В интернет-отзывах о медицинских услугах оценка потребителями коммуникативных навыков и профессионального такта врача является существенным признаком жанра. По мнению целевой аудитории, данный параметр является существенным для общей оценки качества медицинской услуги. Эмпирическую базу составили отзывы о врачах, размещенные на сайтах профильных сетевых изданий и форумах. На основании анализа выявлены позитивные и негативные оценки пациентами коммуникативных навыков и профессионального такта врача. Установлено, что оценка успешности коммуникативного взаимодействия с врачом входит в число существенных признаков рассматриваемого интернет-жанра, поскольку отражает интенцию адресанта, направленную на формирование мнения массовой аудитории о предоставляемых услугах. Определены параметры коммуникативной компетенции медицинского специалиста, по которым происходит оценивание в отзыве: это умение сообщить необходимую пациенту информацию в полной, доступной и деликатной форме, эмпатия, такт, соблюдение профессиональной этики, навыки контроля диалогического взаимодействия, тональность общения и др. На основе сопоставления позитивной и негативной оценки отдельных параметров коммуникативной компетенции выявлены приемы эффективного и рискогенного общения врача с пациентом и их дискурсивные характеристики. Результаты могут послужить основой для расширения исследований профессионального медицинского общения на материале устных и письменных источников рефлексии пациентов
В статье рассматривается вежливость медицинских работников – как она отражается в отзывах о потреблении медицинских услуг, опубликованных в Интернете. Методологически работа вписывается в традиции дискурс-исследований, семантических и стилистических штудий. Теоретически статья опирается на идеи медиалингвистики, дискурсологии, жанроведения, семантического синтаксиса и стилистики. Анализ небольшого корпуса текстов названного жанра, опубликованных на официальном сайте Министерства здравоохранения Новгородской области, позволил установить, что вежливость как параметр речевого поведения и одновременно характеристика отношения медика к пациенту входит в число регулярно оцениваемых параметров медицинской коммуникации пациентами и их близкими. При ее обсуждении в отзывах актуализируются такие ее параметры, как готовность к общению, жанровый репертуар, важность невербальных средств общения, в частности, улыбки, перлокутивные эффекты вежливых высказываний. Описан круг языковых средств, с помощью которых обозначается этот параметр речи медиков, – лексемы, аналитические выражения, идиомы. Сделаны выводы о дифференцированности вежливости по линии сфер коммуникации, дискурса, жанра и социального типажа коммуниканта; обозначены перспективы ее дальнейшего изучения в интересах дискурсивных исследований, медиалингвистики и лингводидактики
В статье проводится анализ основных языковых и прагматических свойств высказываний, которые носители русского языка классифицируют как «замечание». Цель исследования – ответить на два вопроса: можно ли считать замечание речевым жанром и какое место занимают замечания на шкале «вежливости – антивежливости». Анализ проводится на материале данных Национального корпуса русского языка с привлечением коллекции записей устной речи, собранной автором. С опорой на лингвистические и экстралингвистические критерии показано, что замечание может считаться речевым жанром: несмотря на разнообразие способов оформления замечаний в речи, которое затрудняет описание их формально-языковых свойств, анализ корпусных данных позволяет выявить ряд речевых формул, с помощью которых носители русского языка выражают критическую оценку поведения адресата и стремятся это поведение привести в соответствие с существующими нормами. Кроме того, специфику замечаний как речевого жанра можно выявить, анализируя метакоммуникативные комментарии носителей русского языка: независимо от конкретного языкового оформления высказываний, замечания опознаются как таковые благодаря общей интенции – потребности говорящего критически оценить и (в идеале) изменить поведение адресата. Наличие в высказывании негативной оценки отличает замечания от советов, приказов, пожеланий, вопросов, намеков и т. д. Прагматические свойства замечаний анализируются в статье с точки зрения прагматического понятия «лицо». Анализ контекстов позволяет сделать вывод о том, что замечания – это речевой жанр, несущий угрозу «позитивному» лицу адресата, поскольку, делая замечание, говорящий указывает на несоответствие поведения адресата принятым в обществе установкам и нормам
В статье предпринята попытка проанализировать научные рецензии в аспекте реализации коммуникативных категорий вежливости и антивежливости и соответствующих стратегий. Предлагается обобщенное описание специфики речевого жанра научной рецензии: ее значимыми параметрами для рассмотрения (анти)вежливости являются позиции участников, коммуникативно-прагматические отношения между ними и конфликтогенный потенциал, сопряжённый с критическим осмыслением чужого научного продукта. Авторы предлагают адаптировать максимы Дж. Лича, коррелирующие с коммуникативной категорией вежливости, к жанру научной рецензии и выделить максиму конструктивной критики, максиму академического уважения, максиму беспристрастности, максиму научного диалога, максиму академической поддержки. В результате анализа эмпирического материала выделены четыре основные стратегии антивежливости, к которым относятся: прямая дискредитация научной работы, понижение статуса автора, деструктивная риторика, формальная дискредитация. Делается вывод, что граница между вежливостью и антивежливостью в жанре научной рецензии не является фиксированной, представляя собой континуум, зависящий от таких факторов, как жанровые каноны и нормы, конструктивность / деструктивность критики, интенции рецензента, эмоциональная тональность изложения
Авторы посвятили статью характеристике в семантико-прагматическом аспекте жанра публичного извинения в русском масс-медийном пространстве. Выбор предмета исследования обусловлен ростом популярности и повышением частотности извинений в открытом формате через СМИ и социальные сети, что можно объяснить изменением социокультурной ситуации и трансформацией общественных ценностных ориентиров. Целью статьи является обоснование предположения о том, что публичное извинение как вариант, возникший в результате процесса модификации инвариантной модели, функционирующей в межличностном взаимодействии, трансформируется в омонимичный жанр, который имеет иные жанрообразующие характеристики. В последние годы наблюдается развитие так называемой «культуры отмены», когда действия (в том числе и речевые) людей или организаций вызывают общественный резонанс, следствием чего становится резкая критика и осуждение. Публичные извинения являются действенным способом смягчить негативные последствия и попытаться сохранить или восстановить репутацию. Это приводит к серьезному изменению некоторых жанрообразующих признаков, в частности к исчезновению искренности, появлению вынужденности речевого действия, изменению фактора адресата. Адресат извинения предстает в виде двух адресатов: номинального и реального. Публичное извинение функционирует как реактивный жанр, что дает возможность зафиксировать трансформацию двухшаговой схемы реализации (малефактивное действие – извинение) в трехшаговую: малефактивное действие – реакция общественности/ представителей властных структур – извинение. Все это позволяет говорить о том, что публичное извинение перестает быть вариантом жанра извинения и стремится стать самостоятельным гибридным жанром
Рассматривается речевой жанр «Журналистский блокнот» на материале «Записных книжек» Ильи Ильфа. Базовым интенциональным признаком этого жанра является фиксация наблюдений и размышлений, выраженных в словах и высказываниях, замеченных внимательным и ироничным писателем. Журналистский блокнот представляет собой совокупность ярких речевых примеров, записанных в качестве материала для дальнейшего использования в публицистических статьях и художественных текстах. Этот жанр включает следующие единицы: 1) контрадикторные обозначения, содержащие в себе некое внутреннее противоречие и представленные множеством однословных и неоднословных номинативных конструкций, странных забавных фамилий, смешных окказионализмов, 2) экспрессивные описания, точно характеризующие изображаемую реальность и включающие пародируемые образцы речи и различные виды стилизации, 3) конденсированные повествования, в сжатой форме показывающие различные сюжеты, в которых проявляются определенные типы людей, 4) импликативные рассуждения, для интерпретации которых требуется объяснение контекста эпохи, такие импликации создают ощущение включенности в действительность двадцатых и тридцатых годов прошлого века, 5) экзистенциальные констатации, содержащие в себе ценностную картину мира. Журналистский блокнот как комплексный речевой жанр сближается с дневником и комментарием, выражает акцентированно личное отношение автора к происходящему и фиксирует наиболее важные признаки эпохи. Для писателя журналистский блокнот выступает в качестве предтекста для создания художественного произведения. Многие записи из журналистского блокнота И. Ильфа вошли впоследствии в романы «Двенадцать стульев» и «Золотой теленок», написанные в соавторстве с Е. Петровым
Статья посвящена исследованию жестовой композиции в рассказе А. П. Чехова «Враги». В исследовании приводится определение, согласно которому в современной лингвистической науке понимаются «невербальные средства общения». Рассматриваются РЖ, сложившиеся в условиях ситуации речевого общения врача и пациента – РЖ медицинской жалобы, формирующий ядро институционального дискурса, а также РЖ, выходящие за пределы ядерной зоны: РЖ мольбы, отказа, молчания, излияния души, оплаты за медицинские услуги. Констатируется, что РЖ могут быть проиллюстрированы мануальными проявлениями, которые раскрывают характер персонажа и выявляют при этом его социальнокультурную специфику. Отмечается, что один и тот же мануальный жест меняет содержание информации, передаваемой словесно. Отдельное внимание уделяется манульным проявлениям, переданным в тексте произведения посредством выражений, в состав которых входят лексемы ʼсердцеʼ и ʼкулакʼ. При этом подчёркивается, что вслед за синхронной модуляцией РЖ институционального дискурса наблюдается градуальное изменение рисунка рук (вежливой кинетики), сигнализирующее о фазе поведенческого конфликта. Отмечается роль авторских ремарок в описании коммуникативных ситуаций. Автор приходит к мысли о том, что каждый речевой жанр, участвующий в формировании институционального дискурса, включает мануальный невербальный знак, как зеркало, отражающий коммуникативное событие. Предлагается схема, демонстрирующая мануальное поведение персонажей.
В статье представлен анализ жанрового репертуара электронной коммуникации между преподавателем и студентом как одной из новых сфер интернет-коммуникации, которая прежде не была предметом жанрового анализа. Рассмотрена и обоснована классификация выявленных речевых жанров. Актуальность темы обусловлена тем, что данная деловая форма общения становится предпочтительной в современном педагогическом дискурсе вследствие многочисленных социальных и технологических процессов. Материалом исследования послужили тексты письменной электронной асинхронной коммуникации между преподавателями и студентами в компьютерно-опосредованной среде. Применяя методы наблюдения и сравнения различных жанров, формирующихся в процессе электронной коммуникации, авторы рассматривают речевые жанры, релевантные для современного электронного общения между преподавателем и студентом. Классификация включает информативные, этикетные, императивные, оценочные группы жанров. Информативные и этикетные жанры в количественном отношении значительно преобладают над императивными и оценочными. Установлено, что группа информативных жанров является самой большой в нашем эмпирическом материале, что обусловлено целями и задачами данного вида коммуникации – предоставление и запрос информации. Многочисленность группы этикетных речевых жанров свидетельствует о том, что нормы этикета институционального общения сохраняются ввиду их значимости. Императивные и оценочные входят в речевой репертуар преподавателя, что обусловлено институциональной природой рассматриваемой формы взаимодействия. Выделенные речевые жанры обладают рядом характеристик: вторичность, письменность и официальность, а также им свойственны признаки устной неофициальной речи первичных жанров, что позволяет утверждать, что электронная коммуникация между преподавателем и студентом проходит этап формирования и развития.
На материале корпуса малоформатных высказываний исследуются семантика и аксиология страсти, а также дискурсные свойства афористики. Устанавливается, что афоризм не имеет четкого определения на основании какого-либо одного признака и речь здесь может идти лишь о «семейном сходстве» как приближенности какого-то малоформатного текста по совокупности признаков к идеалу афористического высказывания. В корпусе афоризмов о страсти доминирует аксиологический признак – каждое третье высказывание о страсти содержит её оценку: чаще всего страсть рассматривается как грех и порок, несколько реже она получает положительную оценку – рассматривается как духовное богатство и источник плодотворной деятельности, еще реже наблюдается компромиссный взгляд на оценку страсти, когда она признается благотворной, если её интенсивность не выходит за пределы меры, задаваемой разумом и волей, а вредоносной – если она выходит за пределы меры и овладевает человеком. Праксеология страсти в афористике сводится к рекомендациям подчинять страсти своей воле и учиться управлять ими. Из отличительных семантических признаков страсти в афористике можно отметить её всесилие и неподвластность воле, а также врожденность и неискоренимость страстей. Из числа собственно отличительных признаков афористики в высказываниях о страсти явно преобладает образность – метафора присутствует практически в каждом четвертом афоризме, причем доминирующим типом метафорического переноса здесь выступает пиро/термометафора: горение и температурные колебания отражены в каждой третьей метафоре страсти. Другая отличительная черта афористики – антитезисность присутствует в каждом шестом высказывании о страсти, где чаще всего страсть противопоставляется разуму. Еще одна отличительная черта афористики – парадоксальность в высказываниях о страсти проявляется относительно редко.
Рассматривается проблема вариативности речевых жанров и размывания их границ. Цель исследования – определить, изменение каких параметров ведет к разрушению жанра аннотации, функционирующего в издательском дискурсе, а какие изменения допустимы и являются проявлением внутрижанровой вариативности в пределах одного дискурса. Материалом исследования послужили собранные методом случайной выборки 100 русскоязычных прикнижных аннотаций на литературно-художественные издания и издания для детей, выпущенные в 2000–2024 гг. По результатам исследования определено, что издательская аннотация в условиях маркетинговой коммуникации расширяет функциональные возможности и становится полиинтенциональной: помимо предписанной ГОСТом информативной функции, она выполняет функцию воздействия. Усиление рекламного компонента приводит к нарушению требований, предъявляемых нормативными документами к структуре и языковому воплощению прикнижных аннотаций. Проявление дополнительной воздействующей функции и гибкость структуры демонстрируют вариантную реализацию жанра аннотации в издательском дискурсе, поскольку сохраняется ведущая информативная функция и статус вторичного текста. В том случае, когда текст, размещенный на обороте титульного листа, является цитатой из произведения, которое должно аннотироваться, или его структурным элементом, аннотация утрачивает информативную функцию и свою вторичность, что свидетельствует о разрушении жанровой формы.
Рассматриваются бытовые приметы как особый речевой жанр в рамках прогностического дискурса. Календарные и метеорологические приметы в значительной мере отражают повторяющиеся объективные обстоятельства, в то время как в бытовых приметах зафиксированы большей частью случайные совпадения событий. С позиций научной и религиозной картин мира бытовые приметы квалифицируются как суеверия. Функция бытовых примет состоит в построении простой картины мира с предписаниями и объяснениями, имеющими мистический характер. Дискурсивная формула бытовой приметы включает следующие компоненты: 1) действие, 2) последствие, 3) объяснение, 4) предписание, 5) исправление. Обязательными компонентами этого жанра являются действие и предписание, остальные части формулы могут быть факультативными. Объяснение бытовой приметы часто носит мистический характер, поскольку иррациональные объяснения хорошо запоминаются. Приметы характеризуются высокой степенью этнокультурного своеобразия. Примета возникает как иконический знак и впоследствии становится индексальным знаком. В новых приметах повторяются в ином проявлении древние магические установки поведения. Современные толкования примет показывают, что этот речевой жанр в значительной мере выполняет не столько объяснительную, сколько развлекательную функцию.
- 1
- 2