Из предисловия. Занятия в школах разного типа с помощью лабораторно-исследовательского метода и работа над самообразованием выдвигают на первое место разнообразно-справочные и библиографические пособия. Для исторических дисциплин необходимым справочным пособием являются синхронистические таблицы.
Они дают возможность составить представление о наиболее крупных исторических событиях в пределах одного года или ряда лет, установить дату того или другого факта истории, понять причину, связь, зависимость одних явлений от других. Это учебное пособие постепенно приобретает все большее значение в советской школе и в среде лиц, занимающихся самообразованием
Интерес широких рабоче-крестьянских масс к истории нашего революционного движения (и, в частности, к истории ВКП) возрастает с каждым днем. До нельзя переполнены обширные залы музеев революции, литература по истории ВКП берется нарасхват, во всех вузах, советских трудовых школах и других учебных заведениях усердно изучают наше героическое революционное прошлое…
Тот, кто изучил историю революционного движения,—тот лучше, глубже сумеет разобраться в происходящих мировых событиях. А убедительный пример продолжавшейся десятки лет героической борьбы рабочего класса против самодержавия и капитала дает новые силы рабочему нашей эпохи, новые силы для окончательной победы над мировым капиталом. Вот почему изучению истории ВКП придается теперь такое огромное значение.
Октябрьская революция будет долгие годы привлекать к себе внимание историков. Сейчас она является политическим знаменем, имеет своих горячих, преданнейших защитников и борцов. Все, что касается Октябрьской революции, представляет огромный интерес, а между тем, среди большого количества книг, посвященных ей, почти нет ни одной, где бы давался связный и последовательный очерк событий.
Еще хуже обстоит дело с документами, материалами по истории Октября. Они частью хранятся еще в архивах, рассеяны среди забытых газет и журналов, частью (напечатанные) не систематизированы и недоступны для широких масс, непосредственных участников и творцов Октября.
Великая Октябрьская социалистическая революция положила начало новой эпохе в мировой истории — эпохе крушения, гибели капитализма и утверждения, победы социализма. Указывая на всемирно-историческое значение Октября, Владимир Ильич Ленин в 1918 г. писал: «Мы имеем право гордиться и считать себя счастливыми тем, что нам довелось первыми свалить в одном уголке земного шара того дикого зверя, капитализм, который залил землю кровью, довел человечество до голода и одичания, и который погибнет неминуемо и скоро, как бы чудовищно зверски ни были проявления его предсмертного неистовства».
Статья посвящена проблеме изучения повседневности крестьянского населения северо-востока РСФСР в первые годы социалистического строительства. Данная предметная область недостаточно разработана и вызывает сегодня большой интерес у историков. В статье публикуется отчет, подготовленный студентами Ленинградского отделения Коммунистического университета национальных меньшинств Запада, о результатах их практической работы в сельской местности в начале 1925 г. Документ является частью комплекса отчетной документации студентов ЛО КУНМЗ, хранящегося в соответствующем фонде Российского государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ). Отчеты о производственной практике студентов коммунистических университетов почти не известны историкам, их данные не отражены в публикациях. Актуальность статьи определяется потребностью в расширении базы источников, привлекаемых для исследования обыденной жизни российских крестьян в первое послереволюционное десятилетие. Новизна работы заключается в том, что в научный оборот вводится высоко информативный источник, прежде не использованный в трудах, посвященных истории раннего советского периода. В статье дана общая характеристика эвристического потенциала студенческих отчетов и обоснованы перспективы их дальнейшей аналитической разработки. Показаны основные пласты информации, содержащейся в приведенном источнике, намечены пути его включения в практику научных исследований. Публикация призвана расширить представления научного сообщества о документальной обеспеченности современных исследований периода НЭП и культурной революции в СССР. В частности, рассматриваемый материал предоставляет широкие познавательные возможности для решения ряда исследовательских задач в рамках изучения повседневности советского крестьянства северо-западного региона РСФСР и реконструкции его жизненного мира в доиндустриальную эпоху. Помимо этого, представленный документ проливает свет на деятельность советских активистов, направлявшихся партийными и государственными структурами на политическую и просветительскую работу в деревне. Деятельность в этой области студентов коммунистических вузов в 1920-е гг. изучена мало. Публикуемый документ позволяет составить общее представление о возможностях привлечения данной категории источников для решения указанной проблемы в будущем.
Статья посвящена анализу социально-политического портрета крестьянина-активиста поколения «революционного перелома» в конце 1920-х годов. Показано, что представители данного поколения играли ключевую роль в сельских партийных ячейках и общественных организациях. Автором изучались личные данные членов партии, кандидатов в члены ВКП(б) и участников групп бедноты. Составление баз данных помогло установить происхождение, социальный статус, экономическое положение крестьян-активистов. Анализ занятий сельчан с 16-летнего возраста позволил реконструировать типичный жизненный путь активиста. Источниками для данной работы стали анкеты вступающих в партию и членов сельских ячеек ВКП(б), а также участников конференций бедноты. При рассмотрении социально-политических взглядов крестьян использовались стенограммы окружных и районных конференций бедноты и документы партийных организаций. Большая часть источников впервые вводится в научный оборот. Автор приходит к выводу, что основная масса активистов начинала свой жизненный путь, работая по найму. Работа в городе, участие в войнах являлись факторами радикализации взглядов сельчан. Установлено, что большинство партийцев и желающих ими стать имели неэффективное хозяйство. Вследствие этого крестьяне стремились получить оплачиваемую бюрократическую должность. Сделан вывод о том, что активисты, организовав свое хозяйство после Гражданской воины, к концу 1920-х годов в силу ряда факторов теряют интерес к земледелию. При этом беднота выражала недовольство бюрократизмом советской системы и недостаточной помощью от государства. Значительная часть политически активных крестьян выступала против разжигания классовой борьбы в деревне и хлебозаготовок.
Статья посвящена рассмотрению некоторых аспектов обеспечения продовольственной безопасности в Псковской губернии на рубеже XIX-XX вв. Именно на данном этапе, неурожаи и голод 1891-1892 гг., стали серьезнейшим вызовом, особенно рельефно проявившим несовершенство действовавших механизмов продовольственной безопасности и недостатки правительственных мероприятий в сфере обеспечения населения провиантом. Основное внимание уделено рассмотрению эволюции системы запасных хлебных магазинов в Псковской губернии, и взаимодействию правительства и населения в данном вопросе. Можно сделать вывод о том, что с течением времени крестьянство все более предпочитало денежный сбор в продовольственный капитал засыпке зерна в магазины. Источники неоднократно свидетельствуют о неоднозначном отношении крестьянства к хлебозапасным магазинам. В конце XIX - начале XX вв. отчетливо прослеживается процесс сокращения количества запасных хлебных магазинов в Псковской губернии.
Статья посвящена такой проблеме развития общества Российской империи начала ХХ в., как протестные настроения русских крестьян. Будучи большинством населения России, крестьянство объективно влияло на путь развития страны. Протестные настроения крестьян, безусловно, были одними из важных элементов, повлиявших на деструктивные процессы в Российской империи. В статье обращается внимание на мотивацию крестьянского протеста и ставится вопрос об исторической ответственности крестьянства за катастрофу 1917 года.
В статье затрагивается проблема развития агротехнического уровня крестьянского земледелия во второй половине XIX - начале XX вв. На основе статистических источников исследован процесс внедрения отдельных новаций: развитие системы земледелия и распространение новых севооборотов, внедрение сельскохозяйственного инвентаря и техники. Особое внимание уделено анализу факторов, оказывавших влияние на сохранение крестьянских представлений о ведении сельского хозяйства, и проблем, препятствовавших процессу его модернизации. Трансформация патриархального хозяйственного уклада, протекавшая в пореформенную эпоху, неизбежно коснулась и Псковской губернии. Данный процесс протекал неравномерно территориально (с сохранением более архаичных форм хозяйствования в отдельных уездах), а темпы аграрной модернизации в целом были невысокими. Источники неоднократно демонстрируют консерватизм крестьянского сословия и в начале XX в., однако, прежде всего на интенсивность развития крестьянского хозяйства влияли местные природно-климатические условия хозяйствования и низкий уровень достатка основной массы сельского населения.
В процессе реализации реформы 1861 г. в ряде уездов северных губерний региональные власти столкнулись с затруднениями, вызванными малым количеством помещичьих владений, которые не только были разбросаны по их территории на значительном расстоянии, но и являлись мелкопоместными. С целью отражения общей картины расселения крепостного населения на Европейском Севере России автор обратился к анализу количественного состава числившихся накануне отмены крепостного права в Архангельской, Вологодской и Олонецкой губерниях категорий крепостных и особенностей их расселения. Исследование основано на статистических данных, содержавшихся в опубликованном труде А. Тройницкого, а также в делопроизводственной документации Министерства внутренних дел, Вологодского и Олонецкого губернаторов. В основе этих материалов лежали результаты проведенной в 1858 г. X народной переписи (ревизии). В результате было установлено проживание здесь пяти групп крепостного населения, среди которых существенно преобладали помещичьи крестьяне и дворовые люди. Выявлено, что основная концентрация крепостных наблюдалась в Вологодской губернии, в то время как в Архангельской они практически отсутствовали. Наивысший их процент был сосредоточен в трех юго-западных уездах Вологодской и двух южных уездах Олонецкой губерний. Оставшаяся часть была разбросана по шести уездам первого и четырем уездам второго регионов.