Статья: НЕКОТОРЫЕ ОСОБЕННОСТИ РАЗГРАНИЧЕНИЯ СОУЧАСТИЯ И ПОСРЕДСТВЕННОГО ПРИЧИНЕНИЯ ВРЕДА В ЦИФРОВОЙ СРЕДЕ (2026)

В статье исследуется феномен «международно-правовой политики» применительно к Ближневосточному региону. В современной науке данное понятие традиционно использовалось для характеристики внешнеправовой стратегии отдельного государства, тогда как его региональное измерение остаётся недостаточно разработанным. Автор предлагает определение международно-правовой политики региона как совокупности стратегических подходов и правовых норм, отражающих отношение группы государств к международному праву, их участие в его формировании и применении, а также совместную деятельность по продвижению коллективных или индивидуальных интересов. На примере Ближнего Востока выявлены и систематизированы ключевые факторы, определяющие региональную международно-правовую политику: национальные интересы, внутреннее устройство государств, уровень экономического развития, конфликтогенность, общность исторического пути, национальные и культурные особенности (включая исламский фактор), а также влияние внерегиональных субъектов. Показано, что при наличии общего религиозно-правового базиса страны региона демонстрируют низкую степень координации, различаются в подходах к ключевым конфликтам и сохраняют настороженное отношение к универсальным международно-правовым механизмам.

Научная новизна состоит в комплексном анализе факторов, формирующих международно-правовую политику региона, и в уточнении самого понятия применительно к группе государств.

Результаты могут быть использованы в исследованиях по международному праву, регионоведению и при разработке внешнеполитических стратегий.

Статья посвящена комплексному анализу решения Международного Суда ООН по делу «Военная и полувоенная деятельность в Никарагуа и против Никарагуа» (Никарагуа против США) 1986 года в контексте его 40-летнего юбилея. В работе рассматриваются процессуальные аспекты дела, включая первое в истории Суда применение Статьи 53 Статута в условиях «исчезновения» ответчика, и материально-правовые выводы: конкретизация принципов невмешательства и запрета применения силы, установление критериев вооруженного нападения и права на самооборону. Особое внимание уделяется доктринальной полемике, сложившейся вокруг данного решения.

Статья посвящена анализу процесса криминализации экоцида и перспективам признания его пятым международным преступлением. Рассматривается эволюция запретов на причинение ущерба окружающей среде в ходе вооруженных конфликтов - от Гаагских конвенций 1907 года до Римского статута 1998 года. Особое внимание уделяется инициативам фонда «Стоп экоцид» (Stop Ecocide) и разработанному Проекту определения экоцида 2021 года. Центральное место занимает анализ принятой 4 декабря 2025 года Политики по противодействию ущербу окружающей среде в рамках Римского статута, представленной Офисом Прокурора Международного уголовного суда, которая, не признавая экоцид новым преступлением, позволяет квалифицировать экологический вред в рамках четырех существующих составов, распространяя юрисдикцию на мирное время и внутренние конфликты государств.

Делается вывод, что вопрос о признании экоцида пятым преступлением остается открытым из-за политических разногласий, и его решение в обозримой перспективе маловероятно.

В статье анализируется конвергенция трех ключевых правовых режимов - защиты прав человека, охраны интеллектуальной собственности и экологического регулирования - в контексте центральной роли права на здоровье. На основе комплексного исследования международно-правовых норм, судебной практики и доктринальных подходов обосновывается устойчивая трехуровневая иерархия норм. На первом уровне право на здоровье выступает как фундаментальное условие реализации всех иных прав человека, что подтверждается его закреплением в универсальных договорах и решениями международных и национальных судов. На втором уровне раскрывается его неразрывная связь с состоянием окружающей среды, усиленная признанием права на здоровую окружающую среду и интеграцией экологических целей в глобальную повестку. На третьем уровне охрана интеллектуальной собственности рассматривается не как самоцель, а как инструмент, подчиненный целям общественного благосостояния, что создает правовые предпосылки для применение гибких механизмов Соглашения по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (далее - ТРИПС) при угрозе доступа к жизненно важным лекарствам.

В заключение аргументируется, что современное международное право движется от фрагментации к интегрированной системе, где право на здоровье служит не только объектом защиты, но и методологическим критерием гармонизации, обеспечивая баланс между инновациями, устойчивым развитием и социальной справедливостью.

Статья фиксирует структурную трансформацию современного международного права под воздействием глобализации, технологических сдвигов и экологической взаимозависимости, вследствие чего вестфальские представления о суверенитете и невмешательстве испытывают устойчивое давление, а нормативный массив смещается от координации к элементам субординации через расширение императивных норм и обязательств перед международным сообществом. Показана диверсификация акторов нормообразования и ускорение формирования обычных правил, когда признание юридической обязательности нередко складывается быстрее, чем единообразная практика, что обостряет проблему согласия государства и легитимности новых регуляторных механизмов. Фрагментация права описана как ответ на усложнение предмета регулирования и пролиферацию специализированных юрисдикций, порождающих коллизии и конкуренцию режимов. На отраслевых примерах раскрыты кризис торгового правосудия и рост ссылок на безопасность, ревизия инвестиционного арбитража, конфликты экстерриториальных санкций и «блокирующих» мер, гибридизация климатического режима, трудности атрибуции кибератак, коммерциализация космоса, напряжение между универсализмом прав человека и конституционными оговорками, адаптация гуманитарного права к асимметричным конфликтам, усиление «мягкого права», пробелы защиты климатически перемещенных лиц, ограничения санитарных правил, эрозия иммунитетов и морско-правовые риски вследствие повышения уровня моря, а также дефицит универсальности международного уголовного правосудия.

В статье исследуется процесс формирования регуляторной среды Европейского союза в условиях цифровой трансформации экономических систем. Анализируется комплекс законодательных актов ЕС (GDPR, AI Act, DSA, DMA, Data Act и др.), образующих экосистему регулирования сквозных цифровых технологий: искусственного интеллекта, технологий распределенного реестра, интернета вещей, больших данных и облачных вычислений. Особое внимание уделяется проблеме когерентности нормативного массива, а также поиску баланса между инновационным развитием и защитой фундаментальных прав граждан. На основе формально-юридического и сравнительно-правового методов автор раскрывает ключевые правовые вызовы, включая экстерриториальное действие норм ЕС («брюссельский эффект»), разграничение компетенций надзорных органов и отраслевую специфику применения технологий. Отдельно рассматривается конкуренция европейской ценностно-ориентированной модели с американским и китайским подходами к цифровому регулированию.

Делается вывод о масштабном нормотворческом эксперименте ЕС, результаты которого определят глобальные стандарты цифрового правопорядка.

Настоящая статья посвящена выявлению и анализу взаимосвязи между международным инвестиционным правом (МИП) и международным правом прав человека (МППЧ) через призму их исторических истоков, правовой природы и потенциального взаимодействия. Несмотря на традиционное представление об их автономности и различии нормативных целей, оба режима восходят к общему основанию: нормам общего международного права, в частности, к дипломатической защите и международному минимальному стандарту обращения с иностранцами. Исследование показывает, что формирование МИП и МППЧ на протяжении долгого времени происходило не изолированно, а в рамках единой эволюции международного регулирования отношений между государством и частным лицом. Особое внимание уделено концептуальным точкам соприкосновения: праву собственности, принципу надлежащей правовой процедуры, доступу к международным механизмам защиты. Кроме того, рассматриваются современные механизмы сближения двух режимов: включение прав человека в тексты инвестиционных соглашений, использование встречных исков государств против инвесторов и признание due diligence как обязанности инвестора.

Делается вывод о потенциале согласованного сосуществования и комплементарности этих отраслей.

В статье исследуется роль Конституционного Суда Российской Федерации в формировании правовых позиций, направленных на защиту прав лиц, фактически вовлечённых в уголовное судопроизводство, но не наделённых определённым процессуальным статусом в системе УПК РФ. На основе анализа ключевых постановлений и определений Конституционного Суда РФ (от 27.06.2000 № 11-П, от 13.05.2021 № 18-П, от 17.06.2021 № 29-П, от 01.10.2024 № 42-П, от 17.12.2025 № 46-П) выявлены основные доктринальные подходы, которыми руководствуется Конституционный Суд РФ при разрешении вопросов о правах указанных лиц. Показано, что Конституционный Суд РФ последовательно формирует доктрину приоритета фактического положения лица над его процессуальным статусом.

Сделан вывод о необходимости системного законодательного решения, которое бы закрепило минимальный набор прав для лиц с неопределённым процессуальным статусом, что позволит уменьшить объём обращений в Конституционный Суд РФ и обеспечить единообразие правоприменения.

Статья посвящена анализу феномена юридификации пенитенциарных систем зарубежных стран, как глобального ответа на кризис в сфере исполнения наказаний. В представленном материале рассматривается трансформация управления исправительными учреждениями, обусловленная усилением правового регулирования, внедрением международных стандартов (в частности, Правил Нельсона Манделы) и расширением прокурорского контроля. Раскрывается двойственная природа данного процесса: с одной стороны, отмечаются позитивные сдвиги в виде формирования легальных каналов коммуникации, повышения прозрачности и снижения уровня жестокого обращения; с другой – выявляются глубинные противоречия, включая бюрократизацию правосудия, дуализм формальной и неформальной систем регуляции, а также риски имитации законности. На основе анализа мирового опыта (стран Европы, США, ЮАР, Ганы) и итогов десятилетия Правил Нельсона Манделы (2025) выделены системные проблемы, ограничивающие эффективность юридификации.

В заключении обосновываются перспективные направления дальнейшего развития: приоритет мер, не связанных с изоляцией от общества, декриминализация деяний, не представляющих серьезной общественной опасности, а также переход от формальной юридификации к реальной легитимации пенитенциарных процедур.

В статье рассматривается эволюция криминологических подходов к объяснению феномена глобального снижения преступности (crime drop), наблюдавшегося в странах с высоким и средним уровнем дохода с 1990-х по 2010-е годы. Анализируются основные «объяснительные модели», включая институциональные нарративы (стратегии «разбитых окон», массовая инкарцерация), «европейскую модель», подчеркивающую региональные вариации, а также экономические, демографические и биосоциальные теории. Особое внимание уделяется кризису традиционных моделей с середины 2010-х годов, обусловленному фрагментацией глобального тренда, «эрозией доверия» к правоохранительным институтам и фундаментальной трансформацией преступности. Уделяется внимание тому, как эти научные дискуссии влияли на уголовно-исполнительную политику, формируя подходы к конгломерату осужденных, реабилитации и оценке эффективности мер. Исследование демонстрирует, что понимание причин снижения преступности не только является академическим вопросом, но и непосредственно определяет стратегические и оперативные решения в системе исполнения наказаний.

В заключении делается вывод о том, что в настоящем созрела необходимость пересмотра методологии измерения и адаптации объяснительных моделей к реалиям гибридного общества, где преступность не исчезает, но трансформируется в более технологичные и латентные формы.

В представленном материале исследуется институт обязательных минимальных наказаний (mandatory minimums) в федеральной уголовной системе США как феномен, демонстрирующий фундаментальные противоречия между законодательным регулированием и пределами судейского усмотрения. Анализируется механизм смещения дискреционной власти от судебной ветви к исполнительной, при котором прокурор через выбор квалификации обвинения фактически устанавливает нижнюю границу наказания помимо эффективного судебного контроля. Выявляются системные дисфункции данного института: деиндивидуализация правосудия и «эрозия» принципа соразмерности наказания, роль обязательных минимумов как основы массовой инкарцерации. Критическому анализу подвергаются основные аргументы сторонников сохранения этих норм, включая тезисы о единообразии правосудия, предсказуемости наказания и процессуальной экономии. На основе сравнительно-правового анализа делается вывод о том, что описанные дисфункции не являются неизбежным свойством обязательных минимумов как таковых, но обусловлены их взаимодействием с институтом сделок о признании вины. Обосновывается положение, что неэффективный характер реформ, не устраняющих коренную причину проблемы – передачу дискреционной власти по назначению наказания от суда к прокуратуре, – сохраняет системную несправедливость, требующую либо отказа от форм обязательных минимумов, либо реформы института соглашений о признании вины в США.

Данное исследование предоставило нам возможность понять эволюцию уголовного права, в частности, оценить судебные решения, принятые после того, как стало очевидно, что преступники в Западной Африке, особенно в Кот-д’Ивуаре, используют интернет для достижения своих целей в отношении таких преступлений, как кража, кража личных данных и отмывание денег.

Цель данной работы - проиллюстрировать и критически оценить, как система уголовного правосудия в Кот-д’Ивуаре решает проблемы, связанные с новыми технологиями, и предложить нашу точку зрения на то, как она могла бы улучшить борьбу с киберпреступностью.

Основной вывод этого исследования заключается в том, что африканским странам по-прежнему необходимо прилагать значительные усилия, поскольку из-за новых технологий преступления приобретают международный характер, что часто усложняет их преследование. Однако, основываясь на наблюдениях за современным ивуарийским обществом, авторы предлагают усилить мониторинг этого вопроса и улучшить уголовное законодательство в отношении всех преступлений, которые могут быть совершены с использованием новых информационных и коммуникационных технологий.

Возникшая в российской юриспруденции законодательная инициатива и тенденция к профессиональному судебному представительству требуют нового, прогрессивного решения о повышении профессиональных знаний адвокатов и включении в перечень образовательных вебинаров и лекций, проводимых Федеральной палатой адвокатов и адвокатскими палатами субъектов, тем, затрагивающих противодействие коррупции среди адвокатов. Проведенный анализ выявил, что рост количества адвокатов и отсутствие методики противодействия совершению преступлений внутри сообщества привели к многократному ежегодному повышению числа коррупционных преступлений. Предметом исследования является противодействие коррупционным преступлениям в адвокатском сообществе.

Для успешного исследования поставлена цель: создание новой системы предотвращения и профилактики коррупционных проявлений среди адвокатов. Эта цель достигается через совокупность задач, заключающуюся в анализе количества совершенных адвокатами преступлений и их видов, а также анализе внутрикорпоративных актов сообщества и предложений по их совершенствованию. В ходе исследования применен системный метод, заключающийся в выявлении взаимосвязей, способствующих совершению коррупционных преступлений; статистический метод - для анализа количества совершенных преступлений и их видов; теоретический метод анализа помог разложить структуру адвокатского корпоративного законодательства и нормативно-правовых актов на части и выявить их недостатки. Фактическое отсутствие исследований по данной тематике подтверждает новизну материала, придавая работе статус вектора для государства и адвокатуры при создании профилактических мер противодействия преступлениям.

Сделанные в ходе исследования выводы и правотворческие инициативы могут лечь в основу системы профессиональной подготовки адвокатов, стажеров и иных работников адвокатских образований, что подтверждает практическую значимость исследования.

В статье рассматривается содержание ключевых понятий, используемых в уголовном законодательстве Российской Федерации в сфере охраны информационной безопасности. Анализируются такие категории, как «информация», «компьютерная информация», «информационно-телекоммуникационные сети», «защита информации», «неправомерный доступ» и иные, образующие понятийный аппарат соответствующих составов преступлений. Выявляются проблемы их доктринального и правоприменительного толкования, вызванные динамичным развитием информационных технологий, недостаточной законодательной конкретизацией и межотраслевым характером терминологии. В статье сформулированы предложения и рекомендации, направленные на минимизацию противоречий в понимании этих понятий для повышения эффективности уголовно-правовой охраны информационной безопасности.

В представленном материале рассматриваются ключевые аспекты прогнозирования рецидивной преступности в зарубежных пенитенциарных системах с акцентом на применение парадигмы Риск-Потребность-Восприимчивость (RNR). Проводится анализ теоретических основ модели RNR, ее эволюции и практического применения в оценке рисков рецидива и разработке индивидуальных программ реабилитации. Особое внимание уделяется методологическим вопросам оценки факторов риска, дифференциации криминогенных потребностей и адаптации программ реабилитации к индивидуальным особенностям осужденных. Представлен обзор современных зарубежных исследований, посвященных валидности и эффективности модели RNR в снижении рецидивной преступности. Отмечено, что наиболее эффективные системы прогнозирования носят комплексный, перманентный и индивидуализированный характер, выступая связующим звеном между диагностикой и управлением риском рецидива.

В заключение формулируются выводы о перспективах и ограничениях использования парадигмы RNR.

В статье рассматриваются актуальные проблемы правового обеспечения противодействия преступлениям, связанным с обращением фальсифицированных, недоброкачественных и незарегистрированных лекарственных средств, медицинских изделий и биологически активных добавок. Проводится анализ понятийного аппарата, включая разграничение терминов «фальсифицированный», «контрафактный» и «недоброкачественный» товар. Исследуются существующие нормативно-правовые акты, регулирующие оборот данной категории товаров, выявляются пробелы в законодательстве. Особое внимание уделяется классификации способов фальсификации лекарственных средств и медицинских изделий, а также механизмам противодействия их незаконному обороту. Авторы предлагают системный подход к решению проблемы, основанный на унификации терминологии и совершенствовании правовых механизмов борьбы с фальсификацией.

Статья посвящена исследованию роли и методологии судебно-баллистической экспертизы в современном уголовном судопроизводстве. В работе раскрывается значимость изучения огнестрельного оружия, боеприпасов и следов их применения как ключевого элемента раскрытия и расследования преступлений. Авторами приводятся ключевые методы судебно-баллистической экспертизы на 2026 год: органолептический, микроскопический, профилографирование, метод экспериментального отстрела, химические и физико-химические методы, математическое моделирование, использование автоматизированных систем идентификации (АБИС).

В статье на основе методологии системного анализа уголовно-правовых норм и доктринальных подходов исследуются теоретические и практические проблемы отграничения состава преступления, предусмотренного ст. 208 УК РФ, от смежных составов - бандитизма (ст. 209 УК РФ) и организации преступного сообщества (ст. 210 УК РФ). Раскрывается научная дискуссия о критериях разграничения, анализируются объективные и субъективные признаки, позволяющие дифференцировать незаконное вооруженное формирование (НВФ), банду и преступное сообщество. Особое внимание уделяется таким признакам, как цель создания, устойчивость, вооруженность, организационная структура, мотивация участников. Выявлены типичные ошибки правоприменения, обусловленные несовершенством законодательной техники и отсутствием единообразных разъяснений. Предлагаются пути совершенствования уголовного закона и методики квалификации, включая легальное определение НВФ и уточнение постановлений Пленума Верховного Суда РФ. Выводы статьи ориентированы на формирование единообразной судебной практики и обеспечение принципа справедливости.

В статье на основе комплексного анализа доктринальных источников, материалов судебной практики 2024-2026 годов и последних изменений уголовного законодательства исследуются актуальные проблемы уголовно-правовой квалификации посредничества во взяточничестве (ст. 291.1 УК РФ). Особое внимание уделяется дискуссионным вопросам отграничения посредничества от соучастия в даче и получении взятки, квалификации обещания и предложения посредничества, проблеме «мнимого посредничества», а также условиям применения специального основания освобождения от уголовной ответственности. В работе проанализированы позиции ведущих ученых-криминалистов, исследованы материалы судебной практики, включая резонансные уголовные дела последнего времени.

Обосновывается вывод о несовершенстве законодательной конструкции ч. 5 ст. 291.1 УК РФ и необходимости ее корректировки. Формулируются научно обоснованные рекомендации по совершенствованию правоприменительной практики и внесению изменений в уголовное законодательство.

В статье анализируются основные аспекты учения о наказании, которые превалировали в XIX веке. Автор указывает на существование в то время множества доктрин о наказании, анализирует ключевые позиции видных теоретиков.

Приходит к выводу, что представители научного сообщества России видели основания карательного права, которое субъективно имелось только у государства, в условиях общежития, в разумности целей его бытия, в особенностях правового порядка как принудительного уклада общежития. Освещает дискуссии советских правоведов о соотношении принуждения и воспитания в наказании, о природе уголовной кары, о роли вины и государственного порицания. Автор прослеживает тенденцию влияния социальных изменений и идеологических установок на законодательные решения и научную полемику в контексте института наказания.

В статье рассматриваются вопросы анализа криптоадресов, криптовалютных транзакций и макроанализа финансовых операций различных участников криптовалютного рынка в целях противодействия отмыванию денег и финансированию терроризма. Авторы исследуют современные способы совершения и сокрытия преступлений с использованием криптовалют. На основе общедоступных данных блокчейнов криптовалютных транзакций показана вовлеченность ряда провайдеров услуг виртуальных активов в «серые» финансовые схемы, отмывание преступных доходов, финансирование терроризма и наркобизнеса. Предложены типовые приемы выявления, раскрытия и расследования преступлений с использованием криптовалют.

Статья посвящена анализу проблем недопуска адвокатов к подзащитным в России и оценке эффективности существующих правовых механизмов защиты профессиональных прав адвокатов. Рассматриваются нормативно-правовые акты, включая Конституцию РФ, Закон об адвокатуре, Закон о прокуратуре и инструкции МВД РФ, а также судебная практика, демонстрирующая сложность и длительность судебной защиты нарушенных прав. В работе проанализированы конкретные кейсы, включая резонансные инциденты с задержанием адвокатов, а также результаты опроса 520 адвокатов из 64 субъектов РФ, выявившие системный характер ограничений доступа к подзащитным. Особое внимание уделено пробелам законодательства, включая отсутствие уголовной и административной ответственности за препятствование деятельности адвоката, а также недостаточную эффективность пропускного режима в органах исполнительной власти. На основании выявленных проблем предложены рекомендации по совершенствованию нормативно-правовой базы, обеспечению беспрепятственного доступа адвокатов к подзащитным и повышению оперативности правоприменительной практики. Работа подчеркивает необходимость комплексного подхода к защите профессиональных прав адвокатов для обеспечения доступности правосудия и соблюдения конституционных гарантий.

В статье исследуются вопросы защиты адвокатской тайны в современной российской правовой системе, выявляются проблемы реализации гарантий независимости адвокатской деятельности и механизмы правовой защиты конфиденциальной информации. Проведен анализ действующего законодательства, включая Федеральный закон № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», Кодекс профессиональной этики адвоката, постановления Конституционного Суда РФ, а также типовые правила пребывания посетителей в судах. Особое внимание уделено судебной практике по делам, связанным с нарушением адвокатской тайны, и статистическим данным о проведении обысков, выемок и осмотров у адвокатов. Рассмотрены различные научные позиции относительно границ адвокатской тайны: от абсолютной неприкосновенности до ограничений в интересах общественной безопасности и предупреждения тяжких преступлений. Проанализированы результаты опросов ВЦИОМ и адвокатских палат о доверии к юристам и проблемах соблюдения адвокатской тайны.

Сделан вывод о низкой эффективности существующих правовых механизмов и необходимости законодательного усовершенствования, включая определение пределов адвокатской тайны, введение административной ответственности за ее разглашение и повышение квалификации сотрудников правоохранительных органов. Предложенные меры направлены на обеспечение баланса между защитой конфиденциальной информации доверителя и публичными интересами, повышение доверия к адвокатской профессии и усиление гарантий независимой юридической деятельности.

В статье автором рассматриваются проблемные вопросы семейной насильственной преступности, предлагается разработка мер оперативного реагирования на домашнее насилие, определены задачи по формированию превентивно-профилактической модели, способной обеспечивать устойчивые темпы снижения и устранения рисков рецидива случаев домашнего насилия.

В статье представлен анализ по проблеме взаимоотношений родителей и детей с деструктивным поведением. Обсуждаются вопросы распространенности деструктивного поведения в подростковом возрасте, роль взаимоотношений родителя и ребёнка. Рассматриваются особенности подростков, склонных к противоправному поведению, особенности детско-родительских взаимоотношений в семьях с детьми, склонными к деструктивному поведению.

В представленном материале рассматриваются актуальные вопросы соотношения научных пенитенциарных исследований с практической деятельностью уголовно-исполнительной системы Российской Федерации с целью повышения ее эффективности и модернизации в современных реалиях. Обосновывается необходимость тесной связи науки и практики со ссылкой на международные стандарты (Токийские правила, Правила Нельсона Манделы), российское законодательство, в частности на Концепцию развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации на период до 2030 года. Анализируются основные факторы, препятствующие эффективному научно-практическому взаимодействию, среди которых выделяются институциональная разобщенность и различия в критериях оценки результативности. Авторами систематизированы существующие каналы распространения научных знаний в уголовно-исполнительной системе (ведомственная печать, конференции, образовательные программы, цифровые ресурсы, семинары) и академические механизмы интеграции (заказ на научно-практические исследования, научно-технические советы, авторское сопровождение …). Обосновывается необходимость создания системы трансляции научных знаний, адаптированной к специфике правоприменительной деятельности. Приводится пример успешного сотрудничества между учеными и практиками, демонстрирующий потенциал совместной публикационной деятельности.

Формулируется вывод о необходимости превращения взаимодействия науки и практики из отдельных инициатив в системную институциональную политику, направленную на повышение эффективности исполнения уголовных наказаний и реализации иных мер уголовно-правового характера и мер пресечения.

В статье реконструируется историческая траектория привлечения специальных психологических знаний к раскрытию и расследованию мошенничества как интеллектуального посягательства, основанного на воздействии на сознание и волевую сферу потерпевшего и потому трудноотграничимого от гражданско-правовых отношений. Показано, что переход от интуитивного «житейского психологизма» к научно оформленным подходам был обусловлен развитием доказательственного права и судебной экспертизы: от дореформенного игнорирования психологических факторов к запросу на их объяснение в условиях свободной оценки доказательств и суда присяжных после реформы 1864 г. Прослежены колебания советского периода - краткий подъем психотехники 1920х гг., последующее вытеснение психологии идеологизированным формализмом и возрождение судебно-психологической экспертизы с 1960-х гг. Сопоставляется зарубежная практика, где судебная психология и профилирование развивались активнее и породили устойчивые формы экспертного консалтинга, а также более прагматичное отношение к детекции лжи. Особое внимание уделяется современным направлениям - психолингвистическому анализу коммуникации, диагностике внушаемости у уязвимых групп, проблемам допустимости инструментальных методов и рискам гипнорепродукции, а также вызовам кибермошенничества, требующим адаптации психологического инструментария к цифровому следу и четкого разграничения компетенций психолога и юриста.

Цифровая среда стала ключевым каналом получения и распространения сведений, поэтому именно здесь особенно остро проявляются пробелы в охране и защите интеллектуальных прав. Интернет обеспечивает мгновенный доступ к материалам, которые нередко размещаются в открытом доступе независимо от того, охраняются ли они авторским правом, и такая скорость оборота информации усложняет правовое регулирование и усиливает риски нарушения исключительных прав и личных неимущественных прав авторов. Статья посвящена исследованию понятий охраны и защиты авторских прав, проблем их соотношения в доктрине, а также механизмов правового реагирования на нарушения авторских прав в сети Интернет. Рассматриваются процедуры ограничения доступа к ресурсам, распространяющим контент с нарушением авторских прав, деятельность специализированных судебных инстанций, а также технологические механизмы защиты, включая блокчейн, смарт-контракты и технические средства идентификации авторства. Особое внимание уделяется конфликту интересов правообладателей и пользователей, правовой неопределённости в регулировании интернет-сайтов как составных произведений и проблеме отсутствия универсальной нормативной базы. По итогам исследования формулируются предложения по точечной модернизации действующих гражданско-правовых механизмов и по развитию специализированных цифровых инструментов управления интеллектуальными правами.

В настоящей статье автор исследует вопрос о допустимости рассмотрения трансграничных споров с участием потребителя в третейском суде. На основе анализа отечественной доктрины и судебной практики выделяются два подхода к решению данного вопроса. Первый подход заключается в недопустимости рассмотрения таких споров в третейском суде. Второй подход сводится к общей допустимости их рассмотрения при соблюдении определенных условий, связанных с действительностью и исполнимостью третейских соглашений. Принимая во внимание отсутствие в российском законодательстве прямых ограничений на заключение третейских соглашений с участием потребителя, автор выделяет несколько оснований, по которым третейское соглашение может быть признано недействительным или неисполнимым, а решение иностранного третейского суда - не приведено в исполнение.

В статье рассматривается эволюция правового регулирования срочных трудовых договоров в Китайской Народной Республике с момента перехода государства к рыночной экономике. Анализируются причины перехода от пожизненного найма к рыночной модели и последующие изменения, направленные на стабилизацию трудовых отношений. Особое внимание уделяется анализу Закона о трудовых договорах 2008 года и судебной практике Верховного народного суда КНР 2025 года. Автор исследует проблему правовой фрагментации в различных регионах Китая и усилия судов по унификации судебной практики в целях защиты интересов работников.

В данной статье исследуется международно-правовая обязанность государств по предотвращению трансграничного экологического ущерба, причиняемого экономической деятельностью. Анализируются доктринальные подходы, нормативная база, включая принципы и конкретные международные договоры, а также проблемы имплементации. Особое внимание уделяется роли международных судебных органов в формировании и интерпретации данной обязанности.

В заключение предлагаются пути совершенствования нормативно-правового регулирования для усиления эффективности предотвращения трансграничного ущерба.

В настоящей работе автор анализирует специфический реквизит электронных доказательств - метаданные. В условиях стремительной цифровизации общества, постепенного ухода от бумажного документооборота в пользу электронного обмена документами, в судебных процессах между субъектами экономических отношений все чаще появляются доказательства, не имеющие физического носителя. Если подходы к идентификации традиционных письменных доказательств за сотни лет можно назвать сформированными достаточно, то к вопросу проверки допустимости и достоверности сведений, запечатленных в электронных документах, суды подходят неоднозначно. В науке на текущем этапе также нет единого подхода к вопросу идентификации электронных доказательств, и автор посредством представления настоящего труда изъявляет желание внести свою лепту в формирование такого подхода.

В настоящей работе автор анализирует проблемы идентификации электронных доказательств. На практике в судах все чаще поднимаются вопросы определения достоверности и допустимости доказательств, представляемых сторонами спора, в электронном виде. И если с традиционными документами на бумажном носителе у судов вопросы возникают крайне редко, то работа с доказательствами, физически не существующими, нередко вызывает сложности.

В статье анализируется сущность и правовая природа соглашения по фактическим обстоятельствам дела, закрепленного в Арбитражном процессуальном кодексе РФ и Кодексе административного судопроизводства РФ. Автор исследует эволюцию процессуальных соглашений в российском праве, начиная с Устава гражданского судопроизводства 1864 года, и подробно рассматривает доктринальные критерии разграничения двустороннего соглашения по фактическим обстоятельствам дела и одностороннего признания факта.

На основе критического анализа позиций ученых-процессуалистов делается вывод об отсутствии сущностных различий между указанными процессуальными институтами, что в том числе обосновывает необходимость унификации норм цивилистических процессуальных кодексов. Автор аргументирует целесообразность введения института соглашения по фактическим обстоятельствам в Гражданский процессуальный кодекс РФ, приводит примеры из судебной практики, демонстрирующие применение аналогии закона в этом вопросе, а также предлагает особый порядок принятия такого соглашения судом в гражданском судопроизводстве с усилением контрольных функций суда для защиты прав граждан, не обладающих специальными юридическими познаниями.

Кроме того, делается вывод о необходимости распространения указанного подхода в отношении соглашений по фактическим обстоятельствам дела и в административном судопроизводстве.

В статье рассматривается правовое просвещение в качестве одного из приоритетных направлений государственной правовой политики современной России.

Актуальность темы обусловлена необходимостью формирования высокого уровня правовой культуры и правосознания граждан в условиях построения правового государства.

На основе анализа научной литературы и нормативных правовых актов раскрываются сущность правового просвещения, его соотношение со смежными категориями, место в системе государственной правовой политики. Особое внимание уделяется конституционно-правовым основам, субъектному составу, формам и механизмам реализации правопросветительской деятельности.

Выявляются ключевые проблемы в данной сфере: фрагментарность нормативного регулирования, отсутствие единого системного подхода, недостаточная координация субъектов правового просвещения.

Предлагаются направления совершенствования государственной политики в области правового просвещения, включая формирование единой концепции, развитие цифровых форм, повышение адресности мероприятий.

Обосновывается вывод о том, что правовое просвещение выступает необходимым условием укрепления правового государства и развития гражданского общества.

Статья посвящена комплексному анализу гражданско-правовых договоров религиозных организаций как специального вида договорных отношений, сочетающих элементы общегражданского регулирования с особенностями правового статуса субъектов религиозной деятельности. В работе рассматривается нормативная база, регулирующая договорную деятельность религиозных организаций, включая положения Гражданского кодекса Российской Федерации и Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях». Проводится классификация договоров по целевому назначению и субъектному составу, анализируются особенности договоров основной деятельности и хозяйственного обеспечения. Исследуются вопросы ответственности религиозных организаций, специфика договоров с участием государственных органов, требования к форме и содержанию договоров. Особое внимание уделяется взаимодействию норм гражданского права с конституционными принципами свободы совести и вероисповедания. Представленный анализ позволяет выявить пробелы в действующем законодательстве и предложить направления его совершенствования для обеспечения эффективного функционирования религиозных организаций в качестве полноправных участников гражданско-правовых отношений при сохранении их специфического статуса.

В статье исследуется правовая природа эстоппеля в российском гражданском праве сквозь призму общей теории юридических фактов и принципа добросовестности. Обосновывается тезис о несводимости эстоппеля к традиционным цивилистическим конструкциям - норме, принципу, сделке либо мере юридической ответственности. Показано, что эстоппель формируется как результат ретроспективной правовой оценки поведения участника гражданского оборота и приобретает значение особого оценочного юридического факта, юридическая сила которого возникает не в момент совершения действия, а в момент его квалификации судом как недопустимо противоречивого. В работе раскрывается дуалистическая природа эстоппеля, сочетающая поведенческо-волевой элемент и объективное правовое последствие, а также предлагается авторская концепция его квалификации как рефлексивного юридического факта и метафакта гражданского права.

Делается вывод о системной функции эстоппеля как механизма нормативного «гашения» противоречивого поведения, обеспечивающего устойчивость доверия, предсказуемость и когерентность гражданского оборота без обращения к классическим санкционным инструментам.

В статье исследуется эволюция отечественного корпоративного права с акцентом на реформы Гражданского кодекса РФ 2012 и 2014 годов, благодаря которым корпоративные правоотношения были выделены в самостоятельный вид и сформирована общая часть корпоративного права.

Автор детально анализирует сущность корпоративных правоотношений через призму корпоративных прав участников корпорации - права на участие в управлении, получение информации о деятельности общества, оспаривание сделок, требование возмещения убытков и иных правомочий. Особое внимание уделяется проблематике пересечения корпоративного и семейного права: подробно рассматривается порядок раздела акций и долей в бизнесе как совместно нажитого имущества при расторжении брака. Поднимаются риски появления в составе участников хозяйственного общества лиц, не обладающих профессиональными компетенциями для управления бизнесом (бывших супругов, непрофессиональных наследников), что может угрожать стабильности и развитию компании.

В работе систематизированы правовые инструменты защиты имущественных интересов участников: брачный договор, специальные положения устава юридического лица, соглашения о разделе имущества и компенсационные механизмы. Отдельно изучаются особенности наследования корпоративных прав в обществах с ограниченной ответственностью и акционерных обществах.

В итоге обосновывается необходимость сбалансированного правового регулирования, обеспечивающего баланс интересов бизнеса и членов семьи для поддержания стабильности бизнес-процессов при изменении семейного статуса участников.

В статье анализируются подходы к пониманию общего имущества в многоквартирном доме как объекта субъективного права общей долевой собственности. В связи с недавними изменениями гражданского законодательства (с 1 октября 2023 года в главу 16 Гражданского кодекса РФ был включён параграф 2 «Общее имущество собственников недвижимых вещей»), рассматривается вопрос о возможности признания отдельных частей общего имущества в многоквартирном доме (земельного участка, помещений, предназначенных для совместного использования собственниками помещений в многоквартирном доме) в качестве отдельных объектов субъективного права общей долевой собственности.

В результате проведённого исследования сделан вывод о том, что единым объектом субъективного права общей долевой собственности является общее имущество в многоквартирном доме, при этом имущество, входящее в состав этого объекта, свойствами отдельного объекта указанного субъективного права не обладает.

В статье исследуется механизм обеспечения единства судебной практики посредством надзорного производства в Верховном Суде Российской Федерации. Актуальность исследования обусловлена конституционной важностью обеспечения единообразия в применении и толковании правовых норм в современной судебной системе, провозглашенным стремлением к достижению правовой определенности в подходах судебного правоприменения.

Цель работы заключается в комплексном анализе теоретических и практических аспектов обеспечения единства судебной практики через рассмотрение дел в порядке надзора. Автор рассматривает эволюцию нормативной базы, начиная с 2000-х годов, и анализирует современное состояние института надзорного производства. В ходе исследования проведен анализ научной дискуссии вокруг понятий «единство» и «единообразие» судебной практики, изучены различные подходы к их определению. Особое внимание уделяется практическому аспекту реализации надзорного производства, включая анализ конкретных дел, рассмотренных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации. Результаты исследования показывают, что надзорное производство является эффективным инструментом обеспечения единообразия судебной практики, хотя его применение характеризуется определенной избирательностью. Выявлено, что единство судебной практики достигается как через рассмотрение конкретных дел, так и посредством формирования правовых позиций в постановлениях Верховного Суда Российской Федерации.

В статье рассматривается проблема применения астрента в делах, возникающих из административных и иных публичных правоотношений. В исследовании используются метод сравнительного анализа, системно-логический метод, формально-юридический метод.

Цель исследования - правовое обоснование возможности применения астрента в делах о защите субъективного публичного права.

В ходе исследования автор приходит к выводу, что различия в материальных отношениях гражданского и административного права не влияют на свойство исполнимости судебного решения в зависимости от вида судопроизводства и не могут служить обоснованием применения астрента в гражданском процессе и одновременного исключения его из процесса административного.

Цель исследования - ответить на вопрос о том, выполняет ли судебная неустойка компенсаторную функцию.

Автор ставит перед собой такую цель, поскольку считает, что результаты проведенного им анализа могут быть положены в основу дальнейших юридических исследований о правовой природе судебной неустойки. С момента включения института судебной неустойки в законодательство России позиции ученых относительно наличия у астрента компенсаторной функции разделились. Указанный вопрос своего окончательного разрешения так и не получил, поэтому озвученная проблема требует самостоятельного изучения. Используемые автором методы (формальноюридический метод, метод сравнения, системный метод, логический метод) позволяют сопоставить институты судебной неустойки и компенсации убытков и выявить, обладает ли астрент собственным предметом компенсации.

В ходе предложенного сравнения автор заключает, что назначение института убытков - компенсация, тогда как основной целью астрента компенсация не является, а значит сам астрент не относится к разновидности компенсации и не выполняет компенсаторную функцию, поскольку, во-первых, не выступает суррогатом основного исполнения, а дополняет его путем косвенного принуждения должника к его осуществлению; во-вторых, астрент не исключает гражданско-правовых форм компенсации, взыскивается по отношению к ним кумулятивно.

Объект данного исследования - общественные отношения, складывающиеся в сфере защиты прав и законных интересов педагогических работников при причинении им вреда.

Предмет исследования - нормы российского законодательства, устанавливающие ответственность за причинение вреда личности, а также научные доктрины и судебная практика по вопросам защиты прав педагогов.

Цель работы - комплексный анализ форм вреда, причиняемого педагогам, и выявление несоответствия между существующими правовыми механизмами их защиты и реальным положением учителя в современном российском обществе.

Для достижения цели поставлены задачи: 1) классифицировать виды вреда; 2) соотнести их с мерами ответственности; 3) выявить причины правовой беззащитности педагога; 4) предложить пути совершенствования законодательства и правоприменительной практики.

Методологическую основу составили формально-юридический, сравнительно-правовой и системный методы анализа. Результатом исследования выступает объективный вывод о необходимости усиления не только юридической, но и социально-воспитательной функции права для обеспечения действительной защиты педагогических работников, а также конкретные предложения по совершенствованию законодательства и правоприменительной практики в российской действительности.

Статья посвящена исследованию трансформации конкурентной среды на рынке мясной продукции под влиянием биотехнологической революции, экологических ограничений и модернизации системы HACCP. Обосновывается необходимость перехода к гибридной модели регулирования, сочетающей традиционные подходы к безопасности пищевых продуктов с новыми стандартами, применимыми к альтернативным источникам белка.

Научная новизна заключается в разработке концепции «адаптивной архитектуры HACCP», а также выявлении правовых пробелов, влияющих на условия конкуренции на рынке мясной продукции.

В представленной статье раскрыты элементы системы юридических гарантий защиты прав потребителей в гражданском судопроизводстве. Систему правовых инструментов, обеспечивающих «действительное» равенство субъектов потребительских правоотношений, следует рассматривать через категорию «юридические гарантии». Наличие системы юридических гарантий, выраженных в установлении дополнительных защитных механизмов, преимуществ истцу - потребителю на всех стадиях развития гражданского судопроизводства создает особый процессуальный режим в рамках искового производства.

По результатам исследования выделено четыре элемента системы юридических гарантий защиты прав потребителей в гражданском судопроизводстве.

Судебные издержки (судебные расходы) являются не только неотъемлемым атрибутом осуществления правосудия, но и одним из классических институтов цивилистического процесса. Интерес представляет специфика регулирования правового института судебных издержек в гражданском процессуальном праве в период 1917-1923 гг., отмечаемый кризисными явлениями в обществе. Автором проведен краткий обзор регулирования судебных издержек в гражданском судопроизводстве в дореволюционный период для определения основных направлений преемственности регулирования. Затронуты вопросы регулирования судебных издержек в гражданском судопроизводстве непосредственно в период после революции. Проанализированы первые декреты о суде, положения о народном суде РСФСР. Несмотря на высокую степень преемственности в вопросах регулирования судебных издержек из дореволюционного цивилистического процесса, автор приходит к выводу о значительном упрощении регулирования судебных издержек в гражданском судопроизводстве в указанный период. Подчеркивается роль общей социально-экономической и политико-правовой обстановки в государстве на результат регулирования судебных издержек в гражданском судопроизводстве.

Делается вывод о значимости института судебных издержек в гражданском судопроизводстве как маркера состояния и развития правового государства. Между тем, указанный период по вопросам регулирования судебных издержек в гражданском судопроизводстве не находил особой популярности у исследователей.

Объектом исследования являются конституционно-правовые системы КНР и РФ, а предметом - их конституционно-доктринальные основания (легитимация власти, идеология, права и свободы, организация публичной власти и механизмы единства правоприменения).

Цель работы состоит в выявлении и сравнении этих оснований и объяснении того, как они воплощаются в институтах публичной власти и инструментах обеспечения единого масштаба судебных решений; для её достижения уточняются критерии сравнения, анализируются принципы идеологической и политической организации, сопоставляются модели распределения власти и подходы к правам и свободам, а также выявляются механизмы унификации правоприменения и их связь с доктриной.

Методологическую основу составляют формально-юридический и сравнительно-правовой методы, системный и историко-правовой подходы и доктринальный анализ.

Данная статья посвящена анализу взаимодействия примирительных процедур и свойства обязательности судебного акта в арбитражном процессе. Акцентируется внимание на том, как результаты примирения сторон (мировые соглашения, отказ либо признание иска) воздействуют на устойчивость судебного акта. Освещаются теоретические концепции, трактующие обязательность судебного акта как гарантию определенности правоотношений. Обосновывается позиция, согласно которой примирительные процедуры не только не снижают авторитет судебной власти, но и содействуют реализации задач правосудия, стимулируя добровольное исполнение обязанностей и оптимизируя нагрузку на суды. Опираясь на данные судебной статистики и анализ правоприменения, автор выявляет актуальные проблемы и перспективы института примирения в аспекте обеспечения стабильности судебных актов, а также предлагает меры по совершенствованию процессуального законодательства, направленные на поощрение сторон к мирному урегулированию споров.

Проанализированы механизмы защиты личных неимущественных прав работника в условиях субординации и институционального неравенства сторон трудового договора, с акцентом на конституционные гарантии достоинства личности и неприкосновенности частной жизни. Показано, что действующее трудовое законодательство не содержит системного института охраны чести, достоинства, деловой репутации и приватности работника, вследствие чего правоприменение опирается на межотраслевые конструкции, порождающие фрагментарность подходов и коллизионность решений. Существенное внимание уделено цифровизации управления персоналом: мониторингу корпоративных коммуникаций, DLP-системам, видеонаблюдению, удаленному контролю и внедрению биометрических пропускных режимов; выявлены риски подмены управленческих прерогатив фактической «перлюстрацией» и принуждением к согласию на обработку данных. Обоснована институциональная ограниченность государственного надзора: риск-ориентированная профилактика и доктринально суженная компетенция инспекции труда снижает оперативность реагирования на сложные нарушения, включая моббинг и скрытую дискриминацию. Судебная защита характеризуется трудностями доказывания психологического давления и неоднородностью оценки электронных доказательств; критически оценена практика символических компенсаций морального вреда, ослабляющая превентивный эффект ответственности. Сформулированы ориентиры модернизации: уточнение границ допустимого контроля, укрепление процессуальных гарантий слабой стороны и согласование публично-правовых и частноправовых средств восстановления нарушенных благ.

Статья раскрывает системные дефекты судебной защиты имущественных интересов работников в российском трудовом праве, исходя из структурной асимметрии экономической власти сторон и обусловленной ею уязвимости наемного персонала. На материале современной практики показано, что ключевые риски концентрируются вокруг манипулятивной «премиальной» архитектуры оплаты труда и депремирования, формалистического применения сроков обращения за защитой, а также доказывания неофициальных выплат, где доступ к корпоративной документации и цифровым следам распределен неравномерно. Критически анализируется тенденция смешения трудовых компенсаций с гражданско-правовыми конструкциями, включая снижение выплат за задержку заработка и догматическую путаницу между индексацией и компенсацией, что в совокупности ослабляет восстановительную и превентивную функции ответственности. Отдельно освещаются проблемы номинальности компенсации морального вреда, неэффективности обеспечительных мер, уязвимости требований работников при банкротстве и сложности квалификации скрытых трудовых отношений в условиях платформенной занятости. Обосновывается необходимость переориентации судебного усмотрения на принцип благоприятствования работнику при неустранимых сомнениях, перераспределения бремени доказывания, нормативного учета переговоров о погашении долга для сроков обращения, а также институциональных решений - от алгоритмизации компенсаций до гарантийных фондов и расширения механизмов привлечения бенефициаров к ответственности.

Статья посвящена разработке методики исчисления компенсации за нарушение исключительного права, проблема определения размера которой является одной из наиболее дискуссионных в современной цивилистике.

Цель исследования – выявление путей совершенствования механизма исчисления компенсации на основе анализа существующей правовой базы, судебной практики и доктринальных источников. Автором рассмотрены основные факторы, влияющие на размер компенсации согласно действующему законодательству: необходимость обеспечения разумности и справедливости, характер нарушения и его объем. Проведен анализ эволюции перечня обстоятельств, подлежащих учету судом, выявлена тенденция к его постоянному расширению и детализации, а также заимствованию принципов из иных отраслей права. Установлено, что главной проблемой существующего механизма является отсутствие объективного способа определения объема нарушения, что приводит к размытию границы между компенсацией и убытками. В качестве решения предложена оригинальная методика исчисления компенсации, основанная на формуле, включающей базовое значение (процент от выручки наименьшей из сторон спора) и систему коэффициентов, подразделяемых на обязательные, обязательные при определенном условии и необязательные. Обоснована взаимосвязь предлагаемого подхода с принципами состязательности сторон и независимости судей. Эффективность методики продемонстрирована на примере сопоставления с реальным судебным делом, а также проведено сравнение с алгоритмами, предложенными другими исследователями.

Результаты исследования могут быть использованы в законотворческой деятельности и правоприменительной практике судов для повышения предсказуемости и обоснованности решений о размере компенсации.

Существенное увеличение числа государственных и иных информационных систем в условиях широкой отечественной цифровизации предопределяют необходимость анализа основ их правового регулирования и статуса. Сегодня существует потребность в исследовании основных признаков государственных информационных систем, определении содержания дефиниции государственной информационной системы, выявлении проблем, связанных с правовым регулированием государственных информационных систем.

Проведенное исследование позволило сформулировать вывод о том, что существующее правовое регулирование в России в области функционирования государственных информационных систем не только не является оптимальным, но и обладает рядом значительных недостатков, состоящих в следующем: отсутствие надлежащего термина «государственная информационная система», смешение терминов; затруднения отнесения информационных систем к государственным, подсчета количества информационных систем, в том числе, государственных, оценки и контроля эффективности государственных информационных систем; сложность определения четких требований к раскрытию информации о государственных информационных системах и недостаточный контроль за их соблюдением; проблемы доверия потребителей информации, содержащейся в государственных информационных системах.

В статье анализируется правовой статус вынужденного переселенца в Российской Федерации, установленный Законом РФ от 19.02.1993 № 4530-1 «О вынужденных переселенцах», с акцентом на условиях признания и объёме предоставляемых гарантий. Рассматриваются категории лиц, подпадающие под действие указанного закона, предусмотренные основания для получения статуса вынужденного переселенца и причины отказа в предоставлении рассматриваемого статуса. Раскрывается порядок административного рассмотрения ходатайства: подача заявления, его регистрация, временный допуск к мерам поддержки, проведение проверочных мероприятий и принятие решения с возможностью последующего обжалования. Характеризуются основные элементы статуса: меры материальной помощи, предоставление временного размещения, содействие в трудоустройстве и обучении, жилищные гарантии, а также особенности приобретения гражданства для отдельных категорий переселенцев. Отмечается, что в условиях экстренной массовой миграции широкие по содержанию права реализуются с существенными затруднениями из-за высокой доказательственной нагрузки, продолжительности процедур и различий в правоприменительной практике, что усиливает правовую неопределённость и препятствует эффективному доступу к социальным гарантиям.

Статья посвящена анализу конституционно-правовых механизмов реализации полномочий правоохранительных органов Российской Федерации. На основе положений Конституции РФ, определяющих права и свободы человека как высшую ценность, исследуется императивный характер обязанности государства по их признанию, соблюдению и защите. Рассматриваются доктринальные подходы к определению системы правоохранительных органов и роль конституционных принципов (правового государства, разделения властей) в формировании правозащитной направленности их деятельности. Особое внимание уделяется анализу эффективности судебного контроля, прокурорского надзора и деятельности Уполномоченного по правам человека как ключевых конституционных гарантий. Выявляются проблемные аспекты правоприменения, включая формализм судебного контроля, обвинительный уклон следствия и недостаточную компенсацию вреда от незаконных действий. На основе правовых позиций Конституционного Суда РФ обосновывается необходимость внедрения доктрины соразмерности для обеспечения баланса между эффективностью правоохранительной деятельности и защитой прав личности в условиях цифровизации и действия международных стандартов.

В статье рассматриваются актуальные вопросы квалификации злоупотреблений частными нотариусами и аудиторами должностными полномочиями, как одной из основополагающих проблем современной эпохи, характеризующейся политико-правовыми, социально-экономическими изменениями, определяющими общую направленность современного этапа планомерного развития рыночных отношений в России.

В процессе написания научной статьи были использованы как общенаучные, так и специальные методы исследования: теоретический анализ, формально-юридический метод, сравнительно-правовой метод, догматический, структурно-функциональный, прогностический методы.

По итогам проведенного исследования обосновывается важность дальнейшего изучения данного вопроса, в том числе с целью внесения изменений в нормативно-правовые акты для минимизации неоднозначных норм в законодательстве.

Актуальность статьи обусловлена высокой социальной значимостью профессии нотариуса и необходимостью поддержания доверия общества к институту нотариата. Соблюдение единых этических стандартов выступает обязательным условием эффективной работы нотариального сообщества. Статья посвящена исследованию роли этических норм в функционировании и развитии института нотариата в России, а также анализу «Кодекса профессиональной этики нотариусов в Российской Федерации» как ключевого инструмента регулирования профессионального поведения нотариусов.

В статье исследуется утилизационный сбор как механизм, ограничивающий конституционные права граждан. Рассматривается, какие именно права попадают в сферу действия этого платежа - право собственности, свобода предпринимательства и право на благоприятную окружающую среду. Анализируются аргументы государства, оправдывающие введение такого ограничения. Опираясь на положения Конституции РФ, федеральные законы и правовые позиции Конституционного Суда, автор оценивает, соответствует ли утилизационный сбор критериям допустимого ограничения: установлен ли он федеральным законом, служит ли конституционно значимым целям и соблюдается ли принцип пропорциональности (ограничение лишь в той мере, в какой это необходимо).

В итоге делается вывод о двойственной природе сбора: он одновременно выступает инструментом реализации экологической функции государства и ощутимым финансовым обременением для граждан, что требует постоянной проверки соразмерности такого бремени.

Взаимодействие канонических и светских норм в регулировании брачно-семейных отношений никогда не было простым и однозначным: на протяжении веков они то вступали в противоречие, то находили точки соприкосновения, то взаимно дополняли друг друга, формируя тем самым сложную и многогранную картину правового регулирования брака и семьи. В данной статье рассмотрены вопросы конфликта и взаимодействия канонических и светских норм в регулировании брачно-семейных отношений. На основе анализа фактов канонического регулирования вопросов брака и семьи автор описывает модели нормативного регулирования семьи и брака в православии, католичестве и их противопоставление светским нормам о браке, а также изменения, произошедшие в этой сфере.

Статья посвящена сравнительному анализу систем нематериальной мотивации, реализуемых в Федеральном агентстве по управлению государственным имуществом (Росимущество) и Министерстве имущественных отношений Московской области.

Основная цель работы заключается в выявлении общих принципов и специфических особенностей применяемых подходов к мотивации государственных служащих, а также в идентификации системных недостатков и потенциальных коррупциогенных факторов.

В результате проведенного анализа зафиксировано наличие как унифицированных, так и дивергентных элементов в стратегиях мотивации персонала рассматриваемых организаций. На основании полученных результатов предложен комплекс мер, направленных на оптимизацию функционирования мотивационных систем, минимизацию коррупционных рисков и формирование устойчивой антикоррупционной культуры в среде государственных служащих. Ключевым направлением совершенствования является внедрение прогрессивных инструментов нематериального стимулирования, основанных на передовом опыте и адаптированных к специфике деятельности каждого ведомства. Одновременно подчеркивается необходимость усиления антикоррупционной экспертизы применяемых мотивационных механизмов посредством проведения тщательной оценки на предмет соответствия нормам антикоррупционного законодательства и выявления возможностей для злоупотреблений. В дополнение к этому, обосновывается целесообразность интеграции показателей эффективности мотивационных систем в общую систему управления рисками организации, что позволит обеспечить оперативное выявление и нейтрализацию факторов, способствующих возникновению и развитию коррупционных практик. Акцентируется внимание на том, что результативность предложенных мероприятий напрямую зависит от их практической реализации и ориентации не на формальное соблюдение требований, а на достижение измеримых результатов в области снижения коррупционных рисков и формирования у сотрудников четкой антикоррупционной позиции.

Настоящая статья посвящена вопросам антикоррупционных стандартов поведения государственных служащих. Стандарт представляет собой установленный в законе набор требований, определяющих границы антикоррупционного поведения государственных служащих.

Известно, что существуют различные формы разрешения споров, вытекающих из гражданских правоотношений, без обращения к государственной системе правосудия, которые в литературе принято обозначать единым термином «Alternative Dispute Resolution» (ADR), на русском языке «альтернативное разрешение споров» (АРС). ADR применяться в США для обозначения неформальных и более гибких процедур урегулирования конфликтов, которые возникли как альтернатива сложному и тяжеловесному государственному правосудию. К таким процедурам относят арбитраж (третейское разбирательство), мини-суд, посредничество с позиции силы, доарбитражное производство, независимое экспертное заключение и т. п. Анализ слабых и сильных сторон рассматриваемых процедур, а также зарубежного опыта позволит выработать эффективные способы их совершенствования в плане правового регулирования и практического применения. Статья посвящена исследованию различных сторон альтернативных способов разрешения процессуальных конфликтов. Отмечена специфика медиации в системе альтернативных способов урегулирования споров. Проблемы медиации выходят за рамки ее непопулярности. В практике начали появляться злоупотребления: процедуру используют не для урегулирования спора, а чтобы зафиксировать выгодную, но юридически сомнительную сделку. Обращается внимание на серьезную проблему - нехватку квалифицированных специалистов. Закон не устанавливает четких требований к программам обучения, проблема усугубляется тем, что занятия нередко ведут люди без реальной практики, а обучение проходит онлайн.

В заключительной части научной статьи предлагаются способы урегулирования и разрешения споров, в частности, возможность обращения за судебной защитой в общеисковом порядке в случае неисполнения условий медиативного соглашения, признания медиативного соглашения недействительным, возврата государственной пошлины в полном размере. Статья выполнена при поддержке СПС «КонсультантПлюс».

В статье рассматривается эволюция роли Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий (МЧС России) как ключевого элемента системы национальной безопасности. Авторский анализ сосредоточен на среднесрочной перспективе 2025-2026 гг., которая характеризуется возрастанием комплексных рисков невоенного характера. Доказывается, что в современных условиях происходит качественный сдвиг от восприятия ведомства исключительно как оперативно-спасательной службы к его становлению в качестве центра стратегического управления мультидисциплинарными угрозами. Эта трансформация обусловлена климатическими изменениями, техногенными вызовами, необходимостью защиты критической инфраструктуры и обеспечения социально-политической стабильности. Исследование базируется на анализе документов стратегического планирования, публичных программных заявлений руководства министерства и наблюдаемых изменений в его практической деятельности.

Делается вывод о том, что адаптационный потенциал и эффективность МЧС России становятся одним из индикаторов общей устойчивости государственной системы и напрямую влияют на реализацию национальных интересов в сфере безопасности.

В статье исследуется административно-правовой статус иммиграционного адвоката через призму его участия в административном процессе в сфере миграционных отношений. Анализируются процессуальные формы реализации полномочий адвоката в досудебных административных процедурах и в судебном административном судопроизводстве. На основе анализа законодательства об адвокатской деятельности, миграционного законодательства и Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации выявляются проблемы правового регулирования участия адвоката в административном процессе по миграционным делам. Особое внимание уделяется коллизиям между общими нормами о представительстве и специальными правилами миграционных процедур, а также вопросам эффективности адвокатского запроса как инструмента собирания доказательств. Обосновывается необходимость совершенствования административно-процессуального законодательства в части регламентации статуса профессионального представителя в миграционных правоотношениях.

Статья посвящена разработке концепции классификации административных правонарушений по степени общественной опасности в отношении иностранных граждан с учётом положительного международного опыта и возможности адаптации под КоАП РФ и миграционное законодательство. На основе аналогии со ст. 15 УК РФ предлагается многоуровневая шкала (минимальная/низкая, средняя, высокая, чрезвычайно высокая) и конкретные критерии оценки риска, повторности и воздействия на общественный порядок.

В заключение приводятся практические регламенты для МВД по применению данной классификации, включая рекомендации по методике расчёта и единообразному правоприменению.

В статье обосновывается актуальность создания новой Службы по вопросам гражданства и регистрации иностранных граждан Министерства внутренних дел Российской Федерации. Анализируются системные проблемы в сфере миграционного контроля, обусловившие данную институциональную трансформацию, и определяются перспективы деятельности нового ведомства. Сформулирована авторская позиция относительно совершенствования его функционирования и внедрения комплексного подхода к регулированию миграционных процессов.

Статья посвящена историко-правовому анализу Правил о лицах, имеющих право быть поверенными по судебным делам, утверждённых 25 мая (6 июня) 1874 года. Особое внимание уделяется обоснованию необходимости принятия Правил, сравнительному анализу правового статуса присяжных и частных поверенных.

Цель исследования - выявить закономерности эволюции института судебного представительства в парадигме баланса частных и публичных интересов. Результаты исследования демонстрируют, что Правила 1874 года представляли собой вынужденный публично-правовой компромисс в составе судебного представительства, предусматривающего наличие как современных адвокатов, так и юристов.

Обосновывается вывод о преемственности дуализма судебного представительства, прослеживаемой от Правил 1874 года до современной дискуссии об адвокатской монополии.

В работе рассматриваются правовые аспекты цифровой трансформации системы муниципального управления в условиях становления информационного государства. Исследование направлено на выявление ключевых нормативных затруднений, возникающих при внедрении информационных технологий в деятельность органов местного самоуправления, а также на анализ институциональных условий развития цифровых механизмов управления на муниципальном уровне. Основное внимание сосредоточено на регулировании электронного взаимодействия органов власти и населения, развитии цифровых управленческих платформ, модернизации информационной инфраструктуры муниципальных образований и обеспечении правовой определенности при использовании современных технологических решений в публичном администрировании. Проведенный анализ демонстрирует значение цифровых инструментов для повышения эффективности управленческих процедур и формирование новых моделей взаимодействия государства и общества.

В настоящей статье исследуется трансформация личности государственного служащего под влиянием цифровизации и сетевизации государственного управления. Автор обращается к эволюции теоретических моделей государственного служащего от классической веберовской до современных сетевых концепций. Особое внимание уделяется анализу цифровых компетенций и личностных качеств государственного служащего в сетевой среде, а также выявлению рисков технократии. Исследование обозначенного предмета осуществляется на основе использования системного, сравнительно-правового, историко-правового, диалектического и междисциплинарного методов. Актуальность поставленной проблематики обосновывается изменением социально-политических и технологических процессов под влиянием сетевизации, а также широким внедрением информационно-коммуникационных технологий в систему публичного управления. Новизна исследования раскрывается в системном анализе личности государственного служащего в цифровую эпоху в условиях сетевизации процессов государственного управления и рисков становления технократии.

В результате проведённого анализа формулируется вывод о необходимости формирования государственного служащего нового типа - медиатора и интегратора в распределённой сети, сохраняющего баланс между технологической компетентностью, критической рефлексией и ориентацией на ценности открытого публичного управления.

В статье раскрываются теоретико-правовые основания концепции общественного идеала П. И. Новгородцева и прослеживается переход от возрожденного естественного права к нормативному идеализму как самостоятельной модели правопонимания. Показана актуальность подхода П. И. Новгородцева для современной российской доктрины, конституционного правосудия и правовой политики.

Цель исследования - изучить дуалистический характер англо-американской правовой семьи, проявляющийся во взаимодействии и историческом противостоянии английского правового формализма и американского правового реализма.

Методы исследования включают сравнительно-правовой, исторический, философский и методологический анализ. Также в статье осуществляется сопоставление доктринальных источников, этапов развития правовых традиций и подходов к ключевым судебным прецедентам.

Результаты исследования демонстрируют фундаментальные различия между двумя направлениями. В статье установлено, что английский формализм опирается на строгую логику, дедукцию и обязательную силу прецедента, рассматривая судью как беспристрастного исполнителя закона. Американский реализм, напротив, использует эмпирический подход, признает влияние социально-экономических факторов на правоприменение и видит в судье активного творца права. Показано, что в современных реалиях обе концепции эволюционируют: формализм адаптируется к идее защиты прав человека, а реализм интегрирует социологические и экономические методы.

В выводе подчеркивается, что эффективность и жизнеспособность англо-американской правовой системы обеспечиваются синтезом данных подходов. Баланс между юридическим формализмом, гарантирующим стабильность права, и правовым реализмом, предотвращающим стагнацию, позволяет праву гармонично развиваться в соответствии с динамикой общественных отношений.

Судебная и законодательная ветви власти обособлены и самостоятельны, но взаимосвязаны тем, что оказывают взаимное влияние на развитие друг друга. Тенденции судебной практики и практики высших судов по толкованию закона отображают развитие общественных отношений, новые формы и особенности правоотношений. Нередко изменение законодательства становится реакцией на важные интерпретационные позиции судов. В статье рассмотрено влияние правовой позиции Конституционного Суда, которая была выражена в Постановлении, вынесенном в порядке конституционного нормоконтроля, по запросу депутатов Государственной Думы на тему конституционности положений законодательства, содержащих указание на обязательность решений ЕСПЧ.

Сделан вывод, что Постановление Конституционного Суда от 2015 года создало правовую основу для прекращения действия решений ЕСПЧ на территории Российской Федерации, начиная с 2022 года.

В статье автор рассматривает судебную практику как значимый элемент правовой системы, анализирует подходы к определению места судебной практики в системе источников современного отечественного права, характеризует значение судебной практики в контексте укрепления правосознания и законности.

Процесс формирования правовых основ уровневой системы подготовки инженерных кадров в России в конце 1980-х - 1990-е годы представлял собой сложную трансформацию нормативно-правовой базы, направленную на преодоление несовместимости жестко централизованной советской модели с международными образовательными стандартами. Унифицированная подготовка специалистов-инженеров с пятилетним циклом обучения и ведомственным регулированием учебных планов постепенно заменялась многоуровневой структурой, включающей бакалавриат, специалитет и магистратуру, с возможностью получения документов государственного образца на каждом этапе. Законодательные инициативы того периода ввели новые правовые категории, разграничили содержание и сроки освоения образовательных программ, установили требования к государственным стандартам с учетом различных компонентов, а также определили порядок лицензирования и аккредитации деятельности высших учебных заведений. Однако внедрение уровневой модели сопровождалось значительными коллизиями, связанными с неопределенностью профессионального статуса бакалавров в инженерных областях, противоречиями между образовательными нормами и отраслевыми квалификационными требованиями в стратегических отраслях промышленности, а также сохранением административных механизмов контроля, унаследованных от предыдущей системы. Особую сложность представляло отсутствие четкой корреляции между новыми образовательными квалификациями и трудовым законодательством, тарифно-квалификационными справочниками и процедурами профессиональной сертификации, что приводило к проблемам признания дипломов как на внутреннем, так и на международном уровне. Финансово-правовые аспекты реформы дополнительно осложняли переход, поскольку сокращение сроков обучения не сопровождалось адекватной корректировкой нормативов финансирования и приводило к увеличению административной нагрузки на технические вузы. В целом, нормативное регулирование характеризовалось диспозитивным подходом, позволившим техническим университетам сохранять элементы традиционной подготовки параллельно с новыми форматами, что заложило основу для дальнейшего развития системы в условиях глобальной интеграции.

Статья реконструирует эволюцию правовых механизмов противодействия нелегальной торговле в Российской империи XVIII-XIX вв., показывая, как фискальные интересы абсолютистского государства формировали режим монополий и таможенных барьеров и одновременно стимулировали корчемство и контрабанду. Раскрывается синкретичность раннего регулирования, казуальный характер указов и зависимость правоприменения от сословного статуса, коррупции и инквизиционных процедур, при которых признание становилось центральным доказательством. Отмечены институциональные переломы: учреждение Коммерц-коллегии, отмена внутренних таможен в 1753 г. и перенос контроля на внешние рубежи, создание системы застав и охраны границ с конфликтами компетенций между гражданскими и военными структурами. Анализируется влияние тарифной политики, включая запретительный тариф 1810 г., на всплески теневого импорта и последующее формирование Пограничной таможенной стражи как военизированного корпуса. Показаны правовые технологии контроля внутреннего рынка (клеймение, отчетность, презумпция незаконности неклейменого товара), а также кодификационная систематизация в Уложении о наказаниях с дифференциацией составов и ограничением судебной дискреции. Рассматриваются изменения процессуальной культуры пореформенной эпохи, роль Сената, статистической отчетности и международно-правовой кооперации, подчеркивающие пределы эффективности репрессий без экономической настройки регулирования.

В статье рассмотрено и проанализировано торговое законодательство Российской империи XVIII-XIX вв., проведен анализ источниковой базы правового регулирования внешней торговли. В статье сделаны выводы о динамике торговых связей Российской империи, а также правовом регулировании торгового законодательства XVIII-XIX вв., которое служило непосредственным рычагом экономического развития Российской империи, а также заложило фундамент внешнеэкономических связей России.

Рассматривается эволюция территориально-правовой конструкции Второй Германской империи как результата компромисса между национальной интеграцией и устойчивым партикуляризмом земельных монархий. Показано, что конституционная модель 1871 г. закрепила асимметричный союз с принципиальным неравноправием субъектов и институционально завуалированным доминированием Пруссии, обеспеченным распределением голосов в Бундесрате и персональной унией имперской и прусской верховной власти. Детализируются резерватные права южногерманских государств (включая автономию Баварии в мирном военном управлении, связи и отдельных фискальных режимах) и их значение для доктринальных споров о разделенном суверенитете. Анализируются правовые аномалии статуса вольных городов и ЭльзасЛотарингии как коронной территории, а также роль обычного государственного права и политических конвенций в поддержании баланса центра и земель. Прослеживается «ползучая» унификация через общеимперское уголовное и гражданское законодательство, создание имперских судебных инстанций и формирование единого рынка при сохранении исполнительного федерализма. Выявляются системные напряжения финансовой конституции и отсутствие независимого конституционного правосудия, усиливавшие политизацию компетенционных конфликтов; показано, что режим тотальной войны разрушил работоспособность федеративных механизмов, при этом ряд институциональных решений предвосхитил принципы позднейшего немецкого кооперативного федерализма.

В статье анализируется историко-правовая динамика становления и трансформации полномочий Объединенного государственного политического управления СССР в сфере расследования экономических преступлений в период 1922-1934 годов. Рассматривается процесс концентрации в рамках одного ведомства следственных, оперативно-розыскных и квазисудебных функций, что позволило органам государственной безопасности осуществлять контроль над широким спектром хозяйственных правонарушений через расширительное толкование понятия контрреволюционной деятельности. Особое внимание уделяется политизации экономической преступности, при которой спекуляция, хищения государственной собственности, контрабанда и валютные махинации квалифицировались как экономическая контрреволюция или вредительство, обеспечивая применение внесудебных репрессий посредством Особого совещания при ОГПУ. Исследуется эволюция нормативной базы, включавшей постановления ЦИК и СНК, ведомственные приказы и циркуляры, которая создавала режим правовой неопределенности и позволяла органам безопасности выходить за рамки общего уголовного процесса. Прослеживается деятельность Экономического управления ОГПУ по оперативному наблюдению за хозяйственными объектами, внедрению агентуры и возбуждению дел в условиях смены экономической политики от НЭПа к индустриализации и коллективизации. Выявляются особенности взаимодействия с прокуратурой, милицией и судебными органами, при котором преобладало политическое влияние ОГПУ. Материал раскрывает механизмы интеграции репрессивных методов в экономическую политику советского государства и позволяет определить долгосрочные последствия формирования такой модели для правоохранительной системы.