Статья: Боль в горле у ребенка с повторными респираторными инфекциями — тактика педиатра (2025)

Инфантильная гемангиома (ИГ) — это доброкачественное новообразование, развивающееся при патологической пролиферации клеток эндотелия капилляров, обычно появляющееся в первые 3 мес. жизни ребенка. Чаще всего локализована на коже, реже — во внутренних органах. Данное новообразование отличается хорошим прогнозом, в ряде случаев спонтанным регрессом, однако некоторые ИГ, в зависимости от формы, локализации и размеров, могут приводить к развитию жизнеугрожающих состояний вплоть до нарушения витальных функций, в связи с чем требуют внимательного подхода к диагностике и лечению. Диагностика ИГ возможна на основании данных ультразвукового исследования, в некоторых случаях — магнитно-резонансной томографии. В сомнительных случаях для подтверждения диагноза показана биопсия новообразования с последующими гистологическим и иммуногистохимическим исследованиями. В данной работе представлена серия собственных клинических наблюдений пациентов первых месяцев жизни, у которых наличие ИГ привело к развитию жизнеугрожающих состояний, однако на фоне медикаментозного лечения неселективным β-адреноблокатором пропранололом в форме раствора для приема внутрь был получен положительный эффект, осложнения успешно купированы.

Накапливаются новые знания об этиопатогенезе, особенностях клинической картины COVID-19 в разные возрастные периоды, обогащаются тактические подходы к профилактике и терапии с позиций доказательной медицины. Статья содержит обзор литературы по особенностям путей передачи, клиники, диагностики, лечению, профилактике и исходам COVID-19 у новорожденных. Освещены противоречивые отечественные и зарубежные исследования, подтверждающие отсутствие риска или возможность вертикальной передачи SARS-CoV-2 от больных матерей, единичные риски грудного вскармливания при наличии заболевания у матери. Риск перинатального инфицирования составлял от 3,2% (2021 г.) до 23,4% (2020 г.). Отмечена неспецифичность клинических проявлений COVID-19 с преобладанием бессимптомных и легких форм болезни (от 20 до 76% случаев), особенно у недоношенных детей, чаще отмечаются интоксикационный синдром, диспепсические и респираторные нарушения. В тяжелых случаях (от 6 до 12% новорожденных) описано развитие критической формы COVID-19 с прогрессирующим мультисистемным воспалительным синдромом. Представлены многочисленные исследования, подтверждающие эффективность и безопасность комбинированного применения различных форм рекомбинантного интерферона α-2b в комплексе с антиоксидантами (витамины Е и С) в лечении и профилактике COVID-19 у новорожденных и недоношенных детей, в результате чего было отмечено сокращение времени вирусовыделения SARS-CoV-2, снижение летальности, а у контактных младенцев — риска инфицирования.

Фетоматеринская изоиммунизация (аллоиммунизация) в большинстве случаев приводит к развитию гематологических заболеваний (гемолитическая болезнь по резус-фактору и ABO-системе, аллоиммунные тромбоцитопения и нейтропения), при которых IgG-антитела матери вырабатываются против антигенов плода, унаследованных от отца. Гестационное аллоиммунное поражение печени (ГАПП) — это уникальная фетоматеринская изоиммунизация против гепатоцитов печени плода, не зависящая от наследственности отца, при которой происходит повреждение гепатоцитов плода в результате попадания специфических материнских антител в кровоток плода через плаценту после 18 нед. беременности. Наиболее частым проявлением ГАПП является неонатальный гемохроматоз, который диагностируется у новорожденных при наличии острой печеночной недостаточности и обнаружении внепеченочного сидероза. Клиническая картина ГАПП неспецифична и может протекать с различной симптоматикой. Наиболее часто отмечаются такие синдромы, как гипогликемия, значимая коагулопатия, которая может проявляться кровотечениями различной локализации, отеки с наличием или без асцита, олигоурия. Подход к терапии ГАПП изменился в связи с открытием аллоиммунного характера заболевания. Использование иммуноглобулинов и заменное переливание крови повысило уровень выживаемости детей с 20 до 75% без трансплантации печени. Очень важны информированность врачей различных специальностей об аллоиммунной этиологии этого заболевания, о его разнообразных проявлениях и методах лечения, а также профилактическое лечение беременных, сенсибилизированных к фетальным антигенам гепатоцитов плода.

Введение: вопросы целесообразности назначения противовирусной терапии детям с острыми респираторными вирусными инфекциями (ОРВИ) до настоящего времени остаются дискуссионными. Одним из немногих препаратов с доказанной эффективностью и безопасностью у детей является инозин пранобекс, тем не менее клинические исследования его противовирусной активности в лечении ОРВИ остаются актуальными.

Цель исследования: оценить клиническую эффективность препарата инозин пранобекс в лечении детей с ОРВИ верхних дыхательных путей.

Материал и методы: в исследование было включено 163 ребенка в возрасте от 3 до 17 лет, получавших амбулаторное лечение по поводу ОРВИ верхних дыхательных путей. Анализировали частоту и схемы использования различных противовирусных препаратов у пациентов. Сравнивали длительность основных клинических симптомов (гипертермии, ринита, боли в горле), кашля (при его наличии), а также продолжительность острого периода заболевания, наличие осложнений ОРВИ в зависимости от вида противовирусной терапии, которую получали дети.

Результаты исследования: большинство (63,2%) пациентов на момент первого визита педиатра уже принимали различные противовирусные препараты, которые родители приобрели в аптеке по рекомендации фармацевта либо выбрали самостоятельно. Только 36,8% детей начали прием противовирусных препаратов по назначению врача. Первые позиции по частоте приема заняли умифеновир (25,2%), инозин пранобекс (22,1%), кагоцел (17,2%) и римантадин (10,4%), который, согласно инструкции, имеет единственное показание: «раннее лечение и профилактика гриппа А». Длительность катаральных проявлений у детей, принимавших инозин пранобекс, была достоверно короче, в основном более чем на сутки, по сравнению с остальными группами пациентов. Кашель в период заболевания имелся только у 19,4% детей, принимавших инозин пранобекс, тогда как в остальных группах этот симптом регистрировался в 4,0–4,5 раза чаще (у 78,0–88,2% пациентов, p<0,05). Важным является статистически значимое сокращение продолжительности острого периода заболевания у детей, получавших инозин пранобекс, на 2–3 сут по сравнению с аналогичным показателем в группах пациентов, получавших другие противовирусные препараты. Осложнения ОРВИ были зарегистрированы в единичных случаях во всех группах детей без достоверных различий.

Заключение: применение препарата инозин пранобекс в лечении ОРВИ верхних дыхательных путей у детей в возрасте от 3 до 17 лет статистически значимо, на 2–3 сут, сокращает продолжительность острого периода заболевания и более чем на сутки — длительность катаральных проявлений. Кашель у детей, принимавших инозин пранобекс, имелся в 4,0–4,5 раза реже по сравнению с пациентами, получавшими другие противовирусные препараты. Таким образом, целесообразно включение инозина пранобекса в клинические рекомендации по лечению ОРВИ у детей.

Инфекции, передаваемые половым путем (ИППП), и связанные с ними осложнения остаются важной областью медицины. Эпидемиологические данные и события последних 30 лет убедительно свидетельствуют о том, что, несмотря на значительные достижения в области медицины, человечество еще не приблизилось ни к контролю, ни к искоренению ИППП. Появление ВПЧ-вакцины представляет собой значительный шаг вперед, но вакцины против других ИППП не разработаны. Создание новых антибиотиков тесно связано с развитием антибиотикорезистентности. В период взросления, наступления пубертата, начала половой жизни люди наиболее сексуально активны и более подвержены риску приобретения и передачи ИППП. Симптомы и клинические проявления ИППП неспецифичны либо могут вообще отсутствовать. Для верификации диагноза ИППП исключительную важность имеет лабораторная диагностика. Кроме того, ключевыми моментами в установлении диагноза являются осведомленность пациентки о факторах риска и полноценный сбор полового анамнеза. Авторы обсуждают современную концепцию сбора полового (сексуального) (термины используются как синонимы) анамнеза у пациенток с патологическими выделениями. Правильный сбор полового анамнеза должен быть обязательной частью врачебной практики по оценке состояния здоровья пациентки с целью отнесения ее к группе риска по сексуально-трансмиссивным инфекциям и своевременного предупреждения рецидивов вагинальных выделений.

Приращение плаценты в первом триместре — опасное для жизни состояние. Его диа гностика сложна из-за отсутствия диа гностических критериев. В настоящей статье подчеркивается важность ранней диа гностики для проведения щадящего лечения с сохранением репродуктивной функции.

Клиническое наблюдение: пациентка Б., 30 лет, в анамнезе 4 беременности. При 3-й беременности плодное яйцо локализовалось в рубце на матке, проводилась вакуумная аспирация плодного яйца без иссечения самого рубца; 4-я беременность — повторная глубокая имплантация в область рубцовой ткани. Настоящая беременность 5-я. По данным УЗИ в первом триместре (6 нед.) было визуализировано плодное яйцо, имплантированное в нишу рубца на матке. Учитывая высокий риск критических осложнений беременности (placenta percreta, разрыв матки, массивное кровотечение, гистерэктомия), решено было провести консервативное лечение в данном сроке беременности. Выполнена лапароскопия и резекция ниши рубца с плодным яйцом при применении двустороннего временного клеммирования внутренних подвздошных артерий. Гистологическое исследование подтвердило placenta accreta первого триместра.

Частота возникновения приращения плаценты постоянно растет в связи с ростом числа абдоминальных родоразрешений. При диагностике высокого риска развития крайней степени инвазии хориона необходимо решить вопрос о прерывании беременности консервативным путем для предотвращения инвалидизации женщины и сохранения ее репродуктивной функции.

Инфекции мочеполовых путей лидируют в структуре гинекологической заболеваемости и не имеют тенденции к снижению. Особенностью клинических проявлений воспалительных заболеваний в настоящее время является первичное хроническое течение с частыми рецидивами. Современные антибактериальные средства способны решить проблему острых инфекций, но оказываются малоэффективными при хронических формах и не могут предотвращать развитие рецидивов. Последние 10–15 лет интерес исследователей все больше смещается в сторону изучения микробиома репродуктивной системы женщины с акцентом на микробиоценоз влагалища, учитывая восходящий путь инфицирования внутренних половых органов женщины. Использование пробиотиков в качестве второго этапа лечения после назначения антибактериальных средств рассматривается сегодня как перспективное направление. Так, при осложненном кандидозном вульвовагините назначение пробиотических средств в качестве второго этапа лечения после антимикотиков позволяет снизить число рецидивов в 2 раза. Профилактическое назначение пробиотиков у женщин с нарушениями иммунитета способствует поддержанию нормобиоценоза влагалища и сохранению его барьерной функции. Сегодня в арсенале врачей появился мультифункциональный пробиотический комплекс, уникальный состав которого содержит как пробиотические культуры (Bifidobacterium longum BL21, Lactobacillus crispatus LCr, Lactobacillus gasseri LG08, Lactobacillus jensenii LJe52), так и пребиотики, улучшающие условия для нормализации микрофлоры, что способствует восстановлению достаточного количества лактобактерий на втором этапе лечения вагинальных инфекций. Помимо симбиотика каждая капсула содержит D-маннозу и порошок плодов клюквы, что обеспечивает профилактику дизурических расстройств и способствует поддержанию здоровья мочевыделительной системы женщины.

Период перименопаузального перехода — важный этап в жизни каждой женщины. Этот временной интервал связан с развитием дефицита эстрогенов и дебютом ряда заболеваний. Следствием снижения уровня эстрогенов является генитоуринарный менопаузальный синдром (ГУМС). Применение системной менопаузальной гормональной терапии, корригирующей проявления дефицита эстрогенов, показано не всем женщинам. Ряду пациенток гормональное лечение противопоказано, или они отказываются от него. Актуален вопрос назначения альтернативной негормональной терапии, например, средствами, содержащими гиалуронат натрия и натуральные компоненты (экстракты клевера, хмеля, календулы), для локального применения с целью облегчения симптомов ГУМС. Представлен обзор 15 клинических исследований средств, суммарно включивший результат лечения 969 пациенток в период перименопаузального перехода и в постменопаузе, которые получали альтернативную негормональную терапию. Средний возраст участниц исследований — 55,4±5 лет. Пациентки использовали средство локально (в преддверие влагалище, вагинально) в форме крема дозированного (свечи) или геля по авторским схемам как в качестве монотерапии, так и в составе комбинированной терапии, продолжительность курса лечения составляла 1–3 мес. Установлено, что на фоне терапии улучшалось состояние слизистой влагалища, купировались симптомы диспареунии, наблюдался плероз сексуальной функции, что способствовало повышению качества жизни женщин.

Пременопауза, или менопаузальный переход, предшествующий менопаузе, характеризуется постепенным истощением фолликулярного резерва яичников, изменением реакции на гонадотропные гормоны, значительными колебаниями уровня гормонов и нерегулярными менструациями. Множество вопросов и трудностей по диа гностике и терапии пациенток в этом жизненном периоде традиционно возникает у клиницистов. Цель обзора: обсудить основные патофизиологические процессы, связанные с менопаузальным переходом, а также место негормонального лечения сопутствующих патологических состояний на этом этапе. Был проведен поиск руководств, позиций и консенсусных заявлений, касающихся пременопаузы, перименопаузы, или менопаузального перехода, опубликованных после 2014 г. Кроме того, был проведен дополнительный поиск рандомизированных исследований в рецензируемой литературе для выявления пробелов в информации. В обзоре представлены алгоритмы, которые помогают в клинической оценке и лечении женщин в менопаузальном переходе. Обсуждены: причины обращения женщин за медицинской помощью; информация, которую необходимо собрать; вопросы, которые могут повлиять на совместное принятие решений, и алгоритмы, которые помогают определить статус менопаузы, назначить гормональную или альтернативную терапию в период перименопаузы. Определены негормональные варианты лечения для облегчения симптомов менопаузального перехода.

Преэклампсия (ПЭ) — ведущая причина материнской и неонатальной заболеваемости и смертности во всем мире. Несмотря на множество исследований, патогенез ПЭ до конца не изучен, однако, согласно современным данным, наибольшее значение в патогенезе преэклампсии имеют недостаточное ремоделирование спиральных артерий, оксидативный стресс, дисфункция эндотелия сосудов у матери и наличие системного воспаления. Ранее считали, что аномальная плацентация играет исключительную роль в патогенезе ПЭ, однако в настоящее время это утверждение ставят под сомнение многие авторы. В результате проведенных транскриптомных исследований установлено, что к развитию ПЭ причастно значительное количество генов, регулирующих совершенно различные процессы: артериальное давление, апоптоз, рост и развитие плода, секрецию гормонов, метаболизм, гомеостаз и клеточную передачу. Кроме того, установлена связь между развитием ПЭ и инсулинорезистентностью. Таким образом, ПЭ правильнее рассматривать как мультисистемное заболевание, связанное с состоянием макроорганизма. В настоящем обзоре уделено внимание роли липополисахарида грамотрицательных микроорганизмов в патогенезе ПЭ.

Цель исследования: оценить эффективность применения внутриутробного нефроамниального шунтирования у плода для коррекции обструктивных уропатий, обсуждение акушерской тактики.

Материал и методы: на базе ФГБУ «НИИ ОММ» Минздрава России в период с 2018 по 2022 г. наблюдалось 57 пациенток с обструктивными уропатиями у плода. В процессе исследования пациентки были распределены на 2 группы: основную и сравнения. У 37 пациенток основной группы имелся гидронефроз III–IV степени тяжести у плода с ультразвуковыми признаками сохранности функции почек, в группе сравнения — 20 пациенток, у плодов которых наблюдалось декомпенсированное состояние мочевыделительной системы. Всем плодам выполняли ультразвуковое исследование, магнитно-резонансная томография. Для оценки сохранности функции почек проводилось полное клинико-лабораторное и ультразвуковое обследование детей в раннем неонатальном периоде и в течение 1-го года жизни.

Результаты исследования: средний срок выявления врожденного порока развития мочевыделительной системы у плодов — 20–21-я неделя беременности. Срок поступления в акушерский стационар третьего уровня — 26–28 нед. Всем пациенткам основной группы проведено внутриутробное нефроамниальное шунтирование, в большинстве случаев в сроках от 22 до 32 нед. беременности. При оценке мочевыделительной системы плода в динамике выявлены достоверные ультразвуковые признаки эффективности нефроамниального шунтирования: полное опорожнение чашечно-лоханочной системы, увеличение толщины паренхимы почек. Зарегистрированные осложнения нефроамниального шунтирования: миграция стента (16,2%), преждевременные роды (21,6%), преждевременное излитие околоплодных вод (13,5%). В группе сравнения показатели течения и исходов беременности хуже, чем в основной группе. Большинство пациенток основной группы родоразрешились в доношенном сроке беременности, при этом в группе сравнения в 50% случаев произошли преждевременные роды. При оценке раннего неонатального периода и периода до 1 года жизни детей выявлено, что частота развития хронической почечной недостаточности и вторично-сморщенной почки с достоверным различием выше в группе сравнения.

Заключение: ранняя пренатальная диагностика обструктивных уропатий у плода, своевременно начатое внутриутробное и постнатальное хирургическое лечение, по нашему мнению, может способствовать предотвращению развития осложнений и сохранению нормальной функциональной активности мочевыделительной системы у новорожденного, что является приоритетным фактором.