В статье рассматривается специфика тематизации радикальных проявлений человека в философской антропологии, раскрываются исследовательские перспективы, открываемые данным подходом и данной областью философских исследований. Особое внимание в статье уделено проблеме безопасности в ситуации антропологического кризиса (ощущение распавшегося образа мира, ускорение социальной динамики, неопределенность, угроза реальности). Представлена панорама антропологических практик, создающих угрозы для безопасности человека и общества. Реконструированы способы построения дискурса негативной антропологии. Негативная антропология продуцирует радикализацию человека через наделение его свойством предельной трансгрессивности, стремлением к крайностям, экстатическим состояниям, что существенным образом сказывается на всех аспектах функционирования общества. Негативная модель понимания человека имеет важный эвристический смысл - создать содержательную философскую антропологию и позитивный образ человека благодаря конституирующему отталкиванию. В современной культуре в настоящее время повышен статус отрицательных феноменов и самого процесса негации, что в условиях беспрецедентного ускорения социальной динамики чревато окончательной дискредитацией т. н. позитивного понимания человека. Исследуются возможности коррекции антропологической ситуации через критическое рассмотрение дезантропологизирующих и пост-человеческих практик как проявлений антропологической радикальности. Проанализированы антропотренды, связанные с трансгуманизмом и постмодернизмом. Их радикальность обусловлена готовностью пожертвовать человеком, который в его современном виде отрицается и приносится в жертву будущему или прошлому - в случае трансгуманизма он заменяется «не-человеком» для спасения техногенной цивилизации (от экологического кризиса, например) и прогрессистского мировоззрения, в случае «практик травматического прошлого» культура аффектов направлена на подавление интенциональности субъекта для защиты от рецидивов тоталитаризма. Общий враг обоих трендов - настоящее положение дел, их общая черта - доктрина пассивности, когда будущему в лице техносферы или прошлому позволяют овладеть субъектом. Философская антропология видит серьезную опасность для человека в недистанцированном существовании, его полном инфантильном растворении в том или ином социальном феномене. В отличие от описанных подходов философская антропология придает важнейшее значение суверенности субъекта, который несет ответственность и делает принципиальный выбор, ориентирующий его существование.
Целью данного исследования является выявление современной языковой ситуации в Азербайджанской Республике. Статья базируется на результатах комплексного социологического исследования, проведенного в сентябре 2023 года на территории Азербайджанской Республики. В рамках исследования был применен синтез нескольких социологических методов: опрос в форме электронного анкетирования (N=350), фокусированные групповые интервью (5) и серия экспертных интервью (9). На сегодняшний день помимо высокой распространенности азербайджанского языка (что естественно для относительно новой национальной республики) в стране распространена широкая палитра языков, прежде всего русский, английский и турецкий языки, причем именно русский язык является вторым по распространенности, несмотря на его статус. «Конкурентами» русского языка в сегодняшнем Азербайджане можно рассматривать английский (что продиктовано развитием технологий, образования, экономики, интеграцией в европейское сообщество, укреплением независимости.) и турецкий языки. Идеология государства, направленная на построение братских отношений с Турцией, утверждение наличия единых исторических корней у народов Турции и Азербайджана, а также родство языков делают турецкий не только популярным, но и понятным для большинства владеющих азербайджанским языком. Можно отметить, что языковая ситуация в Азербайджане носит сугубо прагматический характер. Тот факт, что население республики пока достаточно активно использует русский язык в повседневной культуре, не может служить аргументом в пользу прогноза о том, что так будет всегда. Прагматика языкового выбора населения страны заключается в том, что перед обществом, в частности перед молодыми людьми стоит сложный, а порой и судьбоносный выбор - как строить успешную карьеру. И в этой ситуации у русского языка есть достаточно серьёзные и сильные конкуренты - английский и, набирающий популярность в последнее время, турецкий. Однако у русского языка на сегодняшний день имеется важный плюс - это язык экономической и культурной интеграции, язык для межкультурного общения на постсоветском пространстве. Выгоды, которые несет данная интеграция, будут напрямую влиять на языковую политику Азербайджанской Республики.
В статье рассматриваются современные взгляды на проблему практик применения эвтаназии в современном обществе сквозь призму социетальной безопасности. В работе обобщены данные исследований ведущих российских аналитических центров за последнее десятилетие, которые изучали морально-этические аспекты в профессиональном (медицинском) сообществе, понимание и отношение россиян к легализации эвтаназии. В ходе изучения такого аспекта проблемы, как легализация эвтаназии, важно подчеркнуть, что сегодня в мировом дискурсе отсутствует общая точка зрения по этому поводу. Мнения в этом вопросе варьируется от полного неприятия до безусловного одобрения. Публичный дискурс легимитизации эвтаназии продолжается как в странах, где эвтаназия запрещена законом, так и там, где она уже разрешена властями. Анализ кейсов позволил глубже понять взгляды на эвтаназию. Для верующих людей эта процедура часто воспринимается как убийство или самоубийство. В то же время, врач, имеющий многолетний опыт работы с тяжелобольными, проявляет более лояльное отношение к эвтаназии. Однако, эксперты пришли к единому мнению: наше общество пока не готово принять такое решение, как на законодательном, так и на духовно-нравственном уровне. Некоторые из них подчеркивают, что эвтаназия может стать легитимным выбором для людей, страдающих от невыносимых болей и неизлечимых заболеваний, которые теряют качество жизни. Важно учитывать, что в таких случаях речь идет не о желании покончить с собой, а о стремлении избежать страданий. При этом необходимо понимать, что этот вопрос требует глубокой этической проработки и обсуждения.
В статье рассматривается значимость сохранения традиционных ценностей как ключевого аспекта поддержания национальной самобытности в условиях глобализации. Сегодня развитие информационных технологий и возможностей для приобщения к чуждым социокультурным стандартам представляет угрозу для духовной безопасности страны. Особенно это касается современных западных либеральных ценностей, которые стремятся к достижению социокультурной однородности в глобальном масштабе, преодолевая национальные и региональные границы. В случае все большего распространения данных культурных универсалий, существует довольно высокий риск потери национальной уникальности и забвения национальных корней. Западные либеральные представления о человеке как о существе, движимом исключительно личными интересами и стремящимся к удовлетворению своих корыстных желаний, не соответствуют традиционным взглядам в России и способствуют разобщению общества. Принимая во внимание, что традиционные российские духовно-нравственные ценности складывались под воздействием религиозных учений, в государственной политике по их укреплению особое место отводится авраамическим религиям - исламу, христианству и иудаизму. Обращение к религии как важному социальному институту, способному оказать влияние на процесс сохранения традиционных для России духовно-нравственных ценностей развивает не только государственно-конфессиональные отношения, но и межконфессиональный диалог. Поскольку все конфессии объединяет общая цель, которая заключается в формировании нравственных ориентиров у людей. Но для предотвращения угроз размывания традиционных российских духовно-нравственных ценностей и обеспечения общегражданского единства поликультурного народа России, необходимо сделать их основой системы воспитания в нашей стране.
Статья посвящена анализу участия астраханских художников в работе первой зональной выставки «Большая Волга» (1964) как способу выражения региональной идентичности в искусстве. В рамках историко-культурного анализа рассматриваются некоторые особенности культурной политики РСФСР, направленной на создание единого художественного пространства, и роль зональной выставки как механизма взаимодействия центра и регионов. Автор исследует, каким образом астраханские художники адаптировали принципы официального искусства социалистического реализма, сочетая их с локальной спецификой. В процессе рассмотрения отдельных произведений с использованием иконографического анализа и сравнительного метода, выявляются характерные темы, представленные в работах астраханцев. Особое внимание уделено доминирующему мотиву реки, отразившему экономическую и культурную специфику астраханского региона, а также репрезентации взаимодействия традиционного уклада и индустриального прогресса в изобразительном искусстве. Участие астраханцев в первой зональной выставке «Большая Волга» в 1964 г. представлено как важный этап в истории астраханского искусства. Подчёркивается значение выставки в контексте формирования и выражения творческой идентичности местных художников, а также их интеграции в общеcоюзный художественный процесс. Результаты исследования расширяют понимание региональных аспектов советского искусства, демонстрируя, что в рамках единой идеологической модели могли также существовать формы художественного самовыражения, интерпретирующие локальные культурные коды.
Западная цивилизация основана на трех идеологических китах: расизм, национализм, колониализм. Это, по существу, милитаризская культура, в центре которой находится культ насилия расово превосходящего всех белого сверхчеловека («белого господина»). Расизм, национализм и колониализм были реалиями этой цивилизации, тогда как придуманная им альтернатива - гуманизм, так и не вышла из своей колыбели, так и оставшись младенцем. Именно этот инфантилизм и стал родовым проклятием гуманизма. Именно эта претензия постоянно предъявляется гуманитариям, которых обвиняют в идеализации своих базовых ценностей. Вся история человечества последних пяти столетий есть мучительная попытка превращения гуманизма их утопии в реальность. Утопией идея становится тогда, когда о ней начинают больше говорить, чем делать. Разговоры о каком-либо качестве становятся утопическими, когда на практике ничего не делается для воплощения высказанных идей в жизнь. Насчет гуманизма мы как раз и наблюдаем подобного рода картину: есть прекрасные слова и ужасные дела. Дела расходятся с красотой слов, смысл слов опровергается суровой действительностью. В настоящей работе больше ставятся вопросы, чем даются ответы. Но именно в постановке таких вопросов как раз и кроется, по нашему мнению, суть рассматриваемой проблемы кризиса гуманизма.
В статье рассматривается комплексная проблема конструирования национальной идентичности современной России. Поднимаются вопросы акторов формирования национальной идентичности, дается социально-философский анализ различных подходов к пониманию национальной идентичности (национально-этнического и национально-государственного) в контексте дискуссий о национальной идее, нации, национальном вопросе. Исследуются исторические уровни национальной идентичности: идентичность Российской Империи, Советского союза, постсоветская и современная идентичность. Автор использует междисциплинарную методологию исследования, сочетающую: социально-философский, философско-политический, социокультурный, аксиологический, социетальный подходы. Особое внимание в статье уделено проблеме безопасности. Проблема безопасности рассматривается на национальном и общественном (социетальном) уровне в контексте роста угроз под влиянием геополитических и внутренних факторов, определяющих необходимость конструирования национальной идентичности России как комплексного, интегрального феномена, обеспечивающего консолидацию россиян и устойчивое развитие нашей страны в условиях кризиса однополярного миропорядка и становления многополярного мира.
Статья посвящена анализу open-air постановок в пространстве Астраханского кремля как новой формы сохранения культурного наследия в рамках культурной безопасности каспийского региона. В статье анализируется open-air постановка оперы Сергея Прокофьева «Война и мир» Астраханского государственного театра оперы и балета в исторических декорациях Астраханского кремля. Спектакль рассматривается с точки зрения применения концепции гетеротопии французского постструктуралиста Мишеля Фуко. В данном случае Астраханский кремль выступает как место своеобразной театральной гетеротопии, образующейся только в момент спектакля. Следуя теории Мишеля Фуко, такой подход может генерировать нестандартный временной формат, создавая новые смыслы. Астраханский кремль в данном случае выступает как место гераклит, в котором объединяются разные временные промежутки: это время строительства кремля, действия в опере и момент показа спектакля. Помимо этого, в спектакле структура оперы объединяется материальным и условным пространствами кремля. Также исследуется дихотомия «войны» и «мира» в спектакле. Благодаря этому в простановке усиливается патриотическая тема, которая способна привести к акту коллективной исторической рефлексии. Особое внимание уделяется механизмам представления драматургического контраста между «миром» и «войной» и его воплощению в open-air формате, с помощью которого меняется традиционное восприятие оперного спектакля. Ключевые постановочные стратегии рассматриваются через призму децентрализации сцены, когда стены, башни и внутренние дворы кремля становятся самостоятельными драматургическими элементами, а перемещение зрителей и артистов в пределах гетеротопического локуса формирует эффект полного исторического присутствия.
Статья посвящена исследованию механизмов сохранения религиозной идентичности в среде астраханских старообрядцев-федосеевцев во второй половине XIX в. на примере деятельности наставниц станицы Городофорпостинской Агапии и Агафии. Автор анализирует доктринальные основания беспоповщинского согласия, сформированные под влиянием эсхатологических представлений о воцарении антихриста и прекращении священства. Особое внимание уделяется феномену женского религиозного лидерства в условиях отсутствия иерархического клира. На основе изучения архивных и опубликованных источников, включая отчёты Кирилло-Мефодиевского братства и труды миссионеров, делается вывод о том, что создание «Седьми-толкового Апокалипсиса» стало инструментом сохранения религиозной идентичности, систематизации вероучения, укрепления общинной дисциплины и трансляции эсхатологической традиции в повседневную практику. Деятельность вдов-наставниц рассматривается как качественное проявление духовного авторитета, позволившее женщинам занять позицию «творцов традиции» в замкнутом религиозном социуме.
Статья посвящена анализу современных конфликтов исторической памяти, формирующихся и разворачивающихся в условиях цифровой коммуникационной среды. Рассматриваются механизмы конкуренции исторических интерпретаций, в рамках которых прошлое становится объектом политической, идеологической и символической борьбы между государственными институтами, политическими акторами и гражданскими сообществами. В статье показано, каким образом цифровые коммуникации трансформируют способы обращения современных пользователей к истории, расширяя круг агентов исторической памяти и одновременно усиливая конфликтный потенциал публичных дискуссий о прошлом. Особое внимание уделяется роли цифровых платформ, пользовательского контента и сетевых форм коммуникации в переосмыслении исторических событий, а также в распространении альтернативных, ревизионистских и псевдоисторических нарративов. Анализ конкретных кейсов демонстрирует, что в цифровой среде историческая память утрачивает стабильность и превращается в динамичный ресурс политической мобилизации, легитимации властных позиций и конструирования коллективных идентичностей. В статье обосновывается тезис о том, что конфликты исторической памяти в цифровой коммуникационной среде отражают более широкий кризис исторического консенсуса и представляют угрозу информационной безопасности, поскольку поляризация нарративов и распространение ревизионистских интерпретаций подрывают социальный консенсус и легитимность базовых социально-политических институтов. Полученные выводы позволяют рассматривать мемориальные конфликты как устойчивый элемент современного социально-политического пространства, требующий дальнейшего междисциплинарного осмысления.
Статья посвящена роли религиозных организаций Дагестана в сохранении традиционных духовно-нравственных ценностей на фоне современных культурных вызовов, связанных распространением западных культурных образцов с их индивидуалистической повесткой. Эмпирической базой выступают данные экспертного опроса, проведенного автором в 2025 году. Показано, что эксперты наиболее высоко оценивают вклад религиозных структур в развитие взаимопомощи, патриотизма и традиционных семейных ценностей. При этом наименьшие оценки получены по параметру формирования гражданской идентичности. Указывается, что на эффективность религиозных проповедей сказываются как недостаточная религиозная грамотность верующих, так и доминирование материальных ценностей в обществе. В статье указывается, что сложность сохранения именно дагестанской культурно-ценностной традиции связана как с ближневосточным культурным влиянием, так и с процессом формирования российской нации с приоритетом развития интегрирующих идентичностей (цивилизационной, гражданской) над «дезинтегрирующими» (этнорегиональной, этноконфессиональной). Автор приходит к заключению, что религиозные организации играют важную роль в сохранении традиционных российских духовно-нравственных ценностей. Но в условиях светской системы правоотношений их потенциал, без объединения усилий государства и общества, оказывается недостаточным.
Исследование исторической памяти представляет собой ключевой инструмент для понимания механизмов формирования коллективной и индивидуальной идентичности. Представления о прошлом, оценка значимости тех или иных эпох и событий выступают не просто как сумма знаний, но как смысловой фундамент, на котором строится осознание общности, принадлежности к народу и государству. Эти представления формируют призму, сквозь которую интерпретируются современные социально-политические процессы, которые, в свою очередь, служат основой для обоснования текущих ценностных ориентаций и поведенческих моделей. Особую актуальность это направление исследований приобретает в контексте полиэтничных и поликультурных регионов, где общероссийская идентичность находится в сложном взаимодействии с региональными и этническими компонентами самосознания. Одним из таких регионов выступают территории России, находящиеся непосредственно у Каспийского моря: Астраханская область, Республика Калмыкия и Республика Дагестан. Многонациональный состав этих субъектов РФ, сложный, насыщенный исторический контекст их вхождения в состав России сформировали региональное восприятие, отличающееся местной спецификой. Цель данной работы - сравнительный анализ исторической памяти населения Астраханской области, Республики Калмыкия и Республики Дагестан. В статье были выявлены как общие, так и специфичные черты общественного мнения относительно событий российской и мировой истории. Особое внимание было уделено сравнению мнений представителей различных возрастных поколений: молодежи, чье мировоззрение формировалось в постсоветскую эпоху, и старшего поколения, чья идентичность в значительной степени укоренена в советском опыте. Кроме того, в фокусе исследования находятся представления респондентов о символическом наследии своих регионов - персоналиях и объектах, олицетворяющих локальную идентичность.