Настоящая работа посвящена исследованию образования новых прибалтийских государств, возникших на западной окраине бывшей Российской империи, и их последующей экономической, социальной и политической жизни. В их число автором включены: Польша, Финляндия, Эстония, Латвия и Литва, которые до настоящего времени сохраняют свою независимость и во многих отношениях сближаются друг с другом.
Остальные государственные образования на территории бывшей Российской империи, первоначально независимые, а впоследствии вступившие в состав СССР, оставлены в стороне и составляют предмет специального труда того же автора.
В 1921 году Коммунистическим Интернационалом изданы на немецком языке речи и статьи Карла Либкнехта, — большой том в 374 страницы убористого шрифта. Большую часть его содержания составляют речи Либкнехта в ландтаге и рейхстаге, и впервые напечатанные «политические письма» («Письма Спартака»).
По содержанию своему том этот распадается на девять отделов: борьба за молодежь, против милитаризма, против реформизма, против войны, против официальной немецкой партии, о классовом сознании пролетариата, против прусской классовой юстиции и произвола в управлении, в защиту русской революции, в защиту германской революции и, вместо послесловия, статья т. Радека «Памяти Карла Либкнехта» и воззвание Центрального Комитета Коммунистической партии Германии (Союза Спартака) к германским рабочим и работницам и революционным солдатам Германии — «Карл Либкнехт и Роза Люксембург убиты» — с призывом воздвигнуть социалистическую советскую республику Германии.
Телеграммы из Ла Паца — кто до сих пор слышал о таком городе? — сообщили, что у границы Парагвая и Боливии произошло первое большое сражение. Итак, опять новая война! Журналисты и писатели, советские и иностранные, изощрялись все последние годы, подыскивая художественные сравнения, которые с наибольшей силой могли бы убедить читателей в том, что все пять частей света — это сплошное минное поле, где достаточно одной искры, чтобы превратить цветущие страны в поля жестоких сражений и организованной ненависти.
Но кто взялся бы еще год назад предсказать, что первая война вспыхнет в почти ненаселенной пустыне Эль Гран-Чако, раскинувшейся между средним течением р. Парагвая и восточными склонами Кордильер? Кто мог бы предсказать, что величайшая распря, раздирающая нынешний капиталистический мир — англо-американская борьба за гегемонию над миром — выльется в вооруженную схватку именно здесь, в сердце Южной Америки?
Целый ряд обращенных ко мне вопросов заставляет меня пояснить ту основную точку зрения, из которой я исхожу в моей работе и которая, как мне кажется, должна быть особенно близка и понятна каждому, кто командовал войсками в бою. Я говорю о ясном понимании значения духа армии. Хотя это понятие и взято из старого военного словаря, но, думается, еще не предложено другого, которое так полно и хорошо определяло все те силы психологии масс на войне, которые в окончательном итоге решают победу и поражение.
Понятие это нужно, по моему, расширить. Военная наука понимала под духом армии прежде всего состояние психологии масс, которое определяет то или другое отношение войск к впечатлениям, которые им приходится воспринимать на войне. Например, страх перед опасностью, или безбоязненное отношение к ней, сочувствие или несочувствие цели, за которую идет борьба, уважение или пренебрежение к своим вождям и т. п.
С другой стороны, дух армии это нравственная сила, с которой армия реагирует на впечатления войны и боя, либо войска бегут перед опасностью, уступая страху смерти, либо, превозмогая малодушие, встречают удар—контр-ударом, твердо, мужественно перенося все тяготы войны, либо, не будучи в силах их выносить, восстают против своих командиров. Из этих двух моментов слагалось понятие духа армии.
Деньги — нерв всякой войны, в особенности ведущейся в большом, мировом масштабе. Крестовые походы были в Средние века первой большой войной, и для успеха ее нужны были прежде всего деньги. Но при господстве тогдашнего натурального хозяйства их добыть было нельзя, — и вдохновитель Крестовых походов раньше других пришел в столкновение со старым режимом.
Так церковь, задаваясь широкими планами и ставя грандиозные задания, помимо своей воли ломала цепи средневекового общества. Реакционное по своей сущности учреждение на практике осуществляло революционные задачи и вызывало к жизни силы, которые неминуемо должны были стать в оппозицию к нему: так ткач ткет нити, не зная, какое будет из них сделано употребление.
Нынешний момент мировой истории определяется могучим и роковым столкновением капитала и труда. Общество распалось на две позиции противоположных силы,—на сравнительно небольшую кучку промышленных, торговых и особенно финансовых капиталистов, держащих в своих руках огромные богатства, главным образом, в виде средств производства, подчинивших своему влиянию все без исключения правительства (кроме, конечно, пролетарских советских республик) и вступивших в период империализма, характеристикой которого является стремление подчинить себе гигантские массы культурно-недоразвившегося человечества, закрепить свое абсолютное господство над рабочим классом культурных наций и создать среди них иерархию, которая увеличивалась бы гегемонией промышленно-финансового капитала одной какой-нибудь страны.
Имеется много емких, всеохватывающих, убедительных высказываний о роли тыла в войне. Ниже приводится характеристика тыла, данная М. В. Фрунзе: «Без самой тщательной, основанной на точных математических расчетах организации тыла, без налаживания правильного питания фронта всем тем, что ему необходимо для ведения военных операций, без самого точного учета перевозок, обеспечивающих тыловое снабжение, без организации эвакуационного дела немыслимо никакое сколько-нибудь правильное, разумное ведение больших военных операций».
Сначала необходимо определить понятие тыла. Различают понятие тыла в узком значении (военный тыл) и в широком значении – военная экономика страны. Они по-разному действуют в мирное время и во время войны.
Все великие войны суть войны за веру, таковы они были в прошлом, таковы в настоящем и такими же останутся в будущем. Раньше в этом отдавали себе отчет и их участники: ополчался ли император Карл против саксов или «франки» выступали в поход за освобождение гроба Господня, шла ли позднее речь об отражении натиска турок, отстаивали ли германские императоры свою страну перед угрозой со стороны итальянских городов или католики в эпоху Реформации боролись с протестантами за господство — всегда те, кто вел войну, сознавали, что сражаются за свою веру; обращая свой взгляд назад и стремясь постичь всемирно-историческое значение этих войн, мы понимаем, что такие чувства и мысли сражавшихся имели глубокую основу.
Еще наполеоновские войны воспринимались лучшими людьми того времени именно как войны за веру. Поэтому последний биограф барона фон Штейна, несомненно, правильно передает его воззрение на Венский конгресс, когда пишет, что в целом все представлялось барону не соперничеством за власть, а борьбой между добром и злом.
В статье на основе анализа истории гибели великих государств показано, что сомножество людей, получающих образование на основе принятой в научном сообществе мира агрохимической парадигмы, стало материальной силой, управляющей аграрной политикой. Аграрная политика на основе агрохимической парадигмы земледелия приводит к уничтожению естественного почвенного плодородия земель, превращая эту политику в научно-институциональную ловушку и мировое зло.
Статья посвящена инициативе народов Сибири в ходе Великой Отечественной войны. На защиту Родины поднялось все население многонационального советского государства. Представители разных национальностей, не дожидаясь мобилизации, добровольно подавали заявления о зачислении их в ряды Красной армии. На основе анализа исторических фактов и проводимых мероприятий утверждается, что патриотическое движение в помощь фронту стало всенародным делом. Выдвинутый лозунг «Все для фронта! Все для победы!» стал выражением воли советских людей. Описываются народные инициативы в регионе в контексте курса на победу над фашизмом (организация фронтовых смен и бригад, движение многостаночников). Колхозники и работники совхозов национальных рай-онов Сибири обеспечивали фронт и тыл продовольствием и сырьем, в том числе продукцией таких традиционных промыслов, как охота и рыболовство. Всеобщий характер с самого начала войны носило движение за создание и пополнение фонда обороны. Констатируется, что надежды врага и немногочисленных приверженцев курса на национальный антагонизм потерпели полный провал. Описывается единственное националистическое антисоветское выступление, произошедшее в Якутии. Подчеркивается, что народ не поддержал и осудил авантюристов. Братское содружество народов СССР стало одним из решающих факторов победы над немецко-фашистскими захватчиками.