Настоящая работа возникла в процессе обработки нового большого собрания отрывков Демокрита с обширным комментарием. Существующее собрание отрывков Демокрита в замечательной книге Дильса «Die Fragmente der Vorsokratiker» (последнее издание 1934 г.) далеко не полное, ибо сам автор, как он указывает в предисловии, не ставил себе целью дать такое собрание, а стремился лишь дать все подлинное и «имеющее интерес».
Однако в вопросе о подлинности того или иного отрывка возможны различные взгляды; многих указаний на Демокрита, содержащихся в античной литературе, Дильс вовсе не заметил. Мне удалось расширить собрание Дильса более чем в два раза. Насколько интересны вновь привлеченные мною отрывки, видно из того, что немногие, прежде не привлекавшиеся отрывки, которые я привел в своей работе «Теория бесконечного малых у античных атомистов», почти все включены Кранцем в его последнее издание собрания Дильса.
В своем докладе на XVIII съезде партии товарищ Сталин сказал:
«… Есть одна отрасль науки, знание которой должно быть обязательным для большевиков всех отраслей науки,— это марксистско-ленинская наука об обществе, о законах развития общества, о законах развития пролетарской революции, о законах развития социалистического строительства, о победе коммунизма»¹.
Марксистско-ленинская наука, самая передовая наука в мире, отметает всякую веру в сверхъестественное, она непримирима с идеализмом в любой форме и является наукой материалистической. Ленин писал: «Философской основой марксизма, как неоднократно заявляли и Маркс и Энгельс, является диалектический материализм, вполне воспринявший исторические традиции материализма XVIII века во Франции и Фейербаха (1-я половина XIX века) в Германии,— материализма безусловно атеистического, решительно враждебного всякой религии»². Пропаганда марксизма-ленинизма включает пропаганду атеизма.
Теснейшие связи существовали всегда среди славянских ученых, представителей разных отраслей науки в различных славянских странах. Эти связи зародились еще в конце XVIII в.; они успешно развивались на всем протяжении последующего времени и достигли своего расцвета в наши дни, когда в результате Великой Октябрьской социалистической революции и освободительной борьбы против немецко-фашистских захватчиков между всеми славянскими народами установилась и все дальше крепнет нерушимая дружба и братство.
Живым доказательством славянского общения на почве научных интересов является переписка между отдельными славянскими учеными и между научными учреждениями и организациями, накопившаяся в течение почти полутора столетий и бережно хранящаяся в архивах славянских стран.
Представляя собой ценный материал для характеристики личных отношений между крупнейшими представителями науки в отдельных славянских странах, она одновременно дает нам возможность судить об их научных интересах, раскрывает проблемы, которые волновали в разные времена славянских ученых, но не всегда находили отражение в их печатных работах, что превращает эти письма в ценнейший источник для истории развития самой науки. Отсюда становится ясна важность опубликования таких документов.
В 1940 г. была издана наша книга «Развитие идей и методов в палеонтологии после Дарвина». В предисловии к ней было сказано, что одной из неотложных задач палеонтологии является, по нашему мнению, планомерная разработка теоретических основ этой науки. «Для выполнения этой задачи, — говорили мы, — надо разобраться в колоссальном материале, накопленном до наших дней: собрать его воедино, проанализировать и дать правильную историю развития палеонтологической мысли».
Книга о развитии идей в палеонтологии являлась лишь первым шагом в этом направлении. Однако уже тогда нам было ясно, что ее нельзя признать удовлетворительной даже в качестве первого шага. Впоследствии эта оценка оказалась отнюдь не слишком скромной. Мы обнаружили в книге много недостатков, среди которых были и очень существенные. Их можно было бы частично объяснить — но не оправдать — трудностью и некоторой новизной задачи.
Основное положение, которым руководится в своих изысканиях историк-марксист, заключается в том, что совокупность производственных отношений «составляет экономическую структуру общества, реальный базис, на котором возвышается юридическая и политическая надстройка и которому соответствуют определенные формы общественного сознания»¹.
Товарищ Сталин установил, что «истории известны пять основных типов производственных отношений: первобытно-общинный, рабовладельческий, феодальный, капиталистический, социалистический»². Учение марксизма-ленинизма о социально-экономических формациях, о пяти основных типах производственных отношений позволяет марксистско-ленинской исторической науке правильно понять и показать движущие силы исторического процесса и подняться, таким образом, неизмеримо выше буржуазной науки.
Отвечаю на Ваше письмо с большим опозданием, так как только вчера передали мне Ваше письмо из аппарата ЦК.
Вы безусловно правильно толкуете мою позицию в вопросе о диалектах.
«Классовые» диалекты, которые правильнее было бы назвать жаргонами, обслуживают не народные массы, а узкую социальную верхушку. К тому же они не имеют своего собственного грамматического строя и основного словарного фонда. Ввиду этого они никак не могут развиться в самостоятельные языки.
Итак, мои исследования по истории развития животных выходят в свет. Но прежде чем дать слово этому сочинению, надо рассказать о его собственной истории, о том, что его породило, воспитало и вообще повлияло на него.
Но кто подарит своим дружеским вниманием этот рассказ, который затянется, быть может, дольше, чем следует, если автор и сам не знает: появилось ли его произведение слишком рано или слишком поздно? Конечно, лишь ты, друг моей юности, с которым меня так рано соединила наша общая любовь к науке.¹
Советская историческая наука, последовательно применяя методологию марксизма-ленинизма и указания Маркса — Энгельса — Ленина — Сталина по основным вопросам истории древнего мира, достигла весьма многого в изучении древней истории. Советские историки подвергли уничтожающей критике буржуазную научную литературу по истории древнего мира и вместе с тем дали исследования ряда проблем по истории первобытно-общинного строя, истории древнего Востока, древней Греции, Рима, Причерноморья, Кавказа и Средней Азии.
Правдиво и по-большевистски партийно исследуется ими история классовой борьбы, прежде всего история революции рабов, ликвидировавшей рабовладельцев и отменившей рабовладельческую форму эксплуатации. Советские ученые разоблачили ненаучность взглядов буржуазных историков на историю человечества как на циклический процесс, показали несостоятельность и реакционную сущность модернизации обществ древнего мира, сентиментально-восторженных оценок античной демократии, идеализации культуры древности и т. п.
Ко мне обратилась группа товарищей из молодежи с предложением — высказать свое мнение в печати по вопросам языкознания, особенно в части, касающейся марксизма в языкознании.
Я не языковед и, конечно, не могу полностью удовлетворить товарищей. Что касается марксизма в языкознании, как и в других общественных науках, то к этому делу я имею прямое отношение. Поэтому я согласился дать ответ на ряд вопросов, поставленных товарищами.
В конце своей книги «Английская деревня в XIII в.», вышедшей 12 лет тому назад, я обещал дать второй том, посвященный вопросам о расслоении крестьянства, о свободном держании и его ренте, о коммутации. Моя дальнейшая работа захватила, однако, более широкий круг проблем.
Мне пришлось заняться также вопросами о мелкой вотчине и о рабочей силе в доминиальном хозяйстве. Так был пересмотрен ряд вопросов коренного значения для истории английской деревни феодального периода.
При пересмотре их мне пришлось возвращаться к главам, написанным мною для «Английской деревни в XIII в.» В свете новых исследований многое в них надо было изменить, уточнить, дополнить. Ряд подсчетов пришлось проделать заново. Таким образом, работа над новым томом слилась с переработкой старого, и результатом явилась эта книга, которая объединяет обе части работы.