В статье впервые публикуются материалы из открытого в 2022 г. Большепамъяльского марийского могильника. Исследуются сюльгамы, одна из многочисленных групп украшений в погребальном инвентаре грунтового могильника XVIII - середины XIX вв. Актуальность темы обусловлена тем, что в изображенных узорах могут быть прослежены тенденции культурной эволюции и вместе с этим преемственности форм с более ранними. Рассматривается типология нагрудных украшений, основой которых являются сюльгамы, их расположение. В классификации сюльгам используется методика рассмотрения их как частей нагрудных украшений, рассмотренных Т. Б. Никитиной по их функциональному назначению. Статистический анализ по типам указывает на существенное преобладание в могильнике типа II, по функциональному назначению - украшения. Наиболее часто сюльгамы в погребениях встречаются в количестве одной штуки, но имеются и по две. С мужскими костяками они не встречены. Могильник характеризуется как памятник марийской культуры. В отдельных случаях формы и орнаментация сюльгам находят аналогии в изделиях соседних культур чувашей и мордвы. Данное украшение в материалах могильника выделяется вариативностью форм и узоров.
Статья посвящена изучению торговых отношений в поздней Волжской Булгарии и Булгарской области Золотой Орды в XII-XIV веках. Основой для данного исследования стала коллекция фрагментов металлических зеркал, обнаруженных на селищах, располагавшихся в пойме реки Камы и ее притоков. Это селища на острове Семеновском, поселения - Коминтерновское III, Лаишевское, Мурзихинское. Все это находки из разрушенного культурного слоя, поскольку эти археологические памятники с середины ХХ века разрушались Куйбышевским водохранилищем и в настоящее время они уже не существуют. Всего было исследовано 17 экз. фрагментов металлических зеркал XII-XIV вв. из музея археологии Института археологии Академии наук Татарстана. Самое большое количество этих артефактов имеют диаметр 6-7 см и не имеют декора. Также к этой группе зеркал относятся изделия с геометрическими изображениями. Эти зеркала связаны с кочевниками. Зеркала со сложными композициями, например бегущими дикими животными, как и копии китайских зеркал с драконами и мудрецами редки. Привозили зеркала из Болгара, где некоторые из них изготавливали. Но часть изделий, особенно кочевнических традиций, изготавливалась на месте - на поселениях в пойме. Привозились не только целые зеркала, но и фрагменты - для ремесленников-ювелиров, которые использовали их для добавки в сплавы. Отметим, что состав зеркал на каждом из рассмотренных поселений был различен.
«Оленные» камни на территории Кыргызстана являются редкими находками. Данная ситуация обусловлена несколькими причинами. Специальное и систематическое выявление таких древних изваяний пока не предпринималось. До конца неясен их контекст с известными археологическими памятниками, хотя отмечается связь с восьмикаменными кольцевыми выкладками. Число обнаруженных «оленных» камней и их оформление указывает на то, что в Притяньшанье располагалась западная периферия крупной кочевой общности, которая существовала во Внутренней Азии с конца эпохи бронзы до раннего железного века. Потенциал для получения новых находок имеется. Необходимо также детально изучить уже известные древние изваяния. Такая работа уже началась, и данная статья является продолжением опубликованных результатов. Для демонстрации использования фотограмметрии привлекался экспонат Археолого-архитектурного комплекса «Башня Бурана». Оказалось, что каменную статую периода раннего Средневековья изготовили из «оленного» камня. Такая практика была широко распространена в тюркское время на территории Монголии и Южной Сибири. С помощью фотограмметрии были выявлены древние и средневековые изображения.
Новое изучение состава погребального инвентаря из раннекочевнического («киммерийского») погребения 3 кургана 3 у с. Слободзея в бассейне Нижнего Днестра (западный фланг «Великого пояса степей») позволило уточнить количество найденных в могиле элементов фурнитуры и декора узд по категориям находок. Их анализ показал, что в захоронении присутствовали детали не менее пяти комплектов узд, причем для оголовий одних использовались круглые в сечении ремни, для других - плоские. Особенности оголовий обусловили и различия в декоре узд. Сделаны два варианта реконструкции узд из круглых и плоских ремней. Новые наблюдения подтверждают, что курган 3 Слободзея был сооружен для захоронения в нем воина-всадника высокого социального статуса (погребение 3). Второе предскифское («киммерийское») захоронение в насыпи (погребение 1) свидетельствует, что этот курган был специально маркирован и мог опознаваться ранними кочевниками региона как «свой» («могила предков»).
В книге на основе изучения археологических и письменных источников раскрывается история древней столицы государства Шан-Инь - «Великого города Шан» (XIV-XI вв. до н. э.). Рассматривается история археологического изучения древней столицы под Аньяном, в том числе дворцово-храмовых центров и «царского» некрополя; проводится исследование «архивов» гада тельных костей, обнаруженных при раскопках; рассказывается о связи различных ремесел и искусства «Великого города Шан». В Приложении дается выполненный автором перевод главы 3 древнего памятника «Чжушу цзинянь», или «Погодовых записей на бамбуковых планках».
В середине XIII в. на территории золотоордынского степного Поволжья городов не было. Они начинают постепенно формироваться из поселков, которые обслуживают экономические нужды кочевой элиты. К таким относится поселок, а затем город Укек (Увекское городище). Сходны причины образования поселка, а затем города Бельджамен (Водянское городище). Город, существовавший на месте Царевского городища, возникает не только как экономический, но и как административный центр. Окончательный упадок степных городов Поволжья наступает вместе с «Великой замятней». После неё, в конце XIV в., мы видим кратковременную попытку их восстановления, не приведшую к результату.
В статье рассматривается комплекс свинцовых грибовидных грузиков, найденных в разное время на территории Селитренного городища (город Сарай ал-Джедида). Коллекция представлена 296 экземплярами изделий разных форм и размеров. В статье проводится метрологический анализ изделий, выявляются конструктивные особенности грузиков, позволяющие произвести выделение типов и предложить их классификацию. При сравнении имеющихся типов высказывается возможность их разделения по месту производства (местные и привезённые). Кроме того, в данной работе поднимается вопрос о функциональном назначении этих предметов; рассматриваются версии, высказанные коллегами по этому поводу ранее. Материалы, изученные в статье, позволяют поддержать мнение коллег о функциональном назначении свинцовых грибовидных грузиков, а именно использование их в качестве грузов в ткацком производстве.
Работа посвящена процессам урбанизации, протекавшим на территории низовий Волги в золотоордынский период. На основании появившихся в последние десятилетия археологических материалов опровергается сформулированное в 1960-х гг. мнение о том, что до эпохи Золотой Орды в низовьях Волги не существовало развитой поселенческой структуры, а урбанизация этого пространства началась только с приходом монголов. В процессе урбанизации нижневолжских земель условно выделены три этапа, каждому из которых предложена характеристика. Приводятся данные о количестве археологических объектов домонгольского времени и золотоордынской эпохи. Рассматриваются версии о месторасположении двух столичных городов - Сарая и Сарая ал-Джедида, названиях и времени появления других населенных пунктов.
Приведены результаты спектрального, масс-спектрометрического и энергодисперсионного со сканирующей электронной микроскопией анализов цветного металла петровской культуры XIX-XVIII вв. до н. э. Северного Казахстана. Металл в основном проанализирован спектральным анализом в 70-80 гг. XX в. в лаборатории естественнонаучных методов ИА РАН. Поскольку коллекция находится в фондах Североказахстанского краеведческого музея, забор проб для современных видов анализа исключен. Основная цель исследования - выявление геохимических и металлургических групп с возможным определением сырьевых источников и основных векторов историко-металлургических связей. Анализ главных компонент химического состава элементов-примесей медных и бронзовых артефактов подтвердил вывод о том, что более 70% изделий могут быть связаны с местными североказахстанскими источниками, связанными с медноскарновыми/порфировыми месторождениями Кокшетауского антиклинория. В то же время возможная доля уральского металла в коллекции могла доходить до 30% изученного инвентаря, что подтверждает степень интенсивности торгового обмена металлургической продукцией между уральскими и казахстанскими очагами металлопроизводства.
Работа направлена на решение проблемы выделения в орудийных комплексах поселений позднего бронзового века Зауралья инструментов для переработки медной руды. В статье представлены результаты серии из 11 экспериментов по дроблению и растиранию медьсодержащей породы. В качестве орудий использованы гальки и плитки из разных пород камня (диорит, кремень, силицит, порфирит, кварцит, гранит, кварцевый песчаник). В результате получены, детально описаны и проанализированы следы сработанности на экспериментальных орудиях. Установлено, что признаки износа зависят от конкретной операции, физических свойств породы, размера заготовки, твердости обрабатываемого сырья. Сравнение полученных данных с археологическим материалом эпохи бронзы Зауралья (пос. Устье I, Кулевчи III, Камышное I) показало, что орудия для переработки руды представлены в незначительном количестве (10 экз.), что может свидетельствовать о подготовке руды для плавки, преимущественно за пределами поселений.