Статья посвящена анализу эволюции классификационных подходов к иным документам как доказательствам в российской уголовно-процессуальной доктрине. Выявлены три исторических этапа развития классификационных критериев: классический период (формально-юридический критерий официальности), функциональный период (критерии субъектного состава и функционального назначения) и технологический период (критерии способа фиксации информации с выделением цифровых документов). Показано, что каждый новый этап эволюции классификационных подходов обусловлен качественными изменениями в способах создания и использования документальной информации в доказывании. Обосновывается, что цифровизация уголовного судопроизводства создает фундаментальные вызовы для всех существующих классификационных подходов: проблематизирует критерий официальности в условиях автоматического создания документов информационными системами, размывает границы функциональных категорий при использовании гибридных цифровых документов, ставит под сомнение возможность классификации по способу фиксации в условиях конвергенции цифровых форматов. Предложена концепция многоуровневой классификации иных документов, сочетающей традиционные критерии с технологическими параметрами цифровых документов через систему матричного описания документальных доказательств. Обоснована необходимость введения дополнительного классификационного критерия технологической сложности получения и проверки документов, определяющего дифференцированные процессуальные требования к обеспечению их допустимости в условиях цифровой эпохи.
В статье рассматриваются взгляды Вл. Соловьева на соотношение феноменов права и морали. Обращаясь к фундаментальным трудам философа - «Оправдание добра: нравственная философия», «Критика отвлеченных начал» (в другом издании «Право и нравственность»), автор систематизирует идеи о сущности, генезисе и функциональном назначении права и нравственности в обществе, позволившие выявить корреляционные связи между ними с позиции онтологии и праксиологии. Показано влияние на Вл. Соловьева господствовавших в общественной науке второй половины XIX в. правовых позиций и теорий, полемика с которыми детерминирует специфику взглядов философа на соотношение права и морали. Автор приходит к выводу об актуальности концепции Вл. Соловьева в современной усложняющейся правовой реальности, в условиях переломного момента в правовой науке и в связи с особенностями российской правовой ментальности, а именно: системный характер правовой теории, включающей религиозные, морально-нравственные, теоретико-правовые и институциональные аспекты; понимание права и морали как коэволюционирующих элементов; трактовка государства как естественно возникшего союза, создающего в обществе обеспечительные меры для нравственных ценностей и норм; синтетическое понимание права в связи с его нравственными доминантами.
В статье рассматривается авторский подход к определению правовой природы передачи прав на цифровое имущество. Автором предлагается закрепление в доктрине и практике нового вида комплексного договора - договора уступки цифровых прав. Обосновывается необходимость применения цессии в любых сделках, связанных с передачей прав на цифровое имущество, а также выдвигается теория вторичности, которая заключается в том, что отношения по отчуждению цифровых объектов всегда являются вторичными относительно первичных отношений, связанных с реализацией исключительных прав правообладателями. В этой связи предлагается синтезировать уже существующие обязательства для передачи отдельных видов цифрового имущества ввиду их различной технической и правовой природы. Особое внимание уделяется роли информационного посредника как одной из сторон договора уступки цифровых прав. В силу вторичности отношений информационный посредник, он же владелец информационной системы, обеспечивает передачу цифровых прав на объекты, относимые к цифровому имуществу, от обладателя к приобретателю цифровых прав, поэтому без данного субъекта сделка не может существовать.
Статья представляет собой комплексный анализ эволюции левой критики идеи верховенства права в рамках англо-американской интеллектуальной традиции. Автор выстраивает последовательную картину трансформации дискурса: от умеренного подхода, рассматривающего формальное верховенство права как «безусловное человеческое благо» и необходимый барьер против деспотизма, до радикального отрицания его нейтральности. В работе детально исследуется утверждение, что право служит инструментом легитимации капиталистического порядка и угнетения (М. Хорвиц, М. Мандел). Особый акцент делается на современном «деколониальном повороте» в критической юриспруденции, который разоблачает идеологическую и насильственную природу правовых процедур, их связь с колониальным наследием и глобальным неравенством (Д. Десотельс-Стейн, Дж. Мартел).
Автор приходит к выводу, что верховенство права является не статичным идеалом, а полем идеологической борьбы, требующим радикального переосмысления. Преодоление концептуальной диффузии и методологического кризиса видится в смещении фокуса с защиты существующего статус-кво на преобразование права в инструмент социальной справедливости и эмансипации.
В настоящей работе рассматривается вопрос о процессуальной квалификации результатов функционирования генеративных алгоритмических систем (ChatGPT, Claude, Gemini) с точки зрения доказательственного права. Центральное внимание уделяется анализу того, насколько продукты деятельности таких технологий соответствуют критериям иных документов в рамках российского уголовного процесса. Исследование выявляет сущностные характеристики материалов, производимых генеративными моделями, демонстрируя их качественное несоответствие классическим формам документальных доказательств, и показывает системные противоречия, возникающие при попытке квалификации таких материалов по ст. 84 УПК РФ. Доказывается, что генеративные модели создают материалы, лишенные главного признака доказательства - связи с обстоятельствами прошлого, представляя собой вероятностные конструкции, синтезированные на основе статистических закономерностей обучающих данных. Рассматриваются пять ключевых проблем процессуальной квалификации таких материалов: установление относимости к обстоятельствам дела, обеспечение допустимости доказательств, проверка достоверности содержащихся сведений, отсутствие возможности допроса автора и разграничение доказательственной и справочной информации.
В работе предлагается концептуальное решение проблемы разграничения доказательственной и недоказательственной информации в контексте использования материалов генеративного искусственного интеллекта в уголовном процессе, обосновывается необходимость законодательного закрепления запрета на признание результатов работы автоматизированных систем иными документами-доказательствами.
- 1
- 2