Статья посвящена сопоставительному анализу фразеологизмов-зоонимов в русском и английском языках. Методологической основой исследования являются теоретические работы, затрагивающие вопросы культурологической, когнитивно-прагматической и логико-когнитивной оценки фразеологизмов, которые являются единицами ментальной репрезентации и, следовательно, формируют определенное языковое и когнитивное мышление. Выявлено, что изучение фразеологических единиц в контексте культуры народа является жизненно важной задачей в процессе изучения иностранного языка. Автор объясняет данный факт тем, что лингвокультурологический подход к фразеологии направлен на установление того, как язык культуры отражается в содержании и структуре фразеологических единиц. Акцентируется внимание на том, что этимология фразеологизмов-зоонимов отражает определенную национальную культуру. В результате сравнительного анализа фразеологизмов-зоонимов в английском и русском языках автор делает вывод, что англоязычные фразеологические единицы, у которых отсутствует эквивалент в русском языке, передаются посредством описательного перевода. Отмечается, что фразеологизмы вербализуются в определенной логосфере культуры языка, связанной с языковой картиной мира. Отмечается, что семантика большинства фразеологических единиц с компонентом-зоонимом манифестирует названия животных, в частности, с компонентом кошка, в качестве метафор для описания и обозначения характеристик человека, то есть для обозначения его умственных и моральных качеств. Сделан вывод о том, что исследование этимологии фразеологизмов-зоонимов целесообразно проводить, используя ассоциативный метод. Подчеркивается, что преобладание частичного или полного несовпадения образных основ сравниваемых англо-русских фразеологизмов контрастируется расхождением индивидуальных, специфических особенностей, присущих различным культурам и народам.
Данная работа является продолжением работы над «Этимологическим словарем потамонимов Посемья», создаваемым по алфавитному принципу. Словарная статья позволит наиболее полно объяснить этимологию каждого потамонима Посемья.
На примере потамонимов Ба́бка, Ванда́рец , Свапа́ , Куба́нка, Стене́га устанавливаются пути развития первоначального значения слова при помощи выделения его исторического корня, возможные причины деэтимологизации лексемы. Авторы обращают внимание на некоторые этимологически родственные потамонимы.
статья посвящена этимологии русского глагола плакать, восходящего к праславянскому корню *plak-, который, судя по данным других славянских и родственных им индоевропейских языков, а также внеязыковым фактам, имел исходное значение ‘бить, ударять’ (себя в грудь во время оплакивания усопшего: ритуал, описанный у многих народов). Еще на праславянском уровне это значение приобрело более широкий смысл ‘оплакивать; скорбеть о ком-либо; проливать слезы’, в каковом этот глагол встречается в древнерусских текстах. Это показывает, как далеко может отойти современное значение слова от исходного вследствие изменения своих формальных и семантических признаков. Однако деэтимологизация является отнюдь не «порчей» языка, а, напротив, закономерным следствием его развития, благодаря чему язык обогащается новыми значениями.
В статье рассматриваются гидронимы, очерчивающие границы обитания славянского праэтноса в пределах так называемой европейской прародины. Гидронимические номинации анализируются при этом как факты языка и культуры, взятые в их единстве и концептуальной взаимосвязанности. В результате гидроним предстаёт как отражение древних воззрений в контексте мифологической картины мира славян и реалионим, своеобразная «изоглосса», репрезентирующая историческую область распространения этноколлектива.
В данном исследовании авторами последовательно проводится мысль о том, что зафиксированная во многих словарях диалектная и историческая лексика помогает раскрывать жизнь и мышление русского народа, дает новый взгляд на взаимные языковые отношения, обращает внимание на важные явления в истории языков других народов. Этимологический анализ многозначной лексемы голубец ярко демонстрирует значимость «кодовых» слов в лингвокультурологическом поле русского языка.
В результате изучения дисциплины обучающийся должен знать научные основы и закономерности создания и развития агрофитоценозов, уметь разрабатывать искусственные агрофитоценозы с учетом порога вредоносности сорняков и взаимного влияния компонентов агрофитоценоза.
Объектом исследования явился лексический материал первого тома «Толкового словаря русского языка» под ред. Д. Н. Ушакова. Цель исследования заключалась в проведении комплексного анализа имён существительных, именующих лицо женского пола. Результаты исследования позволят в перспективе выявлять особенности и тенденции изменения способов именования лиц женского пола, статику и динамику их употребления в речи с точки зрения стилистической нормы, а также определять их статус в русском литературном языке. В результате проведённого семантического, стилистического, этимологического, сравнительного лексического анализа имён существительных, именующих лицо женского пола было выделено 15 лексико-семантических групп существительных, именующих лицо женского пола по профессии, национальности /народности, месту проживания, религиозным убеждениям, титулу и т.д. Установлено, что в словарь было включено большое количество устаревших слов, особое место занимают диалектные и разговорно-просторечные именования женщины. Этимологический анализ показал, что большая часть именований лиц женского пола исконно русского происхождения, образованных словообразовательным способом с помощью суффиксов, частично метафорическим способом. Некоторые слова являются заимствованными полностью из французского, латинского и др. языков, другая часть имеет заимствованный корень, но само слово образовано в русском языке с помощью русских суффиксов. Утверждается, что часть существительных, именующих лицо женского пола по профессии, должности, роду занятий, не фиксируется в современных толковых словарях по причине их статуса в СРЛЯ - «устаревшие» - или по причине ненормированности (диалектизмы, просторечия).
Топонимика, а в ее рамках гидронимия, являются важнейшим инструментом познания исторического прошлого посредством расшифровки топонимов (гидронимов), дающих информацию об этносах, населявших край в древности. На этом пути существует немало трудностей, преодоление которых должно осуществляться при помощи комплексного подхода - использования достижений истории, географии и лингвистики. В последнее время усилился интерес к гидронимам Воронежского края. Он связан с пересмотром устоявшихся взглядов на этимологию ряда гидронимов в сторону поиска славяно-русских этимологий вместо устоявшихся ираноязычных, финно-угорских, тюркских соответствий. Действительно, ряд типично русских слов в названиях гидронимов неоправданно относился исследователями к иноязычным основам (Воронеж, Усмань, Тишанка и др.), и такой пересмотр оправдан и необходим. Вместе с тем, эта работа не должна приводить к излишне категоричным суждениям в сторону непременно славяно-русского соотнесения этимологии гидронима, в особенности там, где этимология гидронима является спорной и славяно-русские соответствия вовсе не очевидны. В качестве примера рассмотрены гидронимы Воронежского края - Хава, Хопер, Карачан.
Исследование обращается к проблеме неполноты данных о происхождении русского арготизма чувиха ‘женщина, девушка’. Оно долго связывалось с воровским арго, в котором, по версии А. П. Баранникова, лексема была цыганизмом. Затем цыганская этимология стала отвергаться. Принадлежность к воровскому арго тоже недостаточно аргументирована. Цель исследования - заполнить пробелы в истории слова чувиха с помощью методов корпусного и лексикографического анализа на материале Национального корпуса русского языка, коллекции оцифрованных книг Google Books, сервиса дневников Prozhito.org, словников тайных языков, словарей арго и др. В результате исследования были сделаны следующие выводы. Чувиха, чувак и ряд других арготизмов перешли в арго так называемых стиляг (молодежи, увлеченной западной культурой) не позднее начала 1950-х гг. из арго так называемых лабухов - ресторанных музыкантов. Обнаружено музыкантское арго 1920-х гг., включающее лексему чувиха ‘женщина’ и другие единицы, известные нам по более поздним жаргонам лабухов/стиляг (лабать и др.). Следовательно, источником арготизмов лабухов/стиляг было музыкантское, а не воровское арго. Кроме того, музыкантские арго ХХ в. связаны с тайным языком оркестровых музыкантов ХIХ в., несколько единиц которого, имеющих общие корни с арготизмами лабухов/стиляг, приводятся в книге. В других тайных языках ХIХ в. также имеются слова с корнями, общими с арготизмами лабухов/стиляг (лабаты, баш и др.). Наконец, слова чувиха и чувак, возможно, связаны с арготизмом човый, употреблявшимся в упомянутом музыкантском арго 1920-х гг. в роли субстантивата - номинации человека, а в тайных языках ХIХ в. в значении «хороший», причем имелся и вариант корня чув-.
Вопрос о происхождении и путях заимствования в русский язык названий восточных тканей, в большом количестве ввозившихся в Россию в XVII веке, давно занимает ученых, однако для исследования данного вопроса почти не привлекались синхронные двуязычные персидско-русские источники. В статье рассматривается ряд таких источников, хранящихся в РГАДА: это росписи товаров и даров, привезенных из Сафавидского Ирана торговыми и дипломатическими представителями шаха Сафи I (1629-1642), сопровождаемые русским переводом и хранящиеся в ф. 77 «Сношения России с Персией». Изучение этих материалов позволяет определить номенклатуру ввозившихся от имени шаха тканей, уточнить значение и сферу употребления ряда русских и персидских названий, а также время проникновения некоторых иранизмов в русский язык. Заимствованные из персидского и иных иностранных языков названия ранее были соотнесены исследователями с конкретными образцами текстиля, хранящимися в музейных коллекциях. Благодаря этому, установив синхронные лексические соответствия, можно более точно определить, какого рода ткани с какими технологическими особенностями обозначались персидскими терминами, определения которых в толковых словарях персидского языка нередко бывают противоречивыми.