Статья: СЛАВЯНСКИЙ КУЛЬТУРНЫЙ КОД В РЕГИОНАЛЬНОЙ КАРТИНЕ МИРА (НА МАТЕРИАЛЕ АНАЛИЗА ОБЪЕКТОВ СТРИТ-АРТА Г. ТОМСКА) (2025)

Представлен анализ научных работ, в которых содержатся элементы компаративного анализа двух этнополитических движений в среде славянских народов - русинского движения в Украине и западнополесского движения в Беларуси. Выявлен ряд неточностей, допущенных авторами рассматриваемых исследований, которые можно объяснить недостаточным количеством работ с системным представлением фактографической информации об этнополитических движениях (в особенности данный тезис актуален для историографии западнополесского движения). Чрезмерная политическая ангажированность также является фактором снижения научного потенциала ряда исследований по рассматриваемой проблематике. Только в работе российского политолога АЛ. Токарева представлена попытка комплексного анализа русинского и западнополесского движений как сецессионных проектов в постсоветских государствах на основе детального рассмотрения чётко определённого комплекса факторов. Перспективным видится выработка универсальной методологии для оценивания этнополитических движений (включая русинское и западнополесское движения) в славянском культурно-цивилизационном пространстве. Одной из основ такой методологии может стать описанный в статье подход, предложенный чешским антропологом П. Лозовюком, а также упомянутая концепция АЛ. Токарева. Потенциальным авторам компаративных исследований рекомендуется обращаться к качественным научным работам, посвящённым природе русинского и западнополесского этнополитических движений, а также продолжить поиск новых источников (в частности архивных документов, в том числе отражающих позиции властных элит и институтов гражданского общества различных государств, оказывавших влияние на подобного рода движения), способных объяснить малоизученные аспекты анализируемых явлений.

Рассматривается проблема межъязыковой цифровой коммуникации в Интернете, предметом исследования является качество цифрового межславянского перевода. Анализируется качество цифровых текстов, переведенных со славянских языков на русский. Выявляются типы ошибок, создающих коммуникативные проблемы в цифровом переводе, и объясняются причины переводческих неудач. Для оценки качества цифрового перевода использован комплексный сопоставительный системно-функциональный подход, который включает: сопоставительный анализ оригинальных инославянских и русских переводных текстов; интерпретацию переводческих неудач с учетом системных характеристик славянских языков и языка-посредника - английского. К анализу цифрового перевода привлечен цифровой перевод материала славянских языков, выявлена зависимость результатов перевода от влияния английского языка как языка-посредника, на котором созданы программы цифрового перевода. Тексты переводились с болгарского, польского, чешского и других славянских языков. В результате сопоставительного анализа текстов, переведенных со славянских языков на русский, установлено, что коммуникативные неудачи наблюдаются на всех языковых уровнях: лексико-семантическом, словообразовательном, грамматическом, а также на уровне ценностно-модальной оценки ситуации. Также сделана оценка качества цифрового перевода, систематизация переводческих ошибок, выявлены лингвистические причины нарушений в цифровом переводе и определены социокультурные последствия искажения информации в цифровом переводе в различных сферах. Указывается, что совершенствование моделей цифрового перевода со славянских языков требует большего внимания к их лексико-семантической, деривационной и грамматической специфике, особенностям национальных реалий и культур.

Произведения сербского поэта и музыканта Д. Балашевича (1953-2021) хорошо известны и любимы на территории всей бывшей Югославии. При этом они связаны с регионом, в котором он родился и прожил всю жизнь, - Воеводиной. Его тексты отличаются точной языковой характеристикой персонажей, в них в основном представлен разговорный стиль речи. Они включают соответствующие лексические средства: разговорную лексику, в том числе жаргонизмы, диалектизмы, просторечные слова. В произведениях Д. Балашевича много заимствований, среди которых обращает на себя внимание значительное число германизмов, пришедших в сербский из австрийского немецкого языка. Анализируется лексика иноязычного происхождения в балладе Д. Балашевича «Божа по имени Валет» («Boza zvani Pub»), содержание которой связано с представителями мира азартных игр. Рассматриваются история возникновения, стилистическая принадлежность, особенности функционирования иноязычной лексики, представленной в этом произведении. Предпринята попытка описать стилистические возможности заимствований как средства экспрессии. При этом в работе использованы различные толковые словари сербского языка, интернет-сайты «Jezikoslovac»,«Vukajlija», являющийся народным толковым словарём сленга, материалы Википедии и другие интернет-ресурсы, позволяющие понять взгляд носителей языка на ту или иную лексему и особенности её употребления в современном сербском языке. Сделан вывод, что Д. Балашевич использует иноязычные по происхождению слова, в основном известные на всей территории сербского языка, хотя некоторые из них являются регионализмами. Часть лексики, выйдя за пределы Воеводины, приобрела дополнительную, ироничную или иную сниженную стилистическую окраску, часть сохранила некоторые признаки немецкого происхождения. Таким образом, исследуемые языковые единицы, будучи связаны с Воеводиной, передают атмосферу этого в прошлом австро-венгерского региона, но не вызывают затруднений в понимании у остальных говорящих на сербском (сербохорватском) языке жителей бывшей Югославии. Иноязычная лексика в балладе «Божа по имени Валет» выполняет экспрессивно-стилистическую функцию, отражая речь определённой социальной группы, создавая атмосферу существования героев произведения.

Статья посвящена исследованию одного из типов аспектуального значения, выполнена на материале украинских и русских глаголов с приставкой по-, выражающих неполноту действия и входящих в круг слов, отражающих мировосприятие носителей славянских языков. В качестве основополагающих использованы теоретические положения славянской аспектологии, функционального словообразования, префиксологии, исследований по описанию языковой картины мира. На предыдущих этапах исследования были выявлены как общие структурно-семантические черты рассматриваемых глаголов в русском и украинском языках, так и их различия, касающиеся частных значений «смягчительных» единиц, продуктивности префиксальных моделей формирования соответствующих значений. В качестве объекта анализа выступают глаголы с приставкой по-, которая, наряду с приставками під-/ под-, при-, над-, недо-, считается продуктивным маркером семантики неполноты, интерпретирующим действие как выполненное не полностью, в течение незначительного времени, с перерывами. Особенностями данного префикса в славянских языках является его многозначность, отсутствие пространственного значения и отвлечённость семантики. На данном этапе предпринято исследование функционирования глаголов со смягчительной семантикой на материале параллельного русскоукраинского корпуса Национального корпуса русского языка. Обращение к корпусу позволило сопоставить данные по функционированию «смягчительных» глаголов в русском и украинском языках, выявить последовательную передачу русских глаголов с приставкой по- на украинский язык семантически эквивалентными единицами, случаи отступления от передачи семантики неполноты (даже при наличии аналогичных глаголов в украинском языке), особенно при прерывисто-смягчительном значении. Анализ продемонстрировал зависимость глаголов со значением неполноты от контекста, который одновременно порождает подобные единицы и поддерживает их, конкретизируя их значение, снимая полисемию префикса. Анализ данных подкорпуса художественной и официально-деловой сфер функционирования показал востребованность исследуемых глаголов в художественной сфере и отсутствие - в официально-деловой. Дальнейшее исследование должно определить наличие/отсутствие корреляции между «смягчительным» глаголом и тематической/жанровой/ дискурсивной направленностью текста, в котором он употребляется.

Детально анализируется влияние украинской топонимической традиции на формирование современной карты населённых пунктов Центрального Черноземья России, включая такие регионы, как Белгородская, Воронежская и Курская области. Лингвистическому анализу подверглись все существующие в настоящее время ойконимы указанных субъектов Российской Федерации, включенные в Государственный каталог географических названий, а также ойконимы, исчезнувшие в результате реорганизации населённых пунктов (в форме слияния, присоединения. выделения, разделения), их упразднения и переименования, входящие в формируемый автором «Топонимический мартиролог Центрального федерального округа России». Рассматриваются исторические аспекты возникновения названий городов, посёлков, сёл, хуторов и деревень; показана связь региональной топонимии с процессом расселения малороссов (украинцев) на протяжении нескольких столетий; демонстрируется значимость сохранения культурной памяти региона. Собранный ойконимический материал распределён по трём языковым уровням (фонетический, лексический, словообразовательный) и нескольким лексико-семантическим группам (антропоойконимы, основы которых содержат украинскую нарицательную лексику, обозначающую род занятий человека, прозвища, данные их носителям по внешнему виду, характеру, ассоциациям с животным и растительным миром; ойконимы, в основу которых положены названия орудий производства, род занятий населения; геогенные ойконимы, в основе которых содержатся различные признаки географических объектов, природных условий местности, этнотопонимы). Сделан вывод, что многовековые языковые контакты двух родственных восточнославянских народов привели к появлению украинских ойконимов в Центральном Черноземье России и сделали их частью русской национальной культуры.

Старообрядцы - реэмигранты из Южной Америки на Дальний Восток России являются потомками старообрядцев часовенного толка, эмигрировавших в первые десятилетия ХХ в. из России в Китай, а затем в 1940-1950-е гг. переселившихся в Южную Америку. В начале ХХІ в. начался процесс их возвращения на историческую родину - в Россию, в том числе на Дальний Восток. В настоящее время на территории Амурской области проживают более тридцати старообрядцев-реэмигрантов, с каждым годом их количество увеличивается, что, несомненно, влияет на диалектный ландшафт региона, в связи с чем изучение явлений внешней и внутренней лексической интерференции актуально. Многочисленные передвижения старообрядцев как в метрополии, так и вне её пределов сформировали особую языковую среду, практические не изученную с точки зрения семантического осознания и структурной адаптации, что объясняет новизну поставленной проблемы. Объектом изучения являются адаптированная к системе говора лексика иноязычного происхождения, дальневосточные регионализмы, лексемы современного русского литературного языка, являющиеся синонимами-дублетами диалектных слов говора старообядцев. Материал получен методом сплошной выборки из аудиозаписей диалектной речи, рукописей старообрядцев, книги писателя-старообрядца Д. Т. Зайцева «Повесть и житие Данилы Терентьевича Зайцева». Выделяются типы носителей говора в зависимости от особенностей их языковой компетенции; описываются наиболее типичные лексикосемантические группы, включающие в свой состав лексику, появившуюся в говоре в результате интерференции. Иноязычная лексика охарактеризована с точки зрения семантической и грамматической адаптации. Данные социолингвистических наблюдений показывают, что старообрядцы владеют среднерусской диалектной формой русского языка, сложившейся на севернорусской основе; они обучались русской грамоте в домашней среде; их письмо преимущественно фонетическое. Языковая компетенция старообрядцев-реэмигрантов обусловлена многими факторами, в том числе принадлежностью к определенному поколению и стране исхода; включенностью в социально-экономические отношения с государством и его гражданами; интенсивностью миграции внутри Южной и Северной Америки; индивидуальными особенностями языковой личности и другими факторами. Выделены лексико-семантические группы, в которых зафиксирована лексика иноязычного происхождения. Внутренняя интерференция представлена лексикой современного русского литературного языка и дальневосточными регионализмами, прежде всего единицами предметной семантики, функционирующими в разговорном дискурсе и денотативно соотнесёнными с наименованиями человека, болезней и болезненных состояний, пищевых продуктов и блюд, фруктов и овощей, наименованиями бытовой утвари и орудий труда и т. д.

Изучение жанров религиозного дискурса в аксиологическом аспекте - важное направление современной лингвистики. Актуальность темы обусловлена как собственно лингвистическими аспектами (исследование способов экспликации ценностей в религиозных текстах, изучение жанра проповеди), так и теолингвистическими (выявление взаимосвязи между каноническими требованиями конкретной конфессии и их языковым воплощением в тексте). Проповедь как жанр задает критерии аксиологического идеала, под которым понимаются догматически обусловленные представления о норме, должном поведении, которыми должны руководствоваться верующие. Материалом исследования послужили тексты современных католических и православных венчальных проповедей. Целью является выявление и сопоставление аксиологических предпочтений в каждой конфессии. В католической церкви догматически приняты компоненты, характеризующие семью, каждый из которых, кроме «гражданское воспитание детей, которое осуществляют родители», отражен в анализируемых текстах. Ценности «таинства брака» и «взаимная любовь супругов» связаны с любовью к Богу. «Плодотворная любовь супругов, которая открыта для принятия детей» фиксирует христианское представление о детях как благословении Божьем. В текстах православных проповедей на первое место выходят взаимоотношения супругов, идея тяжести брака, роль терпения и смирения в семейной жизни, неразрушимость брачных уз. Выделяются семейные роли: власть мужа и послушание жены. Акцент делается на необходимости сохранения света и радости, полученных во время таинства венчания. Католические и православные проповеди опираются на прототекст Священного Писания, на первое место ставится божественная природа брака, его роль в достижении цели христианской жизни. В католических проповедях существенное место занимает воспитание детей, в православных делается акцент на роли мужа и жены в браке.

Исследуется язык пяти деловых текстов 1708 г. - двух царских именных указов и трех грамот, связанных с весьма драматичным для Петра I событием - переходом гетмана Войска Запорожского И. С. Мазепы на сторону шведского короля Карла XII, противника России в Северной войне. Подчеркивается высокий риторический пафос этих документов, их публицистичность и явный идейно-пропагандистский характер. Описываются языковые средства, оформляющие воздействующие свойства исследуемых текстов. Рассматриваются негативные оценочные номинации Мазепы (вор, изменник, проклятый/богоотступный изменник и др.), используемые во всех пяти документах, а также контекстное окружение, призванное актуализировать и интенсифицировать их исходную негативную оценочность. Отмечается намеренная лексическая и грамматическая славянизация ряда указов как прием, позволяющий усилить назидательную функцию царского документа, а также обеспечивающий ему авторитетность, присущую книжному тексту. Отдельное внимание уделяется именному указу Петра I от 12 ноября 1708 г. «О предании за измену Малороссийского Гетмана Мазепы проклятию…», в котором лексические средства (торжественные именования царствующих особ, религиозная терминология и фразеология, сложные слова и др.) придают деловому тексту указа, имеющему исходно информативную и императивную функции, высокое учительное звучание. Подчеркивается, что царские указы Петровской эпохи во многом заимствуют просветительские, назидательные, убеждающие функции, характерные. прежде всего, для текстов религиозного содержания. Обращается внимание на относительно небольшое количество лексических заимствований, на преимущественно разговорный стиль данных текстов, что делает доступными восприятие этих указов и грамот людьми самых разных сословий.

Русинский язык, как известно, занимает и равное, и особое место в семье славянских языков. Принадлежность к восточнославянскому языковому ареалу и соседство с западнославянским языковым миром накладывает отпечаток на все системные уровни, особенно на его лексику и фразеологию. Знаковыми стали и сходства, и различия в сакральной сфере, т. е. в воспроизведении текста Библии средствами русинского языка. Здесь прецедентные тексты, с одной стороны, обнаруживают большое сходство благодаря сакральности первоисточника, с другой - некоторые специфичные особенности, вызванные различием перевода Священного Писания и лингвостилистическими потенциями русинской языковой системы. Сопоставление таких текстов с другими восточнославянскими языками вскрывает особую градацию таких общностей и различий, значимую для понимания специфики русинского языка. В статье представлены предварительные результаты работы над проектом РНФ «Библейское наследие восточнославянских языков в лингвокультурологической и лексикографической интерпретации (Большой русско-белорусско-украинско-русинский словарь библеизмов)». Авторы-составители этого словаря предлагают анализ нескольких типов русинских пословиц библейского происхождения в ракурсе сопоставления с близкородственными белорусским, русским и украинским языками, выявляя при этом как сходства, так и различия в передаче исходного сакрального текста.

Русская языковая картина мира с приходом христианства складывается как дуалистическая не только в связи с осложнением её религиозно-философскими и религиозно-нравственными категориями и смыслами, но и потому, что сакральные тексты на старославянском языке, близком в структурном и системном отношении к восточнославянскому языку, позволяли сложиться особому мировоззрению и генетически неоднородному литературному языку, находящемуся в постоянном взаимодействии с церковнославянскими текстами. Гетерогенность усугублялась религиозно-политическими спорами XV-XVI вв., представляющими разные модели соотношения вселенского и национального, а также церковного и государственного устройства, что в условиях церковной реформы середины XVII в. вызвало раскол сознания русского общества. Весьма показателен в этом плане анализ сочинений наиболее значимых деятелей периода реформы Русской православной церкви - патриарха Никона и протопопа Аввакума, имеющих общие корни в Нижегородской губернии, сходство взглядов в начале церковных преобразований и подвергшихся опале, несмотря на диаметрально противоположные установки в развёртывании церковной «справы». При этом особо значимыми в репрезентации индивидуальноавторской картины мира следует признать их челобитные царю Алексею Михайловичу. Казусная и мотивирующая части челобитной позволяли автору излагать свои жалобы, просьбы и пожелания с предельной индивидуальностью, а в обращении к одному и тому же адресату прослеживаются не только цели челобитчиков (для Никона - улучшение условий ссылки, для Аввакума - возвращение «древнего благочестия»), но и максимально проясняются значительные расхождения опальных священников в концептуализации мира, его оценках, что отражается в их языковой картине, представляющей, с одной стороны, «вещное» восприятие мира, а с другой - порождение мыслительной и языковой деятельности в условия эсхатологического восприятия мира.

Неотъемлемой частью оккупационной политики румынской администрации на территориях губернаторств Бессарабия и Транснистрия была румынизация их населения. Активным проводником румынизации стало духовенство Румынской православной церкви, численно превалировавшее над представителями местного клира и установившее господство над ним и верующими. Целям румынизации служили общеобразовательные школы, средние и высшие духовные учебные заведения, а также т. н. очаги культуры. Духовенство создавало румынские националистические организации и издавало газеты, журналы и брошюры националистического и профашистского антиславянского толка. Часть священников были вовлечены в осуществление политического надзора. Несмотря на прилагавшиеся усилия, население теряло доверие к священникам - румынским миссионерам. Цели румынизации в период румынской оккупации Бессарабии и Транснистрии 1941-1944 гг. достигнуты не были.

Рассматривается история развития хирургии в Закарпатье. Представлены сведения, касающиеся хирургической помощи как наиболее значимых населённых пунктов региона, в первую очередь таких, как Ужгород, Мукачево, Хуст, так и сельского населения. Отмечено, что наиболее ранние данные об организации хирургической помощи населению связаны с деятельностью монахов ордена тамплиеров, который функционировал на территории Закарпатья с начала XIII в. Сделан вывод о том, что организационные формы оказания хирургической помощи этого региона совершенствовались в общем русле развития европейской медицины. Наиболее характерными ее чертами на раннем этапе были монастырская медицина и цеховая организация хирургов, а в заключительном периоде - государственные медицинские учреждения, укомплектованные средним медицинским персоналом и квалифицированными врачами-хирургами с университетским образованием.

Василий Иванович Кельсиев (16(28).06.1835-2(14).10.1872) - общественный деятель, раскаявшийся революционер, бывший политический эмигрант, бывший сотрудник Вольной русской типографии А. Герцена в Лондоне, писатель, журналист, переводчик, историк, этнограф. Происходил из обедневшего дворянского рода. В 1855 г. закончил Петербургское коммерческое училище. После смерти отца в 1852 г. обучение профинансировала Российско-американская компания. Затем ему было предложено изучить китайский и маньчжурский языки. Он стал в 18551857 гг. вольнослушателем факультета восточных языков Санкт-Петербургского университета. Обучение тоже оплатила компания. Во время обучения проникся либеральными идеями. В 1858 г. В. Кельсиев был командирован Российско-американской компанией на Аляску. Он отправился туда вместе с женой. В мае из-за шторма корабль был вынужден остановиться в Плимуте, где у супруги открылось сильное кровотечение после родов. Ребёнок тоже был болен. Из-за этого он взял отпуск, а потом ушёл из компании и переехал с семьёй в Лондон. Дочь спасти не удалось. В. Кельсиев объявил себя политическим эмигрантом и стал сотрудничать с А. Герценом и Н. Огарёвым. Он пытался привлечь старообрядцев к борьбе с самодержавием. В Лондоне издал «Сборник правительственных сведений о раскольниках» (1860-1862. Вып. 4). В марте-апреле 1862 г. В. Кельсиев нелегально по турецкому паспорту приезжал в Россию, где контактировал с представителями революционных кружков и лидерами раскольников в Москве. Когда летом 1862 г. в Санкт-Петербурге начался процесс по «делу о лицах, обвиняемых в сношениях с лондонскими пропагандистами» («Дело 32-х»), следствие затребовало Кельсиева. Он не явился. Его приговорили к изгнанию из России и лишению всех прав состояния. С октября 1862 г. по декабрь 1863 г. В. Кельсиев жил в Константинополе (Стамбуле), стараясь объединить антиправительственные силы. Польское восстание 1863 г. заставило его начать пересматривать свои убеждения. В декабре 1863 г. в поселении казаков-некрасовцев в Тульче (Добруджа) его избрали атаманом. Но пропагандистская работа среди старообрядцев потерпела крах. В апреле 1865 г. он с семьёй перебрался в Галац (Румыния). Здесь во время эпидемии холеры умерли его малолетние дети и жена. Весной 1866 г. он прибыл в Вену, где жил около полугода. Он путешествует по Венгрии и Галиции, отправляет путевые очерки, материалы по этнографии и мифологии славян в русские издания. 7 ноября 1866 г. он приезжает в Яссы. 19 мая 1867 г. В. Кельсиев прибыл на российский таможенный пункт в Бессарабии и сдался властям. Находясь под арестом, написал «Исповедь» (13 июня - 11 июля 1867 г.), в которой отрёкся от своей революционной деятельности и попросил у императора помилование. В. Кельсиеву было возвращено право поступать на государственную службу и возможность жить в обеих столицах. Дальнейшая судьба его была тяжёлой. Раскаяние и переход в проправительственный лагерь вызвали двоякую реакцию. Либералы осуждали его как отступника и безнравственного человека, нередко излишне критично и субъективно оценивая его литературные труды. На государственную службу его не приняли. В. Кельсиев смог зарабатывать на жизнь только литературным трудом. В 1868 г. он выпустил книги «Пережитое и передуманное. Воспоминания Василия Кельсиева» и «Галичина и Молдавия. Путевые письма Василия Кельсиева». В 1870-1872 гг. Кельсиев помещает в «Ниве» и «Семейных вечерах» ряд исторических очерков. Здоровье его было подорвано тяжёлой жизнью в эмиграции и потрясением от потери близких. Планы, которые он строил после возвращения в Россию, не осуществились. В последний год жизни В. Кельсиев предавался апатии. Умер он от паралича сердца. В ряде работ В. Кельсиев поднимает темы Карпатской Руси, русинов и унии, даёт этнографическое описание русинов и общественно-политической ситуации в Галичине, критикует украинофильство. Некоторые его мысли, выводы и предложения не утратили свой злободневности и в настоящее время.