Ленская забастовка вспыхнула в 1912 г., когда рабочее движение переживало лишь первые признаки подъема. Несмотря на героические «всенародные классовые битвы 1905—1907 гг.», революция была подавлена, рабочие и крестьянские массы были разбиты. Помещики-крепостники остались у власти.
Но революция 1905 г. показала самодержавию, что ему не удержаться у власти «без создания новых классовых опор» (Ленин). Царизм сделал новый шаг по пути буржуазного развития, создав в форме государственных дум «представительное учреждение для определенных слоев буржуазии» (Ленин). Царизмом была также проведена столыпинская реформа. Основное содержание реформы заключалось в том, что крестьянам разрешалось выделяться из крестьянской общины и получать землю в собственность.
Предлагаемая работа двух советских востоковедов представляет большую научную и политическую ценность. Военно-фашистское движение Японии является одним из тех механизмов, которые должны перевести Японию из состояния скрытой в состояние открытой мировой империалистической войны.
Знание этого фугаса, заложенного на Дальнем Востоке под дело мира, является необходимым. Но во всей мировой литературе нет работы, которая бы выяснила конкретно корни военно-фашистского движения в Японии, фазы его развития, которая бы познакомила читателя с его идеологией, организацией и с его местом в общей системе сил, решающих основные проблемы политики японского империализма.
Настоящий сборник, являющийся результатом работы кружка народовольцев, в своей основе представляет сводку сырого материала.
В тех случаях, когда составители сборника и авторы помещаемых в нем статей пытаются хотя бы мимоходом проанализировать «первоматровскую» эпоху, они не в состоянии дать правильной оценки ни обстановки, ни явлений, ни роли классов или их прослоек.
Автор этой книги, Саул Ушерович, по своей профессии бывший типографский рабочий-революционер, политкаторжанин. Он—один из многих, перед кем постоянно витала угроза насильственной смерти от тех или иных царских палачей, и кто в стенах каторжных тюрем стоял вплотную к „смертникам“.
Одни из смертников уходили на виселицы. С другими, оставшимися в живых, автора соединили на долгие годы одни и те же цепи-кандалы каторги и общая революционная работа.
Затерянное в сопках тихоокеанского побережья приграничное озеро Хасан вошло в историю человечества. Впервые это название облетело мир, когда публиковались короткие, сдержанные сообщения ТАСС и штаба Первой (Приморской) армии о советском отпоре японским провокаторам войны. Потом оно повторилось в простых, скромных рассказах командиров, политработников и красноармейцев, участников разгрома японских захватчиков. Отныне это название никогда не умрет.
Безвестное географическое имя наполнилось глубоким содержанием. Оно будет всегда напоминать человечеству, как у маленького озера доблестные сыны советского народа, защищая Заозерную и Безымянную сопки, продемонстрировали миру мужество нашего народа и силу советского оружия.
«Библия для верующих и неверующих» начала печататься в виде статей в газете «Безбожник» в конце 1922 г. и привлекла большое внимание читателей. Первые издания «Библии» отдельными книжками быстро разошлись. В антирелигиозной пропаганде эта книжка сыграла большую роль.
Ряд обследований путей отхода рабочих от религии, проведенных за последние годы, показал, что нередко на разрыв с религией и на критическое отношение к церкви, ее учению, догматам толкала «Библия для верующих и неверующих». В ряде писем, полученных редакцией газеты «Безбожник» в ответ на запросы редакцией читателей-безбожников рассказать, почему и как они порвали с религией, какая антирелигиозная книжка больше всего на них повлияла, часто имелись ссылки на «Библию для верующих и неверующих».
Все решающие отрасли народного хозяйства тесно связаны с развитием химической промышленности. Пока химия не внедрилась в основные отрасли народного хозяйства, их развитие задерживается, качество продукции стоит на низком уровне. Химия играет колоссальную роль в сельском хозяйстве, в черной и цветной металлургии, в переработке топлива, в перегонке нефти, в машиностроении, в легкой (и особенно в пищевой) промышленности и т. д.
Она дает нам мощные средства для повышения урожайности полей, спички и краски, стекло и мыло, сахар и бумагу, лекарства и пластмассы, материалы для обороны страны и пр.
Заключая в себе ряд статей о русских поэтах от Державина до Брюсова, настоящая книга ни в какой мере не претендует на то, чтобы дать представление обо всем развитии русской поэзии за огромный промежуток времени — с конца XVIII до начала XX века, — не только в систематическом изложении, но даже хотя бы в основных, заглавных моментах. Наряду с гигантами нашего литературного прошлого среди девяти имен, входящих в состав книги, имеются такие, относительно второстепенные, как Вяземский, Веневитинов, Аполлон Григорьев.
Самый выбор именно этих девяти имен определился тем, что автору довелось в той или иной связи заниматься на протяжении последних лет своей работы их изучением. Тем не менее автору кажется, что при некоторой своей, как в отношении объектов изучения, так и самых форм его (от критического этюда до сжатой историколитературной характеристики), пестроте — все входящие в сборник статьи представляют собой известное единство. Единство это сообщается им единой методологической устремленностью автора.
Большинство вошедших в эту книгу литературно-критических очерков написано в 1930 — 31 гг. и печаталось или как отдельные статьи в журналах «Литература и марксизм» и «Октябрь» или в виде вступительных статей к изданиям стихов Гейне и Фрейлиграта. Впервые здесь публикуются написанные в 1932 г. очерки о Бюхнере и Пруце.
Хотя «Очерки» посвящены отдельным, самым выдающимся революционным поэтам Германии XIX века — они объединены одной темой: именно — теснейшая связь этих поэтов с ранним немецким социализмом, марксизмом и рабочим движением, взаимоотношения величайших представителей немецкой революционной поэзии с Марксом и Энгельсом.
Здесь говорится о тех поэтах, творчество которых либо совпало с зарей революционного движения в Германии (Бюхнер), либо находилось в большей или меньшей степени, — под влиянием Маркса и Энгельса.
Я решаюсь выпустить первую часть второго тома „Истории минералов земной коры“, заключающую „Историю природных вод“, хотя ясно вижу ее значительные недостатки. Но этот том и без того задержался, и я не могу ускорить, изменить ход моей работы.
Я дам исправления и дополнения во второй части. Я отношу вследствие этого ко второй части, которую надеюсь скоро выпустить в свет, и главу о геохимии природных вод, которая должна была бы заключать первую часть.