В настоящее время не вызывает сомнений, что ортотопическая трансплантация печени (ОТП) увеличивает продолжительность жизни по сравнению со стандартными методами лечения при ее декомпенсированном циррозе. В последние годы диагностике и лечению гипераммониемии уделяют все больше внимания при различных заболеваниях печени, а также после ее трансплантации. При этом исследований с высоким уровнем доказательной базы, устанавливающих связь между уровнем аммиака и тяжестью состояния пациента в раннем периоде после трансплантации печени, недостаточно.
Цель. Обобщить современные данные о проблеме гипераммониемии после трансплантации печени, проанализировать механизмы развития и патогенетическую роль высоких концентраций аммиака в сыворотке крови в развитии осложнений после ОТП, а также способы контроля уровня аммиака.
Материал и методы. Проведен анализ данных зарубежных и отечественных экспериментальных и клинических исследований, посвященных вопросам патогенеза, диагностики, методов лечения гипераммониемии после ОТП. Поиск литературных данных проводили в международных базах данных (PubMed/MedLine, ResearchGate), а также в научной электронной библиотеке России (eLIBRARY. RU) за период 2019–2024 гг.
Заключение. В проанализированных публикациях заслуживают внимание вопросы, посвященные проблеме гипераммониемии после трансплантации печени. Несмотря на большие успехи в понимании патогенеза гипераммониемии и ее влияния на развитие печеночной энцефалопатии и других нарушений со стороны прочих органов и систем организма, остается много нерешенных вопросов как в диагностике, так и выборе наиболее эффективных методов лечения.
Актуальность. Трансплантация печени (ТП) позволяет спасти жизнь пациентам с хроническими терминальными заболеваниями печени и отдельным пациентам с фульминантной печеночной недостаточностью. С годами методика проведения операции претерпела серьезные изменения. Современные достижения в этой области, включая улучшение хирургической техники и внедрение новых иммуносупрессивных препаратов, позволили достичь 5-летней выживаемости на уровне 87,6%.
Цель. Провести анализ современной научной литературы, посвященной артериальным осложнениям после ТП, их диагностике и методам лечения.
Материал и методы. Были изучены статьи на тему артериальных осложнений после ТП, опубликованные в базах Pubmed, Google Sсholar, Medline в период c 2015 по 2024 год.
Заключение. Артериальные осложнения остаются одними из наиболее опасных осложнений ортотопической ТП, сопровождаясь высоким риском потери трансплантата и смертельного исхода. Диагностика и лечение этих осложнений представляют собой значимый вызов, требующий дальнейшего совершенствования подходов для повышения эффективности ТП.
Улучшение результатов лечения острого некротизирующего панкреатита (ОНП) остается наиболее сложной и нерешенной проблемой для хирургов и специалистов интенсивной терапии.
Цель. Оценить влияние мезенхимальных стромальных клеток (МСК), их микровезикул (МВ) и плазмы, обогащенной растворимыми факторами тромбоцитов (ПОРФТ), на морфологическую и иммуногистохимическую характеристику поджелудочной железы при ОНП у крыс в зависимости от пути и времени введения, а также раздельного и сочетанного применения.
Материал и методы. Изучено влияние МСК, МВ МСК и ПОРФТ на морфологическую и иммуногистохимическую характеристику поджелудочной железы (ПЖ) при ОНП у крыс в зависимости от пути (региональный/внутривенный) и времени введения (6 и 24 часа от начала моделирования заболевания), а также их раздельного или сочетанного применения (ПОРФТ и МСК, ПОРФТ и МВ МСК). Исследование проведено на 72 половозрелых крысах-самцах линии Wistar. Модель острого некротизирующего панкреатита создавали стандартно введением 0,3 мл 5% неионного детергента полиэтиленгликоль-октилфенолового эфира в хвостовую часть ПЖ крыс. Забор органов и тканей производили на 3-и сутки от начала моделирования заболевания. Гистологические изменения в тканях ПЖ изучались путем окрашивания препаратов гематоксилином и эозином. Иммуногистохимическое окрашивание ткани ПЖ выполняли первичными моноклональными антителами к TGF-β1 и SCARD1 с последующим анализом характера их экспрессии.
Результаты. Было установлено, что более выраженные процессы регенерации и неоангиогенеза наблюдались при внутривенном способе доставки МСК и МВ МСК независимо от времени введения (6 или 24 часов). Полученные данные указывают на иммуномодулирующий и прорегенераторный эффект МСК и МВ МСК путем потенцирования поляризации от воспалительных макрофагов М1 к противовоспалительным М2, о чем свидетельствует выраженная иммуногистохимическая реакция к TGF-β1, который секретируется преимущественно макрофагами фенотипа М2.
Заключение. Применение в эксперименте МСК и МВ МСК для лечения ОНП на ранних стадиях заболевания обеспечивает более выраженные процессы репарации и неоангиогенеза в патологически измененной ткани ПЖ.
Функциональное состояние околощитовидных желез (ОЩЖ) у пациентов с хронической болезнью почек (ХБП) до и после трансплантации почки (ТП) тесно взаимосвязаны. Однако дооперационный оптимальный уровень паратиреоидного гормона (ПТГ) крови, препятствующий развитию посттрансплантационного гиперпаратиреоза (ГПТ), остается неизвестным.
Цель. Оценить функциональное состояние ОЩЖ у реципиентов почечного трансплантата на протяжении первого послеоперационного года в зависимости от предтрансплантационного сывороточного уровня ПТГ в целевом диапазоне (150–600 пг/мл).
Материал и методы. В ретроспективное когортное одноцентровое исследование включены 157 пациентов с ХБП С5-С5 (Д) с дооперационным уровнем ПТГ крови 150–600 пг/мл, перенесшие первичную ТП и имеющие удовлетворительно функционирующий трансплантат на протяжении года после операции. Определение сывороточных концентраций ПТГ, кальция, скорректированной на альбумин, фосфора и креатинина выполнено стандартными методиками до и после ТП через 3 и 12 месяцев. Целевым уровнем ПТГ крови после ТП считали показатели, не превышающие 130 пг/мл (2-кратное превышение верхней границы референсного интервала, равной 65 пг/мл).
Результаты. Пациенты были разделены на три группы: первая – 82 пациента с уровнем ПТГ крови 150–300 пг/ мл, вторая – 41 с уровнем ПТГ крови 301–450 пг/мл, третья – 34 с уровнем ПТГ крови 451–600 пг/мл. Группы были сопоставимы по соотношению мужчины/женщины, возрасту, первичному почечному заболеванию, модальности и длительности диализа. Через 3 месяца после ТП определялось снижение ПТГ крови у всех больных соответственно в группах до 128 (98;169), 180 (121;222) и 247 (154;299) пг/мл (р<0,001), целевой уровень ПТГ крови определялся соответственно у 58,5%, 34,1% и 20,6% пациентов (р<0,001). К концу года различие в показателях между группами отсутствовало. Регистрировалось снижение фосфора и стабильно нормальный кальций крови. Функция трансплантата на протяжении всего года была одинаковой у пациентов всех групп. Установлены прямая тесная корреляция между ПТГ крови до ТП и через три месяца после ТП, менее тесная – через год, слабая взаимосвязь между ПТГ крови и функцией трансплантата через 3 месяца и тесная через год.
Заключение. Процесс нормализации функции ОЩЖ в ранние сроки после успешной ТП зависит от предоперационного уровня ПТГ крови.
Нарушение почечной функции часто встречается у кандидатов на трансплантацию и реципиентов печени. Однако, несмотря на более чем 30-летний опыт выполнения в России операций по пересадке печени, эта проблема системно и на больших когортах пациентов не изучалась.
Цель. Оценить распространенность и выраженность нарушений функции почек непосредственно перед трансплантацией печени (ТП), в течение первой послеоперационной недели, при выписке и спустя год после операции.
Материал и методы. В одноцентровое регистровое исследование включены данные о 550 ТП от родственных (73%) и посмертных доноров (27%), выполненных последовательно в период с мая 2010 по июль 2024 года. Расчетную скорость клубочковой фильтрации (рСКФ) определяли по формуле 2021 CKD-EPI Creatinine. Острое почечное повреждение (ОПП) диагностировали и обозначали его стадию на основании критериев RIFLE в интервале от 12 часов до 7 дней после пересадки.
Результаты. Медианные значения рСКФ непосредственно перед ТП (n=550), при выписке (n=472) и спустя год после операции (n=257) составили 107 (86;119), 103 (75;116) и 79 (62;100) мл/мин/1,73 м2, а доли пациентов с рСКФ – менее 60 мл/мин/1,73 м2: 7,1%, 12,7% и 22,2% соответственно. ОПП развилось после 33,0% операций, в том числе стадий RIFLE > I – в 16,6% случаев. Методы заместительной почечной терапии были использованы после 7,3% ТП. При сочетании ОПП стадий RIFLE > I и ранней дисфункции трансплантата (РДТ) 30-дневная выживаемость трансплантатов составила 26% [14–39%]. Возраст реципиента (ОР 1,07, p<0,001), артериальная гипертензия (ОР 2,2, p=0,010), рСКФ < 60 мл/ мин/1,73 м2 при выписке (ОР 2,3, p=0,008), концентрация такролимуса в крови (ОР 1,18, p<0,001) – независимые факторы риска рСКФ < 60 мл/мин/1,73 м2 через год после ТП. Медианы убыли рСКФ в течение первого года после ТП при de novo назначении или конверсии иммуносупрессии на схемы с эверолимусом составили 11 и 23 мл/мин/1,73 м2 (p=0,115) и статистически значимо не отличались (p=0,485 и p=0,132 соответственно) от медианы снижения рСКФ среди пациентов, не получавших эверолимус – 13 мл/мин/1,73 м2. Пятилетняя выживаемость реципиентов с рСКФ < 60 мл/мин/1,73 м2 через год после ТП составила 89,0%, при рСКФ > 60 мл/мин/1,73 м2 – 88,7%, p=0,760.
Выводы. Оценка почечной функции должна являться неотъемлемым компонентом наблюдения за пациентами в листе ожидания и после пересадки печени. Особого внимания требуют пациенты пожилого возраста, имеющие артериальную гипертензию, исходно сниженную рСКФ, посттрансплантационное ОПП > I (особенно в сочетании с РДТ). Независимо от сроков после трансплантации следует избегать избыточной экспозиции ингибиторов кальциневрина (концентрации такролимуса > 10 нг/мл), при необходимости используя комбинации с микофенолатами или эверолимусом.
Ранняя экстубация по окончании операции оказывает благоприятное влияние на послеоперационное восстановление пациентов. Длительная и высокотравматичная сочетанная трансплантация почки и поджелудочной железы (СТПиПЖ) у реципиентов с тяжелой исходной патологией и напряженными механизмами гомеостаза не всегда позволяет безопасно выполнить процедуру ранней экстубации. Оценке влияния реципиент-обусловленных факторов и интраоперационных клинических факторов на возможность успешной экстубации в операционной после СТПиПЖ посвящена данная статья.
Цель. Разработать и обосновать прогностическую модель для определения вероятности успешной экстубации в операционной после СТПиПЖ в зависимости от влияния реципиент-зависимых факторов и интраоперационных клинических факторов.
Материал и методы. Проведено проспективное исследование с ретроспективным контролем 85 реципиентов, которым в НИИ скорой помощи им. Н. В. Склифосовского выполнили СТПиПЖ в период с 1.01.2008 по 31.12.2024 г. Среди них было 52 мужчины (61%) и 33 женщины (39%), медиана возраста составила 35 (31;39) полных лет. Пациенты были разделены на две группы: в I группу включили пациентов, которые были успешно экстубированы по окончании операции, во II группу – пациентов, неэкстубированных по окончании операции и переведенных в отделение реанимации на продленную искусственную вентиляцию легких (ИВЛ). Были проанализированы длительность нахождения в стационаре, госпитальная и 1-летняя выживаемость реципиентов в обеих группах. С помощью метода бинарной логистической регрессии была разработана прогностическая модель вероятности успешной экстубации пациентов в операционной после СТПиПЖ в зависимости от наличия реципиент-зависимых факторов и интраоперационных клинических факторов с пошаговым исключением по Вальду.
Результаты. Прогностическая модель возможности успешной экстубации в операционной является статистически значимой (p<0,001), с чувствительностью и специфичностью модели 76,7% и 73,8%, соответственно. Среди реципиент-зависимых факторов скорректированную статистическую значимость показали индекс массы тела (p=0,003) и длительность заместительной почечной терапии (p=0,037), среди интраоперационных клинических факторов – наличие эпидурального компонента обезболивания в составе общей многокомпонентной анестезии (p<0,001), среднее артериальное давление не ниже 90 мм рт. ст. на реперфузии (p=0,048), фактор длительности операции (p=0,029), суммарное количество фентанила (p<0,001) и цисатракурия (p=0,044).
Заключение. Разработанная прогностическая модель позволяет определить тактику интраоперационного ведения пациентов и оптимизировать стратегию анестезиологического обеспечения при СТПиПЖ.
Терапевтическая эффективность трансплантатов кожи и различных тканевых эквивалентов при лечении многих заболеваний известна. Заготовкой, процессингом, хранением, обеспечением мер безопасности и подготовкой к использованию таких продуктов занимаются специальные клинические биобанки. Целью их деятельности является как хранение тканей и клеток, так и последующая их передача в лечебные учреждения для клинического применения. Производственные биобанки позволяют использовать биоматериал с целью изготовления лекарственных средств и медицинских изделий и представляют собой значимый элемент в системе организации медицинской помощи многих стран мира.
Цель. Обобщить современные представления о роли клинических и производственных биобанков в системе оказания медицинской помощи населению в различных странах мира. Представить организационные и правовые механизмы работы системы банков тканей на примере США и ЕС. Представить пути решения для создания первых биобанков с жизнеспособными тканями в РФ на примере биобанка кожи.
Материал и методы. В обзор включены иностранные и отечественные публикации по банкам тканей, ссылки на законные акты и документы, регулирующие вопросы тканевого донорства в России и за рубежом, а также вопросы организации работы биобанков.
Заключение. В настоящей статье представлен обзор практик биологического банкирования, основные виды трансплантатов и тканевых эквивалентов кожи, сферы их возможного применения и особенности технологии процессинга и хранения. Представлены на обсуждение мнения о том, какие типы банков тканей могут создаваться сейчас для удовлетворения неотложных медицинских нужд, какие продукты могут в них процессироваться и храниться и какое требуется нормативное регулирование для их создания и деятельности.
Пациенты с глубокими ожогами нуждаются в хирургическом лечении, однако сроки и объем оперативных вмешательств до настоящего времени не разработаны.
Цель. Проанализировать опыт хирургического лечения глубоких ожогов за рубежом.
Материал и методы. Поиск источников литературы проводили с использованием электронных баз PubMed, Scopus, CrossRef за период 1947–2023 гг. В работу включены некоторые ранние базовые публикации по хирургическому лечению глубоких ожогов, однако современное состояние проблемы отражают статьи за последние 20 лет.
Заключение. Данные зарубежных источников литературы показывают, что в странах с низким уровнем доходов эффективность ранней некрэктомии не подтверждена, что обусловлено отсутствием ожоговых отделений, донорской крови и раневых покрытий. В развитых странах Европы, США, Японии в настоящее время применяется активная хирургическая тактика и является правилом выполнение некрэктомии в первые сутки поступления пациента в стационар. В многочисленных работах авторы утверждают, что результаты ранней некрэктомии и аутодермопластики лучше, чем при отсроченных операциях, но приводимые данные по летальности неоднозначны. Авторы указывают, что на высокую летальность влияют пожилой возраст пациентов, большая площадь глубокого ожога и наличие ингаляционной травмы. При этом для планирования хирургического вмешательства не используют ни один из разработанных прогностических индексов, включающих указанные предикторы неблагоприятного исхода ожоговой травмы.
Несмотря на достижения в области трансплантологии, проблема гнойно-септических инфекций в ней остается весьма насущной. Этому во многом способствует иммунокомпрометированный статус больных, а также постоянный рост числа резистентных штаммов возбудителей гнойно-септических инфекций.
Цель. Изучить структуру возбудителей гнойно-септических инфекций и их антибиотикочувствительность у пациентов отделения трансплантации печени ГБУЗ «НИИ скорой помощи им. Н. В. Склифосовского ДЗМ».
Материал и методы. Проведен анализ результатов микробиологического исследования 2324 проб различных видов клинического материала, полученного от 236 больных, находившихся на лечении в институте с 01.01.2023 по 30.06.2024. Всего было выявлено 879 штаммов микроорганизмов. При выделении из крови пациентов штаммов бактерий, устойчивых к карбапенемам, проводили определение генов карбапенемаз иммунохроматографическим методом.
Результаты. Среди возбудителей гнойно-септических инфекций доля грамотрицательных патогенов составила 54% от общего числа штаммов, грамположительных бактерий – 43%, а дрожжеподобных грибов рода Candida – 3%. Среди грамотрицательных палочек доминировали энтеробактерии. Абсолютным лидером являлись штаммы Klebsiella pneumoniae (33,0% от общего числа). На долю неферментирующих палочек приходилось 11,3% выделенных штаммов. Среди грамотрицательных возбудителей гнойно-септических инфекций преобладали штаммы, резистентные к основным классам антибактериальных препаратов, применяемых в лечебной практике. Доля штаммов K. pneumoniae, устойчивых к амикацину, составила 72,4%, к ципрофлоксацину – 95,5%, к имипенему и меронему – 89,3% и 87,9% соответственно. Среди грамположительной кокковой флоры преобладали коагулазоотрицательные стафилококки (18%) и энтерококки (19,5%), при этом доминировали полирезистентные штаммы. Антистафилококковую активность сохраняли ванкомицин, линезолид и даптомицин. У резистентных к карбапенемам штаммов K. pneumoniae и E. coli, выделенных из крови пациентов, преобладали NDM металлo-бета-лактамазы и сериновые карбапенемазы OXA-48 группы.
Заключение. Ведущим возбудителем гнойно-септических инфекций среди грамотрицательной микрофлоры является K. pneumoniae, среди грамположительной – коагулазоотрицательные стафилококки и энтерококки. Результаты работы подтверждают общемировую тенденцию роста числа полирезистентных штаммов среди возбудителей гнойно-септических инфекций.
Инфекция области хирургического вмешательства, вызванная флорой контаминированного бактериями трансплантата почки, крайне редка и мало описана. Однако подобные случаи могут приводить к потере трансплантата и смерти реципиента, поэтому должны быть представлены профильным специалистам.
Цель. Демонстрация редкого случая развития инфекции области хирургического вмешательства у реципиента почки после пересадки ненамеренно инфицированного Klebsiella pneumonia трансплантата.
Материал и методы. Реципиент почки – мужчина 49 лет, страдающий хронической болезнью почек 5-й стадии, которому выполнили трансплантацию почки от посмертного асистолического донора. При описании клинического случая были использованы результаты лабораторно-инструментальных и патоморфологических исследований из истории болезни, карты наблюдения реципиента и паспорта донора.
Результаты. Представлена клиническая картина течения инфекции области хирургического вмешательства, вызванной бактериями K. pneumonia, которым был инфицирован трансплантат у реципиента почки, и результат ее лечения.
Выводы. При трансплантации контаминированного микробами трансплантата почки развившуюся инфекцию необходимо считать глубокой. При прогрессивном развитии абсцессов, флегмон в ложе трансплантата и другой связанной локализации или течения инфекции по типу некротического целлюлита/фасциита при отсутствии эффекта от антибактериальной терапии необходимо выполнить срочное хирургического вмешательство с широким вскрытием очагов и удалением трансплантата почки как источника инфекционного процесса в сочетании с проведением адекватной антибактериальной терапии и отменой иммуносупрессии.
Резистентный асцит после трансплантации печени является относительно редким осложнением. В то же время его наличие существенно влияет на прогноз и качество жизни пациентов. Ранняя диагностика и успешное лечение резистентного асцита могут улучшить отдаленные результаты трансплантации. Однако этиология посттрансплантационного асцита гетерогенна, в связи с чем верификация этиологического фактора и выбор метода лечения в большинстве случаев представляют существенную проблему для клиницистов.
Цель. Представить обзор литературы методов диагностики и лечения резистентного асцита у реципиентов печени в раннем посттрансплантационном периоде.
Материал и методы. Проведен обзор публикаций, посвященных изучению основных причин развития асцита после трансплантации печени, эффективности инструментальных методов диагностики и интервенционных вмешательств у реципиентов печени с резистентным асцитом. Также в статье обсуждаются собственные наблюдения сложных клинических случаев посттрансплантационного асцита.
Выводы. При диагностике этиологического фактора посттрансплантационного асцита необходимо учитывать предоперационный статус пациента, характеристики донорского органа и особенности хирургического вмешательства. В случае отсутствия явных предрасполагающих факторов требуется последовательное обследование пациента для исключения сосудистых, внутрипеченочных и внепеченочных причин асцита. Понимание основных механизмов развития посттрансплантационного асцита и последовательное обследование пациентов может помочь клиницистам при выборе метода лечения.
- 1
- 2