Статья: ОСОБЕННОСТИ СОДЕРЖАНИЯ ВИРТУАЛЬНОЙ И РЕАЛЬНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ СТАРШИХ ШКОЛЬНИКОВ (2025)

Представлен комплексный анализ гендерных особенностей субъективного благополучия молодежи Приднестровья в контексте уникальных социально-политических условий региона. Целью работы стали выявление и оценка различий в психологических детерминантах субъективного благополучия у юношей и девушек, проживающих в данном регионе, с учетом специфики их социального окружения и культурных традиций. В качестве основной гипотезы исследования выступает предположение о наличии статистически значимых гендерных различий в структуре и компонентах субъективного благополучия, что может быть обусловлено различиями в социальных ролях и ожиданиях, предъявляемых к представителям разных полов в обществе. Эмпирическую базу исследования составила выборка из 329 студентов Приднестровского государственного университета в возрасте от 17 до 23 лет ( n 1 = 153 девушки, n 2 = 176 юношей). Методологический инструментарий включал комплекс современных психодиагностических методик, направленных на глубокое изучение структуры темперамента, уровня воспринимаемой социальной поддержки, степени диспозиционной надежды, выраженности личностных черт, жизнеспособности и показателей субъективного благополучия. Результаты статистического анализа выявили значимые гендерные различия по ряду показателей, а также определили предикторы субъективного благополучия в группах мужчин и женщин. В частности, было установлено, что девушки демонстрируют более высокие значения по шкалам эмоциональности и социальной эмоциональности, что может свидетельствовать о большей склонности к эмоциональному реагированию и социальному взаимодействию. Юноши, напротив, показали более высокие значения по шкале нейротизма, что указывает на специфические психологические особенности, требующие дальнейшего изучения и внимания со стороны специалистов. Регрессионный анализ показал, что у девушек ключевыми предикторами субъективного благополучия являются социальная эмоциональность, экстраверсия и позитивные установки, тогда как у юношей значимыми детерминантами выступают социальная компетентность, социальная эргичность и поддержка от друзей.

Во многих исследованиях психических состояний человека ключевая роль отводится ситуативным факторам, содержательная сторона которых остается дискуссионной. Исходя из положения о ситуативности психических состояний личности, их регуляция связана со степенью напряженности ситуации. Достаточно дифференцированно это представлено в студенчестве, где ситуацию лекции условно можно рассматривать как повседневную, семинар - ситуацию средней напряженности, а экзамен - как напряженную ситуацию. Цель работы - установить особенности ситуативной регуляции психических состояний студентов в зависимости от их личностных черт. В исследовании приняли участие 114 студентов Казанского федерального университета, средний возраст испытуемых - 20 лет. В работе использовались диагностическое тестирование, методы описательной статистики, кластерный, однофакторный дисперсионный и корреляционный виды анализа. Установлено, что формы учебного процесса отличаются по степени напряженности: в ситуации лекции и семинара проявляются психические состояния низкого и оптимального уровня психической активности; в ситуации экзамена - состояния высокого уровня активности. В ситуации лекции ситуативную регуляцию психических состояний обусловливает внешний фактор «Ситуации жизнедеятельности»; в ситуации семинара - «Природный фактор»; в ситуации экзамена - внутренний фактор «Значимые обстоятельства». В ситуации лекции и семинара на ситуативную регуляцию психических состояний влияет «Авторитарный стиль» поведения и уровень самооценки, в ситуации экзамена - «Эмоциональная неустойчивость» и уровень самооценки. Практическая значимость исследования видится в применении полученных результатов в работе психологических служб университета при проведении тренинговых программ и составлении саморегуляционных методов, с учетом личностных особенностей.

В статье представлены результаты проверки трудности, внутренней согласованности и надежности разных версий теста когнитивной рефлексии (CRT; С. Фредерик, М. Топлак, Р. Вест, К. Станович, К. Томсон, Д. Оппенгеймер). Данный ипсативный тест состоит из ряда заданий-головоломок, в логику которых вложено наличие импульсивного интуитивного неверного ответа, который первым приходит на ум. Чтобы правильно ответить на каждое из заданий, респонденту необходимо подавить первое интуитивное решение и, продолжив размышлять, прийти к правильному неочевидному решению. Таким образом, тест когнитивной рефлексии фиксирует три шкалы: когнитивная рефлексия (CRT-r), интуитивные ошибки (CRT-i) и неинтуитивные ошибки (CRT-n). Часть вопросов имеет числовой формат, а часть - вербальный (CRT-V). Общая выборка исследования составила 470 студентов, из них 22 % ( n = 102) мужчин и 78 % ( n = 368) женщин в возрасте 17-33 лет, учащихся разных среднеспециальных и высших учебных заведений города Перми. Анализ процента правильных, интуитивно неправильных и неправильных ответов выявил разную дискриминативность заданий теста. С помощью серии конфирматорных факторных анализов выявлено несколько однофакторных комплектов заданий с приемлемой согласованностью (отдельно для CRT-r и CRT-i). Надежность большинства версий комплектов заданий CRT находится на низком, но приемлемом уровне (наиболее высокие значения у CRT-r = ω Макдональдса до 0,778). Обсуждаются факты согласованности числовой и вербальной версии теста когнитивной рефлексии. Методика может быть использована для решения научных и прикладных задач как в психологии, так и других научных сферах.

Современное образование предъявляет высокие требования к будущим педагогам, для которых важны не только знания и навыки, но и способность тонко понимать эмоции, эффективно общаться и адаптироваться к различным ситуациям в условиях быстро меняющегося мира. Данное исследование посвящено анализу особенностей взаимосвязей лингвистических способностей, эмоционального интеллекта и свойств личности у студентов педагогических специальностей различной академической направленности. Использовались три ключевые методики: тест множественного интеллекта Г. Гарднера для оценки лингвистического интеллекта, опросник ЭмИн Д. В. Люсина для измерения эмоционального интеллекта, а также личностный опросник Г. Айзенка (EPI) для анализа индивидуальных черт характера. Результаты показали значимые различия между группами респондентов: студенты гуманитарного направления имеют высокие показатели лингвистических способностей и выраженный эмоциональный интеллект, в то время как студенты математического направления демонстрируют развитые логико-математические способности. Полученные результаты отражают специфику образовательной направленности респондентов: для студентов гуманитарного направления ключевым является умение устанавливать глубокие эмоциональные связи и выстраивать социальное взаимодействие, студенты математического направления акцентируют внимание на структурировании информации и навыках межличностного общения. Результаты исследования могут быть использованы для создания образовательных программ, которые интегрируют особенности лингвистических способностей, эмоционального интеллекта и свойств личности в зависимости от академической направленности будущих педагогов. Это позволит улучшить их профессиональную подготовку. Дополнительно результаты могут служить основой для разработки инструментов психологической поддержки студентов.

Цифровизация представляет собой информационно-технологическую революцию, сдвиг парадигмы, который влияет на всю жизнь личности. Для образовательных организаций цифровизация меняет условия обучения и взаимодействия между студентами и профессорско-преподавательским составом. Сталкивается с трудностями в связи с трансформацией образовательной системы и психологическое образование. В статье рассматриваются образовательные возможности высших учебных заведений в современном мире, описываются такие формы обучения, как традиционные, дистанционные и смешанные. Ответом на быстрое развитие образовательных технологий является смешанное обучение, которое представляет собой растущую тенденцию в современном высшем образовании. Поиск гибких возможностей обучения и формирования необходимых знаний, умений и навыков привел к активному внедрению цифровых технологий в учебный процесс. Для студентов психологического направления формирование профессиональной идентичности является неотъемлемой частью обучения в высшей школе и обусловлено рядом факторов. В данном теоретическом обзоре рассматриваются факторы, влияющие на формирование профессиональной идентичности будущего специалиста в условиях смешанного обучения, а также влияние преподавателей и образовательной среды на студентов-психологов. Делается вывод о том, что наличие образцов для подражания и способность студентов к рефлексии, понимание своих возможностей и усовершенствование навыков играют ключевую роль в формировании профессиональной идентичности психолога. Отмечается ценность смешанной формы обучения, которая обеспечивает доступность информации и применения в реальной жизни цифровых навыков, а также умение встраивать их в профессиональную деятельность.

Исследование посвящено изучению социокультурных потребностей лиц юношеского возраста, проживающих в малых и больших городах Кемеровской области - Кузбасса. Социально-психологический опрос проводился онлайн, в нем приняли участие 6 198 человек в возрасте от 16 до 23 лет. Изучались субъективные оценки значимости и степени удовлетворенности 28 социальных и культурных потребностей. Отдельно проанализированы ответы жителей Кемерова и Новокузнецка - крупнейших городов области, а также ответы жителей малых городов и поселков Кемеровской области. Лидируют по значимости среди социокультурных потребности во взаимной заботе о близких людях, в материально обеспеченной жизни, профессиональном росте, развлечениях, получении образования. Данные потребности могут рассматриваться либо как базовые психологические, либо как «возрастные константы». Наиболее удовлетворенные потребности: во взаимной заботе о близких людях, общении, получении образования и новой информации, развлечениях. Наибольший разрыв в значимости и степени удовлетворенности обнаружен для потребностей в материально обеспеченной жизни, путешествиях, профессиональном росте, интересной работе, развлечениях. Обнаружено, что наиболее значимые потребности оцениваются как более удовлетворенные и являются ведущими для всех трех групп респондентов. Менее значимые потребности могут иметь разную степень важности для юных жителей Кемерова, Новокузнецка и малых населенных пунктов Кемеровской области в соответствии со спецификой социально-культурного пространства, в котором проживают респонденты. Кемеровчане более ориентированы на культурную жизнь, новокузнечане - на профессиональную самореализацию, жители малых населенных пунктов Кемеровской области - на традиционные ценности и любовь к Родине.

В статье исследуются обманные методы ведения бизнеса, используемые продавцами, и психологические манипуляции, применяемые средствами массовой информации, целью которых является формирование неуверенных в себе личностей, использование их слабостей. Также представлен обзор нормативных актов, направленных на защиту потребителей от такого поведения торговцев. Л. Фуко видит человека как существо несвободное, порабощенное ролями, навязанными ему экономическими монополистами, роль которого заключается в том, чтобы служить их обогащению, а любое сопротивление приводит к потере статуса в обществе. При этом идентичность послушного и хорошо подготовленного потребителя, отвечающего на требования постоянно доказывать свой социальный статус и навязанную роль, является единственной, которую ему удается выстроить. В результате исследования авторы приходят к выводу, что экономические монополисты используют сообщения в СМИ для манипулирования страхом социального отвержения, стремлением достичь счастья и быть успешным и желанным в глазах окружающих, параллельно способствуя зависимости и нереалистичным ожиданиям о легком обогащении и статусе. Их цель состоит в том, чтобы манипулировать массой, формировать идентичных и зависимых потребителей, которые служат обогащению. Такая позиция потребителя оправдывает необходимость правовой защиты его интересов и санкционирование за определенные действия продавцов, которые мешают потребителю принять свободное, обоснованное и безопасное решение о конечной покупке.

Статья посвящена изучению благополучия, тревоги и их взаимосвязи у студентов Узбекистана, участвующих в экспорте российского образования за рубеж. Актуальность исследования обусловлена стратегической важностью налаживания дружественных связей и межгосударственных контактов, трансляцией отечественных ценностей в страны Центральной Азии, в частности Узбекистан, что является хорошей альтернативой миграционным процессам. Методологической основой исследования стали теории тревоги (личностной, ситуативной, сепарационной) и концепция психологического благополучия как социально-психологического явления, рассматриваемого с позиций позитивной психологии М. Селигмана, воплощенной в структуре благополучия (счастья) PERMA (Positive emotion, Engagement, Relationships, Meaning and Accomplishment - положительные эмоции, вовлеченность, отношения, смысл и достижения). В результате проведенного эмпирического исследования выявлены существенные различия в переживании сепарационной тревоги, которая в большей степени свойственна узбекским студентам. Подтверждена гипотеза о взаимосвязях: в группе российских студентов позитивные эмоции отрицательно коррелируют с ситуационной тревогой, а показатель взаимоотношений - с сепарационной тревогой. В выборке узбекских студентов также обнаружены отрицательные взаимосвязи счастья с сепарационной и ситуационной тревогой. Гипотеза о различиях в структурных компонентах PERMA между российскими и узбекскими студентами не получила своего подтверждения: выявлен средний уровень благополучия в обеих выборках, значимой разницы по показателям благополучия между группами не обнаружено. Гипотеза о различиях в уровне тревоги подтвердилась частично: обнаружена разница в выраженности сепарационной тревоги. Гипотеза о взаимосвязи благополучия и тревоги подтвердилась, однако в рассматриваемых группах сравнения она имеет разную структуру.

Описывается специфика самооценки и Я-концепции ребенка с ограниченными возможностями здоровья, влияние на них детско-родительских отношений. Эмпирическую базу исследования составили 80 человек (40 детей и 40 матерей). Выборка включала детей 10-12 лет, из них 20 с ограниченными возможностями здоровья (с задержкой психического развития) и 20 нормотипичных детей, а также их матерей. Методическим инструментарием стали следующие методики: изучения самооценки и уровня притязаний Т. Дембо, С. Я. Рубинштейн (модификация А. М. Прихожан), «Кто Я?» М. Куна, Т. Макпартленда (в адаптации Т. В. Румянцевой), PARI Е. С. Шефер и Р. К. Белл (в адаптации Т. В. Нещерет) для диагностики установок, описывающих отношение матерей к разным сторонам семейной жизни. Результаты исследования показывают, что дети с ограниченными возможностями здоровья имеют оптимально высокий уровень притязаний. По шкалам «здоровье», «ум, способности», «авторитет у сверстников», «характер», «умелые руки», «внешность», «уверенность в себе» выявлена адекватная самооценка, указывающая на реалистичность оценки себя и своих возможностей. В самоописаниях детей с ограниченными возможностями здоровья преобладает содержание «Социального Я». Выявлено влияние параметров детско-родительских отношений на самооценку и уровень притязаний детей с ограниченными возможностями здоровья, большее количество влияний семьи проявляется в оценке собственного здоровья и черт характера у таких детей. Уровень притязаний в отношении авторитета у сверстников в большей степени зависит от влияния семьи для ребенка с ограниченными возможностями здоровья. Перспективами дальнейшего исследования выступает изучение личностных, семейных и межличностных предикторов самоотношения и Я-концепции подростков различных нозологических групп, а также оценка эффективности программ сопровождения их семей.

Синдром эмоционального выгорания продолжает привлекать внимание ученых и практиков, ориентированных на социально-психологическое сопровождение работников, что сопряжено с объективными масштабными изменениями, происходящими в мире, перестройкой бизнес-моделей и управленческих систем. В последние годы актуален вопрос о новых детерминантах его возникновения, поскольку своевременная профилактика способствует сохранению ключевых кадров, благоприятно сказываясь на конкурентоспособности, обеспечивая стабильность и процветание организаций в условиях «новой нормальности». Цель исследования - изучение влияния профессионального благополучия руководителей на возникновение и дальнейшее развитие симптомов эмоционального выгорания работников, находящихся в их непосредственном подчинении. В исследовании приняли участие 72 линейных менеджера и 953 сотрудника крупной финансовой компании. Для диагностики показателей применялись методика оценки профессионального благополучия (МОПБ) Е. И. Рут и опросник определения уровня эмоционального выгорания (MBI) К. Маслач и С. Джексон в адаптации Н. Е. Водопьяновой. У руководителей, принявших участие в исследовании, выявлен умеренный уровень общего профессионального благополучия, в большей степени они удовлетворены позитивными отношениями в коллективе и возможностями профессионального развития. Диагностика эмоционального выгорания подчиненных показала, что они испытывают эмоциональные нагрузки и склонны обесценивать свои профессиональные достижения. Исследование позволило определить взаимосвязь профессионального благополучия руководителей с проявлением симптомов эмоционального выгорания участников их команд. Установлено, что наибольшее влияние профессиональное благополучие оказывает на редукцию достижений подчиненных, при этом уровень удовлетворенности менеджеров своими достижениями оказывает обратное влияние на снижение профессиональной самооценки и общее выгорание подчиненных. Выявлено, что чем моложе менеджеры, тем больше в их командах сотрудников, склонных обесценивать свои успехи, при этом чем дольше они работают руководителями, тем меньше в их командах сотрудников, у которых формируется дистанцирование от коллектива и снижается желание конструктивно общаться.

Всё больше людей вовлечены в использование социальных сетей. Изменяющийся функционал платформ сопровождается динамикой поведения внутри Сети, позволяя удовлетворять практически все потребности. Иногда использование социальных сетей начинает включать компоненты зависимости и перестает иметь только позитивные последствия. Исследования подтверждают рост цифровой зависимости разных форм среди пользователей. Есть основания предполагать, что в случае наличия компонентов зависимости может изменяться смысл и значение пространства социальных сетей. Целью исследования является изучение представлений пользователей о социальных сетях и сравнение этих представлений у людей с компонентами зависимости и без таковых. Респондентами выступили 132 студента вуза: 96 девушек и 36 юношей. Для выявления выраженности зависимости был использован тест на интернет-зависимость К. Янг (в адаптации В. А. Лоскутовой). Представления изучались методом свободных ассоциаций. Стимулами для ассоциирования выступили отдельные социальные сети, которые обозначались респондентами самостоятельно либо выбирались из предложенного списка. Данные обрабатывались методом частотного анализа и z-критерием Фишера. В результате исследования выборка была разделена на две группы: обычные пользователи и пользователи с проблемой чрезмерного использования Интернета. Представления респондентов обеих групп о социальных сетях связаны с ассоциативными группами: общение, друзья, интерес, удобство. В целом социальные сети предстают удобным способом для общения с друзьями, совершения рабочих и учебных активностей, а также выступают местом взаимодействия с контентом: чтением новостей, прослушиванием музыки, просмотром видео и мемов. Использование различных платформ сопровождается позитивными эмоциями - интерес и смех, последняя у обычных пользователей встречается чаще. Других существенных содержательных смысловых различий между двумя группами выявлено не было. Это может свидетельствовать о том, что компоненты зависимости связаны не со средой (платформы социальных сетей), а со спецификой активности.