Палеонтологический определитель Всеволода Юрьевича Черкесова дает общие указания для определения важнейших групп беспозвоночных ископаемых организмов и таблицы для определения наиболее распространенных родов их.
Главное внимание уделено ископаемым организмам, встречаемым на территории СССР.
Книга рекомендуется в качестве справочного материала для предварительного определения не специалистом-полеонтологом родового состава фаун при работе в поле; может быть использована студентами геологических специальностей.
Книга содержит сокращенный перевод дневников секретаря римского сената Инфессуры и церемониймейстера папского двора Бурхарда, описывающих современные им события в Папской области.
Книга дает много материала для характеристики пап, папской политики и политической жизни XV века и начала XVI века.
Книга Валентина Парнаха не представляет собой полного сборника испанской и португальской поэзии, созданной жертвами инквизиции, так же как вводная статья составителя не дает сколько-нибудь исчерпывающего анализа ни эпохи инквизиции, ни ее социальной природы и политической роли.
Но эта книга впервые знакомит русского читателя с рядом поэтов, ему до сих пор совершенно неизвестных и чья поэзия и биография отразили один из самых трагических моментов в борьбе средневекового варварства против освободительных попыток человеческого ума. Поэты-евреи, пользовавшиеся испанским и португальским языком для того, чтобы рассказать о мучениях, которым подвергала их христианинейшая инквизиция, или чтобы выразить протест против нее, не вошли в большую литературу, в ту литературу, о которой повествуется в учебниках словесности и в профессорских обзорах.
VIII Всероссийская партийная конференция в истории нашей партии, в истории ее борьбы за укрепление диктатуры пролетариата, за строительство социализма периода гражданской войны занимает значительное место.
Конференция происходила в обстановке огромных успехов на фронтах гражданской войны и наметившейся временной передышки, сорванной наступлением белополяков и Брангеля.
М. Н. Покровский дал нам целую серию ценнейших публикаций по истории международных отношений. Под его руководством было начато монументальное издание «Международные отношения».
В ряде мастерских написанных статей он ввел этот новый исторический материал в широкий научный оборот.
Большинство статей М. Н. Покровского относится к периоду до 1925 г. Это в значительной мере определило их тематику. Часть статей была написана еще в годы войны. На ряде статей сказалось содержание тех источников, которыми располагал М. Н. Покровский. В те годы историк был ограничен документами царских архивов, разоблачавшими главным образом роль царской России и антановского империализма в подготовке войны.
Вся деятельность Маркса в Первом Интернационале была подчинена задаче подготовки пролетарской революции. Маркс строил Интернационал как международную партию рабочего класса, призванную организовать пролетариат и поднять его от «партизанских схваток» с капиталом к революционной войне по всему фронту, войне за низвержение буржуазии, за установление пролетарской диктатуры, за уничтожение классов.
Маркс и Энгельс полагали, что на долю Первого Интернационала выпадет и собирание сил рабочего класса, и непосредственное руководство пролетариатом в предстоящих революционных боях за власть. «Когда наступит революция, которая, быть может, ближе, чем это кажется, — писал Маркс Энгельсу в 1867 году, — то в наших руках, т. е. у тебя и у меня, будет эта могучая машина». Местонахождение в Лондоне Генерального совета — главного рычага этой машины — Маркс мотивировал в первую очередь тем, что именно в Лондоне руководство Интернационала в решающий момент окажется в центре международной пролетарской революции.
Автор на сбогатом конкретном материале рисует процесс загнивания и паразитизма в германской промышленности. Главное место в монографии занимает анализ процесса концентрации и консолидации в послевоенной германской промышленности, а также наиболее яркие явления загнивания и общего кризиса германского капитализма.
Автор уделяет особое место анализу проблемы хронической недогрузки, безработицы, замедления темпов прироста производительных сил, анализу сдвигов в структуре издержек производства и т. д.
Проблема будущей войны является актуальнейшим вопросом, не сходящим со страниц заграничной военной печати. Немало объемистых трудов и журнальных статей посвящено этой проблеме.
Немало „маститых“ авторов, крупных военных авторитетов пытались и пытаются приподнять завесу будущего и начертать общие контуры будущей войны, пытаются найти новые формы этой войны, формы наиболее „рентабельные“ и быстро действующие, гарантирующие свой собственный тыл от опасности революционного взрыва.
IX съезд нашей партии занимает значительное место в истории нашего прошлого, и его решения имеют большое международное значение.
IX съезд партии (29 марта—5 апреля 1920 г.) происходил в период новой передышки, завоеванной Страной Советов в результате громадной победы над международным империализмом и решающего военного разгрома внутренней контрреволюции. Это был очень непродолжительный период, когда союзнический империализм начал сменять свою безуспешную интервенционистскую тактику «торговой» ориентацией.
Курс на интервенцию был все же скоро после этого вновь взят империализмом, главным образом со стороны Франции. Нападение белой Польши, охарактеризованное Лениным как «обломки старого плана империалистов», и явилось в руках последних новой, очередной, крупной попыткой военного разгрома ненавистной им пролетарской диктатуры. Но это уже было после съезда.
Дильс, конечно, не собиратель анекдотов из античной жизни. Все, о чем он говорит, основано на источниках, критически проверенных и в большинстве случаев реально существовавших в прошлом.
И все-таки никакого представления об античной технике, о той технической базе, на которой стояло в течение сотен лет рабовладельческое общество Средиземноморья, книга Дильса не дает. Действительно, о чем он пишет? О „паровой машине“, об алхимии, о зажигательных снарядах, о „телеграфии“, о часах, о военных машинах Архимеда и т. д.
Все это, конечно, существовало в исторической действительности, но разве эти курьезности характерны для античности, разве они говорят нам об истинном уровне античной техники?
Ведь сам же Дильс, как мы только что видели, утверждает, что античная „техника, запертая в узком круге любителей, начинает, как у нас в XVII и XVIII вв., тянуться к игре и игрушке“. Зачем же он пишет об этих игрушках и, главное, зачем он выдает игрушки за подлинную античную технику?