Статья: НОВАЯ КОРОНАВИРУСНАЯ ИНФЕКЦИЯ И БЕРЕМЕННОСТЬ (2020)

Изучение патогенеза развития тромбоцитопении при беременности остается на сегодняшний день очень важной проблемой, так как нарушения системы гемостаза занимают одно из ведущих мест среди причин бесплодия, невынашивания беременности и развития большого числа перинатальных осложнений. Беременные с тромбоцитопенией составляют группу риска по развитию кровотечений, тромботических осложнений как во время беременности, в родах, так и в послеродовом периоде. В статье проанализированы данные литературы о патогенетических причинах развития тромбоцитопении при беременности и об основных методах лечения.

Интранатальный период является одним из самых ответственных этапов как для матери, так и для плода.

В течение процесса родов могут развиваться осложнения, которые ухудшают состояние плода и угрожают его жизни, поэтому от эффективности диагностики состояния плода зависит исход родов. Цель исследования заключалась в изучении возможностей интранатальной диагностики состояния плода на современном этапе развития науки. В работе систематически проанализированы и обобщены литературные данные зарубежных и отечественных авторов за период 1997–2020 гг. Комплексный подход оценки состояния плода в интранатальном периоде позволит оптимизировать тактику ведения родов, что в перспективе улучшит перинатальные исходы.

Несмотря на значительный успех в снижении частоты перинатальной передачи ВИЧ-инфекции в мире, эта проблема не теряет своей актуальности. В настоящее время в связи с преобладанием полового пути заражения ежегодно увеличивается доля женщин в структуре новых случаев ВИЧ-инфицирования, что обусловливает рост числа беременностей и родов у ВИЧ-инфицированных женщин. Совершенствование мер в области профилактики перинатальной передачи ВИЧ привело к снижению риска заражения до 1 % и менее. Несмотря на это, Российская Федерация не входит в ряд стран, где зафиксирована элиминация перинатального инфицирования. В обзоре изложены основные этапы профилактики перинатальной передачи ВИЧ от периода, когда не были доступны антиретровирусные препараты, и до современного этапа применения высокоактивной антиретровирусной терапии при беременности, в родах и новорожденным. Проведен сравнительный анализ современных национальных
и международных клинических рекомендаций по профилактике перинатальной передачи ВИЧ-инфекции.

В обзоре представлены данные литературы о роли мелатонина в регуляции состава микробиоты и многообразии выполняемых ею функций, синхронизированных с циркадным ритмом жизнедеятельности организма. Во время беременности перестройка состава кишечной, вагинальной и плацентарной микробиоты обеспечивается за счет значительного увеличения продукции эпифизарного мелатонина, что способствует созданию оптимальных условий для формирования микрофлоры в раннем онтогенезе. При отсутствии циркадной продукции мелатонина у беременной сохраняется дисбиоз, что определяет трансмиссию измененной кишечной микрофлоры к плоду и последующую дерегуляцию метаболических процессов в организме ребенка.

Ожирение и тяжелая хроническая соматическая патология у женщины приводят к быстрому истощению компенсаторно-приспособительных резервов последа, прогрессированию циркуляторных и дистрофических изменений, что служит причиной задержки внутриутробного развития плода и снижает вероятность благоприятного течения беременности и родов.

Цель — оценить морфологические особенности сосудистого компонента ворсин плацент у женщин с ожирением.

Материалы и методы исследования. Гистологическое и иммуногистохимическое исследование проведено на 41 плаценте от пациенток с ожирением, сочетанием ожирения и гестационного сахарного диабета и от условно здоровых пациенток с оценкой экспрессии эндотелиального маркера CD34+ в ворсинах хориона.

Результаты исследования. У пациенток с ожирением хроническая плацентарная недостаточность представлена в большинстве случаев диссоциированной формой с персистенцией не только зрелых, но и незрелых форм ворсин, что свидетельствует о раннем формировании структурной патологии плаценты.

Заключение. Ожирение способствует более частому формированию хронической плацентарной недостаточности с выраженными циркуляторными нарушениями и разной степенью выраженности компенсаторно-приспособительных изменений.

Одной из проблем, обсуждаемых в области акушерства и гинекологии, является сочетанная патология репродуктивной системы. Среди заболеваний женской репродуктивной системы на фоне лейомиомы матки преобладает патология эндометрия в виде локальных воспалительных, рецепторных и гормональных изменений.

Цель — изучить структурные особенности эндометрия и его рецептивность у пациенток с лейомиомой матки в зависимости от гистологического типа и локализации.

Материалы и методы исследования. Обследовано 128 женщин с лейомиомой, манифестирующей аномальными маточными кровотечениями, с помощью клинических, инструментальных и морфологических методов.

Результаты исследования. Сочетанные патологические изменения эндометрия в большей степени характерны для субмукозной локализации лейомиомы в сравнении с миомой, имеющей интрамуральный и субсерозный рост. Пролиферативная активность клеток эндометрия в группе с субмукозной локализацией лейомиомы в два раза и более, чем при лейомиоме интрамуральной и субсерозной локализации. При субмукозной локализации клеточный пролиферирующий тип лейомиомы встречается достоверно чаще, чем в других случаях расположения миоматозных узлов.

В настоящее время частота встречаемости субоптимального ответа (4–9 полученных ооцитов) на контролируемую овариальную стимуляцию достаточно высока. Однако данные об эффективности программ вспомогательных репродуктивных технологий у женщин с субоптимальным ответом малоизучены.

Цель — оценить основные показатели эффективности программ ЭКО/ИКСИ у пациентов с субоптимальным ответом на стимуляцию.

Материалы и методы исследования. Проведено ретроспективное исследование данных 412 циклов ЭКО/ИКСИ у женщин с субоптимальным ответом на стимуляцию, включающее сравнительный анализ клинических и эмбриологических показателей, характеристик овариального резерва и результативности протоколов ЭКО/ИКСИ.

Результаты исследования. Частота наступления клинической беременности в циклах стимуляции овуляции у пациентов с субоптимальным ответом на контролируемую овариальную стимуляцию составила 27,9 %. Эффективность программ вспомогательных репродуктивных технологий у женщин с миомой матки была значительно ниже, чем у пациентов без миомы (19,1 % vs 30,5 %; p = 0,03; OШ 0,54; 95 % ДИ 0,31–0,95). Частота клинической беременности у пациентов с мужским фактором бесплодия была достоверно выше, чем у женщин с ановуляторным (37,1 % vs 20,9 %, р = 0,005; ОШ 2,24; 95 % ДИ 1,27–3,94) и трубно-перитонеальным факторами бесплодия (37,1 % vs 24,8 %; р = 0,02; ОШ 1,79; 95 % ДИ 1,09–2,94). Выявлена достоверная зависимость количества полученных ооцитов от концентрации антимюллерова гормона в крови и количества антральных фолликулов (r = 0,32 и 0,38 соответственно; р < 0,001). Кроме того, потребность в препаратах фолликулостимулирующего гормона при проведении контролируемой овариальной стимуляции достоверно коррелировала с показателями резерва яичников (антимюллерова гормона и количества антральных фолликулов) (r = –0,45 и –0,44 соответственно; р < 0,001) и возрастом пациентов (r = 0,47; p < 0,001).

Заключение. У женщин с субоптимальным ответом на контролируемую овариальную стимуляцию частота наступления клинической беременности оказалась низкой. Фактором, негативно влияющим на исход ЭКО/ИКСИ у женщин с субоптимальным ответом на контролируемую овариальную стимуляцию, является миома матки. Наличие
мужского фактора бесплодия у пациентов с субоптимальным ответом дополнительно не снижает эффективности программ вспомогательных репродуктивных технологий. Показатели овариального резерва у женщин с субоптимальным ответом яичников коррелируют с потребностью в препаратах фолликулостимулирующего гормона для стимуляции овуляции и количеством получаемых ооцитов.

Преждевременные роды при многоплодии остаются актуальным объектом научных исследований, поскольку служат основным фактором неблагоприятных перинатальных исходов, а гетерогенные механизмы их реализации определяют неэффективность методов прогнозирования и профилактики. В патогенезе преждевременных родов, как известно, одним из ведущих звеньев является воспалительный фактор, обусловленный инфекционными процессами нижних органов генитального тракта (40 %). При многоплодной беременности, которая в большинстве случаев наступает в результате применения вспомогательных репродуктивных технологий (70 %) и сопровождается осложненным течением, прегравидарная подготовка и антенатальное наблюдение включают коррекцию локальных инфекционно-воспалительных процессов. В связи с этим высокий показатель преждевременных родов при многоплодной беременности (около 54 %) свидетельствует о неоднозначности представления о подавляющей роли инфекционного фактора в индукции преждевременных родов и определяет необходимость изучения степени его вклада в многофакторный генез.

Цель — осуществить интегральную оценку маркеров локального инфекционно-воспалительного процесса у женщин с преждевременными родами при многоплодной беременности.

Материалы и методы исследования. Проведено комплексное определение бактериологического состава отделяемого нижних отделов генитального тракта посредством микроскопического, бактериологического, молекулярно-биологического исследования (тест «Фемофлор-16»), а также оценен локальный воспалительный статус (тест «ИммуноКвантэкс») у 30 беременных с дихориальной диамниотической двойней. Пациентки с преждевременными родами (n = 13) составили основную группу, со срочными (n = 16) — контрольную. Пациентки с индуцированными преждевременными родами (n = 2) не были включены в сравнительный анализ.

Результаты исследования. В исследовании впервые были установлены особенности микробиоценоза влагалища и локального иммунного статуса у женщин с преждевременными родами при многоплодной беременности. У исследуемой когорты отмечен низкий воспалительный статус и нормальный или промежуточный тип биотопа влагалища. Из всех нарушений (24,1 %) наиболее часто выявляли дисбиоз влагалища, выражавшийся в незна-чительном количестве Lactobacillius spp., и неспецифическийвагинит, ассоциированный с Mycoplasma hominis. Состояние локального иммунного статуса женщин в группе преждевременных родов отличалось относительным снижением экспрессии мРНК таких генов врожденного иммунитета, как IL-1B, TNFα, TLR4, GATA3. Интегральная оценка показателей на основании полученных данных позволила выстроить математическую модель прогнозирования преждевременных родов (вероятность — 87,6 %).

Заключение. Таким образом, интегральная оценка инфекционно-воспалительных маркеров является важным аспектом не только с позиции возможности их идентификации в качестве предикторов, но и общего понимания генеза преждевременных родов.

Сегодня не вызывает сомнения важность проблемы стрессового недержания мочи у женщин и поиска оптимального способа его устранения. Слинговые операции в лечении стрессового недержания мочи наиболее популярны в мировой и отечественной практике. Однако они не лишены определенных осложнений. В связи с этим актуально определение факторов прогноза их эффективности и безопасности.

Цель — провести сравнительное изучение эффективности двух антистрессовых операций — TVT-Obturator® и уретровезикопексии влагалищным лоскутом — при помощи эхографии уретровезикального сегмента.

Материалы и методы исследования. За период с 2011 по 2018 г. обследовано и прооперировано 105 пациенток с недержанием мочи при напряжении. Были сформированы две группы: первая включала 52 пациентки, кото- рым была проведена операция TVT-Obturator®, вторая — 52 пациентки, которым была выполнена подлонная
уретровезикопексия влагалищным лоскутом. У всех пациенток определяли анатомо-топографическое положение мочевого пузыря, уретровезикального сегмента, состояние внутреннего сфинктера уретры, углов α и β, на основании чего определяли тип стрессового недержания мочи и выбирали метод хирургического вмешательства.

Результаты исследования. До операции показатель «угол α» составлял в среднем 37,2 ± 10,11, через год после операции — 24,7 ± 4,64, а через пять лет после операции — 26,8 ± 3,72. Ротация угла α в группах до операции >20° значимо не повлияла на отдаленные осложнения, удержание мочи через год, удержание мочи через пять лет и рецидив недержания мочи. В результате операции достоверно значимо увеличилась величина угла β как через год (p = 0,0032), так и через пять лет (p = 0,0035) и достоверно значимо увеличилось суммарное значение показателя «длина мочеиспускательного канала» через год (p = 0,0022), но через пять лет показатель значимо не отличался от показателя до операции (p = 0,29).

Выводы. Операции TVT-Obturator® и уретровезикопексия влагалищным лоскутом одинаково эффективны (р > 0,05) при хирургическом лечении стрессового недержания мочи у женщин как в ближайшем послеоперационном (96,2 и 94,3 % соответственно), так и в отдаленном периоде (90,4 и 88,7 % соответственно).

Согласно современной классификации хронические нарушения сознания определяют как состояния, развивающиеся после комы и сопровождающиеся восстановлением бодрствования без полного восстановления осознанной деятельности более 28 дней после повреждения головного мозга. Особый интерес для акушеров-гинекологов представляют клинические случаи развития хронического нарушения сознания у женщин после оперативных вмешательств, связанных с различной акушерской и гинекологической патологией, а также после плановых оперативных вмешательств по поводу сопутствующей соматической патологии. В представленных клинических случаях (после операций по поводу эктопической беременности, а также после планового оперативного вмешательства в связи с желчнокаменной болезнью) описано развитие гипо- и нормогонадотропной овариальной недостаточности, ассоциированной с хроническим нарушением сознания. Дана характеристика тиреоидного статуса, адренокортикотропной функции, уровня витамина D. Дальнейшее углубленное обследование и накопление
данных о пациентках с хроническим нарушением сознания позволит определить информативные маркеры для прогнозирования исходов, а также разработки новых эффективных подходов к реабилитации сознания у данной категории больных.

Гнойно-септические послеродовые осложнения занимают третье место в структуре материнской смертности. В этиологии послеродового эндометрита основную роль играют условно-патогенная микрофлора, в том числе ассоциации микроорганизмов, а также наличие в анамнезе хронической урогенитальной инфекции, бактериального вагиноза, инфекций, передаваемых половым путем. Несмотря на многочисленные исследования, вопрос о том, какие микроорганизмы, колонизирующие родовые пути, являются потенциально опасными в отношении развития инфекционно-воспалительной патологии послеродового периода, до сих пор остается предметом обсуждения.

Цель — изучить этиологию и выявить особенности клинического течения послеродового эндометрита у родильниц с факторами риска развития гнойно-септических осложнений.

Материалы и методы исследования. В Перинатальном центре НМИЦ им. В.А. А лмазова проведено ретроспективное сравнительное исследование. Родильницы были разделены на две группы: основную — родильницы с развившимся послеродовым эндометритом (n = 72) и сравнения — родильницы с физиологическим течением послеродового периода (n = 127). Бактериологическое исследование лохий проводили на третьи сутки послеродового периода, а также при развитии клинической картины послеродового эндометрита до назначения эмпирической антибактериальной терапии.

Результаты исследования. При бактериологическом исследовании лохий в основной группе пациентов выделение микроорганизмов наблюдали у 68 % родильниц. У 32 % родильниц при неоднократных посевах лохий возбудителя эндометрита выявить не удалось. В группе сравнения доля выделенных микроорганизмов при бактериологическом исследовании лохий составила 15 % (p < 0,005). В период беременности в основной группе
родильниц выделение микроорганизмов из цервикального канала отмечено в 26,4 % случаев, в группе сравнения — в 7 % случаев (p < 0,005). Несмотря на отсутствие клинической симптоматики, всем пациенткам проводили системную антибактериальную терапию. У 90 % родильниц основной группы при развитии эндометрита эмпирическая терапия оказалась неэффективной вследствие антибиотикорезистентности микрофлоры. При анализе видового состава микроорганизмов, выделенных при бактериологическом исследовании лохий, у пациенток основной группы чаще обнаружены представители кишечной микрофлоры — Escherichia coli (40 % родильниц основной группы и 2,4 % родильниц группы сравнения) и Enterococcus faecalis (25 и 4,7 % родильниц
соответственно) — в виде монокультуры. У 10 % родильниц с тяжелыми гнойно-септическими осложнениями (сепсис, параметрит, пельвиоперитонит) состав микрофлоры в лохиях не отличался от такового у родильниц с эндометритом без тяжелых гнойно-септических осложнений, а микробные ассоциации выявлены только в двух случаях.

Заключение. Этиологическая причина послеродового эндометрита у родильниц с факторами риска развития гнойно-септических осложнений — бактерии кишечной группы (Escherichia coli, Enterococcus faecalis), чаще выявляемые в виде монокультуры. Видовой состав микроорганизмов, связанных с тяжелыми формами послеродовых гнойно-септических осложнений, принципиально не отличается от возбудителей неосложненных форм послеродовой инфекции. Необоснованная антибактериальная терапия в период беременности ассоциирована с антибиотикорезистентностью микроорганизмов, вызывающих послеродовой эндометрит, что создает значительные трудности в подборе антибактериальных препаратов для его лечения.

В настоящее время частота родоразрешений путем операции кесарева сечения неуклонно растет. Самостоятельные роды у женщин с рубцом на матке являются одним из механизмов ее снижения. Между тем при родоразрешении данной категории пациенток через естественные родовые пути необходимо разработать безопасный и эффективный способ оценки целостности рубца в раннем послеродовом периоде. С этой целью был создан метод инструментальной диагностики, анализ информативности которого сравнивали с ручным исследованием в условиях экспериментальной модели матки. Каждая модель была изготовлена из сердца крупного рогатого скота и имела три дефекта диаметром менее 0,5, 0,5–0,8 и 0,8–1,2 см. Дефекты менее 0,5 см не были обнаружены
ни одним из исследуемых методов. Дефекты диаметром 0,5–0,8 м были обнаружены с помощью разработанного устройства в 90 % (45/50) случаев, с помощью ручной ревизии — в 44 % (22/50) случаев (χ2 = 23,93, p < 0,001); дефекты диаметром 0,8–1,2 см — в 100 % (50/50) и 98 % (49/50) случаев соответственно (χ2 = 1,01, p = 0,32).
Информативность инструментальной оценки целостности модели превышает информативность ручного исследования в 1,34 раза (относительный риск — 1,34, 95 % ДИ 1,09–1,65, p < 0,05), поэтому следует рассмотреть возможность апробации данного устройства в условиях клинических испытаний.

Дислипидемия является частым нарушением обмена веществ и относится к атерогенным факторам развития сердечно-сосудистых заболеваний у женщин с синдромом поликистозных яичников. В настоящее время выделяют четыре фенотипа синдрома поликистозных яичников, ассоциированных в разной степени выраженности как с дислипидемией, резистентностью к инсулину, нарушением толерантности к глюкозе, сахарным диабетом, так и с хроническим воспалением и оксидативным стрессом. Гиперандрогенные фенотипы (А, В, С) при синдроме поликистозных яичников ассоциированы с развитием неблагоприятных метаболических нарушений
и связанных с ними осложнений.

Цель исследования — изучить показатели липидного профиля у женщин с различными фенотипами синдрома поликистозных яичников в репродуктивном возрасте.

Материалы и методы. В исследование вошли 86 женщин репродуктивного возраста от 22 до 37 лет (средний возраст составил 26,6 ± 4,3 года), которые в соответствии с фенотипами синдрома поликистозных яичников (А, В, С, D) были распределены на четыре группы. Определяли уровень антимюллерова, фолликулостимулирующего, лютеинизирующего гормонов, пролактина, эстрадиола, андрогенов со 2-го по 5-й день менструального цикла. Уровень прогестерона в сыворотке крови исследовали иммуноферментным методом (с помощью тест систем АлкорБио, Россия) на 20–23-й день менструального цикла в течение трех последовательных циклов.

Использовали эхографические методы диагностики поликистозных яичников. Всем женщинам был выполнен биохимический анализ крови с определением липидного спектра (концентрация общего холестерина, триглицеридов, холестерина липопротеинов высокой и низкой плотности), также проводили пероральный глюкозотолерантный тест с оценкой уровня глюкозы в плазме крови натощак и через 2 ч после приема 75 г глюкозы,
определяли уровень инсулина крови натощак и через 2 ч после перорального глюкозотолерантного теста, инсулинорезистентность оценивали с помощью индекса HOMA.

Результаты исследования. У 40 (46,5 %) женщин с синдромом поликистозных яичников выявлен фенотип А; у 22 (25,6 %) — фенотип В; у 10 (11,6 %) — фенотип C; у 14 (16,3 %) — фенотип D (неандрогенный). У 42 (48,8 %) больных с синдромом поликистозных яичников обнаружены изменения углеводного обмена (нарушение толерантности к глюкозе ), из них 39 (92,8 %) женщин были с андрогенными фенотипами (А, В, С). Сочетание неандрогенного фенотипа D и нарушения толерантности к глюкозе зарегистрировано в 7,2 % случаев.

У женщин с гиперандрогенными фенотипами синдрома поликистозных яичников по сравнению с неандрогенным ановуляторным фенотипом был достоверно увеличен как уровень инсулина натощак, так и уровень стимулированного инсулина (p < 0,05). Индекс НОМА-IR у женщин с фенотипами А, В и С был достоверно (p < 0,05) выше, чем у женщин с неандрогенным фенотипом D. При исследовании липидного профиля достоверных раз-
личий по уровню холестерина, коэффициенту атерогенности у женщин с различными фенотипами выявлено не было. Уровень триглицеридов и холестерина липопротеинов низкой плотности был достоверно (р < 0,05) выше у женщин с андрогенным фенотипом В по сравнению с аналогичными показателями у пациенток с неандрогенным фенотипом D и достоверно коррелировал (р < 0,05) с содержанием в сыворотке крови андрогенов, глобулина, связывающего половые гормоны. У больных с андрогенными фенотипами синдрома поликистозных яичников (А и В) обнаружено достоверное (р < 0,05) снижение уровня холестерина липопротеинов высокой плотности с отрицательной корреляцией (r = –0,29; р < 0,05) с уровнем свободного тестостерона, глобулина, связывающего половые гормоны, по сравнению с аналогичными показателями у женщин с неандрогенным фенотипом D.

У женщин с андрогенными фенотипами синдрома поликистозных яичников (А, В, С) наблюдалась достоверная корреляция между уровнем стимулированного инсулина (после перорального глюкозотолерантного теста) и уровнем глобулина, связывающего половые гормоны (r = 0,27; р < 0,05), а также прямая зависимость (r = 0,32; р < 0,05) между указанными показателями и повышенным уровнем триглицеридов и холестерина липопротеинов низкой плотности.

Выводы. У женщин с синдромом поликистозных яичников и гиперандрогенными, ановуляторными фенотипами А и В биохимические признаки атерогенной дислипидемии, нарушения углеводного обмена были более значимо выражены, чем у пациенток с неандрогенным фенотипом D. Дифференциальный и персонифицированный подход к обследованию больных с различными фенотипами синдрома поликистозных яичников является важным этапом в профилактике рисков развития сердечно-сосудистых заболеваний у женщин репродуктивного возраста с синдромом поликистозных яичников.