Кризис, фрагментарность и «упадок духа» современной социологической науки анализируются с главной целью - наметить одну из стратегий преодоления кризисных явлений внутреннего развития современной социологии как науки, как профессии и как призвания. Важно для этого утвердить методологический монизм, что позволит восстановить социологическую идентичность на основе реконструированной системы социологического знания. Рассматриваются отдельные эпистемологические инструменты модернизации социологии: преодоления фрагментарности, научного изоляционизма и даже взаимной враждебности социологических парадигм, разработанные, в частности, на основе реализации принципа комплементарности, благодаря реализации которого несовпадающие или даже противоположные теории, характеризующиеся различными трактовками социальной реальности, создают более полное и корректное представление о социальной действительности как целостности, чем каждая по отдельности. На основе этого принципа сделана попытка обосновать некоторые теоретические и эмпирические стратегии исследования базовых понятий социологии: социальное, социальные институты, социальные структуры, утверждающие гармоническое единство и взаимодействие в социальной жизни символически объективного, структурно-функциональных независимых от актора условий, правил и символически субъективного как проявления феноменологически конструктивной активности, повседневного опыта актора.
Представлены модели восприятия тела различными половозрастными группами. Восприятие тела рассматривается как многомерная конструкция, авторы останавливаются на эффективно-когнитивных структурах, а также на самовосприятии индивидами собственного тела, проведенных сквозь призму его эстетической привлекательности и функциональности. Основной целью исследования стала эмпирическая концептуализация моделей восприятия тела. Используя метод онлайн-анкетирования, опрошено 1077 горожан в возрасте от 18 до 60 лет, проживающих в Свердловской области. В работе утверждается, что современные представления о теле стереотипизированы: женским телам предписывается привлекательность, а мужским - физическая сила. Наибольшую сенситивность к внешней красоте респонденты демонстрируют в брачных отношениях, а к выносливости и жизнестойкости тела - в профессионально-трудовой деятельности и хозяйственно-бытовой сфере. Исследование показало высокую степень удовлетворенности телом опрошенными и его соответствия существующим стандартам. Полученные данные выявили ориентацию на функциональные свойства тела при выборе тела для себя. На основе проведенного факторного анализа сформированы две модели восприятия собственного тела респондентами: тело как эстетический продукт и тело как функциональный продукт. Первая модель имеет две разновидности: уверенные в своей привлекательности и неуверенные в ней, зависимые от мнения окружающих. Выявлено, что оценка эстетичности собственного тела у женщин снижается с возрастом, а у мужчин максимальная удовлетворенность внешним видом приходится на возраст от 31 до 45 лет. Определено, что женщины всех возрастных групп ориентированы на внешний отклик по сравнению с мужчинами, у которых пик зависимости от окружения в оценке собственного тела приходится на 31-45-летних. Восприятие собственного тела как выносливого и жизнестойкого демонстрируют и мужчины, и женщины среднего возраста. Отмечается, что модели восприятия тела не ограничиваются выявленными в ходе исследования типами и требуют дальнейшего изучения и социологического осмысления.
Муниципальная публичная политика и межсекторное социальное партнерство имеет значительный потенциал для достижения поступательного развития муниципалитетов и обеспечения оптимального управления с привлечением организаций некоммерческого сектора, бизнеса и местного сообщества. В настоящем исследовании межсекторное социальное партнерство рассматривается как основа муниципальной публичной политики. Особое внимание уделено роли некоммерческого сектора в реализации общественно-государственного партнерства при формировании муниципальной публичной политики. Методологическая стратегия исследования выстроена в два этапа. На первом этапе осуществлен сбор первичной информации в рамках кабинетного исследования, включающего анализ общего нормативно-правового контекста и экономических показателей деятельности организаций некоммерческого сектора как субъекта общественно-государственного партнерства в муниципальных образованиях. На примере Вологодской области и Республики Карелия выявлены диспропорции по показателям финансового участия местных бюджетов в содействии развитию социально ориентированным НКО и доле муниципальных районов и городских округов, реализующих муниципальные программы. Республика Карелия значительно уступает Вологодской области по рассмотренным экономическим показателям. На втором этапе на основе экспертного опроса субъектов межсекторного социального партнерства и муниципальной публичной политики в г. Вологде (N=92) и г. Петрозаводске (N=109) выявлено, что по критерию восприятия деятельности некоммерческого сектора со стороны власти и бизнеса в рамках опроса фиксируются более позитивные оценки власти в Вологде, чем в Петрозаводске. Для выявления барьеров в развитии инструментов межсекторного социального партнерства с позиции самих общественников использовались материалы глубинных формализованных интервью с руководителями НКО в столичных городах исследуемых регионов (N=28). Установлено, что взаимодействие с властью на муниципальном уровне с позиции самих общественников развивается крайне медленно и требует разработки и внедрения новых инструментов для эффективного развития.
Рассматриваются получившие распространение в западной социальной науке подходы к изучению цивилизационной идентичности и их использование в исследованиях российского общества. Отмечается, что в исследованиях международных отношений в 2010-е годы наблюдался рост интереса к цивилизационной проблематике, что сопровождалось отказом от таких популярных ранее подходов, как модель «столкновения цивилизаций». В противовес концепции С. Хантингтона выдвигались исследовательские программы, ориентированные на изучение «множественных и плюралистичных цивилизаций» и «цивилизационной политики». При этом одним из источников новых направлений послужили теоретические модели современной исторической социологии. Тем не менее в данной сфере исследований сохранялось преобладание конструктивистского подхода к анализу цивилизационной идентичности, не учитывающего в полной мере влияние исторического наследия на формирование подобной идентичности. Западные исследования российской цивилизационной идентичности также нередко опираются на конструктивистский подход, сосредоточиваясь на анализе идеологических дискурсов. В рамках изучения российского «цивилизационизма» западными авторами рассматривались как дискурс политической элиты, так и его воздействие на широкие слои населения. Эмпирической базой таких исследований выступали вторичный анализ данных опросов общественного мнения, а также данные, полученные с использованием качественных методов. Теоретико-методологические подходы зарубежных ученых, обращавшихся к проблеме российской цивилизационной идентичности, представляют несомненный интерес. Однако некоторые выводы, сделанные в ходе исследований, требуют дополнения или корректировки в том числе в силу ограниченного эмпирического материала, находившегося в распоряжении их авторов.
Статья посвящена концепции европейской идентичности и ее осмыслению немецким философом Юргеном Хабермасом. Рассматриваются ключевые события жизни исследователя, повлиявшие на его политические взгляды и философские воззрения относительно современной международной ситуации и состояния Европейского союза.
Автор выделяет условия возникновения европейской идентичности: формирование европейской солидарности, конституционного патриотизма и европейского гражданского общества. Европейская идентичность рассматривается в рамках ее политического понимания, в меньшей степени зависимого от культурных, языковых и исторических факторов формирования идентичности, однако их роль полностью не умаляется.
Анализируются эмпирические характеристики европейской идентичности: приводятся данные проекта Eurobarometer, в частности, результаты опросов периода 2020—2023 гг. на тему проблемы демократического дефицита и отношения граждан к Европейскому союзу. Теоретические идеи Ю. Хабермаса сравниваются с современной политической ситуацией, сложившейся в Европейском союзе. Отмечается недавнее дополнение философом концепции публичной сферы, напрямую влияющей на европейскую идентичность.
Введение. Возрастающая интенсификация ложных смыслов в коммуникативном пространстве, перманентно порождающая процессы отчуждения в обществе, актуализирует рефлексию феномена фейковых сообщений, требуя их социально-философского осмысления. Целью статьи является выявление специфики позиционирования фейка, с одной стороны, и диагностики рисков, сопряженных с силой воздействия фальшивых смыслов, стимулирующих латентные напряженности и вызовы в обществе, - с другой.
Материалы и методы. Теоретико-методологической базой послужили концепции постнеклассической социально-гуманитарной парадигмы, включающей принципы дополнительности и плюрализма. Исследование опирается на синергетический метод, теорию коммуникативного действия (Ю. Хабермас), а также ценностный подход. Методологически значимой для раскрытия сущности фейка в контексте виртуального пространства выступает теория симулякров (Ж. Бодрийяр, Ж. Деррида, М. Фуко и др.), сквозь призму которой фейк рассматривается как феномен, притязающий на замену подлинного.
Результаты исследования. Выявлены и интерпретированы цивилизационные сдвиги, произошедшие в обществе, которые способствуют высокой степени социокультурной дезорганизации, что отражается в мировоззренческих устоях социальной практики. Установлено, что фейк представляет собой особую культуру некой новой реальности, которая активно навязывается целевой аудитории. Формирование социального качества, основанного на фейке, предполагает использование последнего в качестве идеологического инструмента воздействия на массовое сознание, управления поведением людей.
Обсуждение и заключение. Предназначение фейка заключается в том, чтобы запустить в массовое сознание идею, внушить необходимость тех или иных политических событий, настроить на определенные оценки, пробудив сильные эмоции, и даже аргументированно подтолкнуть к действиям. Сделаны выводы, что коммуникативное пространство оказывается перенасыщено конкурирующими идеологиями, системами ценностей, функционирующими под маской плюрализма мнений. Множественность фейков не только не способствует взаимопониманию между различными социальными группами, но и несет в себе угрозу дезорганизации общества. С этой точки зрения дезорганизация, внедряемая в массовое сознание, порождает сбои в мышлении коллективного субъекта.
Введение. Статья посвящена рассмотрению оснований типологии личности архаичного общества. Одной из преобладающих в современной науке точек зрения является утверждение, что в первобытном обществе не было типологии личности, так как первобытный коллективизм полностью подчинял и подавлял индивида. В противовес данной точке зрения авторы пытаются обосновать положение о том, что такая типология существовала и была достаточно сложной для своего времени.
Материалы и методы. Исследование проводится на основе компаративного (при сопоставлении разных точек зрения и концептуальных подходов) и системного (при обосновании своей позиции) подходов. Результаты исследования. Половозрастная стратификация представляла собой совокупность взаимосвязанных социальных институтов, поведенческих норм и мировоззренческих установок. Она обеспечивала в первобытном обществе воспроизводство и необходимое распределение социальных ролей между лицами разного возраста и пола с целью эффективного ведения хозяйственной деятельности. Обсуждение и заключение. В результате анализа и обобщения значительного этнографического и социально-антропологического материала авторы приходят к обоснованию наличия развитой типологии личности первобытного общества на естественно-природных основаниях: 1) на основе базовых психологических типов личности (сангвиник, холерик, флегматик, меланхолик) и их подтипов; 2) на основе половозрастного деления. Особое значение здесь имеет половозрастное деление, определяющее место и социальные роли личности в первобытном обществе с точки зрения наибольшей ее хозяйственной эффективности.
В статье анализируются тенденции нарастающего кризиса института семьи в современном американском обществе. Эволюция семейных отношений на протяжении последних 70 лет прослеживается как последовательный отход от модели «идеальной» многодетной семьи, возглавляемой двумя родителями, в направлении бездетных семей и семей с родителями-одиночками. В 1970-е годы основную роль в этой эволюции сыграли социально-экономические факторы, однако впоследствии «отходу от брака» был придан статус «новой нормальности» экстремистской гендерной идеологией, которая казуистически подменила биологическое понятие пола социально детерминированной категорией гендера.
В статье анализируются роль и значение религиозного фактора в поляризации общественных отношений в США. Религия рассматривается как альфа и омега поляризационных процессов, идущих полным ходом в американском обществе. Религиозные противоречия стали главным «спусковым механизмом» начавшейся примерно 50 лет назад политической поляризации, а в настоящее время религиозный раскол страны фактически обрел форму внутриамериканской религиозной войны, от исхода которой зависит не только конечная судьба «сияющего града на холме», но и в определенной мере реализация апокалиптических пророчеств о судьбах современной человеческой цивилизации.
Статья посвящена теории революции русско-американского социолога П.А. Сорокина, ставшей результатом многолетней работы по обобщению итогов Русской революции и ее наследия. Оригинальная концепция революции, разработанная Сорокиным в 1920-е годы, отразила его личный жизненный опыт - участника, очевидца и жертвы революционных потрясений. Изгнанный из Советской России в 1922 г. за критику большевизма и полемику с теоретиками партии, он стал одним из основоположников мировой социологии. Многое в его социологии революции по-прежнему не лишено актуальности и представляет безусловный интерес.