Италия — страна древняя и молодая. Как единое государство она существует всего лишь один век. Фактически же ее история насчитывает почти полторы тысячи лет, уходя корнями в те времена, когда на развалинах Римской империи началось становление итальянского народа.
Первый том «Истории Италии» освещает события с V до XVIII в. В нем рассказывается о средневековом городе и деревне, о развитии феодализма и появлении в его недрах первых ростков капиталистических отношений, о периоде Ренессанса, с которым связан невиданный расцвет науки, искусства, литературы. Однако вслед за блестящим взлетом эпохи Возрождения наступает пора феодальной реакции. Раздробленная страна, подвергающаяся иноземным нашествиям, переживает упадок. Лишь в XVIII в. обнаруживаются признаки подъема. О последних веках средневековья повествуется в главах, завершающих книгу.
Историческое развитие Германии идет в XVIII в. в том же направлении, как и развитие других западноевропейских стран. Германия движется от средневековья к новому времени, однако ряд неблагоприятных условий задерживает это движение, и ростки капиталистической экономики созревают здесь медленнее.
В то время как Англия, Франция, Россия и ряд других стран уже представляли собой централизованные государства, Германия на протяжении XVIII столетия остается рыхлым конгломератом слабо связанных между собой государств.
Антропологические материалы служат, как известно, одним из существенных источников для изучения этнической истории народов (этногенеза) и более далекого их прошлого, включая эпоху формирования и расселения человеческих рас (расогенез).
Предлагаемая книга содержит описание антропологического типа русского населения центральной территории, на которой сложилась русская этническая группа. Фактический материал представлен в итоговых таблицах и на картах географического распределения важнейших различительных признаков (главы V—VII).
Путем сопоставления итоговых данных и сравнения их с наиболее изученными антропологическими вариантами населения Западной Европы получена общая антропологическая характеристика русского типа (глава VIII), а эта последняя вместе с анализом взаимосвязи изменчивости признаков (глава IX) позволила наметить областные типы (глава X), выделить из них наиболее существенные, сравнить их с вариантами, представленными в смежных группах, и таким образом охарактеризовать антропологический состав русского населения (глава XI) и рассмотреть вопросы расогенеза (глава XII).
Павликианское движение — одно из самых крупных социальных движений средневековья. Возникшее как ересь в VII в. в Западной Армении, оно скоро распространилось в Малой Азии, Восточной Армении, Кавказской Албании, а также во Фракии и, вылившись в вооруженное восстание против феодальной эксплуатации, долгое время тревожило господствующие классы не только Византии и Армении, но также арабского халифата и Кавказской Албании.
Движением павликиан интересовались и византинисты, и арменисты, историки как православной, так и армянской церкви. Одни из них обращались к истории движения, другие — к его религиозной идеологии, третьи — к письменным источникам. Советские историки¹, помимо этих вопросов, особое внимание обратили на требования еретиков, на выявление социальных корней движения, на причины его широкого распространения и живучести.
В этой книге автор стремится показать начало истории Киевской Руси, одного из крупнейших государств средневековой Европы, и его дальнейшее превращение в систему княжеств эпохи феодальной раздробленности.
Хронологически книга охватывает время с IX по начало XIII века.
Изложение ведется на основе летописей, иностранных свидетельств, юридических кодексов и древней литературы, привлечены археологические данные.
В истории антифеодальных народных выступлений средневековья значительное место занимает гусистское революционное движение в Чехии XV века. Оно было наиболее крупным из всех выступлений народов Европы в эпоху классического феодализма. Естественно, что это событие привлекало и привлекает внимание многих исследователей самых различных стран мира.
В буржуазной историографии на первое место выдвигались религиозные, иногда национально-освободительные мотивы движения и затушевывался его социальный, антифеодальный смысл. Реакционная историография, фальсифицируя гусистское движение, вообще отвергала его положительное значение.
Лишь в последние годы появились специальные работы чехословацких, советских, польских, немецких, венгерских, румынских историков-марксистов. В них с полным основанием анализируются прежде всего социальные причины, антифеодальная сущность и историческое значение гусистского движения.
На протяжении тысячелетий бесчисленное количество поколений постепенно, шаг за шагом подчиняло силы природы, осваивало обширные земные и водные просторы, создавало орудия и средства для производства материальных благ. Безымянные изобретатели каменных орудий, лука и стрел первобытной эпохи, строители величественных сооружений древности, ремесленники и ученые средневековья, творцы первых рабочих машин периода промышленной революции, деятели науки и техники прошлого и особенно настоящего столетия кропотливо и напряженно изучали явления и законы природы и на их основе создавали все новые и новые технические средства.
В великих открытиях и завоеваниях современной науки и техники есть доля труда народов всех стран мира: и русского механика И. Кулибина, и чешского изобретателя И. Божека, и первого русского теплотехника И. Ползунова, и создателя паровой машины англичанина Д. Уатта. Китайский кузнец Би Шэн, среднеазиатский ученый Ибн-Сина, итальянский ученый Г. Галилей, поляк Н. Коперник, белорус Г. Скорина, французский мыслитель Р. Декарт, русский М. Ломоносов, американцы В. Франклин и Т. Эдисон, немец Р. Майер, англичанин М. Фарадей, швед И. Берцелиус и многие другие внесли неоценимый вклад в мировую сокровищницу науки, техники и культуры.
История Турции насчитывает около девятисот лет. Турецкое государство возникло в Малой Азии, на территории древней культуры. С первых же десятилетий своего существования Турция вошла в соприкосновение с важнейшими странами Европы и Азии своего времени. После завоевания Балкан и столицы Византии — Константинополя в XV в. и арабских стран в начале XVI в. она превратилась в мощную империю с огромной территорией, расположенной на трех материках — в Европе, Азии и Африке, и приобрела большое значение в решении международных проблем. Ее история переплелась с историей крупнейших стран Европы, Ближнего и Среднего Востока.
С конца XV в. установились связи между Турцией и Россией. С середины XVII в. отношения между обеими странами приобрели большое значение не только для них самих, но и оказывали сильное влияние на международное положение.
Конец XV — первая половина XVI в. является временем крупнейших изменений в жизни Европы. Это был период, с одной стороны, общего экономического подъема, роста сельскохозяйственного производства, ремесла, торговли, разрушения старого натурально-замкнутого феодального хозяйства, с другой — период глубоких изменений во всех сферах социальной, политической и культурной жизни европейских народов, период образования и укрепления национальных централизованных государств.
И несмотря на то, что в наиболее экономически развитых странах Запада указанные изменения уже в рассматриваемый период приводят к зарождению в недрах феодального строя капиталистических отношений, в то время как в странах Восточной Европы продолжает еще длительное время господствовать феодализм, хотя и приспосабливающийся к новым требованиям жизни, это был в конечном счете общий для всей Европы процесс, порождаемый в конкретно исторических условиях развития каждой отдельной страны или группы стран общими экономическими факторами.
«История Северной Африки от арабского завоевания до 1830 года» Ш.-А. Жюльена является непосредственным продолжением «Истории Северной Африки с древнейших времен до арабского завоевания» и составляет второй том его капитального труда по истории Магриба. В предисловии к первому тому говорилось о характере этого труда, его структуре и месте в современной буржуазной историографии.
Второй том охватывает период магрибского средневековья. Однако он органически связан с предыдущим томом, посвященным древности, и последующим, в котором должны быть рассмотрены события новой и новейшей истории Северной Африки (выход третьего тома во французском издании, к сожалению, значительно отстает от двух первых томов). При этом сохраняется единство авторского замысла, концепции, стиля и манеры изложения. Естественно также, что характеристика общеметодологических позиций автора, данная в предисловии к первому тому, целиком и полностью относится и ко второму тому его труда.