Перед нами том материалов, рисующих организацию и приемы ведения хозяйства одного из крупнейших феодалов средины XVII в. Никаких сомнений не вызывает факт, что хозяйство это покоится в основном на крепостном труде. Перелистывая страницу за страницей инструкции приказчикам, их отчеты и отписки, приходные и расходные книги и другие вотчинные документы, читатель легко может быть загипнотизирован мирной хозяйственной обстановкой и забыть, что в это самое время самому владельцу имения грозила смерть от московской „черни“, замененная по просьбе самого царя изгнанием, что крестьяне, несмотря на кажущееся внешнее спокойствие, готовились к новому выступлению, грозили повторить кровавые события начала XVII в.
До последнего времени на русском языке не существовало ни одной серьезной книги, систематически излагающей историю математики. Поэтому появление этой книги Цейтена и вскоре выходящей другой работы того же автора по истории математики в XVI и XVII вв. составляет событие большой важности для всех тех, кто занимается математикой и интересуется историей ее развития.
Книга эта написана крупнейшим специалистом по истории математики, умершим в 1920 г., профессором Копенгагенского университета, Г. Цейтеном. Написана она тридцать лет назад, и это, конечно, обусловливает то, что в ней не использовано много нового и интересного материала, открытого за протекшее с тех пор время. В иностранной литературе имеются более новые книги аналогичного содержания, и казалось бы более целесообразным избрать для перевода какую-нибудь из них, а не книгу Цейтена.
Второй том работы Розенбергера посвящен описанию эволюции физики в XVII и первой половине XVIII вв. Эпоха, охваченная Розенбергером в этом томе, представляется одной из важнейших в истории физики. Именно в XVII в. вырабатывались и складывались те основные методологические концепции, которые лежат в основе здания всей современной науки о неживой природе, именно в XVII в. наметились и выкристаллизовались основные направления физической методологии, борьба которых, многообразно модифицируясь от десятилетия к десятилетию, дошла до наших дней.
Понятия «феноменолог», «механист» и т. д. мы часто применяем для квалификации тех или иных теоретиков физики наших дней. Между тем исторические корни как феноменологической, так и механистической концепции физики, а равно и ряда других методологических ее направлений, уходят далеко в XVII столетие. Поэтому анализ основных идейных группировок физики XVII в. представляет не только исторический интерес, — анализ этот вплотную подводит нас к самым животрепещущим вопросам современности.
История философии XVII — XVIII веков является выражением радикальнейшей революции в мышлении. Все направления и разветвления античной философии нашли свое продолжение и завершение в эту изумительно бурную и плодотворную эпоху. В итальянском Возрождении воскресли платонизм и неоплатонизм; в учении Декарта о cogito — августинизм; в Спинозе, Гоббсе и Гассенди — Демокрит и Эпикур.
В монадологии вновь ожил аристотелизм и притом в несравненно более богатом и углубленном воплощении, нежели раньше. Скептицизм и скептицизм Аркесилая, Карнеада и Пиррона нашли свое выражение в Бейле, Локке и Юме. Даже элейский идеализм возобновился, в известном смысле, у Мальбранша и Беркли.
В статье рассматриваются мероприятия по подготовке военной кампании 1697 г., проведённые в период декабря 1696 - июля 1697 гг. Акценты в исследовании сделаны на: 1) методах и процессе планирования военных операций, 2) взаимоотношениях между различными военно-бюрократическими ведомствами и военачальниками; 3) процессе заготовки всех необходимых для кампании ресурсов (в первую очередь - денег, фуража и продовольствия); 4) способах координации командующих и военных чиновниках с целью обеспечить боеспособность войск. Были изучены подготовительные мероприятия зимы-весны 1697 г., в которые были вовлечены не только представители высшего командования и Придворного военного совета, но, также, бан Хорватии и император Леопольд I Габсбург. Следующим этапом стал подробный анализ мер, предпринимаемых военным руководством в июле 1697 г., в особенности, Евгением Савойским, в период, когда армия уже находилась в Венгрии, но всё ещё не была готова действовать против османов. В качестве источников были привлечены опубликованные письма Евгения Савойского периода января-сентября 1697 г. и протоколы Придворного военного совета и Военного совета Нижней Австрии. Привлечённые источники позволили изучить системные взаимодействия между различными уровнями военной иерархии, чиновниками и императором. Подробный анализ источников позволил достичь контекстуального восприятия деятельности институтов военного командования. Последний фактор обеспечил достоверность исследования и позволил отделить факторы, системно присущие военному делу монархии австрийских Габсбургов, от ситуативных явлений кампании 1697 г. В результате исследования была установлена определяющая роль системных и коллективных усилий в обеспечении боеспособности армий Дунайской монархии. Кроме того, впервые была определена зона компетенций главнокомандующего войск Дунайской монархии в период снаряжения войск, в период пребывания с армией на театре военных действий и во время подготовки к боевому столкновению. Кроме того, была оценена степень личных усилий принца Евгения Савойского организации и в успешном проведении кампании 1697 г.
Инкорпорация Сибири в административную и хозяйственную структуру Российского государства в конце XVI - XVII в. - сложный и многоаспектный процесс. Вопрос об участии в нем институтов Русской православной церкви, в частности Тобольского архиерейского дома, рассматривается в историографии с XIX в. Утвердилось представление о широких полномочиях первых сибирских архиепископов по надзору и контролю за деятельностью местных воевод, но внимание на практическую реализацию этих функций не обращалось. Цель статьи - выяснение степени вовлеченности представителей Русской православной церкви в светскую административно-управленческую деятельность в Сибири XVII в. Источниковой базой исследования стали переписка центральных органов власти с архиереями и уездными воеводами, царские и воеводские наказные памяти приказчикам слобод, челобитные и таможенные книги из российских архивов и опубликованных сборников документов. Показан процесс поиска московскими властями управленческих решений. Основными причинами устремлений правительства вовлечь в административно-хозяйственную деятельность представителей Русской православной церкви были слабость центр-периферийных связей, низкая исполнительская дисциплина местных администраторов, нерешенность насущной проблемы продовольственного обеспечения региона. Исходя из этого формировался круг внецерковных обязанностей, к которым светская власть пыталась привлечь высшее руководство епархии и приходское духовенство. Конкретными примерами проиллюстрированы практики реализации этих намерений. Сделан вывод, что попытки возложить на первого сибирского архиепископа Киприана проведение переписи населения западносибирских уездов, упорядочивание землепользования и налогообложения, а также зафиксированные в наказах полномочия надзора архиереев за местными администраторами скорее носили декларативный характер, чем являлись реальными функциями. Существенное значение для центральной власти имело то, что архиепископы были независимым от воевод каналом ее связи с населением Сибири и информатором о состоянии дел в отдаленном регионе. В действительности вовлеченными в управленческую деятельность оказывались приходские священники и церковнослужители. Приходское духовенство участвовало в приемке зерна в государственную казну, следило за добросовестным выполнением целовальниками и выдельщиками своих обязанностей. Архиепископ Симеон пытался освободить священников от этой обременительной обязанности, но московская власть не пошла на полный отказ от этой практики. Будучи грамотными людьми, священники заверяли учетные документы и челобитные. Одновременно в силу своего духовного статуса они выступали своеобразными гарантами соблюдения государственных интересов в хозяйственно-экономической сфере и достоверности сообщаемой информации.
Исследуется литературное окружение Компилятивной редакции «Истории о делах великого князя московского» Андрея Курбского, сохранившейся в сборниках, связанных с именами книжников патриаршего круга конца XVII в. Намерения создателя редакции Евфимия Чудовского и читательский интерес других книжников представлены в контексте отношений священства и царства. Компилятивная редакция объединялась в сборниках с текстами, посвященными актуальным церковно-каноническим вопросам времени или демонстрирующими исторические примеры негативных последствий пренебрежения правителей «Божественными» законами и церковными постановлениями. Приведены аргументы в пользу того, что создание Компилятивной редакции было реакцией на бракоразводный процесс царя Петра I и связано непосредственно с патриархом Адрианом. Чтение и переписывание этого и других текстов патриаршего круга (о брадобритии, иноверцах, неподсудности церкви светским властям и т. д.) не столько представляли собой символический политический жест, сколько отражали более сложные представления этого читательского сообщества. Подробно описан состав рукописного сборника «Воумление» начала XVIII в., принадлежавшего митрополиту Тихону (Воинову), выявлены списки, послужившие протографами отдельных текстов, составляющих этот сборник. Изучение биографии митрополита Тихона продемонстрировало, что в 1690-е гг. он был ближайшим к патриарху Адриану человеком и читателем множества сочинений, связанных с Евфимием Чудовским. Состав сборника митрополита Тихона отразил многообразие доктринально-просветительских замыслов и религиозно-исторических идей его единомышленников, стремительно терявших свою актуальность в период между патриаршествами.
Анализируется процесс формирования московской традиции доктринального просвещения и дисциплинарного наставления клириков, который связан с издательской политикой Печатного двора середины - конца XVII в. За этим процессом стояли лица, осуществлявшие руководство московским книгоиздательством и непосредственно участвовавшие в подготовке новых книг, от патриарха Иосифа, Стефана Внифантьева и работавших с ними справщиков до патриарха Иоакима и Евфимия Чудовского. Цель исследования - продемонстрировать общность поисков путей религиозного просвещения клира через публикацию учительных и служебных книг в середине - конце XVII в. Материалом послужили изданные и готовившиеся к публикации на Печатном дворе книги, в которые включались тексты, адресованные церковнослужителям. По содержанию это либо образцы катехизического просвещения и морально-этического назидания клириков, либо служебные регламентации, акцентирующие роль священника в понимании и точности исполнения церковного правила и в конечном итоге - в становлении спасительного пути каждого прихожанина: «Альфа и Омега» (1647-1652), «Поучение святительское новопоставленному иерею» (1649), «Известие учительное» (1699), служебники и требники (1646-1699). Все новые тексты, независимо от времени и конкретных обстоятельств введения их в московские книги, объединяли единство замысла и обращение создателей к посредничеству югозападнорусской книжной традиции в формировании основанного на обладании свободным знанием московского богословия и его воплощении в служебной практике. Отмечается особое значение вышедшего в 1646 г. Требника киевского митрополита Петра Могилы. Книга послужила источником для московских публикаций. Анализ новых текстов в составе не только учительных и канонических сборников, но и богослужебных книг позволил установить извлечения из этого компендиума в московских изданиях середины XVII в., выпущенных под патронажем Стефана Внифантьева. Выявлены прямые параллели к содержанию и композиции, а также дословные совпадения в цитации этого источника между дисциплинарно-учительными текстами и поучением клирикам, созданным Евфимием Чудовским. Исследование представленных материалов позволило сделать заключение о единстве и непрерывности линии дисциплинарного и доктринального просвещения клира через апелляцию к соседней духовно и конфессионально близкой традиции, несмотря на все особенности ее формирования. На каждом этапе этого движения возникали вопросы легитимности вероисповедных практик и обеспечивавших эти практики служебных текстов, изданных в украинских и белорусских типографиях. Но эти вопросы искусно снимались как носителями этой традиции, так и московскими проводниками югозападнорусской религиозной культуры, которые стремились найти убедительные и подчас компромиссные способы доведения нового материала до читателей.
В настоящей статье анализируются лексические интерференции из латинского языка в различных переводах военного устава XVII в. И. Я. фон Вальгаузена «Kriegskunst zu Fuß». Под латинскими интерференциями понимаются слова, словосочетания и короткие цитаты на латинском языке, включенные без перевода в оригинальный немецкий текст и маркированные шрифтом. В то время как весь текст устава набран готическим шрифтом, интерференции выделены прямым (римским) шрифтом. В исследовании сопоставляются немецкий оригинал устава, опубликованный в 1615 г. в Оппенхайме; перевод на нидерландский (голландский) язык, выпущенный в 1617 г. в Арнеме; перевод на русский язык, выполненный с нидерландской версии устава и напечатанный в 1647 г. в Москве под названием «Учение и хитрость ратного строения пехотных людей». В работе использованы лингвоисточниковедческий, сравнительно-сопоставительный и количественный методы анализа. В ходе проведенного исследования была зафиксирована 321 латинская лексема в немецком тексте, которая употребляется в общей сложности 1234 раза. У некоторых латинских лексем отмечается семантический сдвиг под влиянием романских языков XVII в. В нидерландском переводе устава зафиксирована 121 маркированная латинская лексема, которые встречаются в тексте 210 раз. Высказывается предположение, что сокращение числа латинских интерференций в нидерландской версии могло быть обусловлено политическими причинами. Русский текст устава не содержит маркированных латинских интерференций. При переводе было сохранено 38 латинизмов из нидерландской версии, из которых 34 представляют имена собственные. Показаны ошибки русского переводчика при передаче латинских имен собственных, а также использование им внутритекстовых глосс.
в статье рассматривается лексика малоизвестного памятника XVII века, «Жития Федора Ртищева», по рукописи Синодального собрания ГИМ № 716. Этот текст является образцом оригинальной агиографии второй половины XVII в. Следуя стратегии книжной справы, автор намеренно использует лексемы, употреблявшиеся в более ранее время, то есть архаизирует текст жития. Также автор не отходит от традиций житийной литературы, используя характерные конструкции, лексемы и вводя свой текст в традицию за счет параллелей с другими житиями. Кроме того, «Житие Федора Ртищева» наполнено лексикой, характерной именно для описываемого исторического периода, в том числе авторскими новообразованиями. В статье проанализированы как отдельные случаи употребления лексем, так и параллельные словоупотребления в других текстах житийной традиции, а также выполнено сопоставление лексем жизнь, житие и животъ.