Статья: РЕЧЕВОЙ ЖАНР ПОЖЕЛАНИЯ В МОЛОДЁЖНОМ ИНТЕРНЕТ-ДИСКУРСЕ: НОВАЦИИ И ЛИНГВОКРЕАТИВНОСТЬ (2024)

Анализируются характеристики речевого жанра «сообщение в открытке» в русской коммуникативной практике двух эпох: дореволюционной и советской. В качестве материала используется подкорпус из 253 открыток, написанных детьми, из коллекции цифрового корпуса открыток «Пишу тебе». Цель исследования состоит в том, чтобы через наблюдение за овладением жанровым каноном невзрослыми носителями языка лучше рассмотреть как его специфику в целом, так и динамику изменений, произошедших на переломе двух эпох. Проведенный анализ показал, что речевой жанр «сообщение в открытке» сензитивен к большому количеству факторов разной природы: материальному субстрату; достижениям научно-технического прогресса, характерным для эпохи; изменениям мировоззрения и ценностной картины мира членов лингвокультурного сообщества; влиянию доминирующих практик использования визуального компонента в коммуникации. Изменение содержания данных факторов на переломе эпох привело к серьезным отличиям в жанровом каноне дореволюционного времени и советского, что нашло свое отражение в детских жанровых опытах. Если в дореволюционных детских сообщениях в открытках присутствуют яркие признаки естественной письменной речи и даже устной речи – непринужденность, слабый орфографический контроль, фонетический принцип орфографии, диалогичность, то в открытках советских детей – шаблонность, тяготение к коллективному адресанту, сильный орфографический контроль, изоморфность интенции текста и визуального оформления. Интерпретируя данные отличия, мы делаем вывод о том, что до 1917 г. сообщение в открытке рассматривалось как разновидность повседневного семейного и дружеского общения, близкого к его устной форме, а в советское время жанр приобрел выраженный риторический публичный характер. Отличается и субжанровая структура: в дореволюционной коллекции встретились разнообразные жанры («сообщение», «весточка», «на память», «рассказ о событии», «из путешествия» и т. д.), а в советское время жанровый репертуар сузился исключительно до поздравления. Таким образом, открытка, написанная детьми, показывает генезис жанрового канона, поскольку процесс овладения невзрослым носителем языка системой существующих жанровых форм ярко профилирует специфику этих форм

Предпринимается попытка исследовать криминальную угрозу как речевой жанр проявления вербальной агрессии. Утверждается, что угроза чаще всего встречается в текстах современной интернеткоммуникации, характеристика которой близка к синтетической устно-письменной форме общения и разговорному жанру. Подчеркивается, что в современных исследованиях угроза рассматривается с юридической и лингвистической точки зрения. Обосновывается мысль о том, что высказывания угрозы существуют двух основных типов – угроза-предупреждение, включающее каузируемое действие, и угрозанаказание. Особым субжанром угрозы выступает шантаж, включающий манипулирование посредством компрометирующих адресата сведений. Семантически угроза бывает эксплицитной, явно выраженной, и имплицитной, интерпретация которой требует обращения к логике построения высказывания. На материале данных различных толковых лингвистических словарей и фрагментов текстов, представленных на проведение судебной лингвистической экспертизы, показывается имплицитная угроза, которая в интернет-коммуникации представляет наибольшую сложность для исследования. Это связано с тем, что ее интерпретация предполагает анализ логики построения высказывания путем выявления представленных в тексте лингвистических приемов – применения эвфемизмов, идиом, семантической свертки, метафор, сарказма, отсылки к прецедентному случаю и невербальных компонентов коммуникации (изображения, эмодзи). Сообщается, что жанр криминальной угрозы стоит отличать от обещаний, приказов, предостережений, вербально выраженных суицидальных намерений, злопожеланий, угрозы в широком смысле и высказываний, выражающих призыв к насильственным действиям

Статья затрагивает актуальные проблемы современной коммуникативной лингвистики и сетевого жанроведения. Представлена общая характеристика такого относительно нового сетевого жанра, как интернет-комментарий. Подчеркивается диалогическая направленность данного жанра, который отвечает насущной потребности интернет-пользователей в наличии обратной связи и представляет собой востребованное временем и отвечающее духу времени медийное воплощение фактора адресата. Интернет-комментарий характеризуется как реактивный (ответный) интернет-жанр, тексты которого тематически, структурно-семантически и прагматически тесно связаны с исходным (корневым) сообщением (постом) и образуют с ним своего рода диалогическое единство. Предлагается многоуровневая классификация интернет-комментариев, учитывающая следующие признаки: 1) отнесенность к интернет-ресурсу; 2) дискурсивная принадлежность; 3) характер стимула, вызвавшего реакцию (текстовый или поликодовый стимул, видеоконтент с вербальным сопровождением, видеоконтент без вербального сопровождения и др.); 4) место в информационно-комментарийном блоке; 5) структурные характеристики (линейная протяженность; монокодовость / поликодовость); 6) содержательно-тематические особенности; 7) степень зависимости от исходного (корневого) сообщения

В «Заметках» из нескольких номеров газеты «Московский комсомолец» за лето 2023 г. процитирован выбор вариантов достаточно, очень, довольно, схожесть, схожий, более редкого крайне, похожий, подобный, очевидно, начального и срединного также. Для еще более редких вполне, даже, абсолютно, потрясающе приведены результаты дополнительно просмотренных номеров того же года. В «Заметках» представлены не только реальные варианты в нескольких номерах газеты «Московский комсомолец», но и использованы в дополнительно собранном материале других номеров этой же газеты, в основном за 2022 и 2023 годы, других газет (прежде всего «Московская правда» и «Аргументы и факты»), а также прочитанных сейчас статей и книг лингвистов Пермской школы. Тем самым сделан вывод, во многом противоречащий привычным представлениям о русском литературном языке, в том числе даже в только что изданной в Саратове книге «Динамика норм русского языка: ответ на вызовы времени и новые условия жизни» о вариантах выбора с достаточно. Показано, выбор каких вариантов из возможных в русском языке сейчас господствует, а когда является просто результатом стремления к чередованию, просто чтобы не повторяться.

Рассматриваются ценностные характеристики сказочного сюжета, понимаемого как структура повествования о чудесных событиях, излагаемого с целью построения должной картины мира в занимательной форме и рассчитанного преимущественно на юных слушателей или читателей. Охарактеризованы компоненты сказочного сюжета – сюжетные мотивы, предполагающие выбор героя и продвигающие определенные ценности, нормы и обыкновения. Показано, что литературная сказка отличается от фольклорной, как правило, более сложной сюжетной линией, индивидуально-авторской спецификой изложения и оценки и факультативностью счастливого конца. Проанализированы сюжеты сказок Г. Агаяна, О. Туманяна и С. Зорьяна. Выявлены аксиологические характеристики армянских литературных сказок, которые сводятся к подтверждению базовых общечеловеческих ценностей, с одной стороны, и акцентированию национально-культурной специфики армянской картины мира, с другой стороны. Эта специфика состоит в описании реалий армянской культуры, в именах собственных, раскрывающих характер персонажей, в характеристиках волшебных существ, населяющих сказочный мир Армении и сопредельных стран (вишапы и дэвы), и в лингвокультурных концептах, отражающих суровые условия выживания народа и подчеркивающих значимость ремесла как статусной характеристики человека, теплоту семейных уз, критику жестокой власти и интеллектуальной несостоятельности персонажей

Предпринимается попытка проанализировать научно-популярные лекции и рецензии литературного критика Андрея Немзера. Исследование проводилось на основе цикла радиопередач «Русская проза третьего тысячелетия», в рамках которого Немзер прочитал лекции о заметных прозаиках 1990-х гг.: Н. Горлановой, М. Вишневецкой, А. Слаповском и А. Дмитриеве. Автор статьи сравнивает публичные выступления с тематически сходными рецензиями литератора, опубликованными в «Независимой газете», «Сегодня» и «Время MN». Сходства и различия демонстрируются с опорой на содержательное наполнение, структуру и стиль выбранных материалов. Можно уверенно говорить о том, что жанр лекции позволяет Немзеру обрисовать творческий путь писателя, провести на другом жанровом уровне рефлексию ранее прочитанных произведений и усмотреть в них общую идейно-эстетическую линию. Прибегая к обильным цитатам, лектор дает многим художественным текстам еще один шанс быть услышанными, но уже другой публикой и в другом, новом, тысячелетии. Показано, что переходя на новый формат, Немзер меняет подачу материала. Если критическое пространство рецензии, оснащенное экспрессией, вопросами и оценочными суждениями, несет в себе рекомендательный характер, то в лекционном цикле заложен просветительский пафос. В публичных выступлениях Немзер стремится к конкретизации и объяснению. Важным становится то, что несмотря на различия, Немзер остается верен тем умозаключениям, к которым он пришел при первом прочтении произведений. Он подчиняется новому для себя жанру, упрощая и уточняя положения, сформированные им годами ранее

Статья посвящена жанровым определениям, которые возникают в сознании и творческой практике массового читателя. Если само явление читательской литературной критики и других форм интернет-коммуникации сегодня начинает осмысливаться, то проблема жанровой специфики литературных произведений, о которых пишут читатели, остается за пределами исследовательского внимания. Представления читателей-критиков о литературных жанрах достаточно сумбурны, находятся вне логики, не связаны с устоявшейся жанровой иерархией. Читатели пытаются встроить прочитанный текст в понятную им жанровую систему, но если система сопротивляется, читатель придумывает или собирает из подручных средств индивидуальные номинации жанра, которые становятся прямым следствием того, как понята книга, как определяет читатель-критик ее основное содержание и какую мысль о прочитанном хочет донести. В литературных суждениях читателей-неофитов представление о жанре самым тесным образом соединено с содержанием текста и с его оценкой. Анализ жанровых признаков нередко уходит на второй план читательского внимания, является случайным или читатель использует для жанрового обозначения любую «подвернувшуюся под руку» дефиницию: хорошо известное с давних лет обозначение, удобное обозначение, обозначение-обобщение, обозначение, недавно попавшееся на глаза (из кино- или книжной рекламы). Обращаясь к собственной читательской памяти, хранящей в себе разные определения, авторы отзывов создают своего рода читательский глоссарий, в котором литературное направление неразличимо соединено с оценкой качества книжной продукции, художественный прием воспринимается как индивидуальный авторский стиль, собственный эмоциональный отклик становится жанровым признаком

Статья посвящена генрогенным ситуациям, т. е. ситуациям речежанрово маркированным, показательным для представления того или иного РЖ в данной национальной культуре. ГгС как когнитивный образ, соответствующий речевому жанру в сознании человека, включает, с одной стороны, совокупность компонентов ситуации общения, являющихся необходимыми и достаточными для порождения данного жанра, с другой – память о ГгС реальных или реконструированных (писателями, психологами), в которых был порожден и получил развитие данный жанр. Эти пункты обусловливают теорию и практику речежанровой методики на основе ГгС: она, в отличие от теории речевых жанров в целом, имеет более отчетливую прикладную направленность, а именно: ориентирована на ГгС и составление антологии/энциклопедии ГгС. Данная методика включает два аспекта: во-первых, модель, по которой ГгС выделяются из речевого континуума и систематизируются (ГгС как модель структуры статьи в антологии/энциклопедии); во-вторых, модель, по которой РЖ изучаются на материале и с учетом особенностей ГгС (модель заполнения «тела» статей материалом). Много внимания уделяется рефлексии (специалистов-коммуникативистов, художников слова, журналистов, блогеров) над ГгС и непосредственно жанрами. Рассматриваются более общие аспекты ГгС, их место в речежанровой теории и лингвистической прагматике в целом: ГгС и интегральное описание речевых жанров, ГгС и жанрово-ролевые сценки, ГгС и речежанровая первичность-вторичность, ГгС и соотношение инвариантного и прототипного подходов к изучению текста и жанра, ГгС и речежанровая вариантология