Невольно возникает вопрос: своевременно ли и целесообразно ли было, при создавшихся условиях, составлять введение в археологию? Смею дать на этот вопрос ответ утвердительный. Я твердо убежден, что 1 августа 1914 г. проведена была демаркационная линия между прошлым и будущим в жизни культурного человечества, что возврата к прошлому нет и быть не может.
Как сложится будущее, гадать бесполезно; людям моего поколения не суждено это будущее узреть и оценить.
Бесконечна история даже и такого ручья, который зарождается во мху и тут же сейчас теряется. Эти сверкающие капельки прошли длинный-длинный путь под землею через гранит, известняк и глину. Они были и снегом на вершине заоблачной горы, и незаметной для глаза капелькой пара в облаке, и белой пеной на гребне морской волны.
Солнце заставляло их гореть самыми яркими отливами; бледный свет луны вызывал в них смутные радужные цвета; молния разлагала их на составные части (водород и кислород) и потом снова их соединяла. Все мировые силы воздушного и небесного пространства работали дружно над беспрерывными изменениями и разнообразными превращениями каждой незаметной капельки. Сама по себе, она—такой же мир, как громадные светила, движущиеся в небесах, и путь ее безостановочным движением проходит по таким же кругам.
Составитель имеет прибавить лишь немногое к тем общим мыслям о методе учебного изложения истории, которые выражены им в предисловии к Учебнику Средних веков.
В Учебнике Новой истории он старался держаться тех же главных приемов, которые положены были в основу предшествующего изложения: 1) характеризовать учреждения, быт и понятия посредством изображения событий, деяний определенных лиц и сочинений определенных авторов; 2) излагать события синхронистически, поскольку это помогает выяснению аналогий и различий в развитии отдельных стран и народов; 3) вводить факты русской истории по возможности в тесную органическую связь и состав истории всеобщей.
История Казанского ханства представляет выдающийся интерес по многим причинам. Помимо общего права на внимание, как история обширного государства, она имеет специальное значение для историков общей, восточной и русской культуры. Государственный организм, возникший посредством прививки сильной военной власти к основе местной старинной культуры, сразу выступил во всеоружии своей мощи и имея все шансы на долгое существование, но дальнейшее экономическое развитие Восточной Европы сложилось не в его пользу.
Ход казанской истории в значительной степени обусловлен влиянием соседнего русского государства и представляет яркий пример взаимной борьбы двух государств, из которых одно находилось в устойчивом состоянии, с давно сложившимися экономическими отношениями, другое же, в начале более слабое, чрезвычайно быстро прогрессировало, переросло своего соседа, с которым было тесно связано экономически, и наконец—поглотило его.
Октябрьская революция будет долгие годы привлекать к себе внимание историков. Сейчас она является политическим знаменем, имеет своих горячих, преданнейших защитников и борцов. Все, что касается Октябрьской революции, представляет огромный интерес, а между тем, среди большого количества книг, посвященных ей, почти нет ни одной, где бы давался связный и последовательный очерк событий.
Еще хуже обстоит дело с документами, материалами по истории Октября. Они частью хранятся еще в архивах, рассеяны среди забытых газет и журналов, частью (напечатанные) не систематизированы и недоступны для широких масс, непосредственных участников и творцов Октября.
Предлагаемые „Очерки“ возникли из курса лекций, несколько раз читавшегося в Московском университете с 1899 г. Главною целью курса было об’яснить социальные условия возникновения римской империи, описать общество, устремлявшееся в движение империализма, и затем показать, каким образом факт создания колониальной державы в свою очередь отразился на общественном строе метрополии, т. е.
Рима и Италии, и, наконец, как вследствие тех же причин произошел крупный политический кризис, замена республики принципатом. К своему обычному изложению составитель считал нужным прибавить для печати очерк социальной истории Рима до образования империи, а также характеристику первого периода империализма и одновременное выступление римской демократии (главы I, II, III и первая половина IV).
В отличие от других, присоединенных к России мусульманских областей, особенно Приволжья и Западной Сибири, в Средней Азии в состав России вошли области, где мусульманская культура достигла высокой степени развития задолго до принятия русским народом христианства и где население в эпоху принятия им ислама уже имело за собой продолжительный период культурной жизни.
Превнейшие известные нам культурные народности Средней Азии, согдийцы на Заряфшане и хорезмийцы по нижнему течению Аму-Дары, принадлежали к иранскому племени; их области входили в состав первой известной в истории мировой монархии, персидского государства Ахеменидов. Царь Дарий (522—486 л. до нашей эры) в своих надписях называет согдийцев и хорезмийцев среди подчиненных ему народностей; на знаменитом барельефе у гробницы Дария близ развалин Персеполя среди представителей народностей, поддерживающих трон царя, изображены также согдиец и хорезмиец. Отряды согдийцев и хорезмийцев принимали участие в походе Ксеркса на Грецию; хорезмиец Артаикт был назначен начальником города Сеста на европейском берегу Дарданелл.
Мы не можем рекомендовать эту книгу без оговорок. Ее тенденции в некоторых отношениях чужды, даже противоречат не только марксистскому, но и вообще современному сознанию. Вот, что говорит, напр., автор об идеях Грановского: «В них новый идеал, которому суждено было надолго стать скрытым двигателем всей нашей духовной жизни—эта высокая мечта Станкевича и его друзей о разумной и прекрасной жизни, о совершенном человеке—был перенесен (правда, в довольно грубом виде) на социальную почву и выражен на социальном языке.
Этим был дан могучий толчок зарождения у нас общественного идеализма, и если ближайший период русской истории, с конца 50-х годов, был ознаменован громадным идеалистическим движением, плодом которого явились реформы эпохи Александра II, то не малая доля заслуги в этом принадлежит и Грановскому. Не будет парадоксом сказать, что он был одним из передаточных органов, благодаря которым нравственная энергия, заключенная в одинокой думе Станкевича, претворилась в общественное благое деяние Николая Милочина и его сподвижников».
В настоящей статье мы имеем в виду наметить те пути, которыми развивалась и слагалась марксистская мысль в России. Наша тема, следовательно, ограничивается теорией социал-демократического движения,—начиная с ее первого появления в России и вплоть до того момента, когда она сложилась в прочное здание программы социал-демократической партии, т.-е. до второго съезда партии в июле—августе 1903 года.
Это событие совпадает с завершением теоретических споров между ортодоксами и ревизионистами, имевших место в период 1898—1903 годов. С принятием партийной программы споры перенеслись в область тактики, а интенсивное рабочее движение после 1903 г. придало всем разногласиям исключительно практический характер. Сюда же следует отнести и споры по аграрному вопросу, происходившие на Стокгольмском съезде, хотя они и вылились формально в программные требования.
Первое издание настоящей книги разошлось сравнительно быстро, что является показателем того интереса, который имеется в отношении изучения нашего экономического развития и экономической политики. Настоящая работа охватывает целиком первое десятилетие экономического развития СССР.
Но во втором издании нам приходится сделать некоторые дополнения, относящиеся к новому периоду нашего строительства, к периоду реконструкции народного хозяйства как в городе, так и в деревне, и более интенсивного социального счета отчетов страны, тельства. Пятилетний план народного хозяйства, охватывая период 1928/29—1932/33 гг., разработанный на основании учета всего предыдущего периода, показывает гигантские возможности развертывания народного хозяйства, превосходящие существование до сих пор предположения.