Официальная буржуазная «наука» США и правые социалисты систематически фальсифицируют подлинную историю Соединенных Штатов, в частности историю американского рабочего движения; проповедуется заскорузлая реакционная теория об «исключительности» американского капитализма, который якобы не подвержен общим закономерностям капиталистического развития.
Вся американская реакционная «наука» пытается доказать, что история американского капитализма есть история неуклонного «процветания», что в США не происходит абсолютного и относительного обнищания пролетариата. Эта «теория» об особом характере американского капитализма служит продажным писакам главным основанием для доказательства «особого» характера американского политического строя.
Идеологи буржуазии пытаются «доказать», что в истории США якобы отсутствовали причины, порождающие классовую борьбу, что политическая история Соединенных Штатов была и остается историей формирования американской «демократии», которая предоставляет «равные возможности для всех». Вся огромная идеологическая машина американских монополий — «наука», публицистика, пресса, радио, кино и т. д. — призвана восхвалять американскую «демократию» и «американский образ жизни».
Основное положение, которым руководится в своих изысканиях историк-марксист, заключается в том, что совокупность производственных отношений «составляет экономическую структуру общества, реальный базис, на котором возвышается юридическая и политическая надстройка и которому соответствуют определенные формы общественного сознания»¹.
Товарищ Сталин установил, что «истории известны пять основных типов производственных отношений: первобытно-общинный, рабовладельческий, феодальный, капиталистический, социалистический»². Учение марксизма-ленинизма о социально-экономических формациях, о пяти основных типах производственных отношений позволяет марксистско-ленинской исторической науке правильно понять и показать движущие силы исторического процесса и подняться, таким образом, неизмеримо выше буржуазной науки.
Советская историческая наука, последовательно применяя методологию марксизма-ленинизма и указания Маркса — Энгельса — Ленина — Сталина по основным вопросам истории древнего мира, достигла весьма многого в изучении древней истории. Советские историки подвергли уничтожающей критике буржуазную научную литературу по истории древнего мира и вместе с тем дали исследования ряда проблем по истории первобытно-общинного строя, истории древнего Востока, древней Греции, Рима, Причерноморья, Кавказа и Средней Азии.
Правдиво и по-большевистски партийно исследуется ими история классовой борьбы, прежде всего история революции рабов, ликвидировавшей рабовладельцев и отменившей рабовладельческую форму эксплуатации. Советские ученые разоблачили ненаучность взглядов буржуазных историков на историю человечества как на циклический процесс, показали несостоятельность и реакционную сущность модернизации обществ древнего мира, сентиментально-восторженных оценок античной демократии, идеализации культуры древности и т. п.
Под историей древнего мира обычно понимают историю древних обществ Средиземноморья до конца Римской империи (V в. н. э.). Своими корнями древний мир уходит в глубокую старину. В настоящее время историю Средиземноморья начинают за несколько тысячелетий до н. э. Истории Греции предшествовала история Крита и других областей Средиземноморья. Собственно же античная (греко-римская) история начинается с конца II тысячелетия до н. э., с так называемой гомеровской эпохи.
В системе образования и воспитания современного советского гражданина история античного мира имеет очень большое значение. Она расширяет умственный кругозор и ставит много интересных вопросов, углубляющих понимание современного мира, показывая его исторические корни. Греческая история даёт нам один из классических образцов перехода от первобытно-общинного строя к рабовладельческому.
В 1928 г. Институт мирового хозяйства и мировой политики решил составить многотомную работу об Америке. Предлагаемая вниманию читателя книга представляла собою вначале небольшую часть этого объемистого труда.
В 1930 г., когда настоящая книга была уже закончена, оказалось, что почти все авторы остальных томов еще не приступили к работе. Тогда мы постарались по мере возможности внести целый ряд изменений в свою работу и придать ей самостоятельный вид, расширив некоторые разделы и детальнее проанализировав наиболее важные проблемы. Переработка книги для второго издания является дальнейшим шагом в этом направлении.
Письмо тов. Сталина в редакцию журнала «Пролетарская революция», так же как выступление его в 1929 году на конференции аграрников-марксистов, являясь лучшими образцами ленинской партийности в вопросах истории, литературоведения и других идеологий, своевременно мобилизовали партию, усилив борьбу «за кровные интересы большевизма», против попыток сопротивляющихся своему уничтожению капиталистических элементов протащить буржуазную идеологию в форме меньшевистской, троцкистской и т. п. контрабанды.
В период развернутого социалистического наступления пролетариата и обостренной классовой борьбы выступления тов. Сталина помогли и помогают партии своевременно организовать отпор враждебной пролетариату идеологии и гнилому либерализму по отношению к ней.
Эти трагедии переносят нас в античный рабовладельческий Рим, в отдаленную от нас эпоху кровавой империи Тора Нерона. Более полустолетия отделяет эту эпоху от того момента, когда отгремели последние раскаты упорной гражданской войны, в которую выливалась обострившаяся классовая борьба в конце римской республики.
Уже перестали биться честолюбивые вожди, лидеры разных социальных групп, заигрывавшие с демократией и опиравшиеся на денежный капитал и армию. Еще в 31 году до нашей эры молодой Октавиан, потом прозванный „Август“, т. е. Священный, разбил последнего своего противника и остался один во главе государства. Началась эпоха деспотизма. Что это была за власть?
Немецкий город позднего средневековья трактовался в исторической литературе с точки зрения двух противоположных концепций.
Материал первоисточников — хроник, актов, цеховых статутов — громко вопиет о том, что XIV—XV века были временем глубоких социальных переворотов, резких общественных сдвигов, острой классовой борьбы. Это представление вполне гармонирует с основными фактами, дошедшими до нас от той эпохи.
Настоящее имя Вольтера было: Франсуа-Мари Аруэ. Он родился в 1694 г. и умер в 1778 году. Его жизнь и деятельность принадлежат той великой эпохе, когда французская буржуазия подготовляла свержение дворянской монархии. Революция вспыхнула через одиннадцать лет после смерти Вольтера. Его считают величайшим из тех писателей XVIII века, которые подготовили умы к революции.
Чтобы понять огромное значение литературной деятельности этого гениального человека, напомним вкратце о ходе классовой борьбы в десятилетия, предшествовавшие взрыву 1789 года. Эти десятилетия были отмечены последовательным расцветом торговли и промышленности. Вместе с которыми росло могущество буржуазии.
В то время как дворянство выпускало из своих рук нити управления хозяйственной жизнью страны, буржуазия становилась фактическим ее руководителем. В стране существовали разные слои собственников, не принадлежавшие к привилегированному сословию и в то же время выполнявшие важнейшие функции в экономике тогдашней Франции. Капиталисты и финансисты, наживавшие миллионы на откупах, на поставках для армии и владевшие концессиями на торговлю с Индией; менее богатые негоцианты и промышленники таких крупных городов.
С именем Николая Полевого связан процесс становления русской буржуазной литературы, понимаемой не только как творчество «третьесословных» писателей (составлявших мощную литературную группу уже в XVIII веке), но более широко и определенно — в плане утверждения буржуазного литературного сознания. В этом — смысл и значение деятельности Николая Полевого, и в этом же его право на внимание современного читателя. Реституция забытых литературных имен — непременное явление в истории литературы.
Каждая литературная эпоха «воскрешает» свои забытые имена, часто в противовес «воскрешениям» предшествовавшей эпохи. Имя Полевого принципиально значительно для нашего литературоведения, одной из первоочередных задач которого является пересмотр и переоценка русского историко-литературного процесса. На материале литературно-журнальной деятельности Полевого с большой четкостью может быть поставлена проблема классовой борьбы на фронте литературы тридцатых годов прошлого столетия. Двадцатые и тридцатые годы, так называемая пушкинская эпоха, — именем Пушкина отнюдь не покрываются.