В статье рассказывается об истории развития этического образования и исследований в области этики в г. Саранске на базе кафедры этики Мордовского государственного университета им. Н. П. Огарева. Организатором этического центра и основателем научной школы в области нравственной философии во второй половине 1970-х гг. стала Р. И. Александрова, благодаря энергии и энтузиазму которой кафедра этики стала местом притяжения для студентов, аспирантов, преподавателей, интересовавшихся проблемами морали. Для представителей центра базовой теоретической основой исследований стала философия поступка, восходящая к идеям М. М. Бахтина, а работы Александровой, посвященные соотношению морали и природы, определили основной предмет исследования: моральные основания экологически значимого поступка. Традиции, атмосфера, проблематика Саранского этического центра складывались не только в процессе преподавания и на официальных мероприятиях ка - федры, но и в ходе работы неформального философского кружка, наиболее заметными участниками которого были О. В. Брейкин, В. А. Писачкин, А. П. Скрипник, А. В. Смольянов и др. В это время разрабатываются проблемы экологической этики, нравственного идеала, морального зла. На становление следующего поколения представителей центра в 2000-х гг. (М. Д. Мартынова, А. А. Сычев, Н. В. Жадунова, Е. А. Коваль и др.) важное влияние оказали этические школы, которые проводились под руководством Р. Г. Апресяна*. Они позволили наладить контакты между этическими центрами и сформировать единое сообщество исследователей этики из России и ближнего зарубежья. Базовым направлением работы центра в этот период остается экологическая этика, но постепенно пространство исследований расширяется за счет новых и актуальных для современного общества тем. Наблюдается устойчивая тенденция к проведению междисциплинарных изысканий. Современные исследования саранского этического центра, с одной стороны, продолжают и развивают традиции научной школы, заложенные еще в 70-е гг. прошлого века (экологическая этика, философия поступка), но, с другой стороны, направлены на решение дилемм, возникающих в связи с ускоряющимся развитием науки и технологий и общественными изменениями. На данный момент в фокусе исследований находятся этика больших данных и «новая этика».
Большие данные – информационная технология, основанная на быстром накоплении огромных объемов разнообразных данных, анализ которых позволяет выявлять сложные закономерности деятельности человека и общества, получать новые информационные продукты и услуги, отслеживать социальные изменения и управлять ими. Данная технология, встраиваясь в социальные системы, оказывает существенное влияние на социальные нормы и практики. Это требует этико-философской рефлексии по поводу трансформации не только практик, но и объяснительной способности основных моральных теорий. Такого рода вопросы решаются в рамках новой прикладной области этического знания – этика больших данных. В статье рассмотрено влияние больших данных на универсализуемые моральные принципы и ценности, содержание которых обосновывается в рамках таких групп этических теорий или нормативно-этических программ, как деонтология, консеквенциализм, контрактарианизм и перфекционизм. В контексте деонтологических теорий в условиях накопления больших данных проблематизируется моральная автономия личности. В консеквенциализме обостряется проблема соотношения личного и общего блага, а также определение морального минимума, за пределами которого нельзя отказываться от ценностей и убеждений ни при каких условиях. Контрактарианизм не всегда способен объяснить действие принципа maximin, распределение неравенств и новый дисбаланс власти в условиях непрерывного накопления больших данных. Вызов перфекционистским этическим теориям со стороны больших данных заключается в сложности кодирования добродетелей и сомнительной пользе гиперподталкивания к благу для нравственного совершенствования личности, излишне доверчиво делегирующей технологическим инструментам право принимать решения в ситуациях морального выбора.
Статья посвящена философскому анализу термина «благополучие» и его интерпретации в информационном обществе. В мире больших данных и цифровых технологий появляются новые критерии человеческого благополучия. Понятие «цифровое благополучие» анализируется с точки зрения того, что означает жить хорошей для нас жизнью в цифровом обществе через параметры измерения цифрового благополучия, предложенные Л. Флориди: цифровая благодарность, автоматизированные вмешательства и устойчивое совместное благополучие. Цифровые технологии с опорой на большие данные имеют не просто инструментальную функцию, они стали активными соучастниками формирования ощущения благополучия личности через подбор реакций, решений, рекомендаций на основе анализа данных в разных областях человеческой деятельности. За повышением качества жизни, эффективности рабочих и социальных процессов стоят манипуляции, дискредитация, нарушение прав, опасность нанесения серьезного ущерба. Человек в своем стремлении к повышению благополучия - материального и морального - оказался в ситуации необходимости более тщательного выбора своих поступков. Автоматизм действий, присущий человеку, повышает риски причинения вреда как самой личности, так и окружающим людям.
В статье рассматривается применение учебной аналитики (Learning Analytics, LA) в образовательном процессе. Она широко используется, позволяет оптимизировать процесс обучения, оперативно оценивать качество материалов и преподавания, учитывать результаты и достижения обучающегося, прогнозировать его успеваемость. Среди этических проблем, возникающих при использовании образовательной аналитики, наиболее часто дискуссии возникают вокруг конфиденциальности, прозрачности, навешивания ярлыков, права собственности на данные, алгоритмической справедливости и обязанность вуза упреждающе взаимодействовать с обучающимися при наличии академической неуспеваемости. Каждая из них акцентирует автономию обучающегося, его активную и осознанную вовлеченность в процесс контроля своего обучения для самостоятельного принятия решений. Есть примеры вузовских кодексов использования учебной аналитики, что свидетельствует о необходимости введения нормативной практики использования новых образовательных инструментов.