Статья: АНАЛИЗ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ МЫСЛИ ЗАПАДА В "КИТАЙСКОМ ЭКОНОМИЧЕСКОМ УЧЕНИИ" ЧАН КАЙШИ (2024)

В статье вводится понятие СДС-консорциума, отличающегося двумя специфическими чертами. Во-первых, такой консорциум включает группу предприятий, осуществляющих последовательные стадии производства одного или нескольких продуктов. Во-вторых, в задачи СДС-консорциума входит разработка и реализация проектов создания и/или внедрения новых технологий, предназначенных для использования в его сети, в том числе предприятиями из разных отраслей народного хозяйства. Поэтому в его составе должны быть организации, способные выполнять такие задачи, возможно, с привлечением временных участников — научно-исследовательских и проектных институтов. Члены консорциума сохраняют свою самостоятельность. Согласование их деятельности осуществляется координационным советом, образованным из их представителей. На реальных примерах показано, что консорциумы подобного типа способны обеспечить формирование и функционирование отечественных сетей добавленной стоимости (СДС). Такие сети необходимы для технологического развития страны, находящейся под жестким санкционным давлением. Создание СДС-консорциумов могло бы стать важным элементом индикативного плана, а государственная поддержка способствовала бы становлению СДС-консорциума как коллаборативного института

В статье обсуждается проблематика технологического суверенитета как концепции, сопровождающей технологическое развитие страны. Рассмотрена эволюция идеологем развития от импортозамещения к технологическому развитию в общественно-политическом и академическом дискурсе. На основе систематического обзора научной литературы проанализированы академические дискурсы исследований технологического суверенитета в отечественной и зарубежной (прежде всего европейской) литературе. Показано, что как в России, так и в странах Евросоюза в последние три года резко выросло число исследований феномена технологического суверенитета, при этом значительная часть этих исследований нацелена на выработку адекватного определения технологического суверенитета. На основе проведенных авторами экспертных интервью с представителями российского академического сообщества представлены элементы восприятия содержания концепции технологического суверенитета отечественными экспертами, в частности, выделены ключевые нарративы как его сущности, так и механизмов обеспечения. Российские эксперты отмечают многообразие трактовок технологического суверенитета и некоторые внутренние противоречия этого понятия

В статье рассмотрена эволюция концепции технологического суверенитета в усло‑ виях экономической глобализации, роста сложности сектора высоких технологий, новых геополитичес‑ ких реалий, последствий пандемии COVID‑19 и развития цифровых технологий. Рассмотрены ключевые подходы к формированию технологического суверенитета, в том числе защитная функция (ограничения конкурентов) и индустриальная модель, опирающаяся на формирование независимого технологического потенциала страны на уровне важнейших компетенций НИОКР и производств. Показана ограниченность в современных условиях защитного и индустриального подходов, что связано в том числе с высокой сте‑ пенью международной взаимозависимости технологических процессов и ресурсными ограничениями. Описано формирование новой «открытой» модели обеспечения технологического суверенитета, осно‑ ванного на формировании системы партнерств и конкурентном сотрудничестве стран (при учете геопо‑ литических и иных требований к кооперации). Сделан вывод о необходимости приспособления техноло‑ гического суверенитета крупнейших игроков к новым условиям и решениям актуальных вызовов развития современной открытой модели, в том числе ее соотношению с традиционным политическим суверените‑ том, определением критериев технологической независимости и целеполаганием технологического суве‑ ренитета (безопасность, мировое лидерство, экология и пр.)

В статье акцентируется внимание на проблемах технологической суверенизации, которая в современных геополитических условиях становится характерной чертой научно-технологической политики многих стран, как технологических лидеров, так и стран, заимствующих технологии, при этом ее причины и целевые установки различаются. Обосновывается объективная необходимость обеспечения технологической суверенизации для России, которая определяется сложившейся высокой степенью зависимости от импорта в технологической сфере, превращающейся в условиях жестких внешних ограничений в преграду для дальнейшего развития страны. Анализируются основные подходы к обеспечению технологического суверенитета страны в рамках проводимой научно-технологической политики страны, закрепленные в нормативно-правовых документах федерального уровня, вскрываются их недостатки и противоречия. Предлагаются основные направления ее совершенствования. Особое внимание отводится проблеме целеполагания научно-технологического развития и его увязки с общими стратегическими целями экономической политики, на основе которых должна быть сформирована критическая масса проектов технологического суверенитета и выстроен организационный контур научно-технологического развития

В статье рассмотрена эволюция понятий «суверенитет» и «экономический суверенитет» в политической науке, а также ключевые направления дискуссий о том, что представляет собой суверенитет в меняющемся мире. Отмечается, что, несмотря на все спорные вопросы, понятие «суверенитет» остается несущей конструкцией современной политики. Основные дискуссии по вопросам экономического суверенитета разворачиваются вокруг двух ключевых концептов — независимости и контроля. Для развивающихся стран независимость означает прежде всего возврат (или обретение) контроля над собственными ресурсами. Экономически развитые страны, в свою очередь, поглощены проблемой контроля над процессами и ресурсами на глобальной арене. В политической науке понятие «экономический суверенитет» только набирает вес и в исследовательских кругах, и в практической политике. Большие дебаты по проблематике экономического суверенитета еще впереди

В статье рассматриваются проблемы и перспективы концептуализации понятия экономического суверенитета в рамках современной экономической науки. Рассмотрены четыре направления исследований экономического суверенитета, опирающиеся на его интерпретацию как вклада экономических факторов в обеспечение национального суверенитета; автономии национальной экономической политики; самостоятельности в достижении целей экономического развития («суверенное развитие»); а также возможности успешного противостояния негативным внешним шокам (торговые войны и экономические санкции). Показано, что для соответствующих исследовательских направлений характерен разный уровень теоретической и аналитической разработок проблемного поля. В настоящее время приходится констатировать, что прочный теоретический базис для анализа экономического суверенитета отсутствует. Его отдельные фрагменты уже существуют (особенно в сфере изучения автономии национальной экономической политики), однако речь идет именно о фрагментах, а не об интегрированной концептуальной платформе. Наибольшие надежды связаны с развитием теоретических основ изучения технологического суверенитета, хотя степень воплощения этих надежд в реальность будет в решающей мере зависеть от готовности исследователей выйти за пределы круга чисто прикладных проблем и подняться на уровень концептуальных обобщений.

Reaching the finite level of access to financial services governments and financial institutions start redefining their goals towards further improvements in the consumers’ well-being and the state’s economy due to financial services. Cashless payments is one of the most prominent financial services that increases the benefits for all economy participants. Cashless instruments have recently become even more relevant due to the COVID-19 pandemic. The aim of this research is to determine which factors affect the share of cashless payments in consumer spending. The analysis uses a representative sample of 1600 Russian consumers collected in 2021. The results show that those who perceive cashless payment as more beneficial, are from the highest spending group, and have a card with a loyalty program are more likely to have a share of cashless payments in spending of more than 50%. The positive effect of the pandemic after controlling for benefits disappeared. From a practical point of view, the results of this work emphasize a benefit- based approach to stimulate the use of payment instruments, which can be used both within the product strategies of financial service providers and by the regulator in the development of measures to stimulate financial inclusion beyond access.

Настоящая работа продолжает серию исследований, посвященных мониторингу реформы деинституционализации сиротства в России. В качестве информационной базы исследования используются опубликованные данные Росстата, сведения из форм федерального статистического наблюдения, Федерального банка данных о детях- сиротах, а также материалы глубинных интервью с замещающими родителями и экспертами в сфере устройства детей без попечения. В статье выделяются содержательные уровни реформы и новейшие направления ее развития, а также показан ход реализации реформы через количественные показатели динамики процессов в сфере устройства детей без попечения. Авторы приходят к выводам, что публикуемая статистика сиротства плохо отражает задачи реформы и ее достижения, а замедление снижения институционального контингента детей без попечения требует разработки новых мер. С опорой на материалы глубинных интервью исследуется становление сферы услуг замещающим семьям. Однако сейчас усилия государства в роли прямого поставщика услуг конкурируют с сектором некоммерческих организаций, вместо того чтобы дополнять и усиливать работу друг друга.

Оценка качества жизни в регионе невозможна без учета общественного здоровья. В этих целях часто используется Индекс человеческого развития (ИЧР), который оценивает человеческий потенциал. Однако индекс ожидаемой продолжительности жизни при рождении (ОПЖ), входящий в состав ИЧР как индикатор долголетия, не учитывает состояния здоровья населения. Исследование доказывает возможность использования показателя ожидаемой продолжительности здоровой жизни (ОПЗЖ) в интегральной оценке качества жизни. Сравнительная оценка ситуации в регионах России в 2019–2020 гг. на основе предложенной методики, включая результаты дисперсионного анализа, показывает, что использование ОПЗЖ в качестве показателя здоровья более точно объясняет различия между регионами России по ИЧР. Различия в качестве жизни жителей регионов в основном определяются такими детерминантами здоровья, как доступность медицинских услуг, экологическая ситуация и условия труда. Доступность образования практически не влияет на различия в ИЧР между регионами. Полученные результаты подчеркивают необходимость сравнительного анализа Индекса ОПЗЖ и его использования в качестве показателя здоровья. Данные выборочных обследований в России позволяют уточнить методику ОПЗЖ и использовать характеристики ограничений по здоровью, что улучшит оценку состояния здоровья населения

This paper contributes to the present literature by examining the impact of CEO education and experience on M&A performance in Russia. The study is based on a sample of 172 M&A transactions over 2000–2021. We use the event study method to assess the performance of M&A deals and regression analysis to reveal the effects of CEO education and experience on M&A outcomes. CEO education is defined by three variables: financial or economic education; technical education; PhD or MBA status of CEO. CEO’s experience is described by the variables, reflecting previous experience in M&A deals and his (her) industry experience in the target company’s industry. Our results show that economic/financial education of CEO obtained during the Soviet Union has a negative impact on the performance of transactions, while technical education has a positive effect. Interesting positive results were obtained about the presence of an MBA and PhD level in the education of the CEO. Our results also show that the previous deal experience increases the deal performance, while the CEO experience in the target company’s industry reduces it.

В статье исследуется связь экономических шоков с рождением первых, вторых и третьих детей в России с применением моделей возраст–период–когорта (age–period–cohort, APC-модель). Анализ проведен на основе годовых данных по 39 регионам РФ с 2004 по 2021 г., представленных Росстатом и Российской базой данных по рождаемости и смертности Центра демографических исследований Российской экономической школы. В данной работе впервые на российских данных применен наиболее продвинутый метод APC-моделирования, основанный на механизмах взаимодействия между переменными (mechanism-based approach), реализация которого осуществляется с использованием промежуточных переменных (медиаторов) для идентификации эффектов возраста, периода и когорты в динамике рождаемости и выявления причинно-следственных связей. В качестве таких медиаторов для эффекта когорты использовалось соотношение браков и разводов, для влияния прошлого периода (годом ранее) — уровень безработицы (общий, мужской и женской), а также промежуточный медиатор влияния позапрошлого года — инвестиции в основной капитал. Помимо этого мы оценили влияние на рождаемость прокси-переменных прошлого периода: федеральной и региональных программ материнского капитала, а также нефтегазовых доходов федерального бюджета. Для проверки устойчивости результатов был применен метод механического введения ограничений на параметры модели (Intrinsic Estimator), позволяющий выполнить декомпозицию показателя рождаемости на эффекты возраста, периода и когорты. Исследование показало, что существует прямая связь между динамикой коэффициентов рождаемости по очередности рождений детей с экономическими шоками, которые соответствуют последствиям прошлого и позапрошлого периодов

Внешние шоки для экономики России в 2022–2023 гг. во многом связаны с введением санкционных ограничений. В статье на базе авторской методики дана оценка устойчивости экономик российских регионов к этим шокам по восьми базовым отраслям. Эконометрически выявлены факторы, повлиявшие на вероятность сокращения экономической активности в 2022 г. и ее восстановление в первой половине 2023 г. Из 85 рассмотренных региональных экономик 55 оказались относительно устойчивы к стрессу, в том числе крупнейшие: Москва, Татарстан, Новосибирская, Ростовская, Нижегородская и Челябинская области, Краснодарский и Приморский края. Крупные агломерации благодаря размеру и разнообразию внутреннего рынка могли адаптироваться быстрее, а сильнее пострадали отдельные ориентированные на мировые рынки сырьевые центры, например Ямало-Ненецкий автономный округ. Краткосрочная устойчивость экономики в целом выше у регионов с более диверсифицированной внешней торговлей и со сложной структурой хозяйства, впрочем, экономическая активность не снижалась и в ряде слаборазвитых и дотационных регионов, менее интегрированных в глобальные процессы. С высокой вероятностью не восстановили активности за рассматриваемый период большинство северозападных регионов, ранее тесно связанных с ЕС. В отдельных центрах обрабатывающей промышленности значения среднеотраслевых показателей в 2022 г. снижались из-за разрыва производственных цепочек, например в Ленинградской, Калининградской и Калужской областях. Однако уже в 2023 г. началось их восстановление благодаря переориентации связей и процессам импортозамещения. Повышенная шокоустойчивость (резильентность) наблюдалась в регионах с высокой предпринимательской активностью, особенно в 2023 г., когда малый и средний бизнес частично заняли рыночные ниши ушедших иностранных компаний, например в Москве и Подмосковье. Росли объемы параллельного импорта и внутреннего туризма, например в Кабардино- Балкарии. Большую роль в сохранении экономической активности сыграл инвестиционный стимул со стороны государства. В конце приведены некоторые научные обобщения; на их основе предложены рекомендации по повышению шокоустойчивости экономики

В странах с растущим числом пожилых и сокращающейся рабочей силой, одной из которых является и Россия, становится невозможным поддерживать солидарную пенсионную систему, и возникает необходимость перейти к более устойчивой накопительной системе. В этой работе анализируются различные сценарии перехода России к такой системе. Это — первое исследование экономики России, в рамках которого строится OLG-модель для моделирования пенсионного перехода. Демонстрируется, что в долгосрочной перспективе переход к накопительной системе незначительно сокращает благосостояние пенсионеров. Однако на время перехода положение пенсионеров сильно ухудшается, в особенности при финансировании пенсий за счет налога на сбережения. Не менее важен и вывод о том, что переход накладывает тяжелое бремя на все поколения, живущие во время проведения реформы. Они вынужденно потребляют меньше и сильно изменяют схемы накопления и при этом также часто начинают больше работать. Подобные выводы делаются относительно среднестатистических когорт населения, результаты могут не совпадать для разных групп индивидов внутри когорт. В зависимости от механизма реформы пенсионный переход может вызвать как экономический рост, так и экономический спад, а также соответствующий им рост заработных плат и потребления или — их сокращение

We propose new models to find the vulnerable countries in terms of food security. These models are based on network analysis under deep uncertainty. The conditions of deep uncertainty affect the supply and demand of food, namely, carbohydrates of the countries. Under such conditions networks of the carbohydrate supply between countries are constructed. The countries vulnerability in terms of food security were studied by new centrality indices taking into account carbohydrate consumptions of countries and the possibility of group influence of countries to a country. Also, our models show direct and indirect dependence on import of carbohydrates from other countries. The scenario of one of such situations was constructed, and our models for studying this situation were tested. The vulnerable countries are identified in terms of carbohydrate consumption from main crops in different scenarios based on real data using our new models. The developed models can make the food policy of countries more efficient