при разработке мер государственной политики в отношении опорных населенных пунктов Арктической зоны Российской Федерации.
Городские агломерации в настоящее время находятся в фокусе внимания ученых и практиков государственного управления. несмотря на это дискуссионной и слабо изученной остается проблематика выделения фактических границ и обоснования инструментов развития агломераций так называемых «второго» и «третьего» эшелонов, ядрами которых выступают крупные, большие и средние города. тем не менее именно они могут стать драйверами развития территорий за пределами основной полосы расселения, прежде всего, Севера и Арктики. Цель статьи- выявление состава и фактических границ северных / арктических агломераций России с учетом их специфики. Для ее достижения был разработан авторский методический подход к делимитации границ агломераций, базирующийся на синтезе традиционного (изохроны транспортной доступности, гравитационные методы) и современного (ГИС-технологии, аналитика больших данных социальных сетей) инструментария. В результате его апробации определены состав и границы трех северных / арктических агломераций с ядрами в Архангельске, Сургуте, норильске, а также выделены их специфические черты: а) фактические границы зачастую не соответствуют жестким традиционным критериям делимитации, в частности 1,5-часовой изохроне транспортной доступности города-ядра, по причине ослабленного здесь влияния фактора географической близости, б) по критерию развитости системы расселения к агломерациям можно отнести две из них (Сургутская, Архангельская), в) несмотря на слабо развитый каркас расселения (коэффициент развитости менее 2,7) и продолжающиеся процессы увеличения доли города-ядра в общей численности населения экономический «центр тяжести» агломерации смещается в спутниковую зону. Обоснована целесообразность применения гибкого подхода к делимитации границ и выбору инструментария развития городских агломераций с учетом факторов их формирования и экономико-географического положения, в частности в проекции «Север» и «не-Север». Дальнейшие исследования будут связаны с углубленной оценкой эффектов локализации и урбанизации изучаемых агломераций.
Понимание текущих и прогнозирование будущих миграционных процессов актуализирует исследования исторически сложившихся тенденций миграционной связанности стратегически важных арктических регионов с другими регионами страны. Цель статьи заключается в исследовании миграционной связанности арктических регионов с другими регионами россии на основе данных Всероссийских переписей населения и статистики межрегиональной миграции Росстата за 20072010 и 2017-2021 гг. Анализ миграционных потоков выявил тенденцию снижения миграционной мобильности населения применительно к регионам российской Арктики. В то же время для восьми из девяти арктических регионов характерно отрицательное сальдо миграции. Для описания тенденций локализации населения предложена трехкомпонентная модель: центры притяжения, регионы с сильной взаимной локализацией и регионы с обычной локализацией. Выявлены справедливость данной модели для всех регионов России и прямая связь между входящими и исходящими миграционными потоками. Результаты анализа изменчивости коэффициентов локализации позволяют говорить о том, что миграционные потоки из арктических регионов к настоящему времени уже сформировались, а входящие потоки более подвержены изменениям. В работе предложен новый подход к измерению устойчивости миграционных потоков во времени на основе оценки коэффициента вариации. Сформирована классификация регионов АЗ РФ по устойчивости миграционных потоков: регионы с устойчивыми миграционными потоками, с динамическими миграционными потоками и с неустойчивыми миграционными потоками. В ходе статистического анализа устойчивости миграционных потоков доказана их стабилизация с течением времени на исследуемом периоде. Проверка гипотезы о влиянии на устойчивость миграционных потоков удаленности регионов друг от друга выявила искомую зависимость лишь в пределах 2 тыс. км между столицами регионов. Представленные результаты структурируют тенденции пожизненной и долгосрочной миграции между арктическими и остальными регионами России и обозначают основные направления для стратегического управления в области межрегиональной миграции.
Советское освоение Арктики и Севера в целом в XX в. по масштабам, темпам и результатам носило беспрецедентный характер. Этот уникальный опыт освоения, с его плюсами и минусами, требует исторического осмысления. Особенно в контексте взаимодействия человека и природы, что важно для современного хозяйственно-экономического освоения региона. Государство, используя различные механизмы, активно формировало в советском обществе положительный образ Арктики, Севера в целом, «переделывая» минусы региона в плюсы. В статье дан анализ роли концепта «природа» в конструировании образа северного города в художественно-публицистической литературе как интеллектуального конструкта на примере города Норильска. Теоретико-методологической основой исследования стала концепция географических образов, сформулированная в работах Д. Н. Замятина. Можно констатировать, что в советском обществе и науке укоренился стереотип, что основным объектом управления и преобразования должна быть природа, видоизменять которую можно с любыми скоростями и в неограниченных размерах. Эти обстоятельство необходимо учитывать сейчас. Необходимо переходить от стратегии «освоения» к стратегии «обживания» Севера. Государству не на словах, а на деле в процессе «обживания» Севера необходимо опираться не только на властную вертикаль и госкорпорации, но и на гражданское общество.
В статье обсуждаются сложившиеся практики международного научного диалога в арктическом пространстве в текущий период геополитических изменений, проанализирован опыт международного сотрудничества Кольского научного центра на этапе неопределенности, обсуждаются возможности дальнейшего развития научного диалога и интеграции в международном пространстве.
В статье рассматриваются основные подходы и проблемы определения правового режима территорий Арктического региона: общие положения, принципы установления юрисдикции государств, источники и режимы нормативно-правового регулирования. Секторальный и конвенционный подходы размежевания арктических пространств рассмотрены в их развитии и нарастающем противоречии. Рассмотрены особенности национальной политики арктических государств на примере Норвегии и России, а также особенности международно-правового сотрудничества в Арктике России с Евросоюзом и НАТО в условиях антироссийской санкционной политики.
Настоящая работа создается на основе как дореволюционных, так и в особенности советских исследований по данному вопросу. Вместе с тем проведена большая работа по выявлению новых материалов и документов в государственных архивохранилищах СССР, что позволило привлечь обширный ранее неизвестный фактический материал.
Первый том «Истории открытия и освоения Северного морского пути» охватывает период развития арктического мореплавания с древнейших времен до падения крепостного права в России, т. е. рассматривает проблему Северного морского пути в рамках русского феодализма.
Показывая постепенное развитие географических представлений о Севере, книга знакомит с политическими и экономическими предпосылками снаряжения русских и иностранных полярных экспедиций и дает обширный новый материал, освещающий труды русского народа в деле изучения и освоения Северного морского пути. Большое место в книге уделено истории развития полярного судостроения, исследованиям морских и речных путей.
Среди иллюстраций — фотокопии ряда оригинальных русских морских карт XVIII и XIX веков, публикуемых впервые.
Четвертый том «Истории открытия и освоения Северного морского пути» посвящен новому периоду народнохозяйственной эксплуатации великой арктической магистрали — не только на отдельных ее участках (Карские экспедиции и Колымские рейсы), что наблюдалось раньше, но и на всем ее протяжении — от европейских до тихоокеанских портов СССР. Этот период, датируемый 1933—1945 гг., — совершенно новый этап многовековой истории Северного морского пути.
В рассматриваемые годы характерной особенностью арктического мореплавания явилось включение в его план всесоюзных перевозок. Эта задача возникла в связи с грандиозным социалистическим строительством на Советском Севере. В 30-е годы и в начале 40-х годов в Заполярье началось крупное промышленное строительство, бурно развивалось народное хозяйство.