Статья: СРАВНЕНИЕ ПОДХОДОВ К ПОСТИЖЕНИЮ ИСТОРИИ В ВОСТОЧНОЙ И ЗАПАДНОЙ ХРИСТИАНСКИХ ТРАДИЦИЯХ НА ПРИМЕРЕ ТРУДОВ СВЯТИТЕЛЯ ИОАННА ЗЛАТОУСТА И БЛАЖЕННОГО АВРЕЛИЯ АВГУСТИНА (2024)

Рецензируемый том является десятым в серии «Экзегетическое руководство по греческому Новому Завету» (англ. Exegetical Guide to the Greek New Testament, сокращенно EGGNT). Книга начинается с краткого обзора вводных вопросов, связанных с посланием. Дана Харрис, к сожалению, отвергает авторство святого Павла, но считает, что неизвестный автор был близок к апостолу язычников или знал его. Тем самым автор комментария последует давно устоявшемуся в критической библеистике (отрицательной критике, или историко-критическом подходе) убеждению в том, что апостол язычников якобы не может быть автором Послания к Евреям.

В статье рассмотрены особенности деятельности Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО) в сфере организации паломничества в 1914- 1918 годах. Показано, что Россия в период Первой мировой войны стремилась расширить и укрепить свои международные позиции. При этом нарастание военных и хозяйственных проблем, усугублявшихся обострением внутренних социальных конфликтов, а также противодействием Лондона и Парижа, которые опасались усиления геополитического влияния Петербурга, делало реализацию российских планов маловероятной. К 1914 году преобладающее большинство населения Российской империи исповедовало православие. Росла численность православного населения и духовенства. Русская Православная Церковь являлась составляющей государственного административного аппарата и занимала особое место. В 1914-1917 годах ИППО продолжало работу по организации паломничеств, благотворительности, обучения и научных исследований. Сложившаяся система паломнической деятельности Общества функционировала в привычном виде до начала военных действий в 1914 году. Затем под влиянием внешних и внутренних факторов паломничества на Святую Землю по линии Общества практически прекращаются. Однако вплоть до революционных событий 1917 года ИППО содействует православному паломничеству, продолжая, насколько возможно, организовывать решение связанных с этим вопросов. После Февральской революции 1917 года происходят изменения в руководящем составе, названии и содержании работы Общества, которое вынужденно сосредотачивается на научном направлении.

В статье проводится социально-философский анализ игры «Atomic Heart» как продукта мифологизации советского прошлого. Ностальгия по Советскому Союзу выражается не только в артефактах культуры повседневности, мемориалах и памятниках, но и в компьютерных играх. Исследования игровой индустрии - одно из самых перспективных и востребованных направлений современной гуманитарной науки. В ходе исследования выясняется, что игра базируется на нескольких мифологемах, важнейшие из которых - мифологемы богостроительства и коллективного разума. Технологическая футурология игры позволяет скрыть данные нарративы за образами СССР будущего, в пространстве которого пользователь знакомится с сюжетной линией игры. В завершение автор делает вывод о том, что синтез советской эстетики, мифологических нарративов и образов технологий будущего неизбежно помещает пользователя в пространство моральных дилемм.

В статье раскрывается сущность понятий «экзистенция» и «обожение», проводится сравнительный анализ этих понятий. Выявляются стороны, объединяющие экзистирование и обожение, и стороны, их разъединяющие. Уделяется внимание роли интенциональности в определении сущности рассматриваемых понятий, а также их модусов. Делается вывод, что экзистенция и обожение, в смысле подлинного существования человека, есть одно и то же. Однако в атеистическом понимании экзистенция конечна и не выходит за рамки тварного бытия, для этого ей необходимо трансцендирование, которое, с религиозных позиций, соотносится с феноменом обожения человека. Таким образом, только трансцендирующая экзистенция может быть соотнесена с обожением и соотнесена с православным термином «новый человек», тогда как экзистирование без прорыва к Богу (без трансцендирования) есть область действия лишь «ветхого человека».

Феномен нетрадиционной религиозности невозможно исследовать, ограничиваясь рамками ее структурированных форм. Большинство исследований сектантства посвящены институциализированным формам нетрадиционной религиозности, их влиянию на общество и вероучительным доктринам. Увеличивающаяся по содержанию и формам нетрадиционная религиозность имеет некую генерирующую общность, которую К. Кэмпбэлл в 1972 году назвал культовой средой общества. Культовая среда в определении автора - девиантные убеждения и практики культурного подполья, укорененные в историческом опыте. Не все идеи культовой среды общества имеют ярко выраженные религиозные элементы. Сложность изучения культовой среды заключается в том, что она слабо верифицируема в рамках социологических подходов, так как ее объем и характер выявляются исключительно в процессах коммуникации и интеркоммуникации носителей. Согласно нашей гипотезе, идеи и практики находятся в состоянии постоянной трансформации и подлежат анализу только в синхронном срезе. Тем не менее любой конструкт или отдельный образ культовой среды по определению имеет религиозные или мифо-магические характеристики. Модель соединения религиозных и нерелигиозных элементов в изучаемой области до сих пор не была найдена. В исследованиях социологов тематика культовой среды описывается как правило с помощью терминологических обобщений: имплицитная религия, замещающая религия, вера без принадлежности и прочее. Содержательное наполнение идей культовой среды в настоящее время поверхностно описывается в терминах «синкретика» или «эклектика», но не более того. В рамках данной работы была сделана попытка применить один из классических методов когнитивной лингвистики в отношении идей культовой среды общества, а именно метод концептуальной интеграции между ментальными пространствами концептов из области неинституциализированной нетрадиционной религиозности. Применение данного подхода позволяет выявить процесс генезиса конкретной идеи из тематического поля культовой среды. В данном случае, это один из множества вариантов палеоконтакта уфологического нарратива с религиозным контекстом.