Статья: Фонетико-­орфографические особенности похвальных слов на Собор Пресвятой Богородицы в минейном Торжественнике ­ XVI в. БАН 21.4.4 (2025)

При изучении произведений XVIII–XX вв. на русском языке о Восточной и Юго-­Восточной Азии нельзя не обратить внимания на наличие в них многочисленных дублетов и графических вариантов топонимов и на неоднозначность привязок этих топонимов к географическим реалиям. То же касается тайваньских инсулонимов, ставших объектом этого исследования. Цель статьи – выявить полный круг этих единиц и, по возможности, уточнить их референтную соотнесенность, а также объяснить причины их дублетности и варьирования в текстах для адекватной рецепции и интерпретации письменных источников XVIII–XX вв. В русском лексиконе тайваньская историческая и современная инсулонимика, охватывающая сотни единиц, с одной стороны, отражает постоянно обновляемую информацию культурно-­географической и геополитической направленности, а с другой – сохраняет свидетельства о путях освоения русскими экзотизмов. При этом топонимические вариантность и дублетность в целом и инсулонимические в частности не всегда обусловлены неустойчивостью графических, фонетических, лексических и морфологических норм языка. Педантизм в перечислении дублетов и вариантов в текстах можно объяснить добросовестностью переводчика, лексикографа, каталогизатора, мореплавателя и др., желающих дать своим читателям исчерпывающую и разностороннюю информацию о названиях малоизвестных топообъектов. Сосуществование дублетов и вариантов, на первый взгляд, препятствующее утверждению единых литературных и узуальных норм словоупотребления экзотизмов, сигнализирует об уровне образованности автора или переводчика, о знании ими иностранных языков, то есть в стилистическом отношении становится свой­ством текстов просветительского характера.

Средневековые переводческие паратексты (в частности, предисловия или послесловия) представляют собой богатый материал для изучения. В них сочетаются реальные биографические сведения и сконструированный из нескольких топосов «идеальный образ» переводчика или книжника в целом. Статья посвящена нескольким таким мотивам, в той или иной степени связанным с translatio studii, то есть с распространением знания и учености и перемещением артефактов-­источников этого знания (книг) и его потенциальных носителей (книжников, переводчиков) в поисках манускрипта. Поскольку в средневековой культуре важнейшим фактором, обеспечивающим престижность и аутентичность текста, был его древний источник, одним из распространенных мотивов был топос «случайной находки» древней и неизвестной до того момента книги. Трудолюбие и преданность делу переводчика подчеркивались мотивом долгого и утомительного поиска, преодоления разных трудностей в стремлении отыскать источник, известный ему лишь понаслышке. Из переводческих паратекстов мы также узнаем о том, какими путями та или иная книга (часто представляющая не только духовную, но и материальную ценность) могла попасть в новую культуру, в том числе в качестве военного трофея или дипломатического подарка. Предисловия или послесловия переводчика могут свидетельствовать об отношении книжника к книге как к материальному предмету и о его заботе о сохранности и распространении своего перевода.

Статья посвящена актуальной теме лексического варьирования в ранних переводах с греческого на славянский язык. Цель исследования – показать, что использование синонимов как переводческая техника было свой­ственно не только Кириллу и Мефодию и их непосредственным ученикам, но и другим переводчикам раннего периода славянской письменности. Материалом исследования послужили тексты Изборника 1073 г. и сборника «XIII Слов Григория Богослова» (по рукописи XI в., изданной А. С. Будиловичем). В статье приводятся, анализируются и классифицируются примеры лексической синонимии, возникновение которой, с высокой долей вероятности, обусловлено не процессами бытования памятника, а интенциями переводчиков. Рассмотрены случаи синонимии синтаксических конструкций, а также разные способы включения грецизмов в синонимические ряды. Сделаны выводы, что явление синонимического варьирования являлось частью переводческой техники не только славянских первоучителей Кирилла и Мефодия, и в дальнейшем получило развитие в трудах их последователей, в том числе достаточно отдаленных.

В личном фонде выдающегося исследователя древней славянской письменности Л. П. Жуковской, хранящемся в отделе рукописей Российской государственной библиотеки, среди других неопубликованных материалов находятся ее письма к видным ученым второй половины XX в. Были выявлены неизвестные ранее факты биографии Л. П. Жуковской и членов ее семьи. Ее переписка с разными корреспондентами содержит ценную информацию о плодотворном научном общении отечественных и зарубежных ученых, а также об актуальных проблемах исследования текстологии и языка славянских памятников письменности.

Среди встречающихся в русской письменности текстов, автором которых назван Кирилл или Кирилл Туровский, значительная часть сочинений не принадлежит древнерусскому писателю XII в., а приписывается ему. В состав некоторых рукописей XVI–XVII вв. (Канонников и Псалтирей с восследованием) входят два текста, не без оснований приписанные епископу Кириллу. Они созданы книжниками, хорошо знавшими его творчество, и были опубликованы М. И. Сухомлиновым в 1858 г. по списку XVII в. Название первого произведения варьируется: «Кирилла епископа Туровского стиси добрейши к исповеданию и кончине / вине слезной хотящим непрестанно плакатися деяний неподобных». В нем использованы отдельные слова и выражения из седмичных молитв писателя и структура похвалы св. отцам из «Слова памяти отцам Никейского собора» в прошениях, обращенных к св. отцам, святителям, апостолам, мученикам. По спискам текст сильно различается, что связано с его историей в русской письменности. Второе произведение называется «Молитва святого Кирилла, глаголема по вся дни». Его автор действовал иначе: он включил в текст довольно большие фрагменты из кирилловой молитвы в субботу по утрене, внеся в них незначительные изменения. Этот текст, насколько можно судить по исследованным спискам, достаточно устойчив.

Цель исследования – проанализировать редакцию Великого покаянного канона Андрея Критского, выявленную на настоящий момент в единственном списке – восточнославянской Постной триоди XIV века из собрания рукописей Троице-­Сергиевой Лавры Российской государственной библиотеки (ф. 304/I, № 25). Доказывается привлечение греческого оригинала для составления этой версии текста, выявлены славянские редакции, послужившие основой для исправленного варианта, проанализированы особенности его языка и поэтики, а также внесенной анонимным редактором правки. В славянском тексте установлены и описаны редакторские вставки – добавочные тропари, не входившие в аутентичный текст канона и, вероятно, восходящие к греческому списку, использованному для справы. Сделаны предположения о месте составления этой редакции и о причинах ее низкой распространенности.