Актуальность темы обусловлена дискуссионностью проблемы объекта правоотношения, которая изучалась в середине ХХ в. советскими правоведами. Целью данной работы является раскрытие различных взглядов на эту проблему, а задачей - показать многогранность и неопределенность понятия «объект правоотношения». В трудах юристов под объектом правоотношения понимаются материальные и нематериальные блага, субъективное право и поведение, направленное на достижение определенного результата. Автор приходит к выводу о том, что до настоящего времени единое мнение по данной проблеме не сложилось и характеристика общего объекта правоотношения с помощью разнородных по своему содержанию категорий не является идеальным решением данной юридической проблемы. Одно из решений этой проблемы связано с новым взглядом на структуру правоотношения.
В статье рассматривается уголовное законодательство стран-участниц ЕАЭС в части определения понятия преступления. Уголовно-правовая категория «преступление» является центральной категорией для абсолютного большинства юрисдикций. Однако наблюдается изменение подхода к категоризации в Республике Казахстан: появление новой «надкатегории» по отношению к преступлению - «уголовное правонарушение». В статье используются аксиологический и логический методы, что позволяет значительно расширить предмет исследования. Однако в силу специфики исследования в качестве основного используется сравнительный метод. Проводится анализ понятия и признаков преступления, содержащихся в уголовном законодательстве стран-участниц ЕАЭС, которые имеют практически идентичное содержание. Отдельно обсуждаются понятия преступления и уголовного проступка в уголовном законодательстве Республики Казахстан, а также способы и проблемы их разграничения. Автор приходит к выводу о том, что введение в УК РК уголовного проступка и образование в связи с этим надкатегории «уголовное правонарушение» вызывает проблемы, связанные с разграничением преступлений, уголовных проступков и административных правонарушений, а также с подменой понятий «преступление» и «уголовное правонарушение».
В статье развивается одно из концептуальных положений, сформулированных выдающимся юристом С. С. Алексеевым: «Борьба за право - социальная сверхзадача, дело всех и каждого», - как наиболее действенный и эффективный способ совершенствования права и нормализации общественной жизни на его основе. В целях дальнейшего развития основ теории борьбы за право для научного обсуждения предлагается соответствующий научный инструментарий. В частности, определены критерии правового содержания, цель, задачи, уровни, способы, механизмы и формы борьбы за содержание права.
В период методологического плюрализма исследователи, иные лица получили возможность изучать правовые явления с различных сторон, на основе различных концепций и подходов, которые нередко обосновываются полярно противоположными аргументами. Такое положение влияет и на учебную литературу. Между тем необходим анализ базовых концепций методологического характера, которые позволят сохранить уровень научного исследования в государственно-правовой действительности и преемственность традиции отечественного правоведения. Творческое наследие С. С. Алексеева может быть надежным ориентиром в указанной деятельности.
Настоящая статья посвящена современным проблемам правового регулирования. В отечественной правой науке предпринимаются попытки существенно пересмотреть подходы не только к относительно самостоятельной проблеме, а именно к правовому регулированию, но и к роли права вообще. Конечно, технологии существенно влияют на правовую среду, которая все более приобретает цифровые очертания. Вместе с тем общие принципы и взгляды в основе своей продолжают оставаться прежними. В связи с этим обозначилась проблема совместимости традиционных подходов к правовому регулированию и необходимости внесения корректировок в устоявшиеся теоретические и практические установки, по возможности сохраняя те положения, которые могут считаться в некоторой степени фундаментальными.
Статья посвящена анализу содержания монографии В.В.Лапаевой «Право в эпоху генетической революции (прогресс геномики человека с позиций правового подхода)». Даётся общая характеристика работы и раскрывается содержание таких её направлений, как защита прав пациентов-испытуемых и доноров биологического материала, стимулирование национального научно-технологического развития, а также предотвращение угроз вследствие неконтролируемого применения технологий редактирования генома человека. Особое внимание уделено освещению в монографии проблем законодательной политики России в области исследований генома человека и обоснованию автором тезиса о том, что создание благоприятных правовых условий для развития исследований в сфере генома человека невозможно в отрыве от правового обеспечения развития российской науки в целом.Статья посвящена анализу содержания монографии В.В.Лапаевой «Право в эпоху генетической революции (прогресс геномики человека с позиций правового подхода)». Даётся общая характеристика работы и раскрывается содержание таких её направлений, как защита прав пациентов-испытуемых и доноров биологического материала, стимулирование национального научно-технологического развития, а также предотвращение угроз вследствие неконтролируемого применения технологий редактирования генома человека. Особое внимание уделено освещению в монографии проблем законодательной политики России в области исследований генома человека и обоснованию автором тезиса о том, что создание благоприятных правовых условий для развития исследований в сфере генома человека невозможно в отрыве от правового обеспечения развития российской науки в целом.
В учебном пособии проанализирована и обобщена почти столетняя история становления и развития международного воздушного права, определяются его понятие, предмет и функции, система, источники, институты, принципы, характеризуется режим международных полетов и международных воздушных сообщений, освещаются вопросы коммерческой деятельности авиапредприятий, борьбы с угоном и захватом самолетов, функции и компетенция специализированного учреждения ООН – ИКАО, впервые изложено содержание 18 Приложений к Чикагской конвенции, дан анализ форм и методов либерализации современных международных воздушных сообщений. Последняя монография по этим вопросам издавалась 25 лет назад.
В пособии приведены основные документы международного воздушного права, важные для изучения практики регулирования регулярных и нерегулярных международных воздушных сообщений. Пособие предназначается для преподавания международного воздушного права в рамках общего курса «международное право» в вузах, включая специальные учебные заведения гражданской авиации, рекомендуется специалистам авиатранспортной отрасли в качестве практического пособия, а также студентам и аспирантам, изучающим международное право.
Считается, что студенты, занимающиеся правоохранительной деятельностью, в большей склонны к догматической методологии, нежели студенты на гражданско-правовых специальностях. Это объясняют тем, что карьера в правоохранительных органах привлекает людей, являющихся авторитарными или догматичными. Статья направлена на то, чтобы поставить под сомнение роль уголовного правосудия и уголовного права в структурировании догматизма как доминирующей структуры мышления правоохранителей. Не только карательное правосудие и криминология обусловлены догматическим мышлением. Даже естественное право вынуждено конструировать нормативную систему, что является единственным средством консолидации как карательной логики, так и юснатурализма. Вдобавок следует отметить, что в условиях императивов управляемости общества, догматизм востребован в пенитенциарном поле, а также в более широком юридическом поле. Гражданские суды, административное право, налоговое право, военное право - все эти подсистемы зависят от консенсусного догматизма чтобы быть эффективными, ибо право в своей антропологической феноменологии сделано людьми. Существует что-то деонтически важное в участии науки в праве. Это то, что наша наука и технологии встроены в механизм инноваций индустриального общества, в то время как право остается одним из архаичных инструментов, родившемся в клиодинамике мифа, морали и религии. Догматизм выступает эпистемической перспективой, с помощью которой право представляется в максимально чистом виде, раскрывается его возможность выражать деонтическую истину. Герменевтический подход к праву без учета базовой деонтологии - это работа с конкретными случаями, а не с тем, что есть суть права.
В представленной статье автор исследует историческую значимость и сложность правовых обычаев в формировании правовых систем. Проанализирована эволюция обычаев от первичных источников права в древних обществах до их современного статуса, где их роль, хотя и важна, но испытывает определенные ограничения. В работе особо выделено понимание и применение термина «обычай» в контексте современного гражданского законодательства Российской Федерации с акцентом на изменения, произошедшие после законодательной реформы 2012 г. В исследовании рассматриваются различные сферы применения обычаев. Отдельное внимание уделено анализу роли и места международного торгового обычая в гражданско-правовых отношениях в Российской Федерации. Опираясь на мнения ученых-специалистов и подробно рассматривая судебную практику Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате РФ, автор приходит к выводу, что международный торговый обычай является источником права, а также подпадает под понятие «обычай» в рамках ст. 5 ГК РФ. Исследование подчеркивает устную природу обычая как источника права, не пренебрегая при этом значением неофициальных письменных форм, таких как Инкотермс и УНИДРУА, а также типовых контрактов. Особое внимание уделяется дискуссионной теме взаимоотношений обычаев с императивными и диспозитивными нормами законодательства, а также их месту в структуре ГК РФ. Автор выделяет проблему недостаточной законодательной регламентации обычаев и призывает к их дальнейшему исследованию и систематизации как критически важного элемента правовой системы.
В статье с точки зрения марксистко-ленинской идеологии исследуются положения первой Конституции СССР, утвержденной в окончательной редакции 31 января 1924 г. Автор делает вывод, что основной закон сумел найти необходимый баланс между централизацией, республиканской автономией, а также принципами социалистического федерализма. Многие положения документа можно именовать идеологическими. С одной же стороны, законодатель первых советских лет обвиняет лагерь капиталистических стран в национальной вражде или колониальном рабстве, шовинизме или империалистических зверствах. С другой стороны, на интернациональную по свой классовой природе советскую власть предполагалось возложить высокую миссию сплочения братских народов и восстановления народного хозяйства силами единой социалистической семьи под знаменем пролетарской диктатуры. Государство ставило своей целью объединить трудящихся различных политических и экономических систем всего земного шара под эгидой мировых социалистических Советов. Многочисленные же научные публикации видных большевиков по проблематике национального вопроса, основанные на фундаментальных трудах К. Маркса, Ф. Энгельса, К. Каутского, выступили теоретическим базисом декларативных положений первой Конституции СССР. Опираясь на протокольные документы ЦК РКП(б), автор отмечает немалую роль личного администраторского увлечения И. В. Сталина в развитии историко-правовых событий. Тем не менее генеральный секретарь партии не смел пойти против принципов демократического централизма или интернационала, поддержанных В. И. Лениным. Развитию терминологии нации и преимуществам различных путей добровольного объединения народов, сравнению моделей культурно-национальной или областной автономизаций в работах большевиков отведена довольно большая роль.