В статье анализируется управление миграцией России, Китая и Индии в сфере привлечения и удержания высококвалифицированных иммигрантов. Рассматриваются возможные подходы к понятию «высококвалифицированный» (high-skilled) специалист в современном мире на национальном и международном уровне, где наиболее универсальным является понимание квалифицированности через уровень образования. В работе обозначается опыт западных стран в сфере привлечения и удержания высококвалифицированных иммигрантов. Изучаются действия России, Китая и Индии в сфере управления высококвалифицированной иммиграцией с точки зрения имеющихся сведений и данных об определении квалифицированных мигрантов, квотах и профессиях, визовой политике, образовательной миграции, существующих административных, политических, социальных и экономических барьерах в сфере иммиграции. По результатам работы выявляются специфика и ограничения рассматриваемых стран по привлечению квалифицированных специалистов как в сравнении со странами Запада, так и в сравнении друг с другом: российская миграционная политика имеет слабо меняющийся характер работы с квалифицированными кадрами, китайская обладает высокой динамичностью на протяжении десятилетий и постоянно дополняется, индийская сдержана по своей активности и направлена на приоритетность иммиграции квалифицированных специалистов из диаспоры. Общим барьером для привлечения и удержания мигрантов является слабая привлекательность стран, выраженная в низкой «внешней» и «внутренней» открытости для талантливых иммигрантов. В данных странах существуют отдельные административно-правовые и экономические барьеры для привлечения и удержания иммигрантов. Образовательная миграция практически не используется странами как инструмент формирования ценных для страны кадров.
Идентификаторы и классификаторы
- SCI
- Образование
Одной из тенденций развития глобальной миграционной системы в настоящее время является увеличение доли высококвалифицированных специалистов (ВКС) в структуре миграции. Доля высококвалифицированных мигрантов (ВКМ) растет последние тридцать лет и составляет до трети от всей численности мигрантов в странах ОЭСР1, что в сравнении с общей оценкой масштабов международной миграции позволяет говорить о том, что высококвалифицированным можно считать как минимум каждого восьмого международного мигранта в мире2. Такое изменение обусловлено как ростом численности людей с параметрами, характеризующими высокий уровень квалификации (как правило, уровень образования не ниже 5 по шкале ISCED — International Standard Classification of Education), так и особой политикой государств по учету иммигрантов, обладающих такими характеристиками.
Список литературы
1. Гершман М. А., Иванова И. А. Китай запустил новую программу привлечения талантов. ИСИЭЗ ВШЭ, 2024. URL: https://issek.hse.ru/news/900598364.html (дата обращения: 01.04.2024).
2. Каслс, С.; де Хаас, Х.; Миллер, М. Дж. Век миграции: международное движение населения в современном мире / пер. с англ. под научной ред. В. С. Малахова. М.: Издательский дом “Дело”, РАНХиГС, 2022. 512 c. EDN: DIHQKT
3. Курило С. Д., Конюхова М. С., Шакирьянова Е. О., Григорян К. Г. Особенности трудоустройства иностранных выпускников российских вузов на территории России // XVII международная конференция “Российские регионы в фокусе перемен”: сборник докладов (Екатеринбург, 17-19 ноября 2022 г.). Екатеринбург: Ажур, 2023. С. 422-427. URL: https://elar.urfu.ru/bitstream/10995/121816/1/978-5-91256-577-9_2022_103.pdf (дата обращения: 01.04.2024). EDN: KVPBEE
4. Максимова А. С. Миграция высококвалифицированных специалистов из России: методика оценки и тенденции // Статистика и экономика, 2019. №16(3). С. 34-43. DOI: 10.21686/2500-3925-2019-3-34-43 EDN: HAEDXZ
5. Мукомель, В. И. Высококвалифицированные мигранты из постсоветских государств: трудовая мобильность // Социологический журнал, 2020, 26(2). С. 31-59. DOI: 10.19181/socjour.2020.26.2.7264 EDN: UIZFRO
6. Оганесян А. О. Участие КНР в современных миграционных процессах: особенности и основные направления // Вестник Пермского университета. Политология. 2020. № 14(2). С. 77-87. EDN: SSRQMD
7. Садовая Е. А. Возвратная китайская миграция из США: уроки для России // Международная торговля и торговая политика. 2022. № 8(3). С. 24-38. DOI: 10.21686/2410-7395-2022-3-24-38 EDN: JXEJNN
8. Труд и занятость в России (2023): статистический сборник. M., 2023. 180 c.
9. Heath A., Richards L. How do Europeans differ in their attitudes to immigration? Findings from the European social survey 2002/03-2016/17 // OECD Social, Employment and Migration Working Papers No. 222, 2018. URL: https://www.oecd.org/berlin/publikationen/How-do-Europeans-differ-in-their-attitudes-to-migration.pdf (дата обращения: 01.04.2024).
10. Lo L., Li W., Yu W. Highly-skilled Migration from China and India to Canada and the United States // International Migration. 2019. vol. 57, no. 3. DOI: 10.1111/imig.12388
11. Weinar, A., Klekowski von Koppenfels А.. Highly-Skilled Migration: Between Settlement and Mobility: IMISCOE Short Reader. Springer Nature, 2020. 108 p. DOI: 10.1007/978-3-030-42204-2
12. Castles, S.; de Haas, H.; Miller, M. J. The Age of Migration: International Population Movements in the Modern World. Moscow: “Delo” Publ., RANEPA, Publ. 2022. 512 p. (In Russian).
13. Gershman M.A., Ivanova I.A. China has launched a new talent attraction program. ISSEK HSE, 2024. Available at: https://issek.hse.ru/news/900598364.html (accessed: 04.01.2024). (In Russian).
14. Heath, A., & Richards, L. How do Europeans differ in their attitudes to immigration? Findings from the European social survey 2002/03-2016/17. OECD Social, Employment and Migration Working Papers No. 222. 2018. URL: https://www.oecd.org/berlin/publikationen/How-do-Europeans-differ-in-their-attitudes-to-migration.pdf (accessed: 04.01.2024).
15. Federal Law No. 115 “On the legal status of foreign citizens” dated June 25, 2002. Available at: http://www.kremlin.ru/acts/bank/18669 (accessed: 01.01.2024). (In Russian).
16. Immigration Policy and the Search for Skilled Workers: Summary of a Workshop. The National Academies Press. Washington, DC. 2015. Available at: https://nap.nationalacademies.org/read/20145/chapter/4#16 (accessed: 01.04.2024).
17. India Reaches All-Time High in International Student Enrollment in the USA. Abroad Education Consultants. October 17, 2023. Available at: https://www.aecoverseas.com/india-reaches-all-time-high-in-international-student-enrollment-in-the-usa (accessed: 01.04.2024).
18. Kurilo S. D., Konyukhova M. S., Shakiryanova E. O., Grigoryan K. G. Features of employment of foreign graduates of Russian universities in the territory of Russian Federation // XVII international conference “Russian regions in the focus of change”: collection of reports (Ekaterinburg, November 17 - 19, 2022). Ekaterinburg: Izdatel’skii dom “Azhur” Publ. 2023. pp. 422-427. Available at: https://elar.urfu.ru/bitstream/10995/121816/1/978-5-91256-577-9_2022_103.pdf (accessed: 04.01.2024). (In Russian). EDN: KVPBEE
19. Labor and employment in Russia (2023): Statistical collection. M., 2023. 180 p. (In Russian).
20. Lo, L., Li, W., & Yu, W. Highly-skilled Migration from China and India to Canada and the United States. International Migration. 2019, vol. 57, no. 3. DOI: 10.1111/imig.12388
21. Make in India needs immigration into the country. India business law journal. December 22, 2023. Available at: https://law.asia/make-in-india-immigration/ (accessed: 01.04.2024).
22. Maksimova A.S. Migration of highly qualified specialists from Russia: Methodology and Trends. Statistics and Economics, 2019, vol. 16, no. 3, pp.34-43. (In Russian). DOI: 10.21686/2500-3925-2019-3-34-43
23. Ministry of External Affairs of India. Overseas Citizenship of India Scheme. Available at: https://www.mea.gov.in/overseas-citizenship-of-india-scheme.htm (accessed: 01.04.2024).
24. Mukomel V.I. Highly Skilled Migrants from Post-Soviet States: Labor Mobility. Sociological Journal. 2020, vol. 26, no. 2, pp. 31-59. (In Russian). DOI: 10.19181/socjour.2020.26.2.7264 EDN: UIZFRO
25. Multiple-entry visas for entry into Russia will be issued to foreigners in agreement with the FSB. FSB. September 4, 2003. Available at: http://www.fsb.ru/fsb/comment/remark/single.htm%21id%3D10310172%40fsbComment.html (accessed: 01.04.2024). (In Russian).
26. OECD Social, Employment and Migration Working Papers No. 239. OECD. 14.02.2020. Available at: https://one.oecd.org/document/DELSA/ELSA/WD/SEM(2020)4/En/pdf (accessed: 01.04.2024).
27. Oganesyan A. O. Participation of the People’s Republic of China in modern migration processes: particular qualities and main directions. Bulletin of Perm University. Political Science. 2020, vol. 14, no. 2, pp. 77-87. (In Russian).
28. Online Overseas Citizen Of India Services. Available at: https://ociservices.gov.in/ (accessed: 01.04.2024).
29. Project Atlas. Explore Partner Data. Available at: https://www.iie.org/research-initiatives/project-atlas/explore-data/ (accessed: 01.04.2024).
30. Sadovaya E.S. Return chines emigration from the USA: lessons for Russia. International Trade and Trade Policy. 2022, vol. 8, no. 3, pp. 24-38. (In Russian). DOI: 10.21686/2410-7395-2022-3-24-38 EDN: JXEJNN
31. The Database on Immigrants in OECD Countries (DIOC) 2015/16. OECD. 2015. Available at: https://www.oecd.org/migration/mig/methodology-DIOC-2015-2016.pdf (accessed: 01.04.2024).
32. The Global Talent Competitiveness Index 2023. INSEAD, Descartes Institute for the Future, and the Human Capital Leadership Institute. 2023. Available at: https://www.insead.edu/system/files/2023-11/gtci-2023-report.pdf (accessed: 01.04.2024).
33. Weinar, A., Klekowski von Koppenfels А. Highly-Skilled Migration: Between Settlement and Mobility: IMISCOE Short Reader. Springer Nature, 2020. 108 p. DOI: 10.1007/978-3-030-42204-2
34. World Migration Report 2020. IOM UN Migration. 2020. Available at: https://www.un.org/development/desa/pd/sites/www.un.org.development.desa.pd/files/imr2020_10_key_messages_ru_1.pdf (accessed: 04.01.2024). (In Russian).
35. Year-wise Details of Non-Residents Indians (NRIs) Visiting India from 2019 to 2021. Open Government Data Platform India. February 23, 2024. Available at: https://data.gov.in/resource/year-wise-details-non-residents-indians-nris-visiting-india-2019-2021 (accessed: 01.04.2024).
36. 0% Of NRIs Consider Returning To India After Retirement: SBNRI Survey. Retirement out look india. September 4, 2023. Available at: https://retirement.outlookindia.com/plan/news/60-of-nris-consider-returning-to-india-after-retirement-sbnri-survey (accessed: 01.04.2024).
Выпуск
Другие статьи выпуска
Основной целью статьи является анализ существующих подходов к концепту «миропорядок», а также оценка и научный потенциал концепции «мировое большинство». В статье авторы подходы к концептуализации мирового порядка: исторический и подход, основанный на логике «однополярность — многополярность», обусловливая свой выбор тем, что данные подходы являются наиболее распространенными, а также разными по объекту, предмету и качественному содержанию, позволяя проанализировать понятие мирового порядка более детально, с различных позиций. Особое внимание авторы уделяют российскому подходу к созданию миропорядка, который сводится к необходимости сформировать многополярный мир, в рамках которого будут гарантированы национальные интересы России и справедливое мироустройство, основанное на международном праве и защите суверенитета. Авторы также делают акцент на концепции «мирового большинства» и роли России в данной концепции. Проведенный анализ стратегических документов, публичных высказываний политиков и экспертных оценок демонстрирует многообразие точек зрения на определение мирового порядка и его архитектуру. Авторы отмечают, что в теории международных отношений наступил определенный теоретико-методологический тупик, потому что все традиционные определения на современном этапе уже не работают; однополярность, бинарность, блоковое противостояние не могут определить природу современного мирового порядка, поскольку мир стал более взаимозависимым, появились негосударственные акторы, актуализировались корпоративные и частные интересы, способные повлиять на мировое развитие. Таким образом, перед Россией стоит задача трансформировать нынешний миропорядок и сформировать новый полицентричный/многополярный мировой порядок
В статье рассмотрен современный этап китайско-африканских отношений с точки зрения роли стран Африканского континента вглобальных проектах Китая. Выявлены основные направления геополитической стратегии Китая в отношении стран Африки. В рамках данной стратегии Китай реализует два основных направления: освоение ресурсов африканских стран, которые необходимы Китаю для поддержания и развития собственной экономики, и расширение рынков сбыта для собственных товаров. Дана оценка стратегического партнерства Китая с африканскими странами на основе всестороннего анализа присутствия Китая в Африке. Содержится ответ на вопрос: китайско-африканское стратегическое сотрудничество — это построение сообщества с единой судьбой на базе взаимовыгодного сотрудничества или борьба за влияние над континентом, странами и ресурсами? В центре внимания одна из ключевых глобальных инициатив китайского правительства — инициатива «Один пояс — один путь», которая легла в основу стратегического сотрудничества и партнерства Китая со многими африканскими странами. Рассмотрены основные проекты, инвестиции и инициативы Китая в африканских странах, которые богаты природными ресурсами: Алжир, Ангола, Нигерия. Особый интерес вызывают взаимоотношения Китая с Египтом, который входит в сферу интересов Китая, прежде всего ввиду своего уникального местоположения на пересечении трех континентов. Джибути — страна военных баз зарубежных стран, что не могло не привлечь Китай, глобальная цель которого — превращение в геополитического гиганта, в великую морскую державу и достижение гегемонии в мире
Актуальность исследования связана с возможностью политической науки делать компетентные прогнозы электоральных процессов как в России, так и за рубежом на основании данных предыдущих электоральных циклов. Электоральное прогнозирование представляется в целом значительно недооцененной отраслью политического анализа, в то время как обращение к нему позволит применить полученные знания к текущим политическим процессам, в том числе в Российской Федерации. Целью статьи является обоснование значимых переменных для осуществления валидного электорального прогнозирования, что реализовано на материале анализа пяти избирательных циклов Сейма Республики Польша и уточнено в ряде задач: дать описание общих терминов и подходов к изучению избирательных циклов, предложить и аргументировать переменные для построения электоральных моделей, применить электоральные прогнозные модели к выборам в Сейм Польши. Объектом исследования заявляются пять электоральных циклов формирования Сейма Польской Республики как специфическая область анализа, предметом выступают модели формирования большинства в Сейме применительно к итогам выборам в Сейм Республики Польша 2023 г. Методологическая основа исследования включает обращение к классической системной методологии и структурному функционализму, компаративизму, электоральному прогнозированию и статистическому анализу, а также кросс-темпоральному сравнению. На основании анализа пяти электоральных циклов (с 2005 по 2019 г.) формируются переменные для электорального прогнозирования, в которые авторы включили, например, такие показатели, как стабильность партийной системы, характер выборов, тип используемой для подсчета голосов избирательной квоты, а также некоторые другие. Основные выводы, к которым авторы пришли в результате проведенного исследования, таковы: существует три электоральных прогноза формирования правительства Польши по итогам выборов в Сейм 2023 г. Магистральный (вероятность 60 %) — сохранение существующего правительства (однопартийное, «Право и Справедливость»), альтернативный (35 %) — победа оппозиционной коалиции во главе с партией «Гражданская платформа», и радикальный (5 %) — отсутствие устойчивого большинства у обеих групп, включающее последующие скорые досрочные выборы
Актуальность исследования обусловлена той ролью, которую Китай играет в мире и регионе. Предметом изучения является маньчжурская государственная система в преддверии формирования нового регионального порядка в Восточной Азии в начале ХХ в. Цель статьи — дать комплексный анализ состояния ключевых государственных институтов имперского Китая накануне Синьхайской революции 1911–1912 гг. и выявить их преемственность в переходный период. В рамках междисциплинарного подхода были использованы метод аналогии и периодизации, идеографический и сравнительно-правовой метод, ретроспективный метод и метод реконструкции, структурный метод и нарративный подход, догматический метод и метод юридической герменевтики. Делается посыл о том, что современный Китай, сумевший занять на международной арене лидирующие позиции в наиболее важных общественных сферах, осуществил это в том числе и благодаря функционированию эффективной системы государственной власти, унаследованной от многовековой имперской государственности. Автор освещает период зарождения идей модернизации государственной системы империи Цин и основные ее этапы, характеризуют элементы данной системы, предпринимает попытку объяснить причины неудач, приведших к глубокому политическому кризису к осени 1911 г. В центре внимания — наиболее знаковые органы государственной власти, определявшие внутреннюю и внешнюю политику страны, часть из которых подверглась изменениям и замене из-за очевидности их устаревания и невозможности решения стоящих перед страной задач, а часть реформировалась под угрозой неизбежных социальных потрясений. Сделан вывод о запоздалости и половинчатости реформ, которые, в отличие от Японии, не получили ни поддержки со стороны высшего руководства страны и ее политических элит, ни времени, необходимого для адаптации. Вместе с тем наблюдается историческая и институциональная преемственность, благодаря которой в значительно более поздний исторический этап страна сумела войти в число ведущих мировых держав
В статье представлены результаты исследования в традициях социологического неоинституционализма, направленного на выявление роли государства в процессе формирования образа будущего, а также выработку концептуальной модели государственного участия в этом процессе. В тексте рассматриваются различные теоретические подходы к изучению образа будущего — социально-философский, социально-политический, психологический, соцокультурный и т. д. Особое внимание авторы уделяют соотношению понятий «образ будущего», «идеология» и «политическая картина», выделяют специфические черты, характерные для каждой из обозначенных категорий. Отмечается, что любые коллективные представления не могут формироваться в отрыве от конкретной системы норм и ценностей, за выработку и реализацию которых отвечают базовые институты общества: семья, наука, образование, религия, государство и др. В этой связи особо значимым становится вопрос определения роли таких институтов (в частности, государства, являющегося ключевым институтом при установке политической повестки дня) в формировании образа будущего. В статье предпринята попытка разработки концептуальной модели государственного участия в формировании образа будущего, включающего в себя три функциональных модуса: государство — страна; государство — политическая система; государство — население. Также рассмотрены основные факторы объективного и субъективного свойства, призванные скорректировать процесс выработки идей и смыслов государством как политическим институтом. Авторы приходят к выводу о том, что государство обладает доминирующим началом в процессе формирования коллективных представлений о будущем страны, что способствует интеграции и активизации поддержки общества задаваемому политическому курсу и принимаемым политическим решениям
Основная цель второй части исследования заключается в анализе изменения роли ценностей в отдельных элементах политической системы (электронного голосование, роли платформ в политической коммуникации, электронного правительства) в условиях формирующегося цифрового общества. Авторы отталкиваются от концепта технополитики, отражающего процесс слияния технических систем и политических практик, благодаря чему создаются новые формы власти и взаимодействия. В качестве основного теоретико-методологического инструмента рецепции влияния эластичности цифрового общества на модификацию роли ценностей в отдельных элементах политической системы используются текущие попытки рефлексии цифровизации политики Л. В. Сморгунова, А. Фолкерса, П. Торнберга, М. Питерса и др. Также в работе используются результаты исследования взаимодействия респондентов с государственными электронными сервисами, проведенного группой ученых Санкт-Петербургского государственного университета в 2023 г. Результат воздействия эластичности цифрового общества на модификацию роли ценностей в отдельных элементах политической системы раскрывается через призму проблемы ответственного выбора в процессе использовании процедуры электронного голосования, а также рисков, которые несут для демократических институтов платформенные приватизация и монополизация. В статье делается вывод, что эластичность цифровой среды действительно оказывает существенное влияние на моральные основания политики, во первых, вытесняя на периферию идеологии и связанные с ними политические программы, во-вторых, затрагивая наиболее оцифрованные элементы политической системы, в то же время степень и характер этих модификаций требуют построения объяснительной модели реконцептуализации функций ценностей в политике в условиях цифровой трансформации
Статья посвящена разработке и апробации методологии качественного анализа цифровых профилей социально-политических акторов на примере губернаторов, избранных в ходе прямых выборов в 2023 г. в России. Основой исследования выступают сетевой подход и методы корпусной лингвистики, которые позволяют не только оценить формальные параметры взаимодействия политика и электората в цифровом пространстве, но и выявить ключевые дискурсивные стратегии, формирующие политическую повестку дня, влияющую на предпочтения избирателей. Авторы рассматривают цифровой профиль как совокупность формальных и содержательных признаков онлайн-взаимодействия, направленных на управленческое воздействие и вовлечение граждан в социально-политические процессы. Эмпирическая база исследования сформирована на основе данных, полученных методом сплошной выгрузки из официальных аккаунтов «ВКонтакте» кандидатов, участвовавших в выборах, за период май — сентябрь 2023 г. В результате частотного и графового анализа были выделены такие показатели, как плотность концептосферного ядра, сбалансированность графов и тематическая дигрессия, которые дали возможность оценить эффективность взаимодействия кандидатов с электоратом. Сформулированные индексы конструктивности дискурсивной стратегии (КДС) позволили отразить степень эффективности выявленных цифровых профилей кандидатов-победителей. Установлено, что профили с высоким индексом КДС характеризуются динамичностью, регулярностью публикаций и разнообразием тематик, в то время как низкий уровень КДС указывает на формальность и фрагментарность взаимодействия. Авторы подчеркивают значимость цифрового профиля в современном медиапространстве, предлагая рекомендации по повышению его эффективности, включая учет интересов аудитории, продвижение социальной консолидации и персонализацию контента. Подобный подход позволяет на основе качественных показателей сделать содержательные выводы о текущем состоянии цифрового профиля политика, партии или органа власти и разработать рекомендации по совершенствованию процессов медиарегуляции и управленческого воздействия в медиапространстве региона или страны в рамках государственной программы по реализации информационно-технологического обеспечения административно-управленческих процессов, в целях подготовки эффективного реагирования РФ на глобальные вызовы современности
В статье представлены результаты исследования конфликтности локальных территориальных сообществ Краснодарского края в контексте их влияния на выработку и реализацию проектов развития региона. На основе результатов конфликтологического анализа концептов «развитие» и «политика развития» выявлены основания для возникновения «конфликтов развития» и возможность их позитивно-функционального переформатирования. На примере попыток решения в Краснодарском крае «мусорной проблемы», являющейся одной из ключевых для российского региона, выделены основные противоречия, возникающие во взаимодействии субъектов территориального развития — сельских и городских сообществ, власти и бизнеса. Проведенное исследование конкретных ситуаций на территории двух муниципалитетов позволило выявить логику действий «защищающихся» сообществ, выступающих против деградации среды проживания. В статье отражены их дискурсивно-коммуникативные стратегии, направленные на развитие и упрочение гражданской солидарности в публичной сфере. Публичный дискурс сообществ относительно «мусорной проблемы» концентрируется на связанных с ней рисках и угрозах, а не возможностях развития. Достаточный уровень сплоченности сообществ и использование инструментов артикулирования собственных проблем в рамках региональной и федеральной публичной повестки позволяют эффективно блокировать предполагаемые изменения. При этом сохранение статускво в рамках локальных территорий существенно ограничивает возможности проведения политики развития региона. Городские и сельские сообщества выступают в качестве субъектов, противодействующих ей. Декларируемые постулаты устойчивого и ответственного развития, заложенные в Стратегию развития Краснодарского края, вступают в противоречие с реальными политико-управленческими практиками, что связано с низким уровнем институционального доверия к органам власти, а также несформированностью технологий вовлечения локальных сообществ в разработку и реализацию проектов развития
Накопленный в России и Западной Европе опыт взаимодействия высших учебных заведений и религиозных сообществ отличается исторической протяженностью и обусловлен форматом церковно-государственных отношений. В связи с этим можно говорить о наличии конфессиональных и национальных моделей образования, специфика которых заключается в определении места религиозной идентичности в университетской среде. В системе высшего образования религиозные дискурсы выстраиваются вокруг вопроса о присутствии теологии в университете. Будучи их видом, конфессиональные дискурсы направлены на поддержание связи с христианскими традициями и церквями. Конфессии наделяют учебные заведения атрибутами и дефинициями, объединенными в категорию «университет в конфессиональных дискурсах». Эти дискурсы содержатся в справочных материалах, способствующих пониманию конкретных течений христианства. Проведенный анализ конфессиональных энциклопедий показал, что западные традиции обладают сходным видением средневекового и актуального состояния университета. Католический и протестантский дискурсы расходятся в оценках влияния светских властей на университеты и выявленных причинах секуляризации образовательного пространства. Передача собственной идентичности требует от религиозных акторов использования специальных маркеров, включенных в категорию «конфессиональные дискурсы в университете». Анализ сайтов высших учебных заведений позволил установить страновые особенности функционирования указанных дискурсов. Для государств Западной Европы характерен акцент на социальную ориентированность и международную кооперацию конфессиональных институций. В России православный дискурс оказывается сфокусирован на вопросах государственно-конфессионального регулирования теологического образования, реализуемого в стенах университета
Статистика статьи
Статистика просмотров за 2026 год.
Издательство
- Издательство
- СПБГУ
- Регион
- Россия, Санкт-Петербург
- Почтовый адрес
- Россия, 199034, Санкт-Петербург, Университетская наб., д. 7–9
- Юр. адрес
- 199034, г Санкт-Петербург, Василеостровский р-н, Университетская наб, д 7/9
- ФИО
- Кропачев Николай Михайлович (РЕКТОР)
- E-mail адрес
- spbu@spbu.ru
- Контактный телефон
- +7 (812) 3282000
- Сайт
- https://spbu.ru/