В статье рассматриваются проблемы взаимосвязи экономического роста и экономического развития. Утверждается, что наиболее важным вопросом является проблема развития общества, которая не сводится только к экономическому росту и даже к экономическому развитию. Развитие общества включает в себя кроме экономической сферы также сферы культуры, образования, здравоохранения, науки. При всем этом важной составляющей развития общества является благополучие жизни большинства людей, в том числе сокращение чрезмерного социально - экономического неравенства. Для сегодняшней России особо актуальным является именно сокращение чрезмерного неравенства. В статье показано, что экономический рост в современной статистике измеряется не корректно на основе американизированной системы национальных счетов, где за основу берутся показатели денежных поступлений, а не реального продукта. В советский период измерение ВВП и, следовательно экономического роста осуществлялось на основе баланса народного хозяйства, где учитывалось приращение не денежной массы, а реального продукта. Поэтому на основе системы национальных счетов измерять экономический рост просто не корректно. В статье сделан вывод, что в сегодняшней России не наблюдается существенного экономического роста и тем более экономического развития, что свидетельствует об очень слабом государственном патернализме. Все это показывается на основе официальной статистики.
Исследование того или иного феномена реальности включает в себя вопрос определения характера его процессуального состоянии, обусловленного либо его развитием, либо стагнацией, либо распадом, либо мутацией. Определение качества этого состояния, причем что важно - именно как процесса, предполагает и соответствующую систему критериев его качественного замера. Но природа этих критериев в отличие от показателей роста, не может быть сведена лишь к их формальному выражению, ибо здесь требуется содержательный замер процессуального состояния исследуемой реальности. И этим содержательным замером является такое деятельностное включение в процесс развития реальности, которое связано с освобождением ее от господствующих форм отчуждения. Это возможно лишь на основе действительного разрешения лежащих в их основе тех или иных общественных противоречий. Это и есть суть социального творчества как процесса становления новых общественных отношений. Так качественный замер процессуального состояния реальности становится фактором ее действительного развития. Соответственно это приводит к качественному развитию уже и самого исследователя: из аналитика - наблюдателя он превращается в субъекта социального творчества.
Сложившаяся в мире экономическая модель порождает кризисные социальные, экономические и экологические явления, что приводит к общей неустойчивости развития. Это делает необходимым переход к устойчивому развитию, которое стало парадигмой развития человечества в 21 веке. В контексте традиционной экономической теории и практики можно выделить следующие системные проблемы: экономические недооценки важнейших функций природного капитала и экосистемных услуг, а также ущербов здоровью населения из - за загрязнения окружающей среды; неумение интернализировать экстерналии, экологические ущербы и выгоды в процессах принятия решений; игнорирование фактора времени при анализе долгосрочных проблем. Переход в эпоху антропоцена все дальше уводит человечество от формирования ноосферы и устойчивого развития, чему способствует сложившаяся на планете цивилизация максимизации. Критические противоречия имеющейся модели требуют радикальных экономических изменений в теории и практике многочисленных акторов, в том числе адекватно измерять развитие/прогресс и перевести сложившуюся экономическую модель на траекторию устойчивости. В мире идет масштабный дивестиционный процесс перераспределения инвестиций между традиционными секторами экономики и экологически устойчивыми. В последние годы на концептуальном уровне Россия вместе с другими странами формулирует свои национальные направления перехода к устойчивому развитию.
Эта статья, опубликованная в 2008 году, сохраняет свою актуальность до настоящего времени, поскольку в ней дан теоретический анализ фундаментальных закономерностей, лежащих в основе современных мирохозяйственных противоречий. Автор сумел показать различия между объективными тенденциями к интернациональному обобществлению производства, лежащему в основе процессов современной глобализации, и его капиталистической формой, выступающей как борьба за гегемонию глобального капитала. В статье (на что крайне редко обращают внимание) подчеркиваются различия между развитием процессов глобализации капитала и глобализации наемного труда. Капитал добивается для себя наибольшей свободы транснационального движения, в тоже время сохраняя значительные барьеры для свободного движения рабочей силы, и поддерживает национальное разобщение наемных работников. Это позволяет ему сохранять зоны с низкой оплатой труда и высокой степенью эксплуатации, и даже перелив рабочей силы из развивающихся стран в развитые сохраняет для такой рабочей силы неравные условия оплаты труда. Такая капиталистическая глобализация приводит к нарастанию противоречий между центром и периферией мирового хозяйства, углубляя разрыв между развитыми и развивающимися странами. Одновременно ряд развивающихся стран, реализуя стратегию догоняющего развития, вступает в борьбу за передел сфер влияния в мировом хозяйстве. Эти противоречия оказываются чреватыми острыми экономическими и социально - политическими конфликтами. Более широкие возможности применения насилия для сохранения своих позиций в мировом хозяйстве вызывают асимметричный ответ в развивающихся странах, принимающий подчас иррациональную форму терроризма. Терроризм и локальные войны оказываются неизбежным спутником капиталистической глобализации, что угрожает развитием пандемии насилия. Преодолеть эту опасность можно, только покончив с ее причиной, то есть обеспечив отход от навязывания мировой экономике неолиберального проекта глобальной гегемонии капитала, и перейдя к равноправным формам международного экономического сотрудничества
Основной темой данного номера журнала стала проблема экономического роста и развития. Представленные в номере авторы размышляют о соотношении этих двух понятий. Вопрос этот, конечно, далеко не нов для экономической науки. Однако он вновь привлек внимание читающей публики в связи с опытом хозяйственной жизни нашей страны и мира после глобального краха мировой экономики 2008-2010 годов, за которым последовал еще не окончившийся период т. н. «Великой стагнации». С одной стороны, эксперты обсуждают вероятность новой волны мирового спада и причины долговременного застоя экономического роста. С другой – в этот период оказалась скомпрометирована «экспортная модель роста», которая вызывала неоправданную эйфорию в течение нескольких предшествовавших краху десятилетий. Тем самым были развеяны мечты многих стран об успешном развитии, которое позволило бы им встать вровень с лидерами мировой экономики. Особое значение данная проблема имеет для нашей страны. В самом деле, в среде экономистов не утихают споры о том, почему периоды роста нашей экономики фрагментарны, а значит, рост неустойчив, и вообще, происходит ли в ходе этого спорадического роста развитие? Острота дискуссий по данному кругу вопросов и обусловила актуальность темы данного номера журнала
В статье приведен анализ феномена запланированного устаревания в связи с попыткой криминализации данной практики французским законодателем. Изложены доводы автора термина «запланированное устаревание» Бернарда Лондона, высказанные в 1932 году, а также приведены наиболее яркие исторические примеры применения такого метода компанией Apple и картелем производителей ламп накаливания «Феб» (Phoebius Cartel). Затем дана характеристика запланированного устаревания с точки зрения трудовой теории стоимости и закона снижения нормы прибыли Карла Маркса, как наиболее наглядного воплощения противоречия между потребительной стоимостью (ценностью) товара и его меновой стоимостью, между качеством и количеством, материальным и идеальным. Показано, что основной целью практики запланированного устаревания является учащение цикла применения живого труда как единственного источника стоимости. Данная цель находится в противоречии с долгосрочным исправным функционированием товаров. Снижение нормы прибыли вследствие роста органического строения капитала оказывает дополнительное давление на производителя, в связи с чем он вынужден прибегать к тактике запланированного устаревания. На основе проведенного анализа сделан вывод об абсолютной необходимости запланированного устаревания для существования современного капитализма и бесперспективности указанной законодательной инициативы.
Одним из подразделов современной экономической науки является компаративистика. Довольно долго основным предметом этой относительно молодой и преимущественно развивавшейся за рубежом дисциплины был анализ институтов и механизмов функционирования двух противоборствовавших хозяйственных систем - социалистической и капиталистической. Крушение СССР и социалистического лагеря выбило почву из подобных исследований. Фокус внимания многих ученых переключился на изучение особенностей и процессов дифференциации в лоне самого капитализма. Основные усилия в этой области стали прикладываться к изучению типов (моделей или же разновидностей) капиталистических систем. Национальные капитализмы классифицируются по разным признакам и прежде всего по степени господства отношений рыночного саморегулирования - на либерально рыночные и скоординированные рыночные. В последние десятилетия в развитых странах под давлением процессов стихийной глобализации и в результате сознательно проводимой региональной интеграции и унификации происходило постепенное сближение хозяйственных практик, но до полной конвергенции все еще остается дистанция гигантского масштаба. Экономики по - прежнему сохраняют свои специфические оригинальные национальные черты. Можно полагать, что таковые будут наблюдаться и впредь, в том числе потому, что они производны не только от экономического строя, но и от господствующих мировоззрения и менталитета, а они крайне устойчивы.
В статье критически анализируется публикуемая в журнале статья «Стоимость в контексте общественных формаций», автор которой развивает концепцию «трехуровневой формационности» и предлагает рассматривать общественно - экономический строй СССР как один из якобы недостающих в периодизации Маркса способов производства в рамках вторичной формации. Анализируя аргументацию статьи, автор рецензии делает вывод о несостоятельности подобного подхода к марксистской периодизации истории и неверной интерпретации автором статьи теории стоимости Маркса.
В статье рассматривается концепция общественных формаций К. Маркса, которая существенно отличается от советской теории пяти общественно - экономических формаций. Общественная формация по К. Марксу - это данная совокупность общественных форм, то есть типов общественных отношений. Она, как многослойная система однотипных общественных отношений, приобретает временное значение, если какой - либо способ производства остается господствующим на протяжении длительного периода. При этом К. Маркс выделял три общественных суперформации: первичную, вторичную и третичную. Опираясь на этот марксов подход, автором была предложена своя концепция трехуровневой формационности. Кроме того, исторический анализ форм стоимости позволил сделать вывод о том, что очередная модификация стоимости приводит к смене общественной формации в рамках экономических отношений вторичной суперформации. Опираясь на труды классиков марксизма, автору удалось представить четкие критерии капиталистического способа производства. Это дало возможность научно опровергнуть тезис советских историков и философов о том, что в России произошла социалистическая революция постэкономического типа и выдвинуть гипотезу, основанную на допущении К. Маркса, о том, что вторичная формация может включать не только те способы производства, которые были им отмечены в Предисловии к работе «К критике политической экономии» (азиатский, античный, феодальный и буржуазный способы производства), но и другие социально - экономические системы. При таком взгляде к истории советский государственный социализм является не первой фаза коммунизма, а одним из пластов вторичной формации, имевшей свою модификацию стоимостных отношений.
В работе приводится эволюция экономических систем и компаративный анализ основных исторических концепций факторов производства, представленных в трудах представителей классической школы политэкономии Адама Смита и Давида Рикардо, а также в трудах Карла Маркса, Альфреда Маршалла, Йозефа Шумпетера и Фридриха Августа фон Хайека. На основе анализа неоклассических и неокейнсианских теорий выделяются инновации, вносимые современным постиндустриальным обществом и информационной экономикой в структуру экономических ресурсов. Показано, что доминирование нематериального сектора над материальным под влиянием информационной революции является неизбежным, а усложнение институциональной организации общества вносит изменения в категориальный аппарат исследования факторов производства. Обосновано, что традиционные категории факторов производства подвергаются реформации, а институциональные структуры пересматриваются в свете новых социально - психологических и информационно - психологических реалий. В статье уточнены категории институциональной ценности и институционального дохода, которые определяют конкретные факторы и механизмы эффективного управления ресурсами. Представленная в статье эволюция концепций факторов производства не только отражает изменения в экономической теории, но и определяет вектор трансформаций практической деятельности компаний в целях успешного адаптивного управления в условиях становления и развития информационной экономики.
Статья посвящена анализу неортодоксальных взглядов на исторические закономерности развития капитализма. В фокусе внимания - вопрос о пределах развития капитализма и перспективах его дальнейшей эволюции. Современный кризис в развитых странах мира, распространение военных конфликтов, рост неравенства и другие глобальные проблемы сигнализируют о существенных ограничениях в развитии сформировавшейся модели капитализма и ставит вопрос о возможных альтернативных путях экономического развития. В статье с помощью обращения к неортодоксальным теориям (мир - системный анализ, школа Анналов, неомарксистский синтез, политическая экономия), приводится попытка пролить дополнительный свет на закономерности развития капитализма и на этой основе прояснить возможности перехода к альтернативной капитализму экономической системе. Опираясь на блестящее исследование исторического развития капитализма Дж. Арриги, базирующееся на фундаментальной формуле движения капитала Д - Т - Д/, выведенной К. Марксом, и оригинальном взгляде Ф. Броделя о трехчастном строении капиталистического общества, показана логика преодоления капиталом пределов своего развития. В настоящее время наблюдается мимикрия позднего капитализма, который двигаясь вдоль своих границ, не развивается, а имитирует развитие, что грозит ему разрушением базовых структур и создает предпосылки возникновения альтернативных вариантов хозяйственного строя. Опыт СССР показал возможность такого перехода, что позволило автору сформулировать в качестве постановки проблемы гипотезу о двойном переходе к посткапитализму, когда все новое в общественных системах рождается и утверждается нелинейно, через двойное отрицание, сначала старых форм капиталистического устройства, а затем отрицания и старых, и новых, но не зрелых посткапиталистических альтернатив.
Автор анализирует широко распространенное убеждение в том, что капитализм на наших глазах уступает место новой форме общественного устройства, именуемой посткапитализмом. Капитализм понимается автором как тип общественного устройства, выделенный на основе существенных сходств в экономической организации обществ. Типология обществ по экономическому основанию исходит из понимания экономики как инфраструктурного компонента общества - особого уклада общественной жизни, в основе которого лежат отношения между людьми, возникающие в процессе распределения и обмена предметного богатства. Системообразующим основанием экономики являются отношения собственности, возникающие между людьми по поводу средств производства - предметов и орудий труда. Именно эти отношения определяют социальную инфраструктуру общества, влияют на политический уклад общественной жизни, связанный с распределением властных полномочий, а также на духовный уклад этой жизни, связанный с дивергенцией стереотипов мышления и чувствования.