В исламском праве существует специфический институт: брачный дар (махр). Это денежная сумма или иное имущество, которое должен выплатить муж своей жене частично при заключении брака и частично - при его прекращении. Если супруги, проживавшие в исламской стране и заключившие там брак, спустя некоторое время переезжают в Европу, то возникает вопрос о судьбе требования супруги к своему мужу об уплате той части брачного дара, которая не была выплачена при заключении брака. Поскольку в европейских странах в силу Регламента Европейского союза о супружеской собственности 2016 г. супружеская собственность, т. е. имущественные отношения супругов, подчиняются закону страны, где проживали супруги на дату заключения брака, то, если брачный дар рассматривать как элемент супружеской собственности, супруга может, основываясь на исламском праве, требовать уплаты брачного дара. Однако если брачный дар является элементом личных неимущественных отношений супругов или алиментным требованием, то в отношении этих требований существует другая коллизионная норма, отсылающая к закону последнего общего места жительства супругов или актуального места жительства супруги, а этот закон является законом европейской страны, где брачный дар не предусмотрен. Таким образом, необходимо разрешить конфликт квалификаций брачного дара для целей применения к нему той или иной коллизионной нормы. По результатам анализа выдвинутых для квалификаций брачного дара теорий делается предпочтение в пользу квалификации брачного дара как института супружеской собственности. Однако при этом не упускается из виду принятое Верховным cудом ФРГ в 2009 г. политикоправовое решение, согласно которому брачный дар необходимо квалифицировать как общее правовое последствие брака, чтобы исключить возможность для супруги требовать уплаты брачного дара в суде европейской страны.
В 1923 году в Джаубат Бургаль – небольшой алавитской деревне в западной Сирии – появился молодой «пророк». Его звали Салман Муршид, он говорил о скором приходе Судного Дня и призывал алавитов к спасению через покаяние. Вскоре его религиозное миссия трансформировалась в эгалитарное политическое и социальное движение. Постепенно Салман Муршид стал одним из самых влиятельных вождей алавитов и влиятельным сирийским политиком. Даже после его казни в 1946 году племя гассанидов, основанное им из разных алавитских кланов, не исчезло, а было преобразовано его сыновьями Муджибом (1930-1952) и Саджи (1932-1998) в самостоятельную религиозную общину муршидия. После прихода к власти Хафеза Асада новая община была признана и инструментализована новым режимом. Как бы то ни было, история общины Салмана, ее превращение в политическое движение, а затем в независимую религиозную общину, неотделима от истории Сирии в XX веке. Описание религиозных доктрин и анализ истории муршидитов во многом основаны на результатах полевых исследований, предпринятых автором в 2010 году.
Цель. Установить основания для цивилизационного выбора России между Востоком и Западом, исторически обусловленные религиозно-политическим контекстом.
Процедура и методы. Исследование базируется на историческом, ценностно-целевом, витальном, нормативном, текстологическом, сравнительном и культурологическом приёмах анализа. Основными источниками являются русские летописи и зарубежные памятники письменности, содержащие сведения об истории Древней Руси.
Результаты. С учётом исследовательского контекста установлены факты, свидетельствующие о религиозно-политической близости Руси и мусульманского Востока.
Теоретическая и/или практическая значимость. Результаты проведённого исследования инициируют дискуссию об этноязыковом значения слова «немцы», семантика которого в Древней Руси после принятия православия подверглась трансформации.
В статье рассматривается поло жение ислама в Дагестане в первой трети XIX в., а также его роль в формировании идеологии горцев в период боевых действий на Кавказе. Особое внимание уделяется понятию мюридизма и спорам относительно корректности использования данного термина в историческо й науке. Автором дан краткий историографический обзор по данной теме, приведены различные точки зрения и теории, выдвигаемые учеными. Сделан вывод о необходимости изменения подхода к рассмотрению понятия мюридизма с опорой на новые опубликованные источники
Национальные и религиозные ценности всегда играли важную роль в жизни узбекского народа, и после обретения независимости были предприняты серьезные усилия для их восстановления. Культурная дипломатия приобрела особое значение в развитии просвещенных исламских ценностей в Узбекистане. На самом деле, значение культурной дипломатии в международных отношениях сейчас возрастает. Поэтому Узбекистан, который является неотъемлемой частью исламского мира, активно участвует в международных культурных обменах и активно развивает культурные связи. Сотрудничество с Организацией исламского сотрудничества также было особенно эффективным в развитии просвещенных исламских ценностей в Узбекистане.
В статье рассматривается специфика религиозных представлений татар, составляющих одну из локальных форм бытования ислама в условиях полиэтничности и поликонфессиональности. Местная и этническая специфика исполнения исламских ритуалов вызывает неприятие части татарского сообщества, что служит потенциальным конфликтогенным фактором раскола. Для освещения вопросов религиозного синкретизма на примере религиозных представлений татар Республики Мордовия привлекались результаты количественных и качественных исследований: опросы верующих, глубинные интервью татар, включенное наблюдение в рамках обрядов похоронно-поминального цикла. Данные исследований показывают, что ритуальные практики татар – манипуляции с водой и железом, культ авлия, обряд искупления грехов (искят) сохранили значительное число элементов из доисламских и немусульманских религиозных систем. Обряды, в том числе и не соответствующие канонам ислама, воспринимаются большей частью татар Республики Мордовия в качестве истинно мусульманских. В последние десятилетия в связи с процессами исламского возрождения отдельные религиозные обряды, вызывающие критику со стороны мусульманского духовенства, потеряли свою популярность или стремительно ее теряют.
В чем сила ислама? Что привлекательного в этой вере для людей иных культур? Каковы обязанности мусульманина? Кто такие Пророк Мухаммад, праведные халифы? Омейяды и Аббасиды? Когда был записан Коран и что говорится в нем о Боге и человеке? Что такое первоначальный, классический ислам и почему именно к нему в наши дни обращаются ревнители веры? Эти и другие вопросы рассматриваются в книге известного российского арабиста Михаила Родионова, предназначенной для самого широкого круга читателей.
В книге пять глав. Первая рассказывает о жизни Мухаммеда, Посланника Аллаха: о его месте среди других пророков, первом откровении, ранней мусульманской общине, о его трудах и сражениях. Вторая посвящена становлению исламской державы, или Халифата: четырем праведным халифам, династиям Омейядов и Аббасидов. Третья характеризует исламское вероучение: Священное Писание и Предание. Четвертая излагает основы мусульманского права. И наконец, пятая глава рассматривает проблему знания в исламе: Бог, Вселенная, человек. В Приложении даны переводы автора из мусульманского Священного Предания и благочестивых стихов, часть которых публикуется на русском языке впервые.
Работу над книгой об основоположнике ислама - пророке Мухаммеде Вера Федоровна Панова начала в 1967 году, вскоре после выхода в свет ее исторических повестей “Лики на заре”.
Как человек разрушает в себе традиционные представления о добре и зле, о
справедливости и несправедливости? Какими путями происходит его отказ от еще недавно неоспоримых истин? Как потом от безбрежного нигилизма он переходит в повседневной реальности к новым идеалам, которым суждено со временем превратиться в новые догмы?
Какую роль при этом играют его рассудок, интуиция, познавательная и творческая сила воображения? Подобные вопросы, возникавшие, конечно, в ходе работы над “Жизнью Мухаммеда”, представлялись авторам актуальными и в нашу эпоху, когда их решение для очень многих людей связано не только с религиозными верованиями.
…Работа закончена 20 лет тому назад. В. Ф. Панова ушла из жизни в 1973 году. Готовя
рукопись к печати, я старался ограничиться лишь самыми необходимыми изменениями - ознакомление с изданным в 1989 году капитальным трудом О. Г. Большакова “История Халифата. I. Ислам в Аравии (570-633)” позволило уточнить датировку некоторых событий, ряд исправлений в рукопись внесены в связи с критическими замечаниями рецензентов. Заинтересованный читатель сможет познакомиться с кораническими текстами и по второму изданию перевода И. Ю. Крачковского, осуществленному в 1986 году.
В книге С. А. Модестова рассказывается о геополитической теории и практике ислама - одной из ведущих мировых религий. Несмотря на свою относительно короткую, 14000-летнюю, историю, ислам распространился быстрее, чем любая иная религия. Сегодня на планете насчитывется около 1, 3 млрд мусульман. В некоторых странах эта религия признана государственной. И это не удиви тельно, ведь в догматике ислама не различается власть светская и духовная. Стоит разобраться, в том, как рапоряжается ислам государственной властью, на которую он претендует, и как строит свои отношения с другими, немусульманскими странами. Все более настоятельные претензии исламских геополитиков на пространство мира не могут не вызывать озабоченности у тех, кто пока еще име- ет в этом пространстве ту или иную собственную кишу и отнюдь не собираются с ней расставаться.
Цель исследования: анализ и систематизация религиозных мотивов в татарских вариантах эпоса «Идегей». Она нацелена на комплексное исследование религиозных мотивов в сравнительно-типологическом аспекте.
Материалы исследования: опубликованные и архивные татарские варианты эпоса «Идегей», исследования известных фольклористов, сведения из литературных и научных источников.
Научная новизна обусловлена тем, что на основе изучения существующих исследований и сравнительного анализа разных вариантов из архивных источников сделана попытка систематизации религиозных мотивов в дастане «Идегей».
Результаты исследования: в работе доказано, что по сравнению с мифологическим слоем, религиозный пласт в эпосе не так богат, но в целом даже та использованная и сохранившаяся часть имеет огромную смысловую нагрузку и художественно-эстетическую ценность.
В работе исследованы мотивы, показывающие отношение Токтамыш-хана, Идегея, Нурадына к религии и образы, связанные с культом ислама как Аллах, Газазил, ангелы, гурии и др. которые нашли отражение в эпосе. По мнению автора, в отличие от религиозных жанров, в особенности мунаджатов и баитов, в эпических произведениях религиозная идеология и религиозные мотивы не занимают такое большое место. Но тем не менее, во всех вариантах они встречаются в определенном объеме и выполняют значимую функциональную нагрузку. Религиозные мотивы не ограничиваются повествованием отношения людей той эпохи к религии, но и способствуют пониманию религиозно-философских и нравственных взглядов, показывают какое место занимала религия среди народных масс.