Статья посвящена изучению аталыческих и родственных связей между кабардинской знатью и различными ветвями династии Гиреев. Актуальные вопросы изучения подобных традиционных связей представлены на фоне случая, связанного с пребыванием в Кабарде в конце 1740-х - начале 1750-х гг. двух сыновей султана Арслан-Гирея (в 1748-1755 гг. - правящего крымского хана). К решению данного непростого вопроса оказались причастны Россия, Крымское ханство и Османская империя, причем соответствующие практики заняли в общей сложности не менее пяти лет. Описанный в статье такой случай рассмотрен на фоне как противоречий среди кабардинских элит, так и изменившегося после 1739 г. международного статуса Кабарды. Приведены новые данные о матримониальных связях одной из ветвей ханской династии Гиреев (султана Бахты-Гирея и его детей) с кабардинской знатью. Они, в свою очередь, вписаны автором в пространство традиционных социокультурных практик кабардинской знати с Крымским ханством, выгодных обеим сторонам и актуальных еще для середины XVIII в.
В данном исследовании предпринята попытка определить систему наследования и передачи власти политических элит казикумухских и тарковских шамхалов, а также казикумуских ханов. Рассмотрены известные системы престолонаследия монархических государств, проанализированы принципы передачи власти в государствах, оказывавших в различное время влияние на дагестанские государственные образования. Изучение различных источников позволило восстановить эпизоды передачи власти в шамхальстве и ханстве, что привело к выводам о действовавших здесь принципах наследования власти.
В статье анализируется имперский опыт репрезентации народов Кавказа в музейном пространстве. В фокусе рассмотрения оказались практики экспозиционно-выставочной деятельности Кавказского музея второй половины XIX в., как одного из крупнейших музейных учреждений на юге Российской империи. Источниковую базу исследования образовали отложившиеся в архивах делопроизводственные документы, а также опубликованные музейные путеводители. Показано, что директор музея Г. И. Радде искал модель репрезентации, которая действительно представляла местное население. В условиях, когда научное знание о народах региона только формировалось, музей не мог претендовать на представление четко систематизированной этнической картины. Этнографические экспозиции отражали не столько научные знания, сколько визуализировали образ, сформировавшийся в массовом сознании современников.
Малоизученной в научной литературе остается тема места антирелигиозной пропаганды в идеологической деятельности большевистской партии по перевоспитанию северокавказских народов в духе безграничной преданности коммунистическим постулатам в годы установления советской власти. Высокая степень религиозности и неграмотность местного населения стали серьезным препятствием на пути внедрения в массовое сознание горцев атеизма. Партия рассматривала национальную печать как эффективный инструмент социально-политического управления обществом и средством формирования авторитарно-тоталитарного мышления.
В публикации на основании документальных источников и специальной литературы показана роль местного населения в русско-персидских и русско-османских взаимоотношениях рассматриваемого времени. С учетом последних реалий общественных процессов, которые вы двинули Северный Кавказ краеугольным камнем геостратегической проблематики, этот вопрос является злободневным как с исследовательской, так и с государственно-политической позиции. Северный Кавказ является краем, где на протяжении многих лет проистекает многоаспектный и сложный алгоритм вовлечения населения края в зону доминирования, участия, а после этого и господства Российского государства. В долгосрочном и в высшей степени многоступенчатом этапе создания объединения с традиционно многоэтническим регионом шло соперничество не совместимых направлений, сопутствовавшее в некоторых случаях с трагическим взаимовлиянием. Исследование ключевых моментов политического курса российских властей по отношению местного населения региона, методов и средств, специфики российского колониального опыта дает возможность лучше и глубже почувствовать сущность большинства прошлых и сегодняшних столкновений и, применяя существующий положительный потенциал, определить пути их исключения. Вместе с тем устранение из движения этого развития некоторых компонентов не минуемо ведет к ложному мировосприятию далекого прошлого. Не без основания по сей день вопрос российско-северокавказских отношений испокон веков находится в эпицентре внимания как историков-профессионалов, так и исторических публицистов.
В статье представлен процесс становления Керченского государственного археологического музея, как центра пропаганды культурного наследия Крыма в 1920-е годы. На основе архивных материалов, газет и справочных краеведческих изданий показаны принципы и методы просветительской работы, место Керченского государственного археологического музея в системе музейных организаций Крымской АССР. Раскрыта роль директора музея Ю. Ю. Марти (1874-1959) в формировании практики пропаганды культурного наследия Крыма в деятельности музея.
Статья посвящена одному из наиболее крупных и известных керченских коллекционеров древностей Алекандру Васильевичу Новикову (1843-1916 гг.). В ней подробно рассмотрена его биография и приведены сведения о семье: жене - Марии Герасимовне и четырех детях - Александре, Василии, Евгении, Софье и родственниках со стороны жены - семье керченского купца Герасима Васильевича Куц, члены которой проживали в Керчи. В работе использован широкий круг документальных и изобразительных источников, большая часть которых публикуется впервые. В частности, благодаря им удалось проследить весь жизненный путь А. В. Новикова и получить сведения об объектах недвижимости, которыми в Керчи и Феодосийском уезде владели он, его жена и родственники.
Н. П. Кондаков (1844 - 1925) сделал много для археологической науки. С 1870 г. он трудился на кафедре теории и истории искусств в Новороссийском университете (Одеесса). В 1873 г. Н. П. Кондаков защитил магистерскую диссертацию о Памятнике гарпий в Малой Азии. В 1876 г. исследователь был приглашен в Императорскую археологическую комиссию. С этого времени Н. П. Кондаков проводил раскопки курганов Боспора Киммерийского. С 1888 г. он принимал активное участие в организации систематических исследований Херсонеса Таврического. Его научные публикации основаны на понимании археологии как части истории искусств. Этой идее Н. П. Кондаков был верен до конца своих дней.
В 2023 г. на некрополе Артющенко-2 был открыт новый для данного памятника тип погребальных сооружений. При раскопках было исследовано Погребение 209, представляющее собой грунтовый склеп. Он состоял из дромоса со ступенями, небольшого прохода и погребальной камеры. Дромос находился с юго-запада, камера склепа с северо-востока. Камера склепа имеет подпрямоугольную форму, ее размер 1,4 х 1,7 м, по центру выкопана канавка проход. Слева и справа от прохода устроены две лежанки, на которые помещали тела умерших. Захоронения в склепе совершались многократно, были обнаружены кости мужчин и женщин (30-50 лет), а так же детей (5-6 лет). В погребальной камере склепа, на лежанках и в проходе обнаружены различные предметы погребального инвентаря. Скорее всего, это был семейный склеп, который использовался на протяжении II в. до н. э.
Публикуются материалы раскопок, проведенных в северной и восточной частях некрополя боспорского города Нимфей в 2022 г. Исследованные античные погребальные сооружения представлены в основном грунтовыми ямами подпрямоугольной формы. Нижняя часть могильных ям в ряде случаев вырублена в скале. Плитовые перекрытия над могилами не выявлены, лишь над погребальной камерой склепа М-02/2022 сохранилось четыре большие необработанные известняковые плиты. Все захоронения совершены без гробов. Положение погребенных вытянутое, на спине, руки вдоль туловища, головой на восток или северо-восток. Особо следует отметить парные захоронения. В тех случаях, когда погребения не потревожены, выявлен скромный сопровождающий инвентарь: один-два небольших сосуда, единичные бронзовые украшения, а также монеты - «оболы Харона» возле черепа. Проведенные археологические исследования дали новые материалы, которые позволяют уточнить топографию и хронологию некрополя, а позволят представит более широкие реконструкции о социальном составе и материальной культуре населения этого боспорского города.