Статья: БРИТАНСКАЯ МОНАРХИЯ: ИЗ ПРОШЛОГО В БУДУЩЕЕ? (2024)

Северная часть территории Республики Карелия, которая включает в себя шесть муниципалитетов, относится к Арктической зоне Российской Федерации. В статье анализируется первый этап реализации восьми задач, изложенных в пункте 24 Стратегии развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2035 г. («Стратегия-2035») применительно к Арктической зоне Карелии. Особое внимание уделено состоянию и модернизации Беломорско-Балтийского канала, развитию промышленности строительных материалов на базе месторождений строительного камня, а также созданию минерально-сырьевых центров Восточно-Карельской медно-золото-молибденоворудной зоны. Анализируется деятельность по формированию кластера предприятий глубокой переработки древесины, развитию рыбохозяйственного кластера, культурно-исторического и экологического туризма и развитие международного сотрудничества. Рассматривается проблема создания каскадов малых гидроэлектростанций в регионе и сети центров обработки и хранения данных на основе отечественных высокоскоростных технологий. В статье исследуются динамика численности населения арктических муниципалитетов, опыт работы арктических резидентов и их налоговые льготы

В статье рассматривается влияние, которое оказывают консервативные экспертно-аналитические центры (ЭАЦ) на объединение правых сил в Италии и странах Европейского союза. Кроме того, проанализирована тенденция на «европеизацию» деятельности национальных центров и фондов из-за нарастания процесса централизации власти в Брюсселе и влияния наднациональных институтов. Отмечено, что на базе каждой европейской партии действуют ЭАЦ, которые сотрудничают с идеологически близкими организациями в странах сообщества. В последнее время в Италии прослеживается рост влияния правых и правопопулистских сил. В 2022 г. на пост премьер-министра была избрана лидер крайне правой партии «Братья Италии» (БИ) Джорджа Мелони, а большинство мест в парламенте страны также занимают политики из правого лагеря. При БИ действуют несколько ЭАЦ, которые налаживают отношения с представителями консервативных сил из разных стран Европейского союза с целью формирования идеологии и воспитания молодых политиков правящего класса в будущем. В статье на конкретных примерах рассмотрено, как происходит создание консервативной политической сети в ЕС и какое место в ней занимает Италия

На выборах в Европейский парламент действующий итальянский премьерминистр и лидер партии «Братья Италии» Джорджа Мелони лично возглавила список своей партии во всех избирательных округáх и призвала граждан отдать свой голос за неё в случае одобрения политики её Кабинета. Являясь ярким примером популистской и персонифицированной партии, «Братья Италии» (БИ) в своей предвыборной кампании сделали ставку не только на образ самóй Мелони, но и на новую стратегию выстраивания отношений с Европейским союзом. Целью данной статьи является сравнительный анализ предвыборных программ правящей итальянской партии БИ к национальным и общеевропейским выборам, состоявшимся за последние пять лет. Выявление и сопоставление ключевых приоритетов, вокруг которых были выстроены данные программные документы, позволило проследить влияние левой повестки на политический курс «Братьев Италии», считающихся правоцентристами, а также эволюцию стратегии партии в отношении Европейского союза – от евроскептической к еврореалистской парадигме. Преследуя амбициозную цель повторить успех 2022 г. теперь уже на наднациональном уровне, БИ стремится создать широкое правоцентристское большинство в Европарламенте и отправить левых в оппозицию. Вопрос сегодня в том, насколько правящей итальянской коалиции удастся сохранить своё единство по итогам общеевропейских выборов

В 2024 г. в странах Юго-Восточной Европы произошло немало значимых электоральных событий: в Хорватии и Болгарии состоялись парламентские и европейские выборы, в Северной Македонии – президентские и парламентские, в Сербии повторные выборы в 89 муниципалитетах, включая столицу. Закончились они по-разному. В Хорватии и Сербии пра вящие партии сохранили власть и доминирующую позицию на политической сцене, хоть и не без потерь. В Северной Македонии оппозиционная Внутренняя македонская революционная организация – Демократическая партия македонского национального единства (ВМРО – ДПМНЕ) с огромным счётом разгромила находившихся у власти социал-демократов, но не понятно, как она сможет выполнить главные предвыборные обещания. В Болгарии ГЕРБ одолел конкурентов, но испытывает большие трудности с формированием правительства и потому уместен вопрос: победил ли он? Создаётся впечатление, что во всех случаях речь идёт о пирровых победах. Триумфаторам пришлось пойти на ощутимые жертвы, и они не вполне понимают, как выйти из крайне двусмысленной ситуации, в которой оказались, встав у руля.

9 июня 2024 г. в Германии прошли выборы в Европейский парламент. При активном очном и заочном голосовании почти 65% немецких избирателей отдали свои голоса за одну из 35 допущенных к избирательному процессу партий ФРГ. Ожидаемо наибольшее количество голосов набрали этаблированные партии, среди которых победителями оказались основные оппозиционные силы – союз ХДС/ХСС и протестная «Альтернатива для Германии». Участники правительственной коалиции потерпели поражение, набрав в сумме почти столько же голосов, что и христианские демократы и их баварские партнёры. Впервые в выборах приняли участие граждане, достигшие 16-летнего возраста. Автор анализирует предвыборные программы основных партий, результаты голосования, которые, по его мнению, отразили основные процессы, происходящие в последние несколько лет в германском партийно-политическом ландшафте, включая продолжающуюся фрагментацию и смену электоральных предпочтений. Делается вывод о том, что одной из основных причин перемен является неприятие немецкими гражданами политики «светофорного» правительства. Большинство считает, что оно оказалось неспособно дать эффективные ответы на многочисленные кризисы в народном хозяйстве. В статье даётся прогноз способности правительственных партий продолжить свою построенную на компромиссах деятельность и сохранить коалицию до очередных выборов в бундестаг в сентябре 2025 г. Промежуточной лакмусовой бумагой станут предстоящие сентябрьские выборы в ландтаги трёх восточногерманских земель, на которых прогнозируется победа АдГ

Польша стремится играть активную роль в конфронтации Запада с РФ, в частности, в том, что касается распределения его многосторонних ресурсов. Важным атрибутом своей привлекательности для партнёров Варшава избрала наращивание сухопутных войск. Посредством анализа эволюции их внутренней структуры и дислокации автор предпринимает попытку выявить приоритеты внешней политики Республики Польши (РП) в начале 2020-х гг. Методологически автор опирается на положения теории строительства вооружённых сил (ВС). Если «старые» государства – члены НАТО столкнулись с большими сложностями касательно увеличения численности личного состава в 2014–2023 гг., то «новые», особенно РП, в целом уверенно шли по пути его заметного наращивания. В статье сопоставлены модели развития наземных сил Польши и Германии – последняя пыталась нести повышенную нагрузку при комплектовании группировок НАТО. Показана ставшая в начале 2020-х гг. заметной разница с бундесвером в скорости создания новых наземных бригад и дивизий в Войске Польском, увеличении общей численности ВС. Этот факт обеспечивал Варшаве переговорное преимущество в неофициальном споре о лидерстве с Берлином. Показательно и сохранение сильной сухопутной группировки в западных воеводствах РП, сопредельных с Германией. Лишь с конца 2010-х гг. Варшава приступила к усилению своих войск у границ Калининградской области РФ. С начала 2020-х гг. стали создаваться мощные силы вблизи Беларуси, что отражало заметное изменение восприятия этой страны Варшавой. В статье рассматриваются возможности Польши по оперативному использованию сухопутных войск на Западной Украине.

В статье рассмотрены особенности итало-африканских отношений на современном этапе и проанализированы итоги январского саммита Италия – Африка. В исследовании представлены основные факторы, повлиявшие на заинтересованность Рима в переводе итало-африканских отношений на новый уровень сотрудничества: дефицит энергоресурсной базы, проблема нелегальной миграции и стремление к лидерству в региональных процессах. Детализируются некоторые постулаты внешней политики Италии, в том числе приоритетное намерение стать центром африканской энергетики с дальнейшим её распределением в страны Европы. Поскольку достижение поставленной цели намечено «планом Маттеи», представляющим собой комплекс инициатив по развитию Африки, автор уделяет ему значительное внимание. Прошедший саммит показал одностороннюю направленность и скромную финансовую базу формирующейся итальянской стратегии

В период с 2003 по 2022 гг. политика Европейского союза (ЕС) в отношении Ирана была подвержена постоянным корректировкам курса, вносимым институтами ЕС и государствами-членами, чтобы сдержать иранскую ядерную программу. В статье сделана попытка прояснить суть разногласий между ЕС и США в подходах к реализации ядерного соглашения 2015 г. Эта тема актуальна, поскольку многие исследования последнего времени были сосредоточены на ходе выполнения Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД), а не на политическом процессе разрешения многолетнего иранского ядерного кризиса усилиями мировых держав. В статье дан анализ основных вех, связанных с подоплёкой европейской политики в отношении Исламской Республики Иран (ИРИ); рассматривается, как выход США из ядерного соглашения подрывал европейские усилия нормализовать отношения с Тегераном; оцениваются различия в подходах администрации Байдена и руководства ЕС к возрождению СВПД. Проведённый анализ показал, что различные инициативы, предпринятые ЕС для защиты иранского ядерного соглашения, не привели к ожидаемым результатам из-за постоянного давления со стороны Вашингтона. Сделан вывод, что трансатлантическая конвергенция в иранском вопросе гораздо сильнее, чем может показаться в контексте публичной полемики касательно разногласий по ядерной программе Тегерана. ЕС и США едины в негативном отношении к ракетной программе ИРИ, к её региональной политике и в ситуации с правами человека в Иране