Работа посвящена исследованию стилистических и художественных особенностей употребления модальных фразеологических единиц в лирических произведениях А. Твардовского.
Целью статьи является анализ и интерпретация фразеологических оборотов, связанных с понятиями модальности, эмоционально-экспрессивной оценочности. В исследовании использованы различные методы: для лингвистического анализа ФЕ - эвристический, описательный, метод компонентного анализа, герменевтический метод - для истолкования художественных произведений. Исходя из опыта классификаций модальных идиом, автор разделяет устойчивые сочетания из произведений Александра Твардовского на семь семантических групп, среди которых ФЕ со значением ‘верно, конечно’, ФЕ с обозначением источника сказанного и др. Обращение к изучению указанной группы фразеологизмов является актуальным вопросом лингвистики и литературоведения, так как междометные ФО представляют собой сложную структуру, которая многосторонне отображена в языке и репрезентируется во фразеологическом фонде поэтических произведений.
В статье выявлены дискурсивные практики, типичные для советских детских изданий и СМИ (1970-1980-е гг.) и выступавшие инструментами конструирования модели межнациональных отношений и роли союзных республик, в частности Украины, в экономической и культурной жизни страны. Используя дискурс-анализ в качестве общего методологического подхода, авторы анализируют вербальные и невербальные средства, которые были задействованы в реализации обозначенной модели. Установлено, что репрезентации Украинской ССР как одной из союзных республик основаны на трех ключевых топосах: 1) топосе отсталости данной территории до вхождения в состав СССР и ее преображения как советской республики; 2) топосе единения с другими республиками и взаимной помощи в трудные для страны периоды; 3) топосе значимости республики в развитии страны на современном для читателя этапе (1970 - 1980-е гг.). Актуальность исследования обусловлена распространением на постсоветском пространстве практик криминализации советского прошлого и необходимостью критического осмысления такого типа дискурса посредством обращения к историческим данным, в том числе данным СМИ, выступающих проводниками исторической памяти.
В статье рассматривается феномен коллапсирования концептов на материале мифопоэтики Донбасса как фронтирного пространства. Предлагается новая методологическая модель, в которой концепт понимается не как устойчивое образование, а как событие фиксации смысла, происходящее в момент наблюдения обозревателя. Донбасс предстает пространством, в котором архаические, индустриальные и постиндустриальные мифологемы (земля, степь, пограничье, дом, труд, Дикое поле, Donboss) схлопываются под действием фокуса внимания наблюдателя - поэта, режиссёра, медиа. Рассматриваемые концепты могут наслаиваться и / или деконструировать друг друга, создавая поле диффузии в массовом сознании. В исследовании используется интегративная методология квантовых научных разработок, мифопоэтический анализ, теория хронотопа и наблюдательно-герменевтический подход. Коллапсирование концепта рассматривается как культурный акт стабилизации смысла в условиях исторической фрагментации донбасского фронтира.
В работе рассматриваются модификации жанра писательского дневника авторов литературного сайта «Проза. ру». Актуальность исследования обусловлена необходимостью изучения жанра, вытесняемого блогами в условиях интернет-культуры, с целью понимания механизмов деформации как приспособления к технологически измененному контексту. Исследование объединяет методологию структурно-семиотического, нарративно-психологического и аналитического подходов, что углубляет дифференциацию канонического дневника с его автотерапевтичностью, а также его жанровых модификаций. Среди последних обнаружены такие варианты, как злободневные дневниковые рефлексии, философские рефлексии, дневники цитатного типа, а также ироничные четверостишия. Варианты дневниковых записей во многих случаях выполняют функцию художественной лаборатории писателя. Несмотря на кажущуюся старомодность жанра на фоне активного развития блогов в социальных сетях, жанр дневника адаптируется и продолжает свое развитие на «Проза. ру». Перспективой дальнейших исследований является рассмотрение «сквозного дневникового дискурса» нескольких хронологических срезов и сопоставление с синхронными печатными писательскими дневниками, а также более глубокий стилистический анализ отдельных писательских дневников.
В статье рассматривается поэтический сборник В. Сосноры «Двери закрываются» как заключительная часть трехкнижия, написанного на рубеже XX-XXI вв. и включающего в себя сборники «Куда пошел? и где окно?» (1999 г.), «Флейта и прозаизмы» (2000 г.) и «Двери закрываются» (2001 г.). В качестве центральных выделяются два мотивно-образных комплекса. Во-первых, мотивы смерти, разрушения, самоубийства, Апокалипсиса. Во-вторых, мотив музыки, пения, искусства. Прослеживаются не только их присутствие в сборнике «Двери закрываются», но и связь с аналогичными или близкими мотивами в двух предшествующих сборниках. Уделяется внимание особенностям обращения автора к чужому слову, к автобиографическому мифу, к автоцитатам и автоаллюзиям. Делается вывод о тесноте идейных и семантических связей, возникающих между отдельными стихотворениями в составе циклов, на следующем уровне - между самими циклами, а также межу тремя сборниками В. Сосноры, написанными на рубеже XX-XXI вв.
Статья посвящена анализу двух стихотворений Льва Лосева на тему смерти («В клинике» и «С детства») в их соотношении с поздними сочинениями Льва Толстого («Записки сумасшедшего» и «Смерть Ивана Ильича»), раскрывающими эту же тему. Анализ позволяет увидеть, с одной стороны, глубокое различие между восприятием драматической жизненной ситуации (смертельная болезнь) лирическим героем Лосева и персонажами Толстого, а с другой - перекличку лосевских текстов с толстовскими на уровне не только прямой отсылки (стихотворения «С детства» к «Запискам сумасшедшего»), но и поэтики (многократный повтор тех же ключевых слов в стихотворении «В клинике», что и в повести «Смерть Ивана Ильича») и подводит к выводу, что толстовский контекст способствует углублению и расширению художественного потенциала анализируемых текстов Лосева.
В статье анализируются два способа упорядочить и классифицировать тематику и семантику (лексемы, образы, мотивы) «Слова о полку Игореве». Т. М. Николаева положила в основу своего подхода выделение важнейших бинарных семантических оппозиций (6 или 7). Б. М. Гаспаров вычленяет «мотивы» памятника: повторяющиеся образы, предикаты, символы и микросюжеты. Первый способ восходит к исследовательской практике К. Леви-Стросса и ее освоению в русской славистике; второй - более общий, менее локализованный. При первом подходе выделяются глобальные доминанты текста, при втором - локальные. Пристальное внимание к повторам и повторяемости характерно для обоих исследователей, но Т. М. Николаева рассматривает наиболее выразительные повторы отдельно от анализа тематических полей, а у Б. М. Гаспарова буквальные повторы и тематические мотивы рассматриваются как элементы одной и той же повторно-мотивной фактуры. Оба подхода во многом перекликаются, и вклад их в исследование семантики и поэтики памятника одинаково значителен.
Понятие «merveilleux scientifique» (научно-чудесное) сформировалось во Франции второй половины XIX в. по отношению к загадочным научным (а также паранаучным) феноменам и почти одновременно - по отношению к типу нарратива, отражавшему эти феномены. Наиболее широкое распространение это понятие получило в «прекрасную эпоху», войдя в состав жанровой дефиниции «роман научных чудес» (roman merveilleux scientifique). В статье рассматривается отражение соответствующей проблематики в периодической печати, ученых сочинениях и массовой прозе 1870-1910-х годов. Отмечается, что область «научно-чудесного» отличалась расплывчатостью и вбирала в себя не только таинственные явления человеческой психики (хотя в первую очередь именно их), но и новейшие технические достижения и научные открытия, а также образцы мастерского иллюзиона (под влиянием высокой популярности циркового зрелища). Основоположником «романа научных чудес» чаще всего считали Жюля Верна; с ним конкурировал Ж. Рони-старший, а позднее - Герберт Уэллс, чье творчество во Франции восприняли как интеллектуальную альтернативу «популярной» фантастики. Часть авторов применяла интересующее нас понятие как оценочное (В. Сегален, критиковавший Э. Золя за псевдонаучность); другие, напротив, стремились возвысить ее до самостоятельной эстетической категории, пришедшей на смену традиционным типам фантастического (М. Режа, М. Ренар). Наиболее подробно и в то же время не без полемического уклона данная проблематика была артикулирована в статье писателя Мориса Ренара «О романе научных чудес и его влиянии на понимание прогресса», опубликованной на страницах газеты Le Spectateur 6 октября 1909 г. Впоследствии Ренар утратил интерес к данному термину, который, однако, имел хождение во Франции вплоть до усвоения англоязычного термина «science fiction» (конец 1940-х годов). Конструкт «merveilleux-scientifique» оказался реанимирован частью современных французских исследователей, изучающих истоки национальной научной фантастики и настаивающих на ее специфике по сравнению с англоязычными образцами.
В статье освещается проблема вхождения в советский социум инновационного для своего времени средства коммуникации. Ставится задача выявить и рассмотреть способы привлечения внимания детей к радио на страницах периодической печати 1920-1930-х гг. В качестве основных материалов использованы адресованные школьникам журналы, которые отражают официальный дискурс, адаптированный для детской аудитории. Радио представлено в них как техническое средство коммуникации и как источник информации. В числе направлений работы редакций таких изданий по пропаганде радио - ознакомление детей с новшеством, привитие им интереса к радиотехнике, привлечение в качестве слушателей, корреспондентов, агитаторов за слушание радио. Прослеживается расширение тематического спектра публикаций по мере нарастания экспансии радио, а также смещение внимания редакций с рекламы радиосвязи и пропаганды радиотехники в сторону комментирования содержания радиопередач. Показана представленная на страницах детских периодических изданий их связь с редакциями радиопрограмм, участие газет и журналов в подготовке передач, что обеспечивало цельность информационного пространства страны, служило эффективности просветительской и идеологической работы, сочетавшей письменное и устное слово. Выявлены пропагандируемые практики слушания радио, линии связи агитации за радио с организацией пионерской работы, ее идеологией, включая социальную «перековку», антирелигиозную пропаганду и работу с беспризорниками. Показаны приемы, направленные на привлечение детей в качестве «агентов» радиокоммуникации. Обращено внимание на использование, характерные черты и функциональное назначение образов детей в художественных и публицистических текстах на тему радио.
Томас Манн всегда неизменно высоко отзывался о русской литературе. Интертекстуальные связи с нею - и вообще с русской темой - заданы во многих манновских произведениях. В романе «Доктор Фаустус» обнаруживаются гоголевские мотивы. В частности, особенно заметен мотив инфернального искушения, присутствующий в гоголевских повестях «Вий», «Невский проспект», «Портрет». В статье проводятся параллели между образом композитора Леверкюна и романтическими героями Гоголя - Хомой Брутом, Пискарёвым, Чартковым. Никто из гоголевских героев испытания не выносит, хотя для каждого оно заканчивается по-разному. В гоголевский интертекст «Доктора Фаустуса» входит также повесть «Записки сумасшедшего», герой которой первоначально задумывался автором как музыкант. В финале «Доктора Фаустуса» Леверкюн, подобно Поприщину, теряет рассудок.