Прокопий жил в один из переломных периодов истории, в бурное время революции рабов и варварских вторжений, в эпоху, являющуюся рубежом между античным рабовладельческим миром и новой феодальной формацией.
Товарищ Сталин дал гениальное определение социальной сущности переворота, отделяющего античный мир от средневекового, как революции рабов. «Революция рабов ликвидировала рабовладельцев и отменила рабовладельческую форму эксплуатации трудящихся».¹ Это замечательное указание товарища Сталина знаменует собой новый этап в разработке марксистской наукой проблемы перехода от древнего мира к средним векам.
Сен-Симон (1760—1825) стал писателем в возрасте за сорок лет, имея уже в прошлом сложную и разнообразную карьеру. Его биография — не только история его индивидуального развития; в этой исключительно характерной биографии нашли свое отражение, иногда в весьма неожиданной форме, все перипетии социального и интеллектуального развития Франции конца XVIII века.
Происходя из старой феодальной семьи (до конца дней своих Сен-Симон не забывал, что он родственник Карла Великого), Сен-Симон получил прекрасное воспитание под руководством одного из крупнейших ученых-энциклопедистов — д’Аламбера.
История промышленного развития России до сих пор мало изучена как в отношении мелкой промышленности, так и в области крупной, фабрично-заводской. К мало изученным периодам в истории крупной промышленности относится время ее возникновения и, так сказать, утверждения в России, т. е. история русской мануфактуры XVII и первой четверти XVIII вв.
Надо заметить, что в отношении XVII в. дело обстоит благополучнее, так как по истории мануфактуры этого времени имеется и ряд ценных публикаций, и ряд небольших монографий — статей, посвященных отдельным предприятиям этого типа.
Правда, нет обобщающей работы, в которой были бы вскрыты основные, характерные черты начальной стадии в жизни русской мануфактуры, ее социально-экономическая сущность и организационная структура. Не выявлено и то значение, какое имела данная стадия мануфактурного производства для последующего процесса промышленного развития в России.
Когда в Англию дошло известие, что генуэзец Христофор Колумб, плывя на запад по Атлантическому океану, достиг неизвестных берегов, которые сам Колумб посчитал началом Восточной Азии, Кабот сильно заинтересовался этим, и в его голове возникла мысль о существовании северо-западного пути в Восточную Азию.
Предполагая, что северным путем можно скорее достигнуть Восточной Азии, Кабот обратился к английскому королю с просьбой оказать ему содействие в осуществлении своих планов.
Автор книги «Завоевание земли» Николай Константинович Лебедев (1879—1934) родился в деревне Гавриловка Нижегородской губернии, окончил сельскую школу, был рабочим на паровой мельнице, а затем стал конторским служащим. В 1903 г. был арестован за революционную деятельность. После освобождения эмигрировал за границу, сначала в Париж, а затем в Брюссель, где слушал лекции в Географическом институте Элизе Реклю.
Вернулся Н. К. Лебедев в Россию в 1914 г. и поселился в Москве. Здесь он предложил свою книгу известному издателю И. Д. Сытину, который в 1916 г. издал ее в двух томах. Затем, значительно дополненная и отчасти переработанная, она вышла вторым изданием в 1923—1925 гг. в трех томах в издании Государственного издательства. Настоящее издание подготовлено по второму с исправлениями главным образом транскрипции имен лиц и географических объектов, а также устаревших и ошибочных утверждений автора. Текст автора сохранен почти полностью, исправления же вносились в виде примечаний редактора и незначительных купюр.
В дневнике Пушкина читаем такие записи: «1 января 1834 г. Третьего дня я пожалован в камер-юнкеры — (что довольно неприлично моим летам). Но двору хотелось, чтобы Н[аталья] Н[иколаевна] танцовала в Аничкове. Так я же сделаюсь русским Dangeau.
Скоро по городу разнесутся толки о семейных ссорах Безобразова с молодою своей женой. Он ревнив до безумия. Дело доходило не раз до драки и даже до ножа. — Он прогнал всех своих людей, не доверяя никому. Третьего дня она решилась броситься к ногам государыни, прося развода или чего-то подобного. Государь очень сердит. Безобразов под арестом. Он кажется сошел с ума.
Вооруженные силы Советского Союза одержали величайшую победу над фашистской Германией и империалистической Японией. Советская Армия наголову разбила вражеские войска. В великой освободительной войне Военно-Морской Флот был верным и надежным соратником Советской Армии.
«На Балтийском, Черном и Баренцевом морях, на Волге, Дунае и Днепре советские моряки за четыре года войны вписали новые страницы в книгу русской морской славы»¹. Книга русской морской славы, начатая записью более тысячи лет назад, свидетельствует, что на протяжении многих веков военно-морские силы играли важную роль в истории русского государства.
Труд французского профессора А. Дебидура «Дипломатическая история Европы от Венского до Берлинского конгресса (1814—1878)» в двух томах вышел в свет более 50 лет тому назад¹, но пользуется большой популярностью и до настоящего времени. В 1903 г. первая половина его была переведена на русский язык и издана под названием «Политическая история XIX века. История внешних сношений европейских держав с 1814 по 1878 г. Том первый. Священный союз (1814—1847)».
Этот перевод положен в основу первого тома настоящего издания; второй том переведен впервые. Выход его в свет особенно важен, так как по дипломатической истории 1848—1878 гг. иностранные общие труды на русском языке не издавались, если не считать книги английского историка Ч. Файфа «История Европы XIX века» (Спб. 1904), в значительной части посвящённой международным отношениям.
В истории случается, что иные события, знакомые главным образом специалистам-историкам, но мало известные в широких кругах, на самом деле гораздо важнее по своему политическому значению, нежели другие, пользующиеся самой широкой популярностью.
К числу таких событий принадлежит австро-прусская война 1866 г., которая служит темой первой части настоящего очерка. Война эта была одной из самых коротких войн XIX столетия: она длилась, считая с момента объявления ее до заключения предварительного мира, всего шесть недель, а считая период собственно военных действий, и того меньше. И все же как по своему возникновению, так и по своим результатам она принадлежит к числу важнейших войн XIX столетия.
Она обусловила и фактически утвердила диктатуру Пруссии в Германии и предопределила объединение последней под прусским главенством в Германскую империю, ту самую, которая, продолжая специфическую традицию, приведшую к войне 1866 г., развязала мировую войну 1914—1918 гг., а в наши дни вызвала вторую мировую войну. Историю австро-прусской войны надлежит знать всем, кто хочет разобраться в глубоком смысле последовавших за ней событий до настоящего дня.
В 1848 и 1849 гг. дипломатия играла лишь второстепенную роль в Европе. Кабинеты основывали все свои расчеты на военных успехах. События были в большей степени делом народов, чем политических деятелей. С трудом воздвигнутое Венским конгрессом здание чуть не было внезапно разрушено почти всеобщей революцией. Если оно было расшатано лишь наполовину, то только потому, что установить согласие между народами, пожалуй, столь же трудно, как и между королями.
Нации, с которыми не советовались об их судьбах в 1815 г., взяли слово в 1848 г. Но их невежество, их взаимная зависть и неопытность их импровизированных правительств облегчили монархам задачу принудить народы к молчанию. Их беспорядочный крестовый поход за свободу закончился неудачей. Но поражение не надолго привело в уныние народы. Из числа проблем, которые были поставлены ими во время этого памятного кризиса, многие (и среди них весьма значительные) были разрешены с тех пор; другие не переставали до наших дней возбуждать в них тревоги и страсти.