Сегодня произведение Ф. И. Тютчева «Есть в осени первоначальной…» лишено герменевтического отношения, несмотря на свою хрестоматийность. В основном оно используется как материал для тренировки школьников в поиске метафор, эпитетов, олицетворений и т. д. Отношение читателя с позиций участного мышления предполагает нечто другое - прояснение художественных закономерностей изображенного мира. Цель исследования - выяснение функциональной роли удивления как особой мыслительноэмоцио нальной «операции» в работе автора с материалом. Показано, что благодаря ему происходит дробление художественного времени и одновременно его замедление. В результате изображаемый пейзаж приобретает более детальный характер, автор приходит к выводу об особом антиномическом способе мышления поэта, благодаря которому тонко выписанные детали картины природы становятся воплощением философской идеи о единстве двух аспектов человеческого существования - духовного и материального. Сравнение нити паутины с человеческим волосом в метафоре «паутины тонкий волос» вписывает образ человека в детализированный миропорядок, приобщает его к единству всего сущего. Цикличность жизни выражается сценой жатвы, которая представляет собой не просто воспоминания лирического героя, а указание на грядущую трансформацию.
Предлагается обзор материалов научного семинара «Крымская шмелевиана как часть литературной географии полуострова», организованного кафедрой русской и зарубежной литературы филологического факультета Российского университета дружбы народов имени Патриса Лумумбы 26-28 июня 2024 г. в Алуште. Его тематика связана с проблемой «отражения» локальных текстов (московского, петербургского) в зарубежных проекциях (берлинских, парижских).
Дискуссий о включении курса по изучению фанфиков в программы профессиональной подготовки преподавателей недостаточно. Образовательный потенциал фанатского творчества до сих пор недооценен, хотя возможность использования таких произведений, особенно фанфиков, в педагогической деятельности впервые была поставлена в медиаобразовательную повестку более десяти лет назад. Авторы фанфиков – это креативные и коммуникативно активные школьники и студенты, та социальная группа, на которую направлены усилия преподавателей и педагогов. Фанфикшен можно рассматривать как дополнительный эмпирический материал для изучения мотивации и развития специальных навыков у студентов. В данной статье представлены результаты анализа русскоязычных фанфиков, основанных на серии фильмов «Чужой» (1979), «Чужие» (1986), «Чужой 3» (1992), «Чужой: Воскрешение» (1997), «Прометей» (2012) и «Чужой: Завет» (2017). Была прове рена гипотеза о причастности русскоязычных авторов фантастических фильмов к феминистским представлениям о гендере, а также о гендерной беспристрастности. В качестве средства анализа использован тест Бекдел, адаптированный авторами. Подобная методика впервые применена для исследования фанфиков. Результаты частично опровергли гипотезу. Кейс впервые был апробирован в 2022–2023 учебном году в рамках программы специального курса для студентов вечернего отделения филологического факультета (Российский университет дружбы народов) и одобрен преподавателями как ценный источник информации о мировоззрении современной молодежи.
Цель – раскрыть влияние антропоцентризма на постколониальную Индонезию на материале романа Ратны Индрасвари Ибрахим «Лема Танджун». В повествовании ярко изображены последствия модернизации, результатом которой стали вырубки лесов и потери зеленых зон, что вызывает чувство утраты эмоциональной привязанности к родным местам, показана борьба за сохранение зеленых насаждений в урбанистических капиталистических условиях. Используя постколониальные экокритические подходы, подвергаются анализу западные парадигмы развития, где приоритет отводится экономическому росту, а экологическая безопасность и социальная справедливость отодвигаются на задний план.
Предмет исследования – экокритическая позиция, заявленная в романе «Лема Танджун», где поднимаются вопросы владения землей, сопротивления прогрессу и межпоколенческих противоречий, своих корней и места проживания. В заключении делается вывод, что произведение Ибрахим контекстуализирует диалектику владения землей и представляет противоположные точки зрения на идею прогресса и естественного консерватизма.
Савичева Е. М., Бребдани А. М. Рецензия на книгу: Махмуд аль-Хамза. Российское востоковедение и исламский мир: из истории востоковедения и арабистики в России. Доха (Катар): Фонд «Ваей», 2022 464 с. [ خيرات نم:يملاسلإا ملاعلاو يسورلا قارشتسلاا.ةزمحلا دومحم رطق ،ةحودلا.ثاحبلأاو تاساردلل يعو ةسسؤم.ايسور يف يملعلا بارعتسلاا تاساردو قارشتسلاا 2022.] // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: История России. 2025. Т. 24. № 2. С. 277–283. https://doi. org/10.22363/2312-8674-2025-24-2-277-283
Логическая сторона чтения приобрела особую значимость и самодовлеющую ценность. Это привело к неожиданным результатам: при составлении новых школьных программ выразительное чтение было целиком отнесено к русскому языку. Между тем обучение выразительному чтению — единый процесс развития речи, в котором находятся в неразрывном содружестве ее логическое и эмоционально-образное содержание. И обучать этому надо одновременно и целеустремленно, что можно делать именно на уроках литературы. Уроки русского языка в деле обучения выразительному чтению играют большую роль, но результативны только в единстве с уроками литературы.
Время для К. Д. Бальмонта - не только момент переживания лирической эмоции во всей совокупности неповторимых обстоятельств и приемов ее передачи, но и предмет поэтической рефлексии, принявший вид темпоральных единиц. Проведено исследование архетипичности новой литературы, ее способности воплощать мифологическое «содержание».
Главная цель - рассмотреть приемы мифологизации времени в стихотворных произведениях Бальмонта, показать, как в них отражается народное сознание, как народное творчество влияет на уникальность авторской поэтической манеры. Изучается, как у Бальмонта функционируют временные обозначения: реализация сакрального смысла событий или явлений; указание на сверхъестественную природу объекта; взаимообратимость временного и вечного; круговорот всего происходящего в мире («хороводность времен»); метафора быстротечности жизни или, наоборот, возможность «растянуть» время, чтобы в одно мгновенье вместить долгие годы. Полученные результаты показали, что Бальмонт рассматривал время, временные обозначения, темпоральные единицы как способ воспроизведения законов бытия в поэтических образах, несущих приметы народного сознания.
Эта книга - история любви. Как следует из названия, в ней повествуется о жестокостях любви и одиночестве страдания, происходящих всегда и сейчас, где-то и везде. Эта книга народный рассказ о собственных переживаниях, часто простой и безыскусный, иногда наивный, но всегда трогательный, о той частной жизни человека, которую он готов разделить со всеми, потому что такое может со всеми произойти, то есть случится как любовь, как измена, как тюрьма, как война.
Эта книга история любви в том еще смысле, что в ней встретились человек поющий и человек слышащий. Она абсолютно подлинна, поскольку основана на записях фольклорных экспедиций 1970-1980-х годов XX века, сделанных студентами Ленинградского-Петербургского университета в деревнях Северо-Запада России. Мы не смогли донести до читателя музыкального рисунка этих песен, но строй, ритмику и поэзию старались сохранить так же бережно, как имена исполнителей и их речевой образ.
Да, эти песни мелодраматичны, сентиментальны, наизусть знакомы. Кто-нибудь усомнится в их принадлежности высокой фольклорной поэзии, так пусть сидит и скучает наедине со своим вкусом. Популярность и народность нам не помеха: мы тексты любим.
Под одной обложкой в настоящей книге объединены работы, посвящённые различным ритуальным темам отечественной культуры: традиции новогодней ёлки, детским «секретам», приёму в пионеры, мифологии «суженого» и многим другим.
Поклонение Поэту, похороны воробья, «страшные истории», Дед Мороз, современные обряды перехода, родильные дома и пионерские лагеря, гадания на суженого и пение песен под гитару — личное прошлое автора, эпизоды собственной биографии. Вместе с тем, едва ли можно представить себе биографию гражданина СССР 60—90-х гг., лишённую всех составляющих приведённого перечня. Опыты их антропологического описания, в силу включённости автора в рассматриваемый объект, неизбежно оценочны — что и продиктовало выбор жанра — антропологические очерки.
Суть их может быть сведена к следующим вопросам: как, когда и каким образом, посредством каких социальных процедур, символические формы культуры становятся составляющими индивидуального опыта? И, наоборот, каким именно символическим формам и почему человек отдаёт предпочтение, созидая свою биографию, каков рисунок той семантической разметки, по которой мы, носители современной культуры, выстраиваем собственный маршрут на общей карте жизни?
Книга предназначена для самого широкого читателя, живущего в постсоветском пространстве.
В книге С. Адоньева «Дух народа и другие духи» развиваются идеи, высказанные автором в работе «Категория ненастоящего вре мени» (СПб., 2001). Читателю предлагается серия антропологичес ких очерков, описывающих цепочку культурных стереотипов, кото рые формируют картину мира постсоветского человека, - от встре чи Нового года до посещения мемориальных «садов камней».