Статья направлена на разработку системного подхода (матрицы) для криминализации деяний, представляющих угрозу государственной безопасности, с целью устранения пробелов и коллизий в уголовном законодательстве. Исследование основано на анализе структуры антитеррористических норм Уголовного кодекса Российской Федерации как наиболее развитого блока и его проекции на составы диверсии, шпионажа и иных государственных деяний. Выявлена несогласованность норм (например, включение диверсионных составов в ст. 205.6, но отсутствие их в комплексе антидиверсионных статей). Предложена универсальная матрица криминализации.
Новизна исследования заключается в обосновании «матричного подхода» как перспективной модели, позволяющей комплексно охватывать все стадии противоправной деятельности - от подготовки, исполнения до пропаганды. Применение этого подхода к государственным преступлениям позволит унифицировать правоприменение и повысить эффективность противодействия гибридным угрозам.
В статье рассматривается концепция воспрепятствования профессиональной деятельности адвоката-защитника в уголовном судопроизводстве. Исходя из конституционного права на получение квалифицированной юридической помощи и принципа состязательности сторон, анализируется распространенность воспрепятствования деятельности адвокатов-защитников и его негативное влияние на реализацию права на защиту. На основе анализа нормативного регулирования, судебной практики, статистических данных Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации и результатов авторского социологического опроса сформулировано авторское определение воспрепятствования деятельности адвоката-защитника, раскрыты его признаки. Обосновано разграничение понятий «воспрепятствование» и «легальное противодействие» стороне защиты в рамках принципа состязательности. Показано, что воспрепятствование деятельности адвоката-защитника всегда носит противоправный характер и влечет нарушение конституционного права на получение квалифицированной юридической помощи, реализуемого в уголовном судопроизводстве в форме права на защиту.
В статье рассматриваются особенности создания и использования машиночитаемого права, то есть права, содержание которого благодаря применению формальных языков может быть однозначно распознано информационными системами. С использованием формально-юридического и формально-логического методов автором проводится систематизация подходов к созданию такого права. Анализируются особенности реализации принципов права, вызванные переходом к машиночитаемому праву. Исследуются способы обеспечения реализации отдельных правовых принципов, таких как принцип верховенства права и принцип гласности, при использовании машиночитаемого права. Изучаются различные способы реализации машиночитаемого права. Автор приходит к выводу, что машиночитаемое право обладает рядом особенностей, вытекающих из сущности такого права, которые необходимо учитывать как при его создании, так и при его использовании.
Судебная реформа 1864 г. стала ключевым этапом модернизации судебной системы Российской империи и оказала существенное воздействие на организацию судопроизводства и деятельность прокуратуры. В статье проведен анализ места прокурорского надзора в реформированной судебной системе, рассматривается трансформация его функций, переход от административно-надзорной модели к процессуальной и становление обвинительной роли прокурора в уголовном судопроизводстве. Особое внимание уделено проблемам и противоречиям реализации новых функций прокуратуры в 1860-1870-е гг., включая кадровые и организационные трудности, сохранявшуюся зависимость от Министерства юстиции и противоречия между декларируемыми принципами реформы и фактической практикой. Исследование опирается на анализ Судебных уставов 1864 г., нормативных актов Российской империи, историко-правовую литературу дореволюционного, советского и современного периодов.
Полученные результаты позволяют глубже понять закономерности формирования института прокурорского надзора, проанализировать логику институционализации прокурорского надзора и выявить исторические основания для сегодняшних дискуссий о пределах и направлениях прокурорской деятельности.
В статье исследуются актуальные проблемы, возникающие в процессе коллективного творчества с привлечением искусственного интеллекта (ИИ). Анализируются ключевые вызовы, связанные с установлением авторства, распределением ответственности, обеспечением уникальности результата и этическими аспектами сотворчества человека и ИИ. Особое внимание уделяется правовым коллизиям, порождаемым использованием технологий ИИ в сфере юриспруденции, где творческий процесс направлен на создание нормативных правовых актов, судебных решений и правовых заключений. Доказывается, что существующая правовая парадигма, основанная на субъект-объектных отношениях, неполноценна для регулирования взаимодействий в треугольнике «человек - ИИ - результат».
В заключение делается вывод о недостаточности существующего правового регулирования и формулируются предложения по адаптации норм гражданского и интеллектуального права к новым реалиям, включая возможное введение специального правового статуса для «произведений, созданных с помощью ИИ».
Автор статьи рассматривает налоговую и пенсионную политику, затрагивающую права и льготы инвалидов всех групп. Отдельно оценивается налоговая политика в рамках правового регулирования групп инвалидности, оказывающая влияние на принципы предоставления гражданам рассматриваемой категории населения льгот и налоговых вычетов. По итогам изучения налогообложения в отношении инвалидов представлен ряд подходов, оптимизирующих транспортный налог с учетом осуществления такими гражданами профессиональной деятельности. При изучении особенностей пенсионного обеспечения предложено дополнительное решение по оптимизации социальной и страховой пенсии в условиях необходимости приобретения гражданами с инвалидностью дополнительных технических средств реабилитации. Целесообразность акцентирования внимания на дополнительные технические средства реабилитации аргументируется автором в контексте жизнеобеспечения граждан с инвалидностью. Предлагаемые решения перспективны для дальнейших исследований и совершенствования российской практики при условии общественного обсуждения уточненных аспектов правового регулирования. Все предлагаемые решения учитывают активную поддержку государства при вовлечении инвалидов в профессиональную деятельность, а также своевременную ежегодную индексацию начисляемых пенсий с учетом уровня инфляции.
В статье исследуется эволюция системы арбитражных судов в России за период с 1970 по 2014 г. Предметом исследования является путь трансформации от органа управления плановой экономикой (Госарбитраж) до специализированной судебной системы, а затем ее интеграция в общую судебную структуру после реформы 2014 г.
Цель работы - выделить ключевые этапы этого процесса и факторы, на них повлиявшие. Методологическую основу работы составляет историко-правовой анализ, позволяющий проследить этапы развития в хронологической последовательности. Автор приходит к выводу, что на развитие арбитражной системы влияют два ключевых фактора: адаптация права к изменениям в экономической среде и целенаправленная корректирующая воля государства. Эти факторы необходимо учитывать как при прогнозировании будущих реформ и анализе текущего функционирования судебной системы, так и в процессе обучения новых специалистов. При этом сохранится основной тренд ее эволюции: централизация и усиление управляемости. Эта тенденция направлена на создание единой правоприменительной политики, призванной служить эффективным инструментом для реализации стратегических приоритетов развития государства.
Цифровые права являются частью системы объектов гражданских прав, предусмотренных в классификации в качестве разновидности иного имущества, в том числе имущественных прав. Однако в то же время гражданское законодательство признает цифровыми правами указанные в таком качестве в законе обязательственные и иные права, предусмотренные и распространяемые в информационной системе, соответствующей определенным законом признакам. Такая дихотомия цифровых прав в ГК РФ свидетельствует о непоследовательном подходе законодателя к регулированию рынка цифровых активов. Указанная неоднозначность не может благотворно влиять на цифровой гражданский оборот. Предлагается придать цифровым правам статус универсального блага, имеющего ценность для субъектов гражданского оборота именно как цифровой объект.
В статье рассматриваются международно-правовые основы и ключевые проблемы функционирования транскаспийского маршрута как срединной ветви международного транспортного коридора «Север - Юг».
Цель исследования состоит в том, чтобы выявить действующие договорные и институциональные механизмы регулирования перевозок и портовой деятельности в Каспийском бассейне, а также определить правовые барьеры, снижающие эффективность транзита.
Методологическую основу составили формально-юридический и сравнительно-правовой методы, анализ международных договоров и национальных нормативных актов государств-участников, а также доктринальных подходов к понятию международных транспортных коридоров. Показано, что нормативное поле маршрута носит фрагментарный характер: отсутствует единообразие тарифной политики, таможенно-транзитных процедур, правил пересечения границ, портовых сборов и регулирования паромного сообщения; недостаточно развиты унифицированные цифровые решения и эффективные механизмы мониторинга/разрешения споров. Отдельно акцентируется влияние внешнеэкономических ограничений на правовую определенность транзита и инвестиционные гарантии. В качестве направлений совершенствования предлагаются гармонизация национальных режимов, закрепление процедур взаимного признания документов и данных, развитие цифровизации перевозочного документооборота, а также более последовательное внедрение международных стандартов безопасности судоходства и ответственности в портовой сфере.
В исследовании предпринимается попытка юридического анализа права на защиту фонограммы от искажений. Актуальность исследования продиктована тем, что в научной литературе представлено незначительное количество трудов, посвященных этому праву, в отличие от права на неприкосновенность произведения и исполнения. В работе приводятся результаты изучения автором теоретического аспекта поставленного вопроса, в особенности обозначаются доктринальные подходы к определению права на защиту фонограммы от искажений в контексте его разграничения с правом на переработку фонограммы. Посредством сравнительно-правового метода выявлено, что анализируемое право не фиксируется в зарубежных странах. Сделан вывод о необходимости экономического обоснования существования права на защиту фонограммы от искажений в отечественной юриспруденции. В качестве промежуточного вывода автором обращено внимание на недостаточную теоретическую разработку концепции права на защиту фонограммы от искажений, отсутствие ясности по вопросу определения этого права в законе и правоприменительной практике. Предлагается разграничение права на защиту фонограммы от искажений и права на переработку фонограммы на основании характера и типа операций, совершаемых со звукозаписью.
В статье обосновывается необходимость совершенствования уголовного законодательства в сфере защиты конкуренции, которое в настоящее время не в полной мере соответствует вызовам цифровой экономики и положениям антимонопольного права. Ключевой проблемой является ограниченная криминализация деяний в указанной сфере в рамках ст. 178 УК РФ, не охватывающая все общественно опасные формы ограничения конкуренции, например, такие как злоупотребление доминирующим положением. Дискутируется вопрос о целесообразности перехода от материальных к формальным составам для повышения эффективности правоприменения, однако автор отстаивает сохранение признака крупного ущерба (крупного дохода) для отграничения преступления от правонарушения. В качестве направлений оптимизации предлагается расширить диспозицию ст. 178 УК РФ, криминализировать иные формы недобросовестной конкуренции (дискредитация, введение в заблуждение), а также провести системную консолидацию норм, объединив составы преступлений против интеллектуальной собственности (ст. 146, 147 УК РФ) в рамках единой конструкции и исключив невостребованную ст. 1856 УК РФ.
В рамках исследования автор обращается к одному из центральных вопросов отечественного правоведения - возможности теоретического синтеза коммуникативного и либертарно-юридического направлений. В работе детально рассматривается специфика каждой из парадигм: коммуникативный подход подвергается критике за размытость границ правового и неправового, тогда как либертарная концепция обнаруживает свою силу в последовательном выстраивании иерархической системы юридических принципов, укорененной в идее формального равенства. Обосновывается тезис о необходимости взаимного обогащения указанных подходов для достижения доктринального единства российской юриспруденции, а также выработки единой методологической базы, обеспечивающей стабильность и предсказуемость правопорядка. Отдельно анализируется роль принципов права в качестве своеобразного моста между разнородными концептуальными построениями и перспективы их реального воплощения в практике судов и законодателя.
- 1
- 2